Сборник по Любовь и глубокий космос

#Бдсм #Женскоедоминирование       Комната, покрытая тенями, манила. Манила своим таинством, полетом фантазии и запахом масел, которые, казалось, пропитали даже стены.       Он сидел в центре. Сайлас. По прежнему великий, непревзойденный глава затерянной в тумане зоны, был прикован к кожаному стулу тонкими черными лентами.       Он мог бы их разорвать. Лёгким движением плеча, напряжением кистевой мышцы, мгновение — и он свободен. Однако… Кажется, эта ситуация приносила ему удовольствие. Оттого он сидел, не двигаясь, лишь вальяжно поставив ноги шире, отбивая носком ботинка какой-то свой, известный лишь ему ритм.       Она тоже была здесь. Прекрасна, как сама ночь, прикрытая лишь лёгкой вуалью. Дразнящей складкой, будто нарочно приклеенной к самым интимным местам её тела, не позволяя даже шанса на откровение. Только по её воле. Только по её разрешению.        Худощавые пальцы скользят по его руке — лёгкое прикосновение, от которого по коже пробегают мурашки. Мучительно медленно, до дрожи в костях, тонкая ладонь опускается вниз по спине. Она наклонилась так, чтобы он ощутил её запах, прижавшись шеей к его щеке, нерасторопно развязывая ленту, освобождая покрасневшие от ткани запястья. — Встань.       Шёпот команды бился о пустые стены, привлекая внимание без шанса на игнорирование. Голос мягким бархатом обволакивает чувства, и Сайлас, такой большой и страшный, без колебаний подчиняется, опускаясь перед ней на колени.       Рука её, всё такая же лёгкая и невесомая, обхватывает крепкий мужской подбородок, дёргая его вверх так, чтобы видеть чертят в алых глазах сабмиссива. Касания обманчиво нежные, игривые, но вместе с тем такие скользкие, будто он оказался в змеином логове, ощущая на себе прикосновения черной мамбы. Голодной. Готовой напасть, если он сделает движение навстречу.       Она наклоняется, её губы касаются его уха, вновь нашёптывая медовые речи: — Сегодня ты плохо себя вел, Сайлас. — Пальцы её сильнее сжимают грубоватую кожу лица, оставляя лёгкие покраснения от длинных ногтей. — Мне казалось, мы договорились насчёт женщин в этом доме.       В тускло освещенной комнате воздух будто заряжен электрической энергией, и между двумя фигурами назревает безмолвная буря. Женщина стоит перед Сайласом, её глаза отражают свет искусственных свечей, как пара янтаря на дневном солнце. — Хочешь что-нибудь мне сказать? — Лёгкий шлепок, почти шутливый, если не учитывать пронизанный негодованием взгляд.       С миниатюрного стеклянного столика, заставленного неприличными мелочами, стягивается шелковая повязка. Ткань холодит её пальцы, резко контрастируя с теплом, исходящим от тела Сайласа. Обойдя мужчину, прижимаясь грудью к его затылку, она медленно, как смола, стекающая с живого дерева, обвязывает ткань вокруг его глаз, не забывая задеть алеющие от возбуждения уши. — Ты поверишь, если я скажу, что это подружка Люка, а я просто гостеприимный опекун? — Насмешка в голосе ощутима, но это маска - маска от возбуждения и желания продолжать играть по её правилам, даже если он говорит абсолютную правду. — Возможно.       Внезапная потеря зрения обостряет остальные чувства. Он слышит шелест её одежды, мягкую поступь ног по полу, пьянящий ритм её дыхания. Его сердце бешено колотится в груди, словно барабанный бой, отражающий предвкушение, которое скручивается у него в животе приятным канатом, от которого в штанах кое-что шевелится, прося внимания, но ещё не достойное его.       Она медленно обходит сидящего по кругу, её взгляд обводит линии габаритного тела, каждый мускул которого напряжен в ожидании. Её рука скользит по его плечу, ногти слегка царапают кожу, оставляя за собой алую дорожку. Не крови… Лёгкую вмятину покалываний. — Но я уже настроилась.       Издевается. Кошка по натуре и кошка в движениях, шёпоте. А он, пожалуй, с удовольствием станет её пойманной в зубы птичкой.       Новый комод, щелчок затворов кожного чемоданчика, в который иногда страшно заглядывать. Женщина выбирает флоггер – многохвостая плеть из своей коллекции игрушек. Кожаные полоски прохладны и податливы в её руке. Она пробует его на вес, как если бы проверяла равновесие меча, и шлепок раздаётся по комнате. Сладкая истома бежит по телу Сайлуса, хотя он и пытается скрыть предвкушение за нахальной ухмылкой.       Сейчас — комод, а следующим будет он…       Она подходит, лениво касается пальцами ошейника на крепкой шее, тянет вверх поднимая с колен, толкая к стене, где прикреплены держатели с кожаными напульсниками.        Наручники давно наскучили, и пришлось разнообразить комнату более интересными вещами. Сайлус, будучи умным, не противился, позволяя ей закрепить его спиной к стене без шанса на побег.        Как будто бы он хотел бежать… Нет. От неё? Никогда.       Флоггер в руке — это продолжение её воли, инструмент, позволяющий ощутить дуэт удовольствия и боли, которую, как она знает, может вынести его тело. Процесс начинается с лёгкой разминки: кончики плетки с мягким стуком целуют его кожу, каждое движение — ласка, разжигающая в нём огонь и желание сорваться, нарушить правила и получить наказание – десять ударов чем-то куда тяжелее безобидного флоггера. А она знала, куда бить, чтобы он выл, кусая подушку, умоляя о большем.       Сайлус никогда не умолял, но с ней всегда всё было иначе.       У него перехватывает дыхание, когда она увеличивает интенсивность, а флоггер танцует по его груди, животу, внешней стороне бёдер с нажимом, чтобы пробить ткань. Удары неторопливы, ритм нарастает и спадает, как прилив, и каждая волна заставляет его желать большего. Процесс напоминает игру на пианино, где важно следить за ритмом: одна неверная нота — и ты испортишь композицию в корне.       Перевернув в ладонях флоггер, теперь рукояткой она касается его дрожащей, вспотевшей от интенсивности кожи, опускаясь вниз. Проходя линию пресса, преодолев пупок, остановившись там, где ткань брюк предательски намокла, выдавая все его тайное удовольствие. — Сайлас… Не стыдно? — Улыбка уголками губ игривая, понимающая.       Он не видит, но чувствует её и оттого смеётся, хрипло, с придыханием и рыком, потому что ещё чуть-чуть — и он вырвет свои руки из оков вместе с болтами, чтобы схватить её, прижать к полу и… — Сгораю от неловкости, хозяйка.       Отложив инструмент, касаясь кончиками пальцев кожаного пояса брюк, расстёгивает его, позволяя ткани упасть по ногам вниз. За ними следует нижнее бельё, открывая её янтарному взгляду крайне аппетитный вид его возбуждения.       У Сайлуса была особенность. Приятная для них обоих, учитывая экстремальный вкус к сексу: дифаллия. Два крупных, покрытых тонкими венками члена подрагивали, уже выпуская из себя белую, пахнущую мускусом жидкость. — Сегодня у кого-то был тяжёлый день?       Шепчет, наклонившись ближе так, что её губы касаются его кадыка, но без поцелуя, без предварительной ласки, обжигая дыханием для собственного удовольствия, ведь так приятно видеть, как могущество скулит по твоему прикосновению.       Одной рукой, опустившись к самому основанию, она качает набухшие яйца, массируя их, словно пару тянущихся друг к другу магнитов. Пальцы начинают поглаживать длину одного из членов в ритме, совпадающем с биением его сердца. При каждом движении вверх её большой палец обводит чувствительную головку, размазывая скопившуюся там капельку предэякулята. — Милый? — Тихо стонет, зубами прикусывая мочку покрасневшего до предела уха, прежде чем отстраниться. — Что? — Рычит, совсем сбито, едва удерживая грохот дыхания в вздымающейся груди.        Фиксаторы угрожающе дрожат, но не срываются. Он всё ещё сохраняет самообладание.       Эхо щелчка одного из ящиков привлекает, и в темноте, за повязкой, он уже представляет, что именно будет дальше.       Из бархатной коробочки достаётся железная приблуда, точно повторяющая форму и размер его членов в спокойном состоянии. Её голос, тихий, почти незаинтересованный, что-то дёргает внутри него снова и снова, заставляя вдыхать глубже, а выдыхать резче. — Когда закончим, мне придётся надеть на тебя кое-что… Ну, знаешь. На всякий случай, если снова придёт подружка Люка или Кирана.       Он стонет.       Эта женщина прекрасно знает, насколько он верен ей, но играть на нервах — это почти хобби. Почти релакс...