Сегодня тишина слишком громкая

      Несмотря на то, что смущение его потом все-таки догнало уже дома, Сяо Чжань вынужден признать: если не сбегать и позволить о себе позаботиться, то откат уже не ощущается таким катастрофическим. Этот чертов Ван Ибо и тут оказался прав!              Да, ему до алеющих щек неловко вспоминать то, что происходило на сессии, как он стонал, умолял и даже скулил, о каких смущающих вещах просил. Но зато сейчас его тело чувствует себя так, как не ощущало уже много лет: расслабленным, сытым, довольным.              И нет, на это повлиял точно не тот комплекс мультивитаминов, которые он начал принимать неделю назад. Ну или у него очень редкий дефицит витамина «Ван Ибо», который не выйдет получить из еды.              Правда, кое-что относительно съедобное, вероятно, может с этим помочь.              Сяо Чжань уже в голос стонет от невероятно пошлых мыслей и роняет голову на стол, достаточно больно ударяясь лбом о столешницу:              — Блядь, до чего я докатился!              Потому что уже не первый раз думает о том, что Ван Ибо всегда сосредоточен только на удовольствии партнера, а Сяо Чжань совершенно бесстыдно этим пользуется. И идея о том, чтобы чуть развернуть ситуацию, возбуждает его немыслимо.              Он стонет еще отчаяннее, радуясь, что никто сейчас не видит его мук. Чжочэн, наверняка, тут же бы начал отпускать свои едкие комментарии и подталкивать его еще ближе к краю пропасти, словно Сяо Чжань и так уже не держится за какой-то жалкий прутик на ее краю, а пальцы уже соскальзывают.              Пальцы соскальзывают…              По телу проходит дрожь, а губа оказывается прикушена, потому что перед глазами сейчас стоит совершенно четкий образ, как его рука сжимает… сжимает… Ох!              Сяо Чжань зажмуривается, но это не помогает, даже несмотря на тот факт, что он ни разу не видел член Ван Ибо. Это совершенно не мешает представлять, как приятно будет его трогать, сжимать, возможно даже взять в рот.              Тоже.              — О боги!              Как хорошо, что сейчас он дома и один, потому что нет ни одного приличного объяснения его совершенно точно покрасневшему лицу и этим странным звукам, которые издает его рот. А Ван Ибо словно чувствует, что о нем сейчас думают, потому что телефон пиликает сообщением от одного весьма привлекательного контакта.              как гэ себя чувствует?              Гэ сейчас сдыхает от смущения и возбуждения одновременно! Но ни за что в этом не признается, конечно.              Все в порядке              ты даже сразу мне отвечаешь! вау!              Мне нужно выдерживать паузу?              нет!       точно не нужно!       просто обычно ты долго-долго думаешь, что мне ответить       постоянно что-то набираешь, а потом, наверное, стираешь              Сяо Чжань задыхается от ужаса:              Ты это видишь?!              С той стороны кто-то явно хихикает:              я вижу, когда ты печатаешь       и если в ответ приходит всего 3 слова, то это значит, что гэ снова загоняется и долго пытался их подобрать       я прав?              Он совершенно точно скончается, умрет целиком и полностью!       И ничего не может ответить.              я прав       гэ такой милый 🥰🥰🥰              Сяо Чжань отчаянно стонет: это ужасно! Ему никогда и никто такого не говорил! Так бесстыже! Так открыто! Так смущающе… приятно.              гэ придет сегодня в клуб?       или гэ испугался и хочет спрятаться?              Именно этого он и хочет больше всего!       Но сейчас, когда это желание так очевидно, ни за что в этом не признается!              Нет.              что нет?       не придешь или не испугался?       еще и точку поставил — брррр, вот это прямо пугает       я слишком сильно на тебя давлю?              Сяо Чжань зависает, потому что сам не понимает, на какой вопрос ответил. Он прекрасно видит и осознает эти мини-манипуляции, и что самое страшное — даже это кажется ему милым. Потому что Ван Ибо совершенно без стеснения разводит его на очередную встречу, давя на то, что никто не хочет признаваться в своих страхах.              Но он и правда хочет прийти, очень хочет, пусть даже все еще сладко-стыдно вспоминать их последнюю сессию: Нефрит, который так бережно о нем заботился и не позволил сбежать, пока не убедился, что с Сяо Чжанем все более-менее в порядке. Эти нежные руки, что растирали его запястья и поили его, эти тихие слова о том, какой он замечательный и красивый, эти теплые взгляды, от которых на коже остались ожоги восхищения.              Сяо Чжань совершенно точно на это подсел.       И бесстыдно хочет больше.       И большего.              Поэтому его дрожащие пальцы печатают:              Я приду              Его мгновенно затапливает картинками и гифками с радующимися щеночками — ну чисто Ван Ибо с его горящими глазами, который чуть ли не стучит несуществующим хвостом от радости.              тогда до встречи, гэ!       подумай, что бы ты хотел еще попробовать              Его щеки горят от одной мысли о собственных желаниях, которые все еще так страшно озвучивать. Но Ван Ибо мягко и деликатно приучает его к тому, что стоит только сказать — и все будет так, как хочет Сяо Чжань.              До встречи, гоуцзайцзай              Он на самом деле очень долго медлит перед тем, как отправить это сообщение — и Ван Ибо совершенно точно это знает. И взрывается потоком ответных сообщений:              вау       гэ       ты       пиздец       что ты со мной делаешь       бля       я же сдохну до вечера       так хочу тебя увидеть       пиздец              Сяо Чжань совершенно по-дебильному улыбается, откладывая телефон в сторону. Это не то, чего он ожидал от BDSM-клуба, но он не собирается от этого отказываться.              Даже если их отношения с Ван Ибо явно пошли не по классическому сценарию: они видели лица друг друга, общаются в мессенджере с личных аккаунтов. Правда, его имя Нефрит так и не знает и зовет его совершенно смущающе просто «гэ», но это уже и не важно, потому что Сяо Чжаня затапливает всем тем, что на него выливает этот неуемный щеночек уже сейчас.              Который в клубе превращается в совершенно другого человека: властного, уверенного в себе и в том, что нужно самому Сяо Чжаню, даже если последний сомневается до последнего и боится сказать хоть слово.              Уже знакомая комната и знакомый обманчиво холодный Нефрит в маске, который молча на него смотрит, словно и не радовался так безудержно его сообщению. Смотрит и ждет, что сделает Сяо Чжань в этот раз, что скажет. А он может лишь дрожащей рукой закрыть за собой дверь и сделать шаг навстречу собственному безумию.              Так легко быть принимающим, тем, кто просто наслаждается происходящим и позволяет случиться тому, что ему предлагает Ван Ибо. А сейчас Сяо Чжань бросает вызов — в первую очередь самому себе, инициируя и борясь с постоянным страхом отвержения.              Он медленно развязывает узел и снимает маску с лица, потому что для него важно, чтобы его партнер совершенно точно знал и видел, кто перед ним. Ван Ибо все еще молчит и даже не шевелится.              Его голос дрожит:              — Сними свою маску.              По сути это нарушение иерархии, нижний приказывает верхнему. Но они не обсудили, какой будет эта сессия, поэтому Сяо Чжань решил рискнуть.              «Это так просто: все, что ты попросишь, я могу тебе дать. Только скажи, чего ты хочешь».              И Ван Ибо, как всегда, не обманывает, молча снимая маску и являя свое прекрасное лицо, в каждой черте которого — нетерпеливая жажда.              Сяо Чжань тихо выдыхает: это не так ужасно, как ему представлялось. Он попросил — его партнер сделал. Но он не знает, как далеко он может зайти, поэтому его сильно колотит от напряжения.              Еще несколько шагов — и Сяо Чжань уже стоит так близко, что почти касается широко расставленных ног. И снова ему нужно сделать глубокий вдох, чтобы набраться смелости и озвучить свои желания:              — Я хочу дотронуться до тебя.              Ван Ибо еще больше откидывается в кресле, раздвигая бедра еще шире и укладывая руки на подлокотники, всем своим видом говоря «приступай». У Сяо Чжаня дрожат руки и подкашиваются ноги.              — У тебя есть стоп-слово?              Парень еле заметно улыбается:              — Power bottom — это все еще в рамках сессии, гэ, если мы оба этого хотим. Не переживай, я скажу тебе, если что-то будет не так. Ты можешь трогать меня так, как тебе хочется.              Но ему хочется, чтобы Ван Ибо тоже трогал его в ответ!       Ну почему все так сложно?!              И тем не менее Сяо Чжань подходит еще ближе и сам ужасается собственным словам:              — Я хочу сесть к тебе на колени.              — Смелее, гэ.              Эти бедра, как будто, созданы для его: так удобно, комфортно и тепло ему давно не было. Это уже сверхинтимно, потому что они совершенно точно соприкасаются, пусть и через одежду, постепенно твердеющими членами. Но когда Сяо Чжань запускает пальцы в эти чуть кудрявые волосы, то не может удержаться от стона: как же это хорошо!              Ван Ибо прикрывает глаза и тихо вздыхает, словно отдаваясь на волю чужих рук. А Сяо Чжань смелеет настолько, чтобы прошептать:              — Обними меня, пожалуйста.              Следующий стон уже вызван тем, как правильно и приятно горячие ладони лежат на его талии и ее сжимают. А потом и вовсе сползают чуть ниже, чтобы обхватить ягодицы.              — Цвет.              О да, совершенно точно Ван Ибо все еще остается домом даже в этом положении, поэтому Сяо Чжань выдыхает:              — Зеленый.              И ошалело прижимается к этим нежным губам поцелуем, наслаждаясь тем, как сладко и крепко на нем сжимаются чужие ладони и как горяча кожа под его пальцами, которые ноют от желания исследовать каждую черту этого идеального лица.              Потому что теперь Сяо Чжань совершенно точно знает, как выглядит тот самый пресловутый green flag: когда партнер может легко отдать тебе инициативу, слышит твои желания, даже если при этом остается тем, кто управляет ситуацией в целом.