A qui donc sommes-nous?

ПОДСЛУШАНО. ГЕНРИЕТТА Джозеф Кавински: #аглионби_генриетта #сплетни_генриетта йоу кто подскажет кто набил морду ронану линчу это оч смешно Комментарии (134): Ричард Кэмпбелл Гэнси III: Это крайне неэтичный вопрос для обсуждения. Более того, это поощряет физические истязания между молодёжью. Кто разрешил публикацию этого поста? Генри Чэн: во 1ых почему когда я не в городе постоянно что-то классное + во 2ых реалистично рассуждая это либо деклан либо манон Манон Корбо: Лол       Свон Цзяновский:       @Манон Корбо, когда я вырасту, я хочу быть таким же крутым как и ты             Манон Корбо:             @Свон Цзяновский, ахха, завались       Джозеф Кавински:       @Манон Корбо, я сдаюсь бесплатная коробка пива этого месяца реально твоя             Манон Корбо:             @Джозеф Кавински, ты такой добрый       Мэттью Линч:       @Манон Корбо, Это очень смешно… XD Что он натворил?             Манон Корбо:             @Мэттью Линч, что твой брат НЕ натворил..........

***

      Из всех проблем, которые могли возникнуть после всего произошедшего, Блу Сарджент даже предположить не могла, что Кейбсуотер может… Пропасть. Взять и испариться, словно его никогда здесь не существовало и вовсе.       — Мы сделали что-то не так? — Неуверенно уточнил Гэнси, казалось, у самого себя.       — Может, это временное, — предложила Блу, мягко коснувшись его плеча. — Что-то вроде спящего режима?       Хотя, она и сама не верила в эту догадку.       Её подсознание кричало ей, что всё было не так — даже воздух рядом с пропавшим лесом ощущался более заряженным, измотанным. Пустым. Но нагнетать обстановку сейчас, когда они находились посередине лесополосы с поломанной Свиньёй, было бы худшим решением. Особенно, когда Гэнси выглядел так расстроенно.       — Мы со всем разберёмся, — глухо пообещал Адам Гэнси.       Он стоял у открытого капота машины, рассматривая очередную поломку. Рядом с ним, с коробкой инструментов, вытащенной из багажника собственной машины, стояла сонная Манон, не особо затронутая произошедшим. На фоне недовольных лиц, она выглядела такой же яркой как и всегда со своим подвязанным топом-рубашкой, элегантной юбкой и отсвечивающих под солнцем украшениях. Ленивая и совершенно собранная, она только протягивала Адаму нужные инструменты, пока она полулежала на нём же, упираясь локтями в его плечи.       Это вынудило Блу раздражённо закатить глаза.       Она не сомневалась, что Манон не лгала ей, говоря, что не испытывала симпатий по отношению к Пэрришу, но её излишняя близость с ними… Раздражала.       — Может нам стоит… Может же быть, что лес только хочет видеть Адама? — Предложил Гэнси, продолжая наворачивать круги вокруг машины. — Верно?       — Ого, — сухо, и впервые за день, протянул Ронан. — У него много общего с Корбо, получается.       Блу в ужасе осознала, что едва не хихикнула ехидно от этого замечания, хотя она ненавидела Ронана, и тот вообще не имел никакого права делать какие-то выговоры этим двоим, когда сам себя вёл как не пойми кто.       — Что? — Адам дёрнулся, едва не ударившись затылком об открытый капот машины. — Что ты несёшь?       Манон тоже разочарованно нахмурилась.       — Линч, ты еблан?       Гэнси тяжело вздохнул, тормозя у двери, за который сидел Ноа. Тот выглядел немного виноватым, рассматривая Ронана — читал его мысли, вероятно? — и Блу очень пожалела, что не осталась в салоне, где могла бы уточнить у друга что он там интересного слышал.       — Что? Вы так мило нежитесь у нас на глазах, что аж тошно, — выплюнул Ронан. — Может и лес завял от этого вида.       Манон ядовито расхохоталась.       — Ты реально совсем уже в край слетел, — сообщила она ему, оттолкнувшись от Адама. — Ты знаешь, что у этого нет никакого будущего. Хватит ныть.       Почему Ронан так сильно ревновал Манон? Каждый раз, когда Адам оказывался рядом с ней, он, казалось, так и норовил взорваться. Чаще это происходило незаметно, но Блу всё равно всё видела и подмечала — его постоянные закатывания глаз, попытки встать между этими двумя… Манон же тоже наверняка не могла не подметить этого, верно?       Гэнси говорил, что те двое были братом и сестрой, но—       — И ты всё равно поцеловала его, — выплюнул Ронан.       На лесополосе повисла тишина.       Блу удивлённо открыла рот — Гэнси хлопнул себя по губам. Манон мигом возмущённо зашипела уже на Адама:       — Ты рассказал ему об этом?       — Я не… Разговор шёл о другом, я просто…       — Пэрриш!       — Прошу прощения, — вмешался глубоко поражённый Гэнси. — Когда это… Что… Ребята! Сейчас?       — Это было год назад! — Торопливо выпалил Адам, игнорируя раздражённое выражение лица Манон, которое так и говорило ему заткнуться. — Это было год назад, когда Ронан… Был в больнице. Всё.       — Ох, — Гэнси ощутимо поник от упоминания неизвестного для Блу инцидента. — Год назад. Понял. Но, эм…       — Я поцеловал Манон, и она не поцеловала меня в ответ, и ты, Ронан, знаешь почему, — продолжил с напором Адам, выглядя так, будто он очень хотел швырнуть гаечный ключ в руке прямиком в стоящего у пассажирской двери, Ронана. — Мы это обсуждали.       — Вы это обсуждали?! — Неверяще взвизгнула Манон. — Какого чёрта?!       Мысленно, Блу выдохнула.       Адам поцеловал Манон — Манон не ответила ему тем же.       Хорошо.       Она ей не солгала, ни разу. Ей не нравился Адам Пэрриш от слова совсем!       …Но кто ей тогда нравился? Почему она отказалась от поцелуя с Адамом? Неужели… Из-за Ронана?       — Давайте все успокоимся, — предложил миролюбиво Гэнси, вытягивая руки вперёд. — Случайности случайны. Нет ничего… Зазорного в небольшом поцелуе между друзьями, верно?       Адам стремительно поалел от такой формулировки, уставившись на Гэнси с немым — что ты несёшь, которая Блу прочувствовала в полной мере, потому что, действительно, что он нёс?       Но останавливать конфликт было поздно — Манон и Ронан уже сцепились.       — Ты просто долбанная змея, — выплюнул Ронан, хлопая дверцей, и подлетая к Манон, которая в свою очередь оттолкнула Пэрриша, чтобы пройти к Ронану. — Вот поэтому никто не хочет с тобой оставаться.       — Ох, правда? — Наигранно сочувственно уточнила Манон, надувая губы. — А я-то думала ты меня бросил в этом долбанном доме, потому что в тебе ни капли верности, зато очень много желания трахнуть Гэн—       Блу взвизгнула, когда Ронан буквально накинулся на Манон. Это случилось так быстро, что при желании можно было и проморгать: просто Ронан замахнулся, а Манон увернулась, вдвинув ему ногой по животу. Их руки вцепились в плечи волосы друг друга, прежде чем они шумно повалились на асфальт у ног Адама, который успел отпрыгнуть куда подальше, впечатываясь в грудь подоспевшего Гэнси, задвинувшего его к себе за спину.       — Ребята! — Он застыл, не зная как влезть в перепалку. — Ребята, ради всего святого!       — Ты ты только и делаешь, что ноешь, что осталась одна!       — Ох, прости, мне стоило молчать до последнего вплоть до госпитализации, а потом начать игнорировать всю семью окончательно, ведя себя так, будто это они виноваты в том, что ты себя ненавидишь?!       — Если бы я был твоим отцом, я бы тоже себя убил, лишь бы не быть с тобой в одном доме!       После этих слов воцарилась тишина. Блу в ужасе уставилась на задыхающихся, красных Манон с Ронаном, который уставились друг на друга не менее удивлённо — будто ни Манон, ни Ронан не ожидали, что Ронан правда скажет это.       Воспользовавшись заминкой, Гэнси буквально оттащил оседлавшего Манон Ронана с неё, толкая его в соседний край дороги греха подальше. Адам опомнился следом, поторопившись протянуть встрёпанной Манон руку, но та его проигнорировала.       От её собранной причёски осталось ни следа, а от левого уха, где Ронан, видимо, дёрнул её за серёжку со всей силы, оставалась тонкая струя крови, текущая вдоль шеи. Ронан выглядел не лучше с стремительно расцветающим синяком на скуле и разодранными руками от Манон, опрокинувшей его на дорогу первой.       — Ты останешься один, — хрипло просипела Манон, не сводя пристального взгляда с Ронана.       — Манон…       — Все твои хвалёные друзья помрут по твоей же вине. Или ты сломаешь их настолько, что им будет жаль, что они остались живы. Потому что это всё что ты умеешь, Ронан. Ломать свои любимые игрушки.       Линч отвёл взгляд в сторону. Его выражение лица больше не казалось раздражённым и злым, только пустым — её слова определённо задели его до глубины души, потому что он больше ничего не сказал.       — Манон, постой, пожалуйста, — взмолился Гэнси.       Но Корбо не стала — метнулась к собственной машине, и ни сказав больше ни слова, и ни взглянув ни на кого толком, она вдарила по газам, едва не наехав на Ронана при развороте машины. Бугатти испарилось за следующим поворотом почти молниеносно.       Гэнси раздражённо зашипел, схватив Ронана за шкирку:       — Что с тобой не так?       Ответа не последовало.       Адам тяжело вздохнул, разворачиваясь к открытой машине снова, устало проводя ладонью вдоль лица. Блу покосилась внутрь салона, ища Ноа, но тот пропал незаметно для остальных, оставляя её наедине с… Этим.       И всё-таки, подумалось Блу, Ронана Линча она ненавидела.

***

      — Мон дьё, — тихо вздохнул Этьен, ласково касаясь мочки уха Манон. В кое-то веки, касаясь своей сестры, он был без излюбленных перчаток. — Ты уверена, что мне не стоит провести беседу о произошедшем с Декланом и Ронаном, моя милая цикада?       — Ой-ой, мой защитник, — не удержавшись, закатила глаза она. — Это мелочи, Этьен. Я с Линчами в шутку дралась похуже в детстве, чем эта… Кошачья цапка.       Небольшая кровь и вырванная насильно серёжка, расцарапавшая ухо правда в понимании их семьи являлись мелочами. А вот столь ужасная вербальная перепалка — нет. Пожалуй, это стало их худшей дракой за всю жизнь, чудом превосходя ту, когда они сцепились прямиком в церкви, едва не спалив себя же, влетев в ряд подсвечников. Но в прошлый раз хотя бы очевидно победила Манон. В этот… Она не знала. Но очень надеялась, что всё ещё доминировала.       — Долбанный Пэрриш, — выплюнула она себе под нос, прекрасно понимая, что Этьен вообще не понимал о чём шла речь.       Она просто поверить не могла, что Ронан начал истерику из-за чего-то такого глупого, прекрасно понимая, что ей не нравились мальчишки! Да и не то чтобы в тот дурацкий день год назад, она знала, что Адам являлся объектом его симпатий!       Произошедшее даже поцелуем назвать не поворачивался язык. Она просто вышла тем вечером из больницы, и предложила подвезти Адама назад, потому что Гэнси оставался ночевать в палате Ронана вместе с Декланом. После небольшого разговора в машине — на протяжении которого они в целом только и обсуждали Ронана — Адам внезапно её поцеловал. Прикосновение продлилось пятнадцать секунд от силы, после чего Манон отстранилась, и не желая обижать и без того неуверенного в себе мальчишку, призналась ему, что мальчишки ей не нравились. Адам не удивился, сказав, что подозревал это, хоть и думал, что она склонялась к обеим командам, и… Всё.       Ронан же вёл себя так, будто она вдобавок с его драгоценным Пэрришем переспала.       …Хотя, стоило заметить, что узнай она, что Ронан поцеловал Блу даже в шутку, она бы определённо выцарапала бы ему глаза.       Но уж точно не стала припоминать смерть дяди Ниалла, чтобы довести его!       — Манон, — Этьен мягко подцепил её подбородок. Нависающий над ней, сидящей на стуле, он ощущался почти обеспокоенным ангелом, хотя она никак не могла понять почему ему было вообще не плевать. — Если ты захочешь, то я могу…       Она тяжело вздохнула, прежде чем слепо ткнуться к нему в грудь, не желая продолжать бесполезный разговор. Просто потому что Манон совершенно ничего не хотела — разве только чтобы Этьен её пожалел.       — Биен, — бормотнул он.       Его руки обвились вокруг неё в ответ, принимаясь поглаживать по встрёпанным волосам. Манон страшно захотелось заныть вслух от этого жеста, потому что, конечно, Этьен был здесь только на лето, а Деклан вскоре переезжал в Д.С, оставляя её совершенно одну.       С Мэттью, само собой. Но Мэттью был ребёнком.       А она так хотела, чтобы у неё был папа снова.       — Всё нормально, — заверил её Триаль.       Манон ему не верила, но и смысла спорить не видела.       К тому же, в дверь робко постучались, обрывая относительно мирный момент, и она моментально стыдливо отстранилась от своего старшего брата, чему Этьен только позабавлено хмыкнул, тянясь, чтобы нацепить перчатки назад на руки.       — Может, это Ронан пришёл извиняться, — предположил он.       Она едва не рассмеялась ему в лицо.       — Ага. С Иисусом в компании заодно.       Этьен дёрнул плечом, прежде чем выйти с кухни в коридор, оставляя её в помещении одну. Манон слышала как скрипнула дверь, после чего послышался приглушённый голос. Спустя пару мгновений, Этьен крикнул:       — Манон! Мисс Сарджент пришла тебя навестить.       Манон осознала в полной мере, что действительности прибывала в плохом настроении по тому, как эта новость вынудила её не радостно подскочить со своего места, чтобы поприветствовать гостью, а просто устало вздохнуть, продолжив тупо пялить на магниты на холодильнике.       Блу достаточно быстро появилась на кухне, хоть и выглядела при этом неловкой и немного скованной — её умные глаза поглядывали на Манон со смесью любопытства и волнения. Манон вяло кивнула ей в знак приветствия, и не позволяя её спросить ничего, что могло бы выбесить её в лишний раз, поинтересовалась первой:       — На чём ты сюда доехала?       — Гэнси подвёз, — она прокашлялась, кинув взгляд к себе за плечо, но судя по скрипам половиц второго этажа, Этьена уже и след простыл. — Он попросил извиниться за Ронана от его лица.       Мысль, что эти двое ехали сюда вдвоём, обсуждая произошедшее как сводку новостей о сумасшедшей семейке на отшибе, вызвала у Манон дополнительные рвотные позывы.       — Ты поэтому приехала? Чтобы передать его извинения?       — Что? — Блу удивилась, на секунду искренне растерявшись её вопросу. Потом помотала головой. — Фу, Корбо, нет. Я приехала к тебе.       Класс.       В обычное время бы Манон задохнулась от радости и написала бы Ронану сотню и тысячу спасибо за то, что его мудацкое поведение привело её с Сарджент к этому.       Сегодня, она только тяжело вздохнула. Снова.       — Я не очень вежливая сегодня, — предупредила приличия ради она, потирая место за раненым ухом, скорее машинально, чем от дискомфорта. — Поэтому, может, не стоит.       Блу безразлично пожала плечами, подобравшись ближе.       — Мне больше нравится, когда ты настоящая со мной. Так что, всё нормально.       — Вау, ты назвала мою вежливостью фальшивой, — сухо протянула Манон, приподнимая брови.       Та только закатила глаза, и не церемонясь, сократила между ними дистанцию, чтобы склониться над её пострадавшим ухом. Этьен уже обработал его, подклеив, чем мог, поэтому Манон не особо волновало остальное, но Блу всё равно начала разглядывать его с такой внимательностью, будто планировала прописать диагноз в медицинскую карточку.       — Твой брат козёл, — вынесла вердикт Сарджент, прижимаясь кончиками пальцев к коже под её подбородком.       — Этьен? — Не поняла толком Манон. — С чего это? Он помог.       Блу медленно моргнула.       — Я была про Ронана.       — Ронан мне не брат, — торопливо выплюнула она.       Уже нет.       К чёрту его вообще.       И Манон знала, что говорила так каждый раз после столкновения с ним, но—       Но этот явно был последним! Больше никакого Ронана Линча и попыток с ним воссоединиться — только полное игнорирование его существования! Она заслужила покоя. Верно ведь?       — Как скажешь, — поджала губы Блу. — Болит?       — Нормально, — буркнула Манон.       Разговор казался неловким тоже. Манон не привыкла не быть такой услужливой перед Блу — Блу явно не ожидала, что Манон может раздражать сильнее обычного. Однако вместо того, чтобы мудро отстраниться, Блу только приблизилась чуть ближе.       — Я сделаю тебе чай, — предложила внезапно она, отдёргивая руку, когда её же пальцы, слегка щекочущие подбородок Манон, едва ощутимо задели край её губ. — Можно же?       Это было мило — то, что Блу пыталась её как-нибудь расшевелить. Поэтому, хоть она и выпила чай до этого, пока Этьен выслушивал её истеричный пересказ произошедшего, занимаясь боевым ранением, она кивнула.       — Давай покажу тебе что и где находится.       Манон молча достала для Блу всю посуду вместе с чаем и сахаром — даже лимон вытащила из холодильника. Блу покивала, прежде чем начать возиться на её кухне, пока сама Манон, опираясь поясницей об столешницу, наблюдала за ней, не пряча откровенного, немного бесстыдного интереса.       В какой-то момент, пока чайник кипел, Блу вновь остановилась между её широко расставленных ног, и уставилась на неё, задёрнув голову вверх.       — Тебе не понравилось целоваться с Адамом?       От неожиданного вопроса, Манон издала удушенный, истеричный вздох.       Конечно, Блу интересовало это.       — А ты как думаешь?       — Наверное, нет? — Предположила Сарджент, как самая умная представительница их компании. — В смысле, учитывая, что ничего дальше не произошло…       Не то чтобы Адам целовался плохо — вообще-то, ей казалось, он целовался очень даже хорошо, особенно для мальчика. У него явно имелся какой-то опыт до неё, раз уж на то пошло.       Но в чём крылся смысл поцелуев, если не чувствовалось, как минимум, химии?       — Он нормально целовался, но это было не моим, — выдала она после небольшой паузы.       — А что это — твоё?       Манон дёрнула плечом.       — Моё — это когда человек, который целует меня, мне нравится. Вот и всё.       — Это… — Блу запнулась. — Кавински…       — Господи Боже, — простонала немного обречённо Манон. — Ты теперь теоризируешь о том нравится ли мне Кавински?       — Я не это имела ввиду! — Моментально возмутилась Блу. Отмахнувшись от неё, она тяжело вздохнула: — Забудь.       Они продолжили переглядываться.       На лице Сарджент опечаталось такое странное, но очаровательное выражение лица, переполненное откровенным желанием полюбопытствовать больше о том какие поцелуи нравились Манон, что она, не удержавшись, криво ухмыльнулась, склоняя голову набок:       — А что? Ты хочешь поцеловать меня, Сарджент?       Блу едва ли не взвизгнула от её предложение, поторопившись отступить от неё назад с большими глазами и ещё более большими румяными кружками на смуглых щеках. Она шлёпнула осуждающе Манон по плечу, прежде чем развернулась к ней спиной, принимаясь пристально смотреть на кипящий чайник так, будто это могло как-то ускорить процесс кипения.       — Не говори такой ерунды больше, — бросила она ей через плечо, окончательно нахмурившись.       Манон не могла воспринимать это серьёзно, когда Блу реагировала так.       Возможно, Калла была права — упорство и труд грозились перетереть любые недопонимания и влюблённости в мальчишек! Так, авось, и Гэнси перестанет быть угрозой их с Блу счастливому концу.       — Ладно, — солгала Манон. — Но учти, если тебе захочется поцеловать меня, то я не скажу тебе нет, хорошо?       Ответа не последовало, но Блу продолжала раздражённо фырчать.       В понимании Манон, однако, это было своего рода победой.