Тепло ли тебе, девица…

- Я абсолютно не понимаю, почему в этот раз вы решили самостоятельно поехать отсматривать новый образец, да еще и со мной, - Ковров недовольный вынужденной командировкой кутался в тулуп рядом с абсолютно расслабленной Шемаханской. - Потому что оставить институт на Сатанеева – ужасная идея, не правда ли? – Она сняла перчатку и с любопытством посмотрела на маникюр. – А Иван Степанович, к тому же, наотрез отказался ехать. Сказал, что могу его увольнять, но он в НИИЧАВО больше никогда не сунется. Это дословно. После всего, что между ними произошло, Кира много не скрывала от подчиненного. К тому же, только Коврову, да Киврину и доверяла отныне. И раз уж она пошла на поводу у своего зама, то жертва осталась одна. Витя тяжело вздохнул. - Ну, конечно… Это же Иван Степанович… - Пробурчал он. Кира медленно повернулась и молча посмотрела на подчиненного, пока тот не втянул голову в плечи, почувствовав ее взгляд. - Да, Иван Степанович только вернулся из другой командировки, имеет право. Она будто позабыла про сидящего за рулем провожатого. Александр Привалов, отправленный встречать делегацию из НУИНУ вот сейчас прекрасно понял, что все эти магистры до того боялись директора Шемаханскую, что отправили самого безобидного – авось не тронет просто потому, что он самый слабый член их магического сообщества. Александр счел, что все, что он сейчас услышал, стоит забыть самостоятельно, иначе эти яркие синие глаза сотрут не только эту информацию из его памяти, но и всю остальную, вплоть до его малоразумных четырех лет. Женские длинные острые ноготки поправили пшеничные кудри, заправив под меховую шапку. Привалов сразу же отвел свой взгляд, поймав ответный в зеркале заднего вида. - Вам, если какое-то введение нужно, - начал он было, но его прервал низкий женский голос: - Нет, благодарю. Янус Полуэктович прислал всю подробную информацию. Привалов аж втянул голову в плечи от такого тона. Он явно не привык, чтобы директор действительно был директором. Он мимоходом слышал, что в НУИНУ совсем другие порядки. Если директор Шемаханская выдала приказ, значит он немедленно будет исполнен просто потому, что иначе эта опасная ведьма может сделать с тобой что-то страшное. Александр ожидал, что это будет грузная мощная женщина с тяжелым характером и полыхающим взглядом. Увидев же, что его ожидает пусть и высокая, но стройная и с горделивой осанкой, словно шест проглотила, блондинка, он даже присвистнул. Правда, мнение свое сразу же сменил, встретившись с острым ледяным взглядом и сухим рукопожатием. Хотя, что он ожидал – думал про себя Привалов – женщина, маг первой величины, да еще и на руководящей должности, возвышающаяся над большим мужским коллективом, какую он ожидал увидеть? Похожую на Стеллочку? Да ее бы тогда никто всерьез не брал. - Вы думаете невероятно громко, товарищ Привалов, - Шемаханская произнесла эту фразу немного задумчивым, более мягким тоном. – Долго ли еще ехать? - Нет! – Отрапортовал напуганный Александр и вытянулся по струнке, чуть не отпустив руль. – Скоро будем! - Кира Анатольевна, вы б неподготовленных людей не пугали, - Ковров с некоторым осуждением посмотрел на начальницу. - Неужели я страшная такая, - нахмурилась та в ответ, выуживая из сумочки небольшое зеркало и поправляя завиток у уха. Ковров мельком глянул в пудреницу и усмехнулся. Ну, конечно, отражение начальницы сменилось изображением куда-то идущего по НУИНУ Киврина, но Кира не досмотрела картинку, внезапно щелкнув крышкой. – Подглядывать неприлично, товарищ Ковров. - Кто бы говорил, Кира Анатольевна.

***

Когда сверху, из Москвы, поступил приказ о том, чтобы подготовить для детей на ВДНХ новогоднюю выставку, Кира Шемаханская была крайне удивлена. Начальству, как и прежде, казалось веселым поручать им какие-то идиотские проекты под новый год. «Вы же маги-чародеи, вот и сделайте детям и их родителям что-то невероятно чародейское и сказочное!» - Прозвучало в трубке голосом министра. Кира тогда так закатила глаза, что Киврин, сидящий на краю ее стола даже очки опустил на кончик носа, с любопытством ожидая, что же там поручили. - Кира, зря ты так реагируешь. Это ведь и правда как раз по нашей части. Дети – это будущее. И нам достается такой шанс – повлиять на них и их отношение к нашему делу. – Иван Степанович слушал рассказ, привычно разминая плечи возлюбленной, словно тренер на ринге, готовя к очередному штурму, правда, мозговому. – Я слышал, что в НИИЧАВО в начале года представили проект по путешествию в описываемое будущее. Машина из путешествия, конечно, не вернулась, но они собирались работать уже над вторым прототипом. Что если нам объединиться? - Описываемое будущее? - Да, миры, созданные писателями. Знаешь, сказки, которые народ из уст в уста передавал – тоже где-то записаны. Что если… Раздался очередной звонок, прервав рассказ Киврина. - Как они меня раздражают, - тихо рыкнул он и случайно прищипнул кожу на плече Киры. Та зашипела и грозно на него глянула. Иван извиняюще принялся покрывать пострадавшее место поцелуями. Неизвестно, что сработало – его ласка или слова сказанные прежде, но Кира внезапно смягчилась. - Да, Янус Полуэктович. Да, позвонили, - Шемаханская даже не сразу поняла, что наглые руки ее зама уже растегнули пару пуговичек на блузке. – Как раз думала вам звонить… Я даже не удивлена, что вы ждали моего звонка… Кира, наконец, поняла, что происходит и резко встала, мешая Ивану Степановичу продолжить свои домогательства. - Дааа, - протянула она, оборачиваясь на Киврина. – Какое потрясающее совпадение, что ваши мастера вновь решили повторить свою машину. Конечно, мы обязательно приедем, чтобы оценить успех предприятия. Немудрено, что Кира легко согласилась не отправлять своего заместителя в эту долгую дорогу – он был чрезвычайно убедителен в своих речах, когда, все же, развел на ласки прямо на рабочем столе, скинув с него злополучные телефоны. Она даже не подумала выяснить причины его нелюбви к коллегам.

***

Раздраженно выдохнув, Шемаханская закинула ногу на ногу, сложила руки на груди и отвернулась к окну от любознательного Коврова. Вдруг тот еще догадается, почему действительно строгая начальница, которая своего любовника обычно жалела в последнюю очередь, внезапно пошла у него на поводу.

***

Тем временем в НИИЧАВО проходил панический заикающийся инструктаж от лица Фёдора Симеоновича: - Рядддом с этой жжженщиной счастье ссссуществовать ннне сссспособно! Оннна ддддаже сссебе ошибок нннне пппрощает, а дддругим и ппподавно! Исппппепелит! - Теодор, стоит ли так демонизировать девушку, которая нам в правнучки годится? – Кристобаль Хозевич закинул ногу на ногу, откидываясь на спинку кресла. - Ддда ззнал ббы ттты, ччччья она пппправнучка! Ненадолго восстановилась тишина, пока один из присутствующих, игнорируя приближающийся звук каблуков, не произнес: - Это все от того происходит, что женщину не еб… - Начал было Амвросий Выбегалло, но заткнулся, когда все напряженно замерли. - Ну, что же вы замолчали! – Раздался за его спиной спокойный женский голос. – Продолжайте! Не знала, что вы разбираетесь в том, что нужно женщинам для довольствия по жизни, полагаю… товарищ Выбегалло. По вам, честно говоря, не скажешь. Выбегалло медленно обернулся. И молча стал буравить Шемаханскую взглядом. - Дддороггая Ккккира Анннатольевнна! – Фёдор Симеонович оттеснил внезапно потерявшего дар речи Выбегалло и подхватил холеную женскую ручку, с некоторым удивлением смотря на ее маникюр. Женщина, которую он видел еще год назад в Москве, на одной из конференций, выглядела немного иначе. - Я ммоггу ввас пппозддравить? – Он накрыл ладонью узкую женскую ладонь и похлопал ее по-отечески. – В нннаследддствво ввсттупили? Ввваша пп… В ссссмысле… - Благодарю за поздравления, Фёдор Симеонович, - Кира вежливо вытянула ладонь, похлопала мужчину по плечу и расстегнула пуговицы на зимнем пальто. Смотря, как вежливо выплясывают вокруг своей гостьи местные именитые сотрудники, забытый Ковров только фыркнул. - Да, очень рад всех видеть, - сказал он в стену и стянул шапку. - Я прошу прощения, - Александр Привалов, так же тихо стоявший рядом и забытый, решил, что самое время спросить. – Мне, стыдно признаться, ничего про гостью не рассказали. - Ничего не рассказали? Или ничего хорошего не рассказали? – Ковров хмыкнул. – Кира Анатольевна наша не только маг первой величины, не только с научными степенями, но и, при этом, редкой красоты женщина. Ты, Саша, главное последнее помни. Женщина – она, даже в теле директора НИИ, в первую очередь - женщина. Но в глаза ей лучше лишний раз не смотри. Целее будешь. Привалов сглотнул: - Она, что, как Медуза Горгона? - Тьфу ты! Вот ты, конечно… Правнучка Шамаханской Царицы! Ты сказки читал? Своей красотой эта ведьма целые войска убивала. Часто закивав, Александр сделал небольшой шаг назад. - Спасибо за предупреждение. Он явно был впечатлен, что даже Выбегалло внезапно стал трясти руку Киры Анатольевны, словно невероятно был рад ее видеть. Ковров же кивнул сам себе. Да, Кира точно изменилась в лучшую сторону. Во всяком случае, окруженная мужчинами, она была куда увереннее в себе. - Ккккак пппоживает Иввван Ссстттепппанович? – Фёдор Симеонович снова взял слово. - Неужели, вы думаете, что я приехала только потому, что с Иваном Степановичем что-то не так? Отнюдь. В моих интересах проконтолировать важный для будущих поколений образовательный процесс, - Шемаханская грубовато ушла от ответа, считая, что раз Киврин сюда не хочет, значит и упоминать его здесь не нужно. Кира уже начинала немного раздражаться от происходящего. Выбегалло, в отместку, за грязные высказывания, попавшего под ее чары, стоило освободить. И выслушать поток нелицеприятных слов. Кристобаль Хозевич смерял ее фигуру взглядом по сотому разу, словно сканировал. Фёдор Симеонович постоянно пытался заболтать. Да и местная атмосфера из бесконечной псевдо работы начинала причинять почти физическую боль. - Господа, давайте приступим к работе, - Кира сняла шапку и поправила прическу. – Хотелось бы управиться за день-два. Приведя себя в порядок после ужасно долгой дороги Кира, в своем неизменно стильном строгом костюме сидела в главном зале, наблюдая за тем, как суетится не только изобретатель устройства – Луи Седловой, но и Фёдор Симеонович. - Мммможжет пппока тттут ппппроблемы, я ппппроввожу вввас в сстоловвую? Кира раздраженно втянула воздух и вежливо улыбнулась магу: - Пожалуй, вы правы, товарищ Киврин. Товарищ Ковров, вы тут останетесь или со мной пойдете? - Да тут так любопыт… - Ковров осекся, поймав взгляд начальницы. – Конечно, надо бы и поесть!

***

Кухня в НИИЧАВО избирательную Шемаханскую впечатлила не в лучшую сторону. Придя в НУИНУ, она первым делом проверяла, чем питаются ее подчиненные, что все санитарные нормы соблюдены, а техника безопасности усвоена каждым сотрудником столовой. Здесь же было не пойми что. Посуда гремела, потому что эльфы и домовые размером абсолютно не подходили для больших чанов. Они волочили их за собой по кафелю с ужасным скрипом, а содержимое перемешивали, стоя на самом краешке этих огромных кастрюль. Или высоких деревянных лестничках. Ковров совершенно спокойно уплетал еду, восторгаясь, что тут досаливать не надо. Кира же, косясь на него, силилась прожевать ужасно для нее соленое пюре и переперченную котлету. Фёдор Симеонович чуть ли не пальцем в столешнице крутил, понимая, что даме местная стряпня не понравилась. - Простите, Фёдор Симеонович. Но я предпочитаю менее приправленную пищу… - Кира вежливо отодвинула тарелку. Из дамской сумочки она извлекла удивительно большой судочек с взятой с собой едой, провела рукой над крышкой, разогревая содержимое. А когда открыла, мужчин наповал свалил аромат потрясающей домашней восточной еды. Оба мага сочли, что не стоит напоминать Кире, что она недавно говорила про приправленную пищу. - Ого, Кира Анатольевна, не знал, что ты готовишь, - поймав многозначительный взгляд Ковров осекся. Ну, конечно, это была далеко не готовка директора Шемаханской. Она бы с собой еду взять не додумалась без одного заботливого мага. Ковров тяжело вздохнул. Он бы тоже от такого заместителя не отказался, который и с собой еду приготовит, и массаж сделает. - Я женщина, Витя. Я умею готовить. -«Зелья», - кивнул Ковров, не озвучивая мысль. – Я тогда вашу порцию съем. - Приятного аппетита, - с сарказмом протянула Шемаханская, смотря, как уезжает тарелка с неудавшимся обедом. Сама же она принялась, максимально аккуратно, за свою куда более вкусную порцию. Впервые за все утро на лице Киры Анатольевны Фёдор Симеонович наблюдал удовлетворение и расслабленность. И даже сам немного успокоился. Он точно знал из своих наблюдений – одно из условий счастливой женщины – сытая женщина. И тот, кто выложил овощами на рисе маленькое сердечко, тоже об этом знал.