Le sentier de l'oubli

Смывая остатки еды, от которых гурманы теряли голову и не жалели средств, опустошая свои кошельки в дорогом ресторане «La Vague», Катрин не ощущала того восторга, который царил в зале. «Волна» — название ресторана идеально отражало всё происходящее: волна посетителей, волна дохода, волна работы и суеты, которые не прекращались ни на мгновение. Она моет тарелки, как пластинка, заедающая на одном месте. Руки движутся автоматически, без сознательных усилий, из-за многократных повторений одного и того же жеста. Мелодия этого процесса — монотонная и изнуряющая, как звук, который всем надоедает, но никто не решается прекратить. В голове Катрин вновь вертелось предложение Этьена. Кто он такой? Кто его начальник? Почему она должна стать «подопытной»? И что они собираются с ней делать? Она не могла избавиться от тревоги, которая постепенно охватывала её мысли, как неприятное, но неотвратимое ощущение. Каждая новая мысль лишь добавляла вопросов, а ответы всё время ускользали. Катрин продолжала мыть посуду, ощущая, как напряжение нарастает. Задавая себе вопросы, она пыталась отыскать хотя бы малейший ответ, но тщетно. Спустя некоторое время последний посетитель покинул ресторан. Кажется, он был адвокатом — Катрин припомнила это из рассказов официантки, которая была без ума от богатых мужчин. Девушка не интересовалась ни возрастом, ни характером, её волновали только те деньги, которые эти мужчины могли потратить на неё, а она, в свою очередь, с удовольствием бездельничала днями напролёт. «Погоди, адвокат? А что если…» «НЕТ!» «Ты пыталась, и не один раз…»

***

— Как это возможно? Это же нечестно! Я создала этот механизм! — с пылающим чувством решимости, тревоги и горечи в голосе Катрин не могла сдержать своих эмоций. — Всё честно! Ты умной себя возомнила?! — ответил хозяин с таким высокомерием, что его слова едва не обжигали. Его голос был полон пренебрежения, а глаза блестели безжалостной холодностью. — И что ты понимаешь в ведении дел? Думаешь, ты сотворила какой-то шедевр, который любой другой учёный смог бы воспроизвести за несколько часов? Ты, видимо, забыла, с кем имеешь дело! Прекрати болтать глупости и скажи спасибо, что я ещё сегодня в хорошем настроении. Иначе ты бы давно поняла, что такое настоящие последствия. В её глазах неожиданно выступили слёзы, но они не падали — они лишь застыли, как сгустки влаги, готовые вырваться наружу. Как это могло быть? Он всегда восхищался её работой, говорил, что её творение — гениально, что она способна на всё, и он гордится, что у него есть такой сотрудник. И вот теперь? Теперь он глумится, как будто её труд — пустая трата времени, как дешёвая игрушка. Это чувство было подобно удару молнии, разрывающему безоблачное небо, — внезапным и разрушительным. Дом, построенный на её усилиях и надеждах, рухнул, оставив только обломки. Губы начали дрожать, а ком в горле не позволял дышать. Она не могла вымолвить ни слова. — Ох, какая хрупкая душа! — произнёс он, насмешливо скривив губы. Подойдя ближе, он наклонился к ней, и его взгляд был как холодный нож. Он смотрел на неё, как на безжизненную игрушку, которую можно выбросить. — Чего ты ждёшь? Убирайся отсюда, шавка! Ты больше не имеешь ко мне отношения. С тобой покончено! Живо, или я тебя сам вытолкаю отсюда. Катрин опустила голову, её плечи дрожали. Она быстро покинула помещение, не оглядываясь. Каждый шаг ощущался как последний — путь в бездну. Пройдя несколько шагов, она заметила угол и, не раздумывая, ринулась туда, скрываясь от взглядов. Как только она оказалась в укромном месте, слёзы хлынули наружу. Горькие, солёные, они касались её кожи, словно обжигая её душу. Всё, что она выстраивала с таким трудом, все мечты, ради которых она боролась, — рухнули в одно мгновение. Сердце сжалось от боли, казалось, что оно треснуло на тысячу осколков. Это был конец. Конец её надеждам, её борьбе, её вере в будущее. Всё, что осталось — лишь тёмная пустота и осознание, что она потеряла всё, на что так долго рассчитывала.

***

Прошло несколько дней с того разрушительного события. Катрин погрузилась в глубокую грусть, её душевное состояние было столь тяжёлым, что она не могла заставить себя встать с кровати. Всё казалось бессмысленным — даже самые простые дела, такие как уборка или приготовление пищи, стали ей не по плечу. Депрессия накрыла её, поглотив полностью. Внезапный стук в дверь вывел её из задумчивости. Она мгновенно вскочила с кровати, не задумываясь о своём внешнем виде. В её помятом платье, в котором она расхаживала по дому, она выглядела так, будто только что вылезла из-под коровы. Платье было сильно измято, словно достали его из мусорного ведра. Волосы — в полном беспорядке, словно птица свила гнездо на её голове. Локоны спутались в жуткие клубки, сальные и грязные. Она запустила себя, что было видно невооружённым глазом. Бедняжка. Подойдя к двери, она без раздумий потянулась за ручку, открывая её. На пороге стоял мужчина средних лет, невысокого роста, с избыточным весом. Его волосы были редкими, а усики, закрученные на концах, придавали ему вид неопрятного странного типа. — Ты та девка, как её… Катрин, да? — самодовольно произнёс он, приближаясь. — Да… — едва слышно ответила она, не понимая, в какой переплет попала. — Вот и хорошо! Ты мне должна пять миллионов моры. Поблагодари своего бывшего начальника. — Мужчина продолжал без всякой смены тона. — А если не будешь возвращать, столкнёшься с последствиями. Он неожиданно отодвинул край своего зелёного сюртука, демонстрируя револьвер, который был засунут за пояс. Вид этого оружия вызывал в Катрин дрожь. — Через неделю мой человек зайдёт к тебе. Ты должна отдать ему двадцать тысяч моры. За каждую неделю просрочки будут накапливаться проценты, так что советую не тянуть. До встречи, дорогуша! — С этими словами он повернулся и, не задерживаясь, начал удаляться. Катрин стояла в дверях, не в силах произнести ни слова. Словно земля ушла у неё из-под ног, и все её силы покинули её. Этот кошмар не мог быть реальностью. Но то, что происходило, было неоспоримо настоящим.

***

Прошло несколько дней с момента появления этого загадочного мужчины, и Катрин уже не могла терять времени. Её решение созрело — она должна была обратиться в суд, заявив, что её жизни угрожает опасность. «Фрэнсис всегда повторял, что в случае незаконных действий лучше всего подать в суд, чтобы разъяснить ситуацию. Ах, как я была глупа! Следовало бы действовать гораздо быстрее, сразу, как только они присвоили патент. Но теперь уже поздно сожалеть. Надеюсь, всё сложится благополучно.» Для того чтобы подать иск в суд, ей необходим был квалифицированный адвокат, тот, кто мог бы представлять её интересы и честно выиграть дело. Катрин была уверена, что её ни в чём не обвиняют, и что она должна одержать победу. Но для этого нужно было сделать правильный выбор. Она полагала, что полдела будет сделано, как только она обратится в нужное место. Поэтому, облачившись в безупречный наряд, который подчёркивал её утончённый вкус, молодая учёная направилась в агентство, которое так часто хвалил Фрэнсис, ведь его друг работал именно там. Девушка была уверена, что эта встреча сыграет ключевую роль. Когда она вошла в агентство — небольшое, с несколькими столами, за которыми трудились молодые, но явно опытные специалисты, — Катрин огляделась с лёгким волнением. «Как же звали этого друга Фрэнсиса? Ах, не помню… Может, просто сказать, что я Катрин? Он всегда говорил, что гордился нашей дружбой и любил хвастаться перед своими знакомыми.» — Вы по делу? — внезапно поднял взгляд молодой человек, одетый в элегантный дорогой костюм. Он мгновенно окинул её взглядом, оценивая её внешность с головы до пят. — А… Да… Меня зовут Катрин Дюран, — вежливо представилась она, стараясь понять, привлекла ли она чьё-то внимание. Возможно, среди этих мужчин был тот, кого она искала. Но, похоже, нет. Это не удивительно — скорее всего, он уехал в Ли Юэ с Фрэнсисом. — Присаживайтесь, мадам Дюран, — сказал юрист, изящно указывая рукой на кресло напротив своего стола. Катрин подошла к креслу и, несмотря на лёгкое разочарование от того, что не встретила нужного человека, постаралась сохранить спокойствие. — Меня зовут Тьерри дю Валле. Чем могу быть полезен? — спросил молодой адвокат, не сводя с неё взгляда. — У меня украли патент на моё изобретение и переписали долги на моё имя. Теперь мне угрожают и требуют, чтобы я всё вернула, — кратко объяснила Катрин, внимательно наблюдая за реакцией юриста. Тьерри кивнул в знак понимания и, проявив интерес, спросил: — Хорошо, а теперь, пожалуйста, расскажите более подробно. Кто именно украл ваш патент? — Этот человек — Альберт Роше. Его предприятие занимается разработкой новых технологий, — осторожно произнесла Катрин, стараясь звучать уверенно, но её голос предательски дрожал. — А кто вам угрожает? — продолжил адвокат, не поднимая взгляда, продолжая записывать что-то в своём блокноте. — А… Он не назвал своего имени. Только сказал, что его люди придут ко мне за деньгами в конце недели, — объяснила девушка, сжав руки на коленях, чтобы скрыть своё нервное состояние. Тьерри, бросив на неё острый взгляд, с лёгким презрением произнёс: — Дорогуша, я не знаю, что связывает тебя с месье Роше, но советую не начинать это дело. Он человек уважаемый, а ты — просто играешь с огнём. Если хочешь денег от него, обратись к кому-то другому и научись лгать! У меня и так полно работы. — Он откинулся в кресле, словно эта тема не стоила дальнейшего обсуждения. Катрин застыла на месте, не веря собственным ушам. Молодой человек буквально выгнал её, не поверив ни единому слову. Что же теперь делать? Как быть? Она была ошеломлена, теряя уверенность в каждом своём шаге. Покидая агентство, она чувствовала, как её мир рушится. И теперь ей оставалось только одно — искать выход на свой страх и риск. По дороге домой Катрин неожиданно столкнулась с мальчиком, который, торопливо разносив газеты, едва не столкнул её с ног. Одна из газет, выскользнув из его корзины, привлекла её внимание. Она инстинктивно наклонилась, чтобы поднять её, и едва сдержала удивление. «Месье Альберт Роше открывает новый завод по производству детских игрушек…» Внизу страницы было изображение того самого Альберта Роше. Но это был не тот человек, которого она знала. Нет, это был совсем другой Альберт Роше — старый и уважаемый бизнесмен из Фонтейна. Катрин остолбенела на месте. Она была настолько поглощена своей работой, что совершенно не следила за новостями. Если бы она хотя бы немного интересовалась последними событиями, она бы поняла, что её обманывали с самого начала. Все это время она верила в ложь. Абсолютно всё было фальшью. «Неудивительно, что тот адвокат меня прогнал…»

***

Наступила суббота. Катрин нервно шагала по комнате, из стороны в сторону, словно в ожидании чего-то страшного, невообразимого. Она надеялась, что все это — всего лишь плод её страха и воображения. Возможно, никто не появится, и никто не потребует денег. Может, всё это было придумано ею, ненадолго нарушившей спокойствие своих мыслей. Но вдруг раздался стук в дверь. Словно ступая по осколкам стекла, Катрин подошла к двери и, застыла, будто приросла к полу. Рука дрожала, но, несмотря на панику, она всё же решилась открыть дверь. На пороге стоял высокий молодой человек, одетый с излишней небрежностью: скомканный синий сюртук, протёртые штаны, неопрятные, сальные волосы. Его вид был просто отвратителен. — Деньги давай! — произнёс он, лениво облокотившись на дверной косяк. — А если нет? — неожиданно для себя самой, набралась смелости Катрин. Парень хмыкнул и, с жестокой хладнокровностью, обвил свою руку вокруг её шеи, перекрывая дыхание, будто сжимая не только её тело, но и всю её уверенность. — Тогда я выбью их из тебя, — сказал он, и, отпустив её шею, с силой нанес удар в живот, словно это был не просто физический удар, но и удар по её существу, по всему, что она знала. Катрин рухнула на пол, её тело содрогалось от боли, а каждый вдох давался с трудом. — На следующей неделе отдашь — за сегодня, и за следующую неделю, да ещё и с процентами! А если нет — тебе будет гораздо хуже! — прозвучала угроза, как холодный удар молнии, оставляя её в полном оцепенении. Молодая ученая дрожала, не в силах подняться. Было непонятно, что сильнее — боль или страх. Её сердце колотилось, а разум метался в поисках выхода, который не был очевиден. Она была парализована ужасом, не понимая, как всё это стало её реальностью. Её жизнь рухнула в одно мгновение, и теперь ей предстояло искать способ выжить — найти деньги, чтобы сохранить жизнь.