Modus operandi

— Продолжаем эфир, наши милые гости, и вспоминаем классику джаза! Будучи ребёнком, я часто слышал, как мои родители включали радио, чтобы послушать песни Фреда Уоринга, что насчёт тебя, Генри? — Он был очень известен в те годы, моя семья тоже невероятно любила его песни. И какую же мы будем слушать сегодня, Майкл? — "Здраствуй, Монтреаль!", она тебе точно знакома. Наслаждайтесь, дорогие слушатели. Из динамиков старого радио послышался треск, поэтому Аластору пришлось покрутить одинокую антенну сверху, чтобы вернуть некоторую чёткость звуку. В воздухе разлилась быстрая и довольно громкая мелодия. Началась она с трубы, к которой вскоре добавился стук клавиш. Мужчина удовлетворённо вздохнул, сложив руки за спиной и вслушиваясь в песню, постепенно переходящую лишь к клавишам, вместе с которыми и начались слова. Джаз всегда был музыкой, сопровождающей его по жизни. На радиостанции, на которой он работал, в клубах, которые иногда посещал, и даже просто уличные музыканты. За последние годы жанр набрал популярность, став неотъемлемой частью ночной жизни страны, которая ему так нравилась. Раздавшийся дверной звонок перекрыл противной трелью чудесное соло контрабаса. Поправив жилет и мельком бросив взгляд в зеркало в гостиной, он быстро прошагал к двери, чтобы опустить ручку и встретить на пороге одну очаровательную особу, почтившую его своим визитом. — Ах, мой дорогой! — воскликнула женщина, взглянув из под полей своей широкой шляпки. Она улыбнулась и всплеснула руками, выражая свою непомерную радость и восторг встречи. — Здраствуй, Рози, — Аластор привычно растянул губы в широкой улыбке, а после отступил немного в бок, чтобы гостья могла войти. — Какая милая, однако, квартирка! — сказала она, оглядывая внутреннюю составляющую. Хоть квартира и не походила на роскошный особняк от слова совсем, это не отнимало её прелести. Она казалась уютным местом со светлыми и чистыми комнатами. Несколько сумок и один чемодан всё ещё стояли перед высоким шкафом в прихожей, что напоминало о недавном заселении. Рози обернулась к Аластору, чтобы похвалить: — У тебя определённо есть вкус, милый. Услышав разливающуюся по помещению мелодию, она добавила: — И в музыке тоже. Стрелки на часах пробили шесть, когда Рози разместилась в кресле рядом с маленьким журнальным столиком, на котором стояли две фарфоровые чашки, от которых вверх поднимался восхитительный аромат. Вдохнув запах, женщина сказала: — Хм, видимо, ты успел хорошо устроиться за эти пару дней. — Совершенно верно, благодарю за твою помощь, — ответил Аластор, повесивший пальто Рози у входа. Он успел заглянуть на кухню, принёс небольшое блюдце с конфетами из горького шоколада и опустился на кожаном диване рядом, закинув ногу на ногу, — Прошу заметить, моя дорогая, чай и всё сладкое я приобрёл специально для тебя, угощайся. Рози посмеялась, прикрыв рот рукой, подняла чашку вместе с блюдцем и сделала глоток. — Восхитительный чай, спасибо, — сказала она, а после повернулась и спросила, — Как тебе в Нью-Йорке? Аластор хмыкнул, задумавшись на пару мгновений, а затем ответил: — В Луизиане было лучше, — пауза, — Во всех смыслах. — Ах, я могу тебя понять, — сочувственно склонив голову, мягко сказала Рози, — Но так было нужно, Аластор. Лучше на свободе и в спокойствии здесь, нежели подвергать себя риску, — опустив чашку, она взяла его за руку и добавила, — Ты ведь знаешь, как я переживаю за тебя, уверена, седых волос на голове у меня стало ещё больше. Аластор кивнул: — Значит, они уже хватились его? — Да, но пока что никто не думает о том, что это именно убийство. Они прорабатывают версию с чрезмерным употреблением спиртного и несчастном случае, — она задумалась, — По крайней мере, так сказали мне. Ты точно уверен, что твою хижину не найдут? Пока ещё есть возможность, только скажи, и я отправлю своих людей... Аластор, всё это время мерно помешивающий сахар в чае, молчал. Он не любил сладкое, поэтому ни разу глотка так и не сделал, скорее занимая руки этим банальным действием. Рози всё также ждала, что он ей ответит, но размышлял её друг всегда довольно быстро, поэтому подняв голову, он сказал: — Всё в порядке, я ведь прибрал там перед отъездом. Рози в сомнении сощурила глаза, но всё же не стала настаивать. — Аластор... Тебе не стоит поступать опрометчиво. Не поддавайся чувствам, милый. Ты ведь знаешь, это слишком опасно.