Победоносная .

На следующий день ещё до рассвета меня разбудила Саха, нежно поглаживая по плечу. Вяло, без особого желания, я медленно открыла глаза и посмотрела на неё с помятым лицом. —М? Что происходит? Пора вставать? Медленно, словно кошка, которая должна покинуть теплое место, я поднимаюсь с кровати и аккуратно заправляю её. Саха разложила на столе хлеб и немного оливок, а в кувшине было немного козьего молока. Постукивая пальцем, она подзывала меня сесть и начать кушать. Как только я увидела еду, я медленно подошла и начала завтракать, невинно покачивая ногами взад и вперёд, пока Саха расчесывала мои волосы, напевая какую-то очень красивую песню. Её ловкие и опытные пальцы заплели мне косичку в виде венка, иногда вплетая в волосы ромашки. Подняла на неё взгляд, невинно хлопая ресницами. —Почему вы обо мне заботитесь и где я? Она продолжала напевать и заплетать меня, весело хмыкая и постукивая пальцем по своим ушам. —Ой! Хи-хи, прости, я забыла, что мы друг друга не понимаем. Это получается, что я в другой стране. Вяло снова осмотрела обстановку и одежду, когда мне в голову пришло кое-что настолько очевидное. Как же сразу этого не поняла? Дурочка, глаза, глаза мне даны не для красоты, а мозг, чтобы работал, а им я не пользуюсь. —Или времени. Откусила хлеб, ну да, это логично: язык, быт и одежда, оружие — это всё с очень далёкого прошлого. Почувствовав, как Саха аккуратно постукала меня по плечу и потянула к выходу. Я пошла за ней по дороге, доедая хлеб. Попутно оглядываясь, солнышко приятно греет, а в воздухе витает аромат лавра, оливок и вина, приятно пахнет. Немного домов, но почти все полны. Вдалеке слышно блеяние овец, и жителей их немного, но все заняты: несколько женщин чистят рыбу, другие, что помоложе, красятся и весело плетут себе прически. Мужчин почти невидно: те немногие, что попадаются, куют что-то, а другие с животными возятся. Красиво по-своему, красиво и уютно. Закрыв глаза, чтобы насладиться ощущением чего-то нового, на что я почти два дня подряд не обращала внимания. Подняв голову и греясь под тёплыми лучами, и услышала весёлый смешок от Сахи. Она показала пальцем на Айте, который вдалеке среди животных аккуратно ухаживает за лошадью, чёрной и сильной. Явно погружённый в этот процесс. Посмотрела на него с любопытством, и, весело помахав рукой, заметив мой жест, Айте слегка улыбнулся в ответ и наотмашь всплеснул рукой. Кивнув головой, продолжаю свой путь за Сахой. Спустя несколько минут ходьбы мы прибыли на огромные виноградники, что рядами идут друг за другом, конца и края не видно! —Как много!? Невероятно! Она слегка улыбнулась мне и показала пальцем на корзину, а затем на определённый рядок, срывая спелую гроздь и положив её в мою корзину. О! Это сбор урожая!? Хорошо, я постараюсь собрать весь рядок! Ну или половину. Она кивает головой и показывает пальцем на навес, где стоят плетёные корзины, вероятно, куда нужно относить полные корзины. Киваю головой в ответ , и взяв пустую корзину, и бегу к отведённому мне рядку, приступая к кропотливой работе. Тщательно выбирая спелые грозди и срывая их с ветвей, правда, иногда тихонько ем виноград сама — он очень вкусный, сладкий и сочный. Собирала и собирала целых три корзины, а уже середина... наверное... Я знаю, где начало, но не конец, поэтому сложно сказать, сколько я уже прошла. И тащить их обратно тяжело — они же полные! Поэтому я не придумала ничего лучше, кроме как просто толкать их перед собой, на самом деле больше сил на это уходит. На четвёртой корзине кончилось моё терпение и силы. Я придумала, наверное, самое очевидное: взяла сразу пять пустых корзин и, пробежав вперёд, поставила каждую корзину на расстоянии друг от друга в десяти шагах, а шестую — запасную. Я начала быстро собирать виноград в таком темпе, и ближе к полудню все корзины были полны. Я победоносно положила руки на талию, кивнув головой как победитель, отправилась в деревню, чтобы найти Айта. Он был на том же месте, но уже чистил другую лошадь. Весело подбежала к нему и начала дергать за хитон, тыкая пальцем в сторону виноградника, чтобы он пошёл за мной. —Τι χρειάζεσαι; Κορίτσι μου, δεν βλέπεις ότι έχω δουλειά; (Что тебе нужно? Девчонка, не видишь, у меня работа.) Услышав тяжёлый выдох, и он медленно пошёл за мной к виноградникам. И когда мы прибыли на место, где был мой рядок, я ткнула пальцем в корзины, которые были полны, а потом на импровизированный склад, чтобы он перенёс всё и помог мне. —Помоги отнести. Глаза Айте округлились, а губы дернулись то ли в усмешке, то ли в гневе, и я получила сначала смачную затрещину. —Μικρό φιδάκι! Σου μοιάζω με άλογο; Είσαι τόσο θρασύς, που το σκέφτηκες κιόλας. (Ах ты, маленькая змея! Я что, тебе на лошадь похож? Наглая, и додумалась ) Пискнув и, сев на корточки, начала потирать затылок, и только после этого он начал помогать тащить мне корзины, смотря с укором. Сидя на корточках, смотря на него с вызовом. Когда Айте поставил последнюю корзину, он подошёл ко мне и одним грубым рывком перекинул через плечо, как мешок с картошкой, и пошёл в новом для меня направлении. Кажется, в эту сторону шла и Саха. Я снова начала озираться, внимательно вглядываясь в новый пейзаж, и вот, казалось, спустя вечность, мы пришли к зданию маленькому, но аккуратному, с несколькими женщинами разных возрастов, но в одной и той же одежде. Айте опустил меня на землю и вошёл в помещение, и я следом за ним. Оно интересно выглядит изнутри: несколько колонн и ступени на возвышение, в центре которого ёмкость с огнём, вокруг фрукты, овощи и множество безделушек, а за огнём статуя очень красивой женщины с короной из металла на голове, которая выглядит невероятно красиво. Лицо у статуи грозное, словно смотрит на меня с лёгким укором, а рядом живой павлин. Я смотрю на него с лёгким восхищением и страхом. Внезапно из угловой комнаты выходит Саха, в руках у неё корм для птицы. Медленно она подходит ко мне, насыпая немного зерна на ладони. Я посмотрела на Айте. —Можно покормить их? Уж больно они красивые. Не дожидаясь ответа от него, медленно подойдя к животным, немного боясь клювов, но протянула руку, раскрывая ладонь к ним. Медленно, даже слишком медленно, они подошли и начали кушать с моих рук. Мои золотые глаза округлились от искренней радости, щеки покраснели, а губы растянулись в широкой улыбке. Я начинаю переводить взгляд с павлинов на Айте и Саху и обратно, словно говоря: Посмотрите, посмотрите, они кушают с моих рук. Айте, скрестив руки на груди, пренебрежительно кинул на алтарь что-то железное и начал уходить. Я встрепенулась и подбежала к Сахе, вернула ей обратно остатки корма и побежала за Айте. Мы снова вернулись в селение, думаю, это место так правильно называть. Он указал мне на несколько детей, словно предлагая поиграть с ними, а сам вернулся туда, где чистил лошадей. Поджала губы и медленно подошла, как я понимаю, к зажиточному местному дому. Он явно выделяется, сделан из камня, и много людей бегают с вещами и продуктами во внутреннем дворе. Играют несколько детей: три мальчика и шесть девочек. Одежда разная, и украшения, вероятно, различия сословий. Недалеко наблюдают несколько женщин за детьми. Подойдя и спряталась за одну из колонн и стала наблюдать за ними. Мне стыдно и страшно, язык не понимаю, взялась из неоткуда, чужая во всех смыслах. Смотря из своего укрытия, как они играют в догонялки. Весело и беззаботно смеясь, я тяжело выдохнула и сделала шаг к ним, но дальше не решилась. Я продолжаю прятаться до самого захода солнца, просто наблюдая за чужой игрой. Когда последний луч покинул небосвод, тихонько выдохнула и, с поникшей головой, возвращаюсь в дом.Когда я вошла в дом, Айте сидел за столом, ужиная овощами и сыром. В его кружке пахло вином. А в дальнем углу стояла простая ещё одна кровать, сделанная из подручных средств, но сделанная. Шкуры животных аккуратно лежали на ней, как приглашение. Снова переводя взгляд на него, и к моему лицу вернулось воодушевление. Я подбежала к нему, крепко обняла его из-за спины, смеясь и радуясь. Обо мне позаботились, и мне рады, и, возможно, меня любят тут. И только я захотела осыпать его словами благодарности, он в ответ на мою нежность грубо сунул мне в рот кусок сыра, явно чтобы не открывала рот. Подняв взгляд и посмотрела на него, как на врага народа, начала медленно жевать сыр, не смягчаясь... Минута, вторая... Поняв, что ему всё равно, я выдернула подбородок и, хмыкнув, развернулась и направилась к кровати, чтобы лечь спать. Но услышала, как Айте прыснул от смеха. С набитым ртом я начала говорить: —Вот же, ты хочешь войны? Хорошо, я тебе устрою, твой вызов принят!