Его идеальный подарок

Сяо снова просыпается один. Он сонно окидывает взглядом комнату, слышит какие-то звуки с кухни и испытывает лёгкое чувство дежавю, потому что в прошлый раз всё было так же, за исключением того, что теперь Сяо отчетливо помнит, чем закончилось их вчерашнее свидание. От всплывших воспоминаний по телу пробегают мурашки. Сяо довольно резко садится, обхватывая голову ладонями, и стыдливо прикрывает глаза. Он вчера, поддавшись собственным грязным желаниям, переспал с Итэром прямо на этой кровати. Пускай не в прямом смысле этого слова, но в моральном плане он ощущал себя так, словно раскрыл душу наизнанку и доверился так, как не должен был доверять кому-то, с кем он встречается не так уж и долго. С другой стороны… вчера впервые в жизни ему было приятно. Впервые в жизни он видел в чьих-то глазах такое обожание. Впервые, блять, в его жалкой жизни кто-то так сильно хотел доставить ему удовольствие, не вынуждая подставляться и страдать от болезненного проникновения. Перед глазами проносятся обрывочные картинки произошедшего — как он цеплялся за простыни, как просил Итэра быть помягче, а еще как он лежал с раздвинутыми ногами и стонал от удовольствия. Сяо действительно стыдно вспоминать всё это, но он не может врать самому себе, потому что верни его опять во вчерашний день, и он бы поступил точно так же. Ведь он тоже Итэра хотел. Он сам в итоге всё это затеял, так что нет смысла этого стыдиться. Вряд ли Итэр после вчерашнего захочет его бросить. Наверное, если бы хотел, то уже давно бы разбудил и выпроводил из квартиры, а он, судя по всему, опять готовит завтрак, и это, вопреки здравому смыслу, заставляет Сяо стыдиться ещё сильнее, чем до этого… Он всё же находит в себе силы встать, спустя пару минут бессмысленных самокопаний. Из одежды на нём только нижнее бельё, и, если честно, он бы очень хотел забыть, как вчера после произошедшего он на дрожащих ногах скрылся в душе, после чего мгновенно залез под одеяло и закутался в нём по самый кончик носа. Итэр на это лишь мягко посмеялся и, пожелав спокойной ночи, тоже ушел в душ, а Сяо, так его и не дождавшись, просто уснул, переутомленный столь насыщенным днём… Он не помнит, чтобы просыпался этой ночью. Он помнит только, что сквозь сон иногда чувствовал крепкие объятия, а может, он себе это выдумал, он не уверен наверняка. Оглядевшись по сторонам, Сяо так и не находит одежду. Тихо ругнувшись себе под нос и назвав Итэра озабоченным придурком, он кутается в одеяло и так и выходит из комнаты, вновь заставая Итэра за готовкой. Сердце почти сразу же замирает где-то в горле, потому что то, что Сяо видит, заставляет его нутро натурально перевернуться вверх ногами… Сегодня волосы Итэра небрежно распущенны. Они струятся по практически обнаженной груди до самой талии, где Сяо замечает едва затянутый пояс халата. На губах у Итэра сразу же появляется яркая улыбка, стоит ему заметить замеревшего от восхищения Сяо. Черт… Весь вид Итэра сейчас выглядит таким домашним, таким простым, но в то же время каким-то чересчур особенным, что Сяо правда не может оторвать взгляд от виднеющейся сквозь едва запахнутый халат груди и от открытой тонкой шеи. — Я не нашел одежду, — вместо приветствия и в попытке скрыть своё нахлынувшее смущение, говорит Сяо, и Итэр на это, ни секунды не сомневаясь, отвечает: — Не понимаю, зачем тебе одежда. Ты можешь чувствовать себя как дома. — Я не хожу дома голым, — настаивает Сяо, и Итэр в ответ на это мягко смеется, из-за чего по телу пробегают мурашки. — Вчера ночью твоя нагота тебя совершенно не смущала, — тут же подначивает Итэр, и Сяо лишь сильнее хмурится, ощущая, что уже на грани от того, чтобы сгореть от смущения, потому что вид Итэра абсолютно не добавляет уверенности, а наоборот вынуждает чувствовать себя похотливым животным, которое пускает слюни на что-то столь… прекрасное. — Я приготовил тебе домашние шорты и футболку. Они лежат в ванной. Но ты всегда можешь остаться таким — ты безумно красив без одежды, — абсолютно спокойным голосом произносит Итэр, и Сяо моментально вспыхивает как спичка, потому что этот комплимент звучит из чужих уст так обыденно, будто бы нет ничего странного в том, что кто-то считает тощее тело Сяо красивым. Будто бы это какой-то общеизвестный факт. Да блять, будто Сяо вообще заслуживает подобных слов в свой адрес… Он ничего не отвечает. Лишь бегло скрывается в ванной, чтобы умыться и, наконец, одеться в одежду, которую Итэр, видимо, купил специально для него, потому что она снова просто идеально совпадает по размеру, и Сяо этому уже даже не удивляется. А вот чему он абсолютно точно удивляется, так это собственному отражению, потому что когда он видит синеющие по всей шее засосы, его натурально бросает в дрожь. Да, Итэр кусал его вчера. Да, не сдерживался. Но черт… Сяо вообще не ожидал, что его кожа настолько чувствительна. Как он пойдет на работу с этим произведением искусства? Сможет ли он хоть как-то их закрасить? Сможет ли в принципе не сгореть от стыда даже перед Скаром, когда тот увидит всё это? Итэра на мгновение хочется придушить. И желание это сильно настолько же, насколько сильно смущение, охватившее всё тело, стоит Сяо мягко прикоснуться подушечками пальцев расцветших засосов. Это в какой-то степени приятно. А ещё стыдно. А еще много чего другого, чего Сяо не разбирает в ворохе своих эмоций. Неужели Итэр правда его так сильно любит, что даже не контролирует свои порывы?.. — На этот раз на завтрак бутерброды с красной рыбой. Почти как в ресторане, — произносит Итэр, стоит Сяо вернуться на кухню, и от услышанного брови против воли ползут вверх. — С красной рыбой? Серьезно? Ладно хоть не с красной икрой… — качает головой Сяо. — Ты хотел икру? В следующий раз сделаю с ней, — смеётся Итэр, и Сяо на это лишь закатывает глаза. — Мог бы сделать простую яичницу. Или ты каждый раз так заморачиваешься с завтраком даже для себя одного? — Просто яичницу ты можешь поесть и дома… И нет, каждый день мой завтрак выглядит совершенно не так. Подобное я делаю только для тебя, — флиртует Итэр и снова садится напротив, протягивая Сяо кружку с ароматным кофе. — Три ложки сахара. Как ты любишь. По телу пробегают мурашки. — Ты сводишь меня с ума… — бурчит Сяо, но послушно обхватывает стакан пальцами. — Приму этот завтрак как извинение перед моей истерзанной шеей, — бросает он колкую фразу скорее по инерции, а не потому, что действительно хочет, чтобы Итэр признал свою вину. Просто он чувствует себя так неловко. Просто он почти физически теперь ощущает засосы по всей коже, а еще он просто никак не может привыкнуть ко всему вот этому — к этой роскоши, к любви, которой Итэр его одаривает, и к тому, что они теперь настоящая пара. После вчерашнего вечера сомнений в последнем не остается, но Сяо не знает, сколько времени понадобится его травмированному мозгу, чтобы свыкнуться со всем этим… — Ты преувеличиваешь, — пожимает плечами Итэр и, взяв своими изящными пальцами бутерброд, тихо добавляет. — Скажи спасибо, что я ограничился лишь шеей. Сяо закашливается, в неверии уставившись на Итэра, а тот в свою очередь абсолютно спокойно откусывает кусок от бутерброда, кажется, едва сдерживая похабную ухмылку. — Хочешь сказать, что мне повезло, что ты не искусал меня всего, как животное? — привычно ощетинивается Сяо, потому что внутри он сгорает от стыда и, что удивительно, от подкатывающего возбуждения, потому что, черт… Он даже представить себе не мог, что однажды его будут хотеть настолько сильно, чтобы целовать и кусать его тело. Итэр этого даже не скрывает. Снова посмеивается тихо, облизывает крошки хлеба с розоватых губ и совершенно бесстыже произносит: — Да, именно это я и хотел сказать. А теперь ешь, моё сокровище, у нас ещё столько всего по планам… И Сяо действительно замолкает на какое-то время, потому что больше выдерживать этот откровенный флирт у него нет никаких сил. Он старается на Итэра не смотреть, но получается плохо, потому что невозможно отвести взгляд от того, как красиво поблескивает цепочка на его изящной шее. Невозможно отвести взгляд от его тонких пальцев, которыми тот держит самый вкусный бутерброд из всех, что за свою жизнь пробовал Сяо. И вкусный он не столько потому, что это красная рыба и всё такое, а потому, что Итэр приготовил его сам. Он приготовил его для Сяо. Он хотел, чтобы ему понравилось. И ему действительно нравится, а еще нравится то, как сильная грудь откровенно выглядывает из-под распахнутого халата… Мысли сами собой уносятся не в то русло, и не помогает ни горячий кофе, которым Сяо обжигает себе язык, ни бутерброды, которые он с огромным удовольствием поглощает, испытывая сильный голод, ведь вчера вечером они так и не дождались доставку. Не помогает и то, что Итэр, судя по всему, замечает этот взгляд, потому что он вдруг поднимает руки, чуть откидывает голову назад, собирает пальцами волосы, а после перекидывает их вперёд, вновь позволяя локонам рассыпаться по выглядывающей груди, из-за чего внутри жар подскакивает прямо к горлу… Это красиво. Это горячо. И Сяо натурально засматривается на то, как одна часть шеи остается абсолютно открытой для внимательных глаз, а еще как тонкие губы растягиваются в наглой ухмылке. Кажется, Итэр этот взгляд расценивает не как простое любование, а как призыв к чему-то большему, потому что он вдруг встаёт со своего места, выводя этим Сяо из транса, подходит ближе, едва ли не вплотную, и, чуть сдвинув опустевшую тарелку в сторону, небрежно садится прямо на стол, позволяя полам халата разъехаться окончательно, открывая вид на сильные бёдра, которые Сяо вчера так и не успел толком рассмотреть. — О каких планах речь? — пытаясь подавить подкатывающее волнение вперемешку с возбуждением, выпаливает Сяо и усилием воли заставляет себя оторваться от лицезрения красивых ног перед собой и посмотреть Итэру в его наглые, самодовольные глаза. — Я хотел прогуляться по набережной, а вечером сводить тебя в один чудесный ресторан. Уверен, тебе там понравится, — подыгрывает Итэр и его пальцы вновь скользят к лицу, аккуратно цепляют небрежно-лежащую челку и убирают ее за ухо, из-за чего серьга чуть покачивается в воздухе, привлекая к себе внимание и будто очаровывая. — Я не ожидал, что весь сегодняшний день я проведу с тобой, — всё ещё препирается Сяо, хотя он не понимает, почему делает это. Он ведь так ждал этих выходных. Он ведь так устал от работы, от этой захламленной квартиры, от всех хлопот. Тогда почему сейчас, когда ему так хорошо, он опять думает о том, чтобы сбежать? Наверное, он просто привык к своей ничтожности. Наверное, ему просто тяжело от того, что он в этой жизни не к месту, и как бы Итэр не доказывал ему обратное, принять новую реальность Сяо пока что не в состоянии… Итэр от услышанного заметно мрачнеет. В его глазах появляется знакомая тяжесть, а с губ пропадает флиртующая ухмылка. Он смотрит с пару секунд, абсолютно не моргая, будто пытается найти в глазах Сяо какие-то ответы, а после роняет какой-то глухой смешок, который Сяо не понимает, как правильно трактовать. — Хочешь от меня сбежать? Ты ведь обещал, что эти выходные проведешь со мной, — мрачно произносит Итэр, и его пальцы вдруг оказываются на щеке Сяо — не делают больно и не надавливают, лишь касаются невесомо, из-за чего по всему телу пробегают предательские мурашки. — Обещал? Когда? — уже не так уверенно переспрашивает Сяо, потому что он правда не помнит, когда мог дать подобное обещание. — На этой неделе. В один из вечеров, когда я отвозил тебя домой. Ты не помнишь… — не спрашивает — утверждает еще сильнее помрачневший Итэр, и Сяо испытывает укол стыда, потому что, черт… Он правда этого не помнит, и Итэра, судя по всему, это заметно оскорбляет, ведь он запоминает о Сяо любую мелочь. Ведь он постарался спланировать сегодняшний день для них. Даже не так. Он спланировал его для Сяо. И чем тот платит в ответ? Снова отнекивается? Снова делает вид, что очередная попойка со Скаром и Чайльдом ему правда интереснее, чем свидание с идеальным парнем, который готов для него на всё?.. — Прости, я правда не помню… Но… Может, вместо свидания посидим в баре с парнями? Мы уже давно с ними вот так не собирались… — неуверенно просит Сяо, и пальцы Итэра проскальзывают по скуле ниже, невесомо пробегаются по поджатым губам и аккуратно останавливаются на подбородке, тем самым будто вынуждая замереть в одном положении и не сметь отводить взгляд в сторону. — Ты обещал бросить пить, — чеканит Итэр, хмурясь, и Сяо нервно сглатывает, осознавая, что окончательно испортил им обоим чудесное утро. — Я не буду пить, клянусь, — голос предательски дрожит, и Сяо не понимает, почему так переживает, ведь Итэр не делает ему больно, ведь он всего лишь хочет как лучше, он даже толком не злится и не психует… Но Сяо, почему-то, всё равно нервничает. Наверное, это просто от стыда. Наверное, нужно попросить прощения за всё это и просто провести с Итэром время. Скар и Чайльд на него точно не обидятся, они ведь и сами любители провести время вдвоём, и Сяо частенько бывает для них третим лишним… — Ладно… Если ты не будешь пить, то мы пойдем. Я пойду с тобой… — вдруг соглашается Итэр, и его пальцы пропадают с подбородка, соскальзывая вниз, на шею, и едва заметно касаясь засосов. Сяо с трудом сдерживает томный выдох, когда его нервозность вдруг прерывается диким возбуждением, ударившим в голову. Взгляд снова против воли падает вниз, цепляется за открытые бёдра, на которых едва заметны светлые волоски, за край белья, выглядывающего из-под практически распахнутого халата, а в мыслях так некстати всплывают картинки вчерашнего вечера, когда Итэр подрочил у него на глазах. — Я не любитель трахаться после завтрака, — выпаливает Сяо грубо и подскакивает со стула так резко, что аж у самого темнеет на секунду в глазах. — Правда? А мне казалось, ты как раз весь завтрак раздевал меня глазами, — тут же флиртует Итэр, и в его голосе Сяо не улавливает ничего от той мрачности, которая была там еще пару секунд назад. — Ты и так практически раздет. — А вот ты наоборот слишком сильно одет, — парирует Итэр, и Сяо давится воздухом, когда его наглым образом притягивают за шею к себе, едва ли не заставляя столкнуться лоб в лоб. — Я по твоему взгляду вижу, что ты хочешь продолжения… — шепчет Итэр губы в губы, и от горячего дыхания всё внутри натурально сводит тисками, потому что да… Сяо хочет, и врать об этом тому, кто видит его насквозь, совершенно бессмысленно, но, почему-то, где-то в глубине души Сяо в собственных желаниях сомневается. Он сам не может нормально истолковать это чувство. Наверное, он просто боится. Боится, что Итэр, у которого еще минуту назад было плохое настроение, сделает ему больно, решив отыграться за испорченный завтрак. Боится того, что сам же проецирует поведение своего бывшего на того, кто ни разу не совершал ничего подобного. Сяо просто боится — беспочвенно, стыдливо и так невероятно глупо, что хочется натурально закрыться и провалиться сквозь землю, только бы не объясняться перед Итэром за весь этот бесконечный бред сумасшедшего… — О чем ты там думаешь в такой момент? — вновь хмурится Итэр, и Сяо вздрагивает от того, как его чуть дергают в сторону, меняя их положение и прижимая его поясницей к столу. — Выбрось все сомнения из головы, смотри только на меня и думай о том, как уже через минуту я подрочу тебе прямо на этом столе… — горячим шепотом выпаливает Итэр, а после, не дав Сяо и секунды опомниться, подаётся вперед, накрывая губы Сяо своими. Внутри всё закручивается узлом. Уши вспыхивают огнём от услышанного, а сердце подскакивает прямо к глотке. Перед глазами всё плывет от переизбытка эмоций, а в голове всё окончательно превращается в кашу, потому что мыслить здраво в такой момент не получается. Тревожность мешается в безумный коктейль вместе с возбуждением, и Сяо сам не узнаёт свой голос, когда изо рта вырывается то ли стон, то ли всхлип, который тут же теряется в крышесносном поцелуе… Сяо и правда много думает. Он правда много сомневается, зачем-то мучает себя сравнениями из прошлого… А Итэр в это время просто действует. И Сяо бы хотел возмутиться из-за того, что его буквально силой укладывают лопатками на стол. Хотел бы возмутиться, когда с него снова, прямо как и вчера, грубо стаскивают одежду, да вот только он не может, потому что всё тело горит огнём от беспорядочных касаний. Он едва ли успевает делать вдохи между бешеными поцелуями. Он снова не может толком посмотреть на то, как Итэр обнажается — Сяо может лишь почувствовать, когда поверх его возбужденного члена проезжается еще один, не менее горячий и не менее возбужденный. Это всё так странно, так сумбурно, так… безумно… Но Сяо обещает себе подумать об этом после, потому что сейчас… он, если честно, хочет отдаться моменту. Потому что Итэр правда чувствует его желания лучше, чем он сам. Потому что Итэр, судя по всему, увидел эти жадные взгляды, которыми Сяо его оглядывал, а теперь он помогает вытеснить из мыслей всё ненужное. Итэр снова действует напористо, и Сяо поддаётся. Просто не может не поддаться, когда его буквально сбивают с ног такой острой страстью. И это… по-странному приятно. Особенно приятно, когда Итэр обхватывает их члены руками. Сяо снова задыхается в собственном всхлипе, хочет оторваться от поцелуев, опустить взгляд вниз, посмотреть, может, даже помочь, но Итэр не позволяет. Он не держит его за руки как вчера, но Сяо ощущает себя будто парализованным происходящем. Он сжимает руки в кулаки, не смея коснуться ни Итэра, ни их возбужденных членов. Он просто пытается отдаться моменту, пытается расслабиться, ведь ему не нужно думать о том, как бы подставиться так, чтобы не было больно, не нужно думать о том, что надо всё делать самому, чтобы ублажить своего парня, не нужно переживать о том, что он сам останется без долгожданной разрядки. Потому что Итэр снова контролирует происходящее, прямо как вчера вечером. Он снова всё делает сам, и Сяо не может не удивиться тому, насколько ему это нравится. Просто раньше ему тоже не давали права выбора, но он испытывал лишь боль. Теперь же всё иначе. Итэр будто знает, как сделать хорошо. Он словно старается только над тем, чтобы Сяо было приятно. Черт, его пальцы на членах двигаются именно так, как нужно. Сяо нравится эта близость. Ему нравится то, что он буквально всей своей плотью чувствует плоть Итэра. Ему просто нравится, что Итэр не делает больно, хотя и не даёт как такового выбора. Он даже не кусается как вчера. Он просто лезет языком в рот всё глубже и глубже, вылизывает полностью, едва позволяя делать короткие, нуждающиеся вдохи, а второй рукой он доводит их обоих до исступления… И Сяо кончает резко, с громким стоном, слетевшим с зацелованных губ, и в этот момент он думает о том, что это даже не похоже на секс. Скорее, на бешеную, безудержную страсть, потому что за все эти минуты он даже не смог к Итэру прикоснуться. Всё, что он мог, это лежать голым на чертовом кухонном столе, стонать от резких, неожиданных действий и теряться в происходящем, сгорая от настойчивых ласк. Итэр кончает следом — тоже изливается Сяо на живот и вместе с этим больно прикусывает его за губу, так и замирая на мгновение… Все эмоции и мысли будто покидают тело, когда Итэр, наконец, отстраняется. Сяо всё же опускает взгляд вниз, цепляется за опавший член Итэра, за его светлые волосы в паху, за его едва заметный пресс и сильную грудь, а еще за удовлетворенный, сытый взгляд. — Ты просто сводишь меня с ума… Как же сильно я хотел тебя всё это время, если бы ты только знал… — шепчет Итэр томно, и Сяо очень хочет схлопнуть колени вместе, чтобы хоть немного прикрыться от этого бесстыжего взгляда, но Итэр на это лишь усмехается, тут же ладонями впиваясь в бёдра и не позволяя свести их вместе. — Со спермой на животе ты выглядишь просто бесподобно… — оставляет он пошлый комплимент, и Сяо из-за этих грязных слов будто выходит из транса. — Ты… ты, блять, извращенец, — грубит Сяо по инерции, пытаясь за этими словами спрятать собственное смущение. — Отпусти меня… — препирается он и, всё же вывернувшись из хватки, отпихивает Итэра от себя, тут же вставая на дрожащие ноги и хватая с пола футболку, в надежде хоть немного прикрыться. — Ты разбиваешь мне сердце своей грубостью, — посмеивается Итэр, но не препятствует, когда Сяо, больше ничего не сказав, сбегает в ванную. И только оставшись с собой наедине, Сяо чуть нервно выдыхает и не сдерживает какую-то совсем уж глупую улыбку. Он бросает взгляд на себя в зеркало и видит всё еще поплывший, ничего не осознающий взгляд, видит засосы по всей шее и застывшую сперму на животе. Видит то, как дрожит собственное тело… Он видит себя — желанного, удовлетворенного и, блять, любимого, и думает о том, что это просто какое-то безумие. То, как сильно Итэр в него влюблен — это безумие. То, как давно и сильно Итэр его хотел; то, как при всей своей напористости и грубости он умудряется доставлять Сяо удовольствие; то, как он смотрит каждый раз — это просто что-то невообразимое. И Сяо, конечно, может сколько угодно грубить и препираться, но отрицать тот факт, что ему всё это нравится, он просто не может. Да и, в общем-то, не хочет.

***

— Снова будем кормить уток? — спрашивает Сяо, когда они неспеша подходят к тому самому месту, где гуляли в прошлый раз. — Как ты захочешь. Магазин, вроде, недалеко, — улыбается Итэр, и Сяо на мгновение на его улыбку залипает, и это ощущается так странно… Сколько прошло с той самой прогулки? Месяц? Два? Тогда Сяо даже подумать не мог, что навязчивый богатенький сыночек с тяжелым взглядом станет ему так близок. Даже не так. Что он станет тем, кто теперь вызывает у Сяо улыбку и одаривает его любовью, которой с каждым днем становится всё больше и больше. Водолазка с высоким горлом, которую ему перед прогулкой предложил Итэр, если честно совсем не помогает скрыть порывы любви, оставшиеся после жаркой ночи, но Сяо не может на Итэра за это злиться. Он бы хотел, но правда не может, потому что банально не имеет на это права. Разве может он злиться на то, что его готовы зацеловать и искусать с головы до ног? Разве может злиться на то, что все эти порывы любви Итэр просто не в состоянии сдерживать? Разве Сяо имеет право злиться, когда его так сильно любят? Он ведь когда-то мечтал о подобном. Он правда мечтал о том, чтобы кто-то вот так смотрел на него, чтобы кто-то хотел его не только как игрушку для собственного удовлетворения, чтобы кто-то ставил его удовольствие выше своего… Это, наверное, так эгоистично, и Сяо стыдится подобных мыслей, но с другой стороны… Итэр ведь отдаёт всё это сам. Он ничего не просит взамен, разве что просто хочет, чтобы его любили, и Сяо, как ни странно, кажется, всё сильнее влюбляется, просто не может и боится эту любовь показывать. Он грубит снова и снова, будто подсознательно пытается Итэра оттолкнуть. Он всё ещё не проявляет инициативы. Он даже не проявляет никакой активности в сексе, и от этого где-то в глубине души он испытывает неловкость, потому что Итэр ему не безразличен, но показывать это Сяо просто не умеет. — Уток нигде не видно, да и я быстро замерзну, так что давай просто походим, — всё же отвечает Сяо спустя пару секунд молчания и всё тело сводит от мурашек, когда он чувствует прикосновение к своей холодной ладони. — Ты не носишь перчатки. Почему? — спрашивает Итэр тихо, и Сяо ощущает, как в груди растекается предательский трепет от того, как Итэр крепко сжимает его ладонь, будто пытаясь отдать таким образом всё своё тепло. — Ты ведь тоже не носишь. — Речь не обо мне, да и мне, как видишь, не холодно, — настаивает Итэр, и Сяо плавится от его заботы, потому что всё ещё не верит, что заслуживает это. Декабрь погодой совершенно не радует. Снега всё ещё нет, зато есть бесконечный холод и сильный ветер, а Сяо в целом ненавидит зиму. Он бы и не пошел на улицу в такую погоду, если бы не Итэр. Он бы в целом время проводил совершенно иначе, если бы не Итэр… Наверное, в этот час он бы уже пил одиноко в квартире. А потом бы продолжил пить вечером в баре. А потом уснул бы в беспамятстве до самого утра, чтобы проснуться с головной болью и сухостью во рту. Сяо всё ещё не может поверить, что его жизнь так сильно начала меняться с появлением Итэра. Он не пьет уже больше двух недель. Он учится проводить свободное время иначе, а еще учится нормально реагировать на проявление любви в свою сторону. Сяо правда старается, и раз Итэр всё ещё остаётся рядом и даже хочет его, то, наверное, он тоже все эти попытки замечает… — Я не привык к перчаткам, — произносит Сяо честно, и в ответ слышит тяжелый вздох. — Придется привыкнуть, потому что я не хочу, чтобы ты застудил свои прекрасные руки, — тихо говорит Итэр, и его большой палец снова ненавязчиво проскальзывает по ладони, мягко оглаживая, из-за чего у Сяо привычно в груди что-то щемит от этой нежности. — Может, зайдем за кофе? Сможешь согреть руки о горячий стаканчик… Или мы можем прогуляться до высотки, а там зайти внутрь погреться. Небоскреб, на смотровой площадке которого они были в прошлый раз, и правда находится совсем недалеко. Сяо невольно бросает на него взгляд и думает о том, что даже отсюда он кажется таким близким, будто стоит буквально за углом, хотя до него идти еще порядком километра. Резко в воспоминаниях всплывает тот самый вечер, когда они стояли там, на самом верху. Итэр держал его за руку, прямо как сейчас, и Сяо помнит, что в ту ночь он впервые, наверное, доверился ему так сильно, как не думал, что сможет довериться почти незнакомцу. Итэр просто особенный. Он внимательный, заботливый и любящий. Он тоже переживал предательства, а еще он тоже достаточно натерпелся в жизни, и поэтому, наверное, Сяо всем своим существом к Итэру тянулся, а потому и доверял снова и снова, и его доверие ни разу не было предано. — Кофе звучит заманчиво, потому что я не думаю, что в бизнес-центр нас пустят охранники, — легко соглашается Сяо, всё ещё глядя куда-то туда, на вершину высотки, и до слуха доносится тихий смешок. — Ты всё ещё сомневаешься в том, что я могу, при желании, провести тебя в любое место? — отвечает Итэр, словно заигрывая, и Сяо переводит взгляд обратно на него, замечая на губах хитрую ухмылку и какой-то проснувшийся азарт в чуть прищуренных глазах. — Не сомневаюсь. Просто не вижу смысла ради такого договариваться с кем-то. Это ведь лишний геморрой, — пожимает плечами Сяо, и Итэр мягко посмеивается, вдруг медленно приближаясь лицом к лицу. — А что, если я скажу, что мы можем без проблем пройти внутрь, так как у меня там находится офис? — горячее дыхание обжигает губы, и Сяо на мгновение так и замирает, с сомнением глядя глаза в глаза. — Шутишь? — А похоже, что шучу? Всё тело вновь содрагается в каком-то волнительном трепете, и Сяо сам не замечает, как его брови ползут вверх от удивления. Итэр на это тихо посмеивается, опаляя замерзшие, стиснутые в одну полоску губы своим дыханием, и всё же сокращает между ними последнее расстояние, оставляя короткий, смазанный поцелуй на губах, будто воспользовавшись оцепенением Сяо. В груди всё натурально вспыхивает огнём, и Сяо сам не замечает, как роняет рваный вздох, чем Итэр тут же пользуется, проталкивая язык Сяо в рот. Целоваться вот так, стоя на чертовой набережной, где вокруг снует куча народу, это что-то за гранью. Сяо не помнит, чтобы такое происходило с ним хоть когда-то, потому что бывший на людях от него лишь отмахивался. Потому что Сяо никогда не смел при других даже заикнуться о том, что они вместе. Но Итэру на общественное мнение, кажется, абсолютно наплевать, потому что он не стесняется держать Сяо за руку на улице, а теперь вообще целовать, жадно цепляя потрескавшиеся губы зубами и лишь сильнее сжимая подставленную дрожащую ладонь… — Итэр… Имей совесть, отцепись хотя бы на улице, — выпаливает Сяо сдавленно в поцелуй и свободной рукой всё же упирается в грудь Итэру с намерением оттодвинуть его от себя, но тот неожиданно хватает ее за запястье и крепко сжимает, напирая будто еще сильнее. Сяо от подобного вздрагивает всем телом и роняет очередной тихий всхлип, когда чувствует болезненный укус в этом странном, но таком будоражащем поцелуе. Итэр слишком напористый. Он не стесняется Сяо в обществе, он не скрывает свои чувства и не боится того, что об их отношениях расползутся слухи. Да, он не медийная личность, но Сяо знает, что любые бизнесмены всегда находятся под прицелом. Вот только Итэру на это абсолютно плевать, и Сяо едва сдерживает глупые благодарности за то, что его, наконец, воспринимают как полноценного партнера, а не просто пустышку для секса. — Итэр, блять… — снова шипит Сяо и ловит верхнюю губу Итэра зубами, пытаясь привести его в чувства, и это, в конце концов, помогает. Итэр отстраняется нехотя, всё ещё сжимая руки Сяо в своих, и его губы расплываются в какой-то абсолютно бесстыжей улыбке. — Ну не могу я сдерживаться рядом с тобой… — произносит он совсем тихо, будто бы заигрывая, и, наконец, отпускает запястье Сяо, делая шаг чуть в сторону. — Так что насчет офиса? Зайдем? — он резко меняет тему, и Сяо на мгновение даже теряется. Он выдыхает тяжело, чуть дергает головой, будто пытаясь скинуть с себя наваждение после поцелуя, снова переводит взгляд на высотку и окончательно приходит в себя. — Эм… Тупой, наверное, вопрос, но… У тебя правда есть офис? — чувствуя себя невероятным глупцом, спрашивает Сяо и ждет, что Итэр над ним посмеется, но тот, вопреки ожиданиям, лишь мягко улыбается и чуть склоняет голову в сторону, не сводя свой привычный томный взгляд со всё ещё пылающего лица Сяо. — Вовсе не тупой, и да, у меня есть офис. — А зачем? Я просто думал, что ты всё время только в ресторанах проводишь… Итэр на это снова мягко смеётся и поднимает свободную руку к лицу Сяо, осторожным движением убирая выбившуюся от лёгкого ветра прядь за ухо. — Как мило, что ты этим интересуешься, — томно произносит Итэр, и его рука осторожно зависает на щеке, едва касаясь ее пальцами. — В каком-то смысле ты прав, в офисе я бываю редко… Там я провожу переговоры с поставщиками, встречаюсь с управляющими ресторанов, контролирую бухгалтерию, разбираю всякие отчёты, и всё такое прочее… В общем, сплошная рутина… — заканчивает Итэр и, наконец, убирает руку, но взгляд так и не отводит, смотрит неотрывно глаза в глаза и словно ждёт какой-то реакции. А Сяо не знает, что ответить, потому что на мгновение он ощущает себя абсолютно ничтожным, ничего не знающим и ничего не добившимся в жизни человеком. В голове снова всплывают воспоминания о том, что Итэр в его возрасте открыл первый ресторан. В этом самом возрасте, в котором Сяо задает такие глупые вопросы. В этом, блять, возрасте, в котором у Сяо из достижений — это двухнедельный перерыв в алкоголизме и то благодаря кому-то столь успешному. На душе неприятно тянет, когда Сяо допускает в голове мысль о том, что он не понимает, почему Итэр с ним. Почему-то сейчас, стоя недалеко от этого чертова небоскреба, в водолазке Итэра, держась с ним за руку, Сяо вдруг испытывает странное чувство неправильности происходящего. Рядом с Итэром должен быть кто-то стоящий. Кто-то, кто будет нормально реагировать на все проявления любви, кто не будет Итэра отталкивать, кто не будет задавать тупые вопросы. Черт… Кто-то, кто будет с ним в равных условиях, а не в позиции потребителя… — Что случилось? Ты помрачнел, — тут же замечает перемену настроения Итэр, и Сяо осознаёт, что улыбка против воли сползла с его лица. — Всё в порядке. Я просто… Сяо не договаривает — замолкает на середине предложения и вглядывается в тёмное золото глаз, надеясь увидеть там хоть какие-то ответы, но находит там лишь привычную внимательность и какую-то глубокую заинтересованность, которой там просто не должно быть в отношении такой пустышки. А ещё Сяо замечает там нервозность, которая появляется каждый раз, когда Сяо впадает вот в такое состояние неопределенности. — Не просто. Я вижу, что не в порядке. Я сказал что-то не так? — спрашивает Итэр более настойчиво, и с его губ тоже окончательно пропадает улыбка. — Нет, не в этом дело… Прости… Я… — Сяо тяжело выдыхает и отводит взгляд в сторону, вновь пытаясь собрать мысли в кучу и придумать адекватный ответ, а Итэр в это время лишь крепче сжимает ладонь Сяо в своей. — Я просто в моменте ощутил себя глупым… И мне стало стыдно, что я задаю тебе такие дебильные вопросы… Рука Итэра медленно возвращается к лицу Сяо, накрывает его и так пылающую щёку и на этот раз пальцы чуть ощутимее впиваются в кожу, из-за чего Сяо вздрагивает и переводит взгляд обратно в глаза нахмурившемуся Итэру. — Смотри на меня и слушай внимательно, — тихо произносит он, и Сяо, будто под гипнозом, замирает, больше не смея отвести взгляд от расплавленного золота. — Твои вопросы не глупые. И сам ты тоже не глупый. Нет ничего плохого в том, что ты хочешь лучше узнать мир, в котором я живу, так же как и я хочу знать всё, что происходит в твоей голове. Я хочу знать все твои сомнения, переживания и мысли, потому что мне важен ты… — большой палец мягко оглаживает щёку, и Сяо едва сдерживает всхлип смущения, потому что каждое слово больно бьёт поддых, ведь Сяо не привык к подобному. Ведь Итэр доказывает ему свои чувства и любовь снова и снова, а Сяо постоянно тонет в сомнениях, несмотря на то, как сильно Итэр в нём заинтересован… Черт… — Тебе может до сих пор казаться, что вся эта роскошь, которая у меня есть, она имеет хоть какой-то смысл, но я не устану повторять, что главное сокровище в моей жизни — это ты… — Прекрати говорить всё это… — не выдерживает Сяо, и хватка Итэра на щеке и на ладони усиливается, а взгляд становится тяжелым, подавляющим, таким, каким Сяо его знал с самой первой встречи. — Не прекращу, Сяо… Я буду говорить всё это, пока ты не перестанешь сомневаться… Пока ты не осознаешь, что вся моя жизнь была абсолютно пустой, пока в ней не появился ты. Сяо всё же жмурится, не в силах выдержать весь этот напор. Итэр звучит абсолютно влюбленно. Он звучит так, как Сяо этого не заслуживает, но черт… Итэр не хочет, чтобы Сяо сомневался. Он хочет, чтобы Сяо было хорошо. Чтобы Сяо знал, что в нём нуждаются и его любят. Сяо не привык к подобному, но не верить в услышанное просто глупо. Как же хочется раз и навсегда избавиться от всех сомнений в голове… Сяо на несколько секунд полностью проваливается куда-то в себя и чуть не теряет равновесие, когда его снова целуют — нежно, осторожно, совсем не так, как предполагает повисшая между ними атмосфера. Только сейчас Сяо осознаёт, что его снова трясет, не понятно от чего — то ли от холода, то ли от напряжения и волнения, охватившего всё тело. — Тут есть недалеко одна неплохая кофейня. Пойдем, тебе нужно отогреться, ты уже весь дрожишь, — мягко произносит Итэр, и в его голосе больше не слышно той странной нервозности. На губах ощущается еще один аккуратный поцелуй, и Сяо всё же распахивает ресницы, сталкиваясь со спокойным, глубоким взглядом, полным искренней любви, о которой только что Итэр сам же говорил вслух. — Ты прав… Пойдем… И спасибо… спасибо за то, что терпишь меня, — сбивчиво и всё ещё взволнованно произносит Сяо, и Итэр мягко улыбается на это. Хмурость на его лице окончательно пропадает. — Я тебя не терплю… Я тебя люблю… — произносит он томно и делает шаг в сторону, утягивая Сяо за собой.

***

— Охренеть — трезвый Сяо за стойкой в баре. Я точно не сплю? — привычно шутит Чайльд, и Сяо на это лишь закатывает глаза, не желая в принципе касаться этой довольно-таки острой для него темы. — Ты слишком болтливый. Что, уже успели потрахаться со Скаром в туалете? — парирует он в ответ, вновь делая глоток из стакана и морщась от разочарования. Безалкогольная «маргарита» на вкус отвратительна, и причины этого вопиющего безобразия Сяо не знает. То ли Чайльд специально намешал ему горькое дерьмо в стакан, то ли Сяо просто разучился испытывать радость в баре, будучи трезвым. Казалось бы, еще днём он думал, что встретиться с парнями вечером будет неплохой идеей. Он правда думал, что раз все эти дни он держался трезвым, то и пережить пару часов в баре ему не составит особого труда. Но он ошибся. Настроение окончательно испортилось, когда Скар рядом, как будто назло, взял себе алкогольный коктейль, а теперь, когда Чайльд в открытую начал его подъебывать — стало еще хуже. Во рту неприятная сухость, даже несмотря на то, что Сяо потягивает через трубочку этот несчастный коктейль. Колени почему-то неприятно дрожат под стойкой, а взгляд то и дело соскальзывает на бокал Скара, а еще на бутылки, стоящие там, за спиной Чайльда. Бесит. Просто бесит. Сяо даже не может объяснить, что сильнее его бесит в этой ситуации — собственная бесхребетность, раз он не в состоянии нормально отдохнуть без того, чтобы напиться вхлам, или же то, что никто, кроме Итэра, его воздержание не восхваляет и не поддерживает. — Кто бы говорил — твоя шея за километр светится даже сквозь воротник водолазки, — бросает Скар небрежно, и Сяо скашивает на него неодобрительный взгляд, как бы без слов прося заткнуться, но тот намёк не воспринимает. — Как ты собрался прятать это на работе? Сяо закатывает глаза. — Я об этом, знаешь ли, не думал в тот момент. И не только я… — отвечает Сяо и переводит взгляд на Итэра, сидящего с другой стороны и потягивающего безалкогольный «мохито». — Не понимаю, в чем проблема, — совершенно спокойно, будто его это совсем никак не касается, отвечает Итэр. — Если твоё недовольство засосами связано только с работой, то я уже говорил, что ты можешь не работать, — заключает он так, будто это что-то абсолютно само собой разумеещееся, и Сяо снова закатывает на это глаза. — Воу-воу, серьезно? Вы не так давно вместе, а ты уже готов его полностью обеспечивать? — вновь вклинивается в диалог Чайльд. Итэр переводит на него чуть прищуренный взгляд, и Сяо кажется, будто он замечает промелькнувшее раздражение на красивом, практически совершенном лице. — Разве это удивительно? По-моему, с самого начала было очевидно, что я настроен серьезно на эти отношения, — медленно произносит Итэр, и Сяо ощущает в его голосе холодность, как если бы тот был недоволен или просто незаинтересован в происходящем. — Вряд ли это было очевидно. Сяо вот был уверен, что ты с ним наиграешься и бросишь… — Чайльд, блять… — рявкает Сяо, надеясь прервать этот раздражающий разговор, но тут же ощущает, как его локоть, лежащий на столе, осторожно накрывает ладонь, тут же чуть сжимая в поддерживающем жесте. — Я знаю, что он так думал, но какая разница до этого, если сейчас он знает, что это не так? — тут же находится Итэр, и его губы вновь расплываются в широкой улыбке, но не искренней, какой он улыбается только Сяо, а натянутой, какой-то совершенно незнакомой. — Давайте закроем тему, я не хочу слушать, как вы тут обсуждаете меня, будто вещь. Я не планирую бросать работу, так же как и не планирую садиться Итэру на шею. Точка. Разговор закончен, — чуть громче, чем хотелось бы, выпаливает Сяо, а после небрежно толкает стакан с недопитой «маргаритой» к Чайльду, тут же добавляя, — И сделай мне что-то другое, не такое дерьмовое на вкус… Воцаряет неловкое молчание. Итэр так и не убирает свою руку с локтя, и это, пожалуй, единственное, что удерживает Сяо от того, чтобы просто сорваться и уехать отсюда. Наверное, не стоило приезжать, раз он не собирался пить. Наверное, лучше было провести время с Итэром вдвоём. Наверное, Сяо действительно безнадежен, раз отсутствие алкоголя в крови превратило его в настоящую суку, кидающуюся на всех вокруг. В прошлый раз, когда они собирались вчетвером, всё было иначе. По крайней мере Сяо помнит, что Итэр улыбался Чайльду, но вот чего он не помнит, улыбался ли он тогда искренне. Что если Итэру в тот раз было некомфортно? Может, он поэтому не хотел идти сегодня, а алкоголем лишь прикрывался? Вот черт… Сяо ведь почти ничего не помнит с прошлой их гулянки, а потому делать какие-то выводы он просто не может. Дерьмо… — Эй, проветримся? — через пару минут молчания спрашивает Скар, и Сяо, не раздумывая, кивает, потому что знает, что это значит. Скар хочет поговорить наедине. Наверное, он обеспокоен подобным поведением. Наверное, он думает, что что-то случилось, а потому Сяо почти тут же встаёт со своего места, бросает ничего непонимающему Итэру, что скоро вернется, и уходит вслед за Скаром в толпу танцующих людей. Когда в ноздри ударяет морозный воздух, становится будто легче дышать. Сяо набирает полные лёгкие, задерживает дыхание на пару секунд, а после шумно выдыхает обратно, наконец, немного остывая. Скар встаёт совсем рядом, едва ли не плечом к плечу, достаёт сигарету и цепляет ее обветренными губами. Они молчат какое-то время, пока Скар прикуривает и делает первую затяжку. Сяо на мгновение ловит себя на мысли, что уже не помнит, когда они последний раз вот так стояли друг с другом на заднем дворе. Кажется, будто прошла целая вечность, и пропали все эти душевные перекуры еще далеко задолго до появления Итэра. Они пропали тогда, когда в их дуэте появился Чайльд. — Как думаешь, они не перегрызут друг другу глотки, пока нас нет? — с улыбкой бросает Скар, и Сяо на это тихо усмехается. — Как видишь, Итэр больно кусается, так что за глотку Чайльда я бы немного переживал. Скар тоже посмеивается в ответ и делает еще одну затяжку. Вновь повисает молчание. Скар отводит глаза вниз, оглядывает свои грязные кеды, а может просто задумывается о чем-то, Сяо не знает, но когда он тихо и довольно серьезно задаёт свой вопрос, у Сяо по коже пробегают мурашки. — Ты хотел этого? Такой простой вопрос, на который должен быть такой же простой ответ, потому что Сяо не нужен контекст. Он и так его знает, ведь именно Скар помогал ему выкорабкиваться из того дерьма, в котором увяз Сяо после того ублюдка, которому Скар не один раз, и даже не два бил морду, наивно надеясь, что Сяо спустя месяц не побежит падать в ноги к нему обратно. Но тот Сяо бежал. Просил прощения у Скара, и всё равно полз к обратно, потому что думал, что это любовь. И Скар волновался тогда, стиснув зубы, и Сяо видит, что волнуется сейчас. Хотя с чего бы вдруг? Сам же считал Итэра эталоном. Сам же шутил на тему того, почему Сяо ломается. Что изменилось сейчас? Почему он решил спросить об этом вот так? — Ты знаешь, что я бы не позволил воспользоваться собой снова… — говорит Сяо, и в голове снова всплывают картинки их жаркой ночи и того, как Итэр довёл его до дрожи в каждой клеточке тела. — Я сам предложил ему, так что да — я хотел. — И тебе понравилось? — еще один простой вопрос, но в голосе Скара будто бы проскальзывает волнение, которому просто неоткуда там взяться, ведь Итэр — идеальный. Это Сяо здесь безнадежен. Это он сейчас портит вечер своими бездарными играми в трезвенника, это он своим поведением заставляет Скара сомневаться в действиях Итэра. Это он снова всё разрушает… — Скар… Мне впервые в жизни было так приятно… — честно признается Сяо и чувствует, как по щекам расползается жар, ведь говорить правду вот так прямо — достаточно смущающе, даже своему самому близкому другу. — Не было ни проникновения, ни попыток заставить меня делать что-то, что мне не нравится… Я просто… Я не могу поверить, что он готов был наплевать на своё удовольствие ради моего… — Черт… — выдыхает Скар как будто бы с облегчением и, сделав новую короткую затяжку, заходится тихим смехом. — Я так накрутил себя, — просмеявшись, говорит он. — Просто ты сидишь сам не свой, еще и твоя шея… Я просто… Блять, ты меня напугал, в общем. — Я впервые в баре не пьяный в стельку, каким я должен быть по-твоему? Счастливым? — качает Сяо головой, но тоже не сдерживает улыбку, потому что ему вдруг становится гораздо легче, даже несмотря на зудящее желание во всем теле и сухость в горле. — Ну точно не таким, как будто тебя нужно спасать, — шутит Скар, и Сяо тихо посмеивается, окончательно расслабляясь. — Я рад слышать такое от тебя, — тихо добавляет Скар, и Сяо на это лишь кивает, больше не зная, что сказать… Возвращаются обратно они спустя пару минут. Итэр всё так же сидит за стойкой, пока Чайльд, кажется, занят коктейлями для других клиентов, и Сяо плюхается на своё место, чуть задевая плечо Итэра своим. Кажется, они даже не разговаривали всё это время. Наверное, оно и к лучшему… — Всё в порядке? — спрашивает Итэр с интересом, и Сяо кивает, встречаясь с ним взглядом. — Ты меня напугал… — Прости. Я сам не свой из-за… — Сяо не договаривает, уязвленно поджимая губы. Итэр в ответ на это понимающе кивает и подталкивает к Сяо бокал с каким-то новым коктейлем. — Тоже кислый… Как ты любишь… — поясняет Итэр, замечая вопросительный взгляд, а после добавляет… — Ты молодец, что держишься, но если тебе не комфортно, мы можем уехать. Сяо пробирают мурашки от того, насколько же Итэр к нему внимателен, но в ответ он лишь просит остаться еще ненадолго. Просто хочется еще побыть здесь. Сяо не знает, что это за внезапный мазохизм, но он правда не хочет уходить. Они так давно уже не проводили время со Скаром, да и с Чайльдом тоже, что будет просто глупым уйти вот так, перед этим перепортив всем настроение… — Ты сегодня ночуешь дома? — спрашивает Скар спустя время, когда атмосфера немного приходит в норму. — Да, завтра ведь работа, — подтверждает Сяо и бросает украдкой взгляд на Итэра, замечая, что тот практически никак не реагирует на эту фразу. — А ты? — Тоже, — кивает Скар и переводит внимательный, будто бы даже говорящий о чем-то взгляд на Чайльда. — А я что могу сделать? Ты знаешь, что у меня нет денег снять отдельную хату, а к вам третим меня Сяо не пустит, — пожимает тот плечами, и Сяо непонимающе хмурится. На предплечье вдруг снова ощущается мягкое прикосновение. Сяо теряется на долю секунды, бросает растерянный взгляд на сидящего рядом Итэра и замечает, что тот вдруг заинтересованно подаётся вперёд, опирая локтем на стойку и впиваясь в Чайльда изучающим взглядом. — О чем речь? — спрашивает Итэр так, будто его это действительно интересует, и Сяо не сдерживает лёгкую улыбку благодарности за то, что, даже несмотря на этот глупый инцидент с полчаса назад, Итэр на него не в обиде и не в обиде на Чайльда, который совсем немного вёл себя как идиот. Скар с Чайльдом замолкают, многозначительно переглядываются, будто решая, кто из них будет объяснять ситуацию, и, спустя пару секунд молчания, Чайльд тяжело вздыхает и возвращает взгляд на Итэра с Сяо. — Я снимаю квартиру с одним парнем, мы вместе учились в институте, и в последнее время мы постоянно собачимся. Ему не нравится, как я живу, кого я привожу домой и вообще мне кажется, что он плавно выживает меня из квартиры. Видимо, уже может позволить снимать ее в одиночку… — Поэтому ты хочешь переехать к Сяо и Скару? — уточняет Итэр, и его ладонь соскальзывает с руки ниже, под стол, обхватывая там колено Сяо, но не больно, скорее, просто крепко, из-за чего по телу тут же пробегают мурашки. — Не совсем… — уклончиво отвечает Чайльд и переводит пытливый взгляд на Скара. — Не смотри на меня. Я уже сказал, что я не собираюсь выбирать между вами… — качает головой Скар, и Сяо ощущает, как по коже проходится неприятный холодок, потому что он вдруг осознаёт, к чему клонит Чайльд. На мгновение становится тошно и кажется, будто голова идёт кругом. Сяо прикрывает глаза, морщась от неприятных ощущений, и чувствует, как хватка на колене становится крепче, будто бы удерживая и не позволяя безвольной тушей свалиться на пол. Ну конечно, Чайльд хотел бы жить со Скаром вдвоём. Это очевидно. Это… предсказуемо, но Сяо, если честно, старался не задумываться об этом, потому что он слишком сильно привык к той жизни, которая у него есть сейчас. Он привык к ворчащему Скару по утрам, привык к их общему бардаку, привык к их распорядку дня. Сяо привык жить вот так, но он должен был быть готовым к тому, что ничего не длится вечно… Снова повисает неприятное молчание, и Сяо едва сдерживает в себе порыв предать доверие Итэра и заказать себе шот чего-то крепкого, чтобы просто забыться. Чтобы просто не чувствовать всё это. Чтобы просто провалиться в пьяный бред и не думать о том, как бы сейчас вывести этот разговор в нейтральное русло, потому что, черт, Сяо не эгоист. По крайней мере он хочет так думать. Он не хочет ставить Скара перед выбором, он не хочет умолять не оставлять его, потому что он и сам в поледнее время не ночует дома, но блять… — Почему вы не говорили об этом? — всё же находит в себе слова Сяо и задаёт этот вопрос, глядя на окончательно поникшего Скара. Тот глаз не поднимает, продолжает сверлить взглядом свой коктейль, и Сяо понимает, что Скар не готов говорить об этом сейчас. Да и Сяо не готов тоже. Вечер и так был на грани провала, а теперь окончательно скатился в полное дерьмо. Вот блеск… — Потому что никто не задумывался об этом всерьез, — отвечает Скар тихо и всё же поднимает виноватый взгляд на Сяо. — Я сразу сказал, что не хочу обсуждать это, пока в твоей жизни всё не стабилизировалось, но… сосед у Чайльда и правда беснуется… а нам иногда хочется побыть вдвоём… — То есть я — главная причина, почему вы не можете съехаться? — спрашивает Сяо, и он правда старается не звучать так жалостливо и отчаянно, но голос всё равно вздрагивает на последнем слове, и натянутая улыбка совсем не спасает ситуацию, потому что по лицу Скара Сяо сразу понимает — тот сейчас будет пытаться оправдываться, а это последнее, чего Сяо хотел бы сейчас. — Причём тут это? Мы с тобой не первый год живем вместе, и это логично, что я не могу просто взять и бросить тебя одного, — бегло произносит Скар. — Так говоришь, будто я ребёнок, которого надо оберегать. — Блять, о чём ты вообще? Я прекрасно знаю, что ты не потянешь снимать квартиру в одиночку, поэтому я не могу просто взять и бросить тебя. И не потому, что ты ребёнок, а потому что ты мой друг, понимаешь? — начинает заводиться Скар, и Сяо ощущает, как хватка на колене только усиливается, уже начиная доставлять дискомфорт. — Но теперь у тебя тоже появились отношения… И поэтому я и хотел подождать, когда вы тоже придете к желанию жить друг с другом… Я не хотел торопить события… — тихо заканчивает Скар и залпом осушает остатки коктейля, будто пытаясь за этим действием скрыться от последствий. Сяо бы тоже так хотел. Он был бы не против сейчас напиться. Он был бы не против в целом остаться сейчас наедине с самим собой в квартире и упиться там как последняя свинья, потому что то, как паршиво сейчас было на душе, не сравнить ни с чем. Просто Сяо не любит изменения. Просто он правда никогда не задумывался о том, что их совместная жизнь со Скаром — она не навсегда. Просто он никогда даже не думал, что в его жизни появится кто-то, кроме алкоголя. Просто он никогда не думал, что переломный момент для него наступит вот так… резко. Казалось бы, вот только в его жизни появился Итэр. Вот только они сходили на первое свидание. Вот только Сяо впервые проснулся у него дома… А теперь они уже пара, и Скар ждёт, когда они решат съехаться. Готов ли Сяо съезжаться сейчас? Определенно, нет. Будет ли готов через полгода? Скорее всего, тоже нет, потому что он не хочет, чтобы в его жизни хоть что-то менялось. Он просто хочет спокойствия. Он просто хочет ходить на ненавистную работу, пить по выходным до свинского состояния и просто умереть в один прекрасный день. Он не хочет, чтобы вся его жизнь вставала с ног на голову, но изменения неизбежны, и Сяо, кажется, нужно с этим смириться. — Дайте мне время всё это переварить… И мы обсудим это… Чуть позже… — отрывисто произносит Сяо и поднимает взгляд на сидящего рядом Итэра. — Я пойду домой… — Я отвезу тебя, — кивает он в ответ и всё же разжимает пальцы на коленке, из-за чего Сяо кажется, будто он прямо сейчас рассыпится тут прахом, как будто хватка Итэра была единственным, что удерживало его в адекватном состоянии. — Скар, тебя отвезти? — Нет, я поеду позже, — отзывается Скар как-то совсем тихо и не останавливает Сяо, когда тот встаёт со своего места и просто уходит вслед за Итэром… Они молчат всю дорогу до дома. Сяо всё ещё чувствует, как его мелко лихорадит то ли от нервов, то ли от усилившейся тяги к алкоголю. Он просто хочет провалиться куда-то в вакуум. Он не хочет вариться в своих мыслях, не хочет обсуждать всё это, не хочет даже думать о том, чтобы что-то менять. Он не хочет жить один, так же как и не хочет жить с Итэром, потому что он, вероятно, просто не готов к этому. Он не хочет быть третим лишним в паре Скара и Чайльда, черт… Он не хочет брать ответственность за свою жизнь и за последствия принятых им же самим решений. — Сяо… Ты уверен, что хочешь оставаться один в таком состоянии? — спрашивает Итэр уже у дома, и Сяо лишь безучастно кивает, испытывая стыд за то, что вообще потащил Итэра с собой. Наверное, они бы прекрасно провели время вдвоём в ресторане. Наверное, Итэру неприятно от того, что Сяо даже боится допускать в своей голове мысль о совместной жизни. — Да… Прости, что всё получилось вот так… — извиняется Сяо и вздрагивает, когда Итэр подается навстречу и крепко прижимает к себе на прощание. — Тебе не за что извиняться. Просто помни, что я могу помочь тебе оплачивать эту квартиру или могу забрать тебя к себе. Я могу сделать для тебя всё, только прошу тебя — не расстраивайся. Не могу видеть тебя таким разбитым… — шепчет Итэр на ухо, и Сяо ощущает слëзы, стоящие в глазах, а еще стыд, копошащийся где-то в груди. Потому что Итэр готов ради него на всё, а Сяо… а что Сяо? Он, как последний трус, боится даже банально серьезности их отношений. Сяо боится изменений, боится своих эмоций, боится, боится, боится… Отвратительно. Сяо кажется, будто из него вытрясли душу, но он прилагает последние силы на то, чтобы не показывать своё ничтожное положение Итэру. — Спасибо, Итэр… — не зная, что и сказать, произносит банальнейшую фразу Сяо и всё же отстраняется, делая шаг в сторону подъездной двери. Итэр говорит ещё что-то на прощание, но Сяо будто не слышит этого. Он не помнит, как поднимается до квартиры, не помнит, как скидывает с себя одежду, а еще как падает обессиленный в кровать. Он смутно помнит лишь уведомления о новых сообщениях, которые он просто игнорирует, залипая какое-то время в стену напротив кровати и умирая от собственных мыслей. А потом он просто вырубается, даже не уверенный в том, поставил ли он будильник на утро…