Роза и Скорпион. Что у них общего?

Зима, навалившаяся на Хогвартс, в этом году оказалась довольно мягкой. Снегопады сменялись солнечными, погожими деньками, Черное Озеро уснуло под коркой прозрачного, чистого льда, а в самом замке было не так холодно, как в прошлые годы. Роза не выходила из гостиной старост целую неделю. Ночи для нее плодились самыми настоящими кошмарами - ей в очередной раз снился тёмный коридор на третьем этажа, нож, вспарывающий её платье и бельё, хохот трех выродков, потный палец между ног - и яростный, разрывающий голову крик Скорпиуса. Если бы не преданные Ал, Лили, Фрэнк и Стефан, девушка бы уже сошла с ума. Они дежурили в ее гостиной, носили ей еду и осторожно пересказывали ей последние новости Хогвартса, который теперь находился под постоянным и бдительным надзором мракоборцев. Первая, и самая главная новость, поразившая гриффиндорцев, слизеринца и пуффендуйца - Нейта Огаста не сняли с турнира. Причина проста - не нашлось должных доказательств того, что ильверморниец пытался именно выкрасть книгу. Альбус задержал его в коридоре (да еще и действовал скрытно, с помощью мантии-невидимки), а состояние Огаста вполне могло послужить тому, что он просто прибежал в библиотеку в поисках убежища. Члены МАКУСА, прибывшие в Хогвартс для решения накопившихся вопросов, постановили наложить на директора Ильверморни и самого Огаста денежный штраф, но об исключении Нейта из турнира, как выразились они, не могло быть и речи. Гарри рвал и метал. Он даже потребовал применить к Нейту Огасту веритасерум, но не получил должной поддержки. Ему было разрешено только держать школьников Ильверморни под особым контролем. Было очевидно - в этом деле не обошлось без связей Конуэя. Альбус тоже был в ярости, но злился он помимо Огаста, Конуэя и чинуш из МАКУСА ещё и на себя. -Какого лысого лешего я сразу напал на этого выползка?! - сокрушался он порою по нескольку раз за день. - Надо было бить его Остолбенеем тогда, когда он подбежал к шкафу! Почему я поторопился?! Идиот! Баран! Тупая, вьючная скотина! Так или иначе, Огаст остался в турнире, но вел он себя отныне совсем по-другому. Если раньше он расхаживал по школе, как гордый петух по своему курятнику, то теперь вел себя тише воды и ниже травы. Да и толпа его фанатов заметно поредела. Так что можно было сказать, что одному из потенциальных эпсилонистов был нанесен удар в самое уязвимое место - в его эго. Оба Шоу и Джиззл находились в розыске как в Британии, так и в Америке. Здесь, стоит отметить, чиновники из МАКУСА сработали хорошо - предоставили все необходимые документы, предложили нескольких своих мракоборцев и дали слово, что обязательно будут держать британских коллег в курсе дела. Против Витора Фелисберты улик не нашлось, да их и не могло быть. Анализируя короткие обрывки того ужасного вечера до коридора на третьем этаже, что всё же отпечатались где-то в подсознании, Роза приходила к выходу - бразилец вообще ничем не выдал себя. Не было также ясно, кто обрушил люстру в зале, хотя мракоборцы провели беседу с каждым из учеников и преподавателей каждой магической школы. К примеру, Дейзи Дурсль, пришедшая на бал со Скорпиусом, сказала, что хорошо помнит начало бала, но больше не помнит ничего ровно до того момента, как в гостиную ворвалась Роза. Она даже согласилась выпить веритасерум и повторить свои показания - столь велико было ее потрясение и боль за подругу, несмотря на то, что они поругались. Но даже после веритасерума показания Дейзи не изменились. -Ей память подчистили! - бесился Джарвис Нотт, поминутно одергивая коричневую, меховую куртку. - Зуб даю, рогатик буду! Почему нельзя применить легиллименцию? -Ты же знаешь наше министерство. Оно теперь гуманное, - проворчал Оливер. На нем был чёрный пуховик и ушанка. - Нет бы нормально авроров вооружить... Марси, ты чего? -Я все испортила, - горестно вздыхала Марселина, одетая в бордовую курточку. - Я так и не дошла до Тодоровича в тот вечер... -Детка, ну не надо так убиваться, - Джарвис сгреб ее в объятия, усаживая на колени. - Там ведь такая неразбериха началась, страсть Мерлинова. Неудивительно, что всё пошло через пень-колоду. -Нет, я всё запорола, - устало твердила Марси. - Теперь, получается, что Скорп пострадал зря. -Скорп пострадал, потому что кинулся защищать свою рыжую зазнобушку, - пророкотал Оливер. - Герой-любовник, блин... Вот интересно, побежала бы она его так защищать? Мне думается, что хрен там. -Не суди ее, Оли, - сказал Джарвис. - Ей сейчас тоже несладко. Про нее уже вовсю шепчутся и пальцем тыкать собираются. Ох, чую, тяжело им со Скорпом придется. Еще и этого пидора Огаста из турнира почему-то не поперли! -Тут я полностью разделяю твое негодование, Джарв, - Альбус в сером пальто и зеленом шарфе ловко уселся между сокурсниками. - А про Розу, ты, Оли, я тебя настоятельно прошу, так не говори. У нее теперь травма на всю жизнь. -Нефиг было с Огастом обжиматься, мать-перемать, - уперся здоровяк. -Оли, перестань, ты же знаешь, что она это ради общего дела... -И че с того? Это оправдание, что Скорп уже почти неделю валяется в госпитале с раной от какой-то продвинутой Сектумсемпры, которая очень тяжко заживает, а когда его туда приволокли, он выглядел так, словно его засунули в банку с мантикорой? Это оправдание, скажи мне?! -Я никого не оправдываю! - зарычал Альбус. - Но Роза тут виновата меньше всех! И я не позволю тебе раскрывать на нее свой рот, Оливер! -Напугал соплохвоста голым задом! Что ты мне сделаешь, Ал?! Баллы с факультета отнимешь?! За строчки засадишь?! Мой лучший друг пострадал, а он так страдает уже с начала этого учебного года! Не подскажешь, почему мне кажется, что твоя двоюродная сестрёнка просто решила себе с помощью Скорпа себе значимости приподнять, а? -Оливер, хватит! - Марси вскочила с колен Джарвиса так, что отдавила ему ногу. - А если бы твою Терезу, твою Терри бы постигла такая участь - ты бы что, мимо прошел?! -Не приплетай сюда Терезу! - загрохотал Оливер. Но гнев здоровяка прошел еще быстрее, чем он начался. Лицо его потемнело, он печально махнул рукой и побрел в замок. -Зря ты ему про Терезу напомнила... - проскулил Джарвис, потирая оттоптанную ногу. - Ой зря... Они после этого бала почти не общались. Тереза его сторониться стала почему-то. Не знаю, почему. А Оли всё на свой счет воспринял. Не ест, не пьет, срывается на всех. Недавно чуть Раулю Лепранди заклятием в лоб не засветил, когда он нам анекдот про Францию рассказывал. -Да уж... А ведь все так хорошо начиналось, - у Альбуса опустились руки. - Лишь бы Скорп скорее поправился. Мари-Виктуар сказала, что рана и правда очень долго заживает. -Похоже, что тот, кто наслал на него Сектумсемпру, очень хорош в применении этого заклинания, - задумчиво промолвила Марси. - Либо само заклятие было особо мощное. Либо и то, и другое. -Либо ваш царек просто раскис! И ему пора бы освободить трон более достойному! - раздался наглый голос. -Ал, я тебя предупреждаю, если он сейчас опять начнет хорохориться, я пошлю в него Аваду и мне будет до детородного органа, на сколько лет я сяду, - прорычал Джарвис, испепеляя глазами шествующую к ним троицу - крепкого, нахального семикурсника с волосами цвета застарелой ржавчины, облаченного в темно-коричневый реглан, находящегося в компании желтолицего, угловатого азиата с неприятным прищуром и мощного толстяка с красным лицом. Это были Клифф Салиас, Дзей Таошин и Уоррен Вилгакс - главная головная боль Альбуса как старосты факультета. Именно они взяли на себя роль главных школьных хулиганов в Хогвартсе, нападая и унижая тех, кто слабее. Ударной силой в основном выступал Уоррен - мощный, немногословный и послушный громила. Тощий, трусоватый и подлый Дзей обычно выступал как мозговой центр троицы, а в действие его приводил Салиас - жестокий, наглый и самовлюблённый хам. Нечего и говорить о том, как Салиас мечтал сместить Малфоя-младшего на троне Слизеринского короля. Но на самом деле Клифф очень боялся Скорпа, прекрасно помня, как однажды, около года назад, подговорил своих дружков напасть на блондина втроём. Результат для троицы оказался плачевным и позорным. Уоррена Скорп отправил летать по всему Хогвартсу, как воздушный шарик, который развязали и отпустили, Дзею наколдовал такие огромные глаза, что те вылезли из орбит и перевесили голову азиата, а Клиффа проклял так, что тот неделю потом пролежал контуженным в больничном крыле, а потом обнаружил, что его шикарные чёрные волосы сначала позеленели, а потом обесцветились. Единственный цвет, который Салиас все же смог вернуть своей шевелюре - грязно-ржавый... -Салиас, сделай одолжение, иди куда шёл, - процедила Марселина. - И так дышать тошно, так еще ты со своими подсосами тут воняешь. -Ай, как грубо и одновременно банально, госпожа староста! - заржал Салиас. - А что, это всё, что ли? Всегда знал, что ты, Забини, бесстрашная только когда рядом Малфой пасется, братик твой. Да тебя бы и старостой не выбрали, если бы не он! -Слышь, ты, червь ленточный, - Джарвис угрожающе поднялся. - А ты может зубы мне прежде покажешь, чем девчонке? Мы с тобой вроде в одной весовой категории. -Смотрите все! - захрюкал от смеха Вилгакс. - Вечный подпевала силу почувствовал! Сядь-ка на место, Нотт, пока по соплям не схватил. Корешок тебя не защитит, в больничке он подыхает. Сядь на место, не доводи дело до драки. -А ты чего меня пугаешь, взрывопотам контуженный? У меня тоже кулаки не из пластилина сделаны! Силу некуда девать? Сейчас я тебя заземлю! - гаркнул Нотт. Уоррен угрюмо и сердито сделал шаг в его сторону. Руки обоих парней потянулись за палочками. -Стоять! - крикнул Альбус, растолкав обоих в разные стороны. - Драки я не потерплю! Салиас, если тебе и твоим дружкам нечем заняться - идите в Запретный лес и подеритесь с троллями. -Ладно, братцы, давайте не будем их трогать, в самом деле, - просипел Дзей. - А то нас папашка Поттера арестует и в Азкабан. Он же теперь школу охраняет, как бы сыночку-корзиночку никто не обидел. Слышь, Поттер, а каково это - быть школьным старостой, который даже сам себя защитить не может? Серьёзно, тебя вечно то папуля героический прикрывает, то наш уже бывший царёк, который сам лошок. Мало того, что папенькин сынок, так ещё и сынок Пожирателя! -Слышь, собакоед, а слабо всё это будет повторить, когда Скорп выздоровеет? - обозлилась Марси. - Еще одну операцию на глаза хочешь, как тогда? -Да спекся ваш Малфой, дурачки! - залился хохотом Салиас. - Я теперь здесь основной! И вы, старосты, мне ничего не сделаете! А начнёте отнимать баллы у Слизерина из-за меня - я против вас, слабаки, весь факультет подговорю, вас наши же и слопают с кашей! Так что молчать и не гавкать! -И это мы еще без Скорпа ничего не можем, да, чучело ты трусливое? - злобно бросил Нотт. - Факультет он против нас подговаривать собрался. Ну удачи вам, ваше ржавое величество. Интересно, а корона у тебя на башке также быстро сгниет, как и волосы? Салиас вскипел. Из всех шуток шутки про цвет волос он не переваривал особо остро. -Ну всё, Нотт, ты договорился. Сейчас я тебя к вашему повелителю отправлю, будете вместе с ним лежать и помирать. А там глядишь, вас его мамаша с распростёртыми объятиями встретит... ТРАХ! И прямо на голову Клиффа свалился горшок, полный зловонных удобрений. Дзей и Уоррен отпрыгнули, боясь, как бы и их не забрызгало. Салиас побелел, у него задрожали губы так, словно он сейчас расплачется. -Ба, а это кто тут у нас? - весело спросил Оливер, выходя во двор. - Салиас, Хэллоуин уже давно прошел. Твой костюм адмирала Навозная Голова здесь не к месту. Присутствующие во дворе слизеринцы засмеялись. А Ал так и подскочил на месте. Оливер вышел во двор не один. С ним рядом шла Роза - всё еще бледная, с изможденным взглядом, но уже твердо стоящая на ногах и с мрачной усмешкой на губах, обращенной в сторону обосрамленного ей Салиаса. Она была одета в красивое пальто темно-синего цвета, огненные волосы падали на ее плечи густыми прядями. -Не смей - говорить - дерьмо - о Скорпе - и - его семье - своим - мерзким - ртом! - сказала гриффиндорка негромко, но очень отчетливо и внятно. -Ты! - заверещал Клифф, поняв, кто наколдовал ему горшок с навозом. - Дешевка с Гриффиндора! Мало тебя в том месяце в коридоре затискали, или что?! Раз! И с орущего слизеринца свалились штаны. Хохот во дворе грянул с новой силой. -Смотрите, народ! Его превосходительство адмирал Навозная Голова носит желтые трусы! - продолжил глумиться Гойл. Трюк с брюками уже принадлежал ему. Все просто покатились от смеха. -Ты маленькая дрянь! - завопил Салиас и ринулся было к Розе, агрессивно сопя. Та испуганно вздрогнула и побледнела ещё сильнее, но Гойл моментально закрыл ее своим могучим телом, а Альбус загородил Клиффу путь. -Тронешь ее, Салиас - я из тебя самого удобрения сделаю. И молись, чтобы Скорп, когда выздоровеет, не узнал о том, что ты тут устроил. Просто молись. Дзей и Уоррен, видимо, поняли, что ситуация складывается не в их пользу, поэтому схватили Салиаса под руки и увели со двора. Салиас сыпал ругательствами и проклятиями. -Я тебя достану, рыжая потаскушка! Ещё как достану! - голосил он. - Ты мне ответишь за этот горшок. Своей полуневинностью ответишь! Я всем расскажу! Последний удар попал в цель. Роза вздрогнула и покачнулась. Оливеру пришлось усадить ее на скамью. -Рози, не слушай его, - попросил Альбус. - Это же Салиас. Он как скунс. Воняет, но не кусает. -Эй, Оливер! - громко сказала чернявая слизеринка Кимберли Грин, та самая. - А чего ты ее сюда привел? Ей что, здесь кто-то рад? -Ким, ну хоть ты не начинай... - взмолилась Марселина. - Ты же умница... -Я знаю, что я умница, Марси, - продолжила Кимберли. - А еще у меня очень хорошая память. И я решительно не понимаю - мы что теперь, всем факультетом ее обязаны защищать? -Я... Я не просила меня защищать... - проговорила Роза. Оливер надулся. -Ким, я просто ее провожал. Ей нужно было в библиотеку. Часть мракоборцев сейчас на летучке у Поттера, остальные охраняют Хогвартс снаружи. А у Долгопупса, Поттерихи и ее брата урок, как и у всей школы, кроме нас, потому что Ликомед заболела и подменить ее некому. Ал сам попросил меня за ней присматривать. И Скорп тоже. -Я вообще не понимаю Скорпа, - фыркнула Женевьева Фестер. - У нас столько крутых девчонок, далась ему эта гриффиндорка? -Дело даже не в этом, Жени, - нахмурилась Кимберли. - Какого рожна мы должны защищать гриффиндорку, которая ненавидит наш факультет и всегда старалась ему на протяжении многих лет подгадить? Или вы все забыли? Я считаю, что ее должен защищать родной факультет, а не мы. Без обид, Ал, я понимаю, что это твоя сестра. И я понимаю, что с ней произошло. Но я не хочу, чтобы сюда впутывался кто-то из нас. -Вот-вот! - поддакнула Женевьева. - Тем более, что эти придурки, как их там... Буквоеды эти, короче. Так вот, буквоеды эти вполне могут напасть на любого из нас! Скорп уже несколько раз пострадал и теперь лежит раненый! И всё из-за того, что хотел от чего-то защитить её! Она указала пальцем на Розу, на которой не было лица. А ведь они в чем-то правы... Если бы Скорп не кинулся спасать меня, он бы сейчас был цел и невредим... А я... А что я? Как будто кому-то бы было дело. Если уже мой собственный факультет стал меня сторониться, что уж говорить про Слизерин, которому я действительно сделала немало гадостей за все время учёбы в Хогвартсе... То, что Гриффиндор стал сторониться Розу, была горькая правда. В первую очередь - из-за отношений с Огастом. Довольно многие на Гриффиндоре, не зная о плане Ала и Скорпиуса, считали, что Роза просто втрескалась в их соперника, а значит, она предательница. Громче всех, конечно, об этом кричала Летти Браун, девица недалёкая, вредная и злопамятная. А тот факт, что Роза едва не была изнасилована американцами, Браун и те, кто поддерживал её, объясняла просто и жестоко - "доигралась". Понятное дело, что в Летти говорила копившаяся все эти годы зависть, ведь Роза была красивее, популярнее и училась намного лучше. Правду сказал Нотт о том, как завистники резко активизируются, стоит кому-то умному, привлекательному и просто хорошему оступиться. А активизировалась Браун на славу. С ее подачи некоторые особо чувствительные и преданные Гриффиндору девчонки всем своим поведением объявили старосте бойкот. Остальные же, не считая Фрэнка Долгопупса, Лили Поттер, Хьюго и ещё нескольких ребят, держались не агрессивно, но холодно и отстраненно. Отдельного упоминания заслуживало поведение Дейзи. Каждый раз, замечая Розу, она вдруг прятала лицо и стремилась скорее скрыться с ее глаз. Выглядело это так, словно она стыдится Розы, и это, пожалуй, было больнее всего... Конечно, она, возможно, была не виновата. Возможно. Но факты по-прежнему не просто упрямо говорили, а прямо-таки кричали об обратном. 1. Они враждовали со Скорпиусом с первого курса, причем инициатором чаще всего выступала именно она. Сначала из нелюбви к Скорпиусу и его семейству, а потом от того, что Скорп еще и стал гораздо популярнее. И эта вражда, само собой, переросла в очередной виток соперничества между Гриффиндором и Слизерином, пусть и не столь непримиримого, как раньше. 2. Роза всё еще оставалась помощницей Огаста, которого теперь ненавидела большая часть Хогвартса. И уж конечно, его ненавидел весь Слизерин, всеми силами, правдами и неправдами поддерживавший Скорпиуса. А поскольку слизеринцы не умели ненавидеть наполовину, то злоба к Огасту не могла не перекинуться на Розу. 3. Скорпиус пострадал, защищая ее. И это был самый упрямый из всех трех фактов. Настолько, что его обсуждали во всеуслышание по всему Хогвартсу. Так что теперь у остальных слизеринцев, не считая ближнего круга общения Скорпа, очень даже были причины если не ненавидеть Розу, то очень сильно ее недолюбливать. И тем удивительнее и отраднее было услышать для бедной девушки приятный бас Рауля Лепранди - того самого лучшего охотника-слизеринца. -Только давайте вы вдвоем сейчас не будете играть в болеющих душой за факультет, ладно? - проворчал Лепранди. - За Слизерин они обиделись! Вы скорее обиделись из-за того, что Скорп вас обеих отшил в тот вечер, когда мы праздновали его победу над драконом. -Лепранди, я тебя очень прошу, лучше играй в квиддич, а не лезь в логические выводы и чужую личную жизнь, - рассердилась Кимберли. -А вы с Жени сейчас не тем же самым заняты, нет? - вмешался Ян Штремер. - Стоите тут и кости ей моете вдвоём! -Если Скорп полез ради неё в полымя, значит, он решил, что она того достойна, - каркнул Ллойд Блетчли. -И не вам обсуждать его решения, - поставил точку Марко Уоррингтон. - Он обойдется и без ваших подсказок. А если вы просто ревнуете, девчонки, так и скажите. Хотя, по вам это и так видно. -Ал... - Розе стало неуютно, несмотря на то, что сборная Слизерина вступилась за неё. - Пожалуйста, проводи меня назад, в гостиную старост. Я... Я боюсь ходить одна... Вдруг... -Понял, сестрица, - кивнул Альбус. - Пошли. Я очень надеюсь, друзья, - обратился он к слизеринцам, - что пока меня не будет, вы не передеретесь и сохраните адекватность. -Не парься, Ал, - уверенно сказала Марси. - Я за этим прослежу. И вообще, топайте-ка потихоньку все на урок. -Не указывай нам, Забини! - пискнула Женевьева. Но что было дальше, ни Ал, ни Роза уже не видели - они направились в замок. Алу очень хотелось приободрить сестру, но все нужные слова почему-то улетучились из него. Так он и шел, пребывая в молчаливом замешательстве. А Роза, шедшая чуть впереди, в какой-то момент остановилась у окна, тяжело выдохнула, прислонилась к окну и тихо заплакала. Тихо, горько и беззащитно. -Рози! Рози, ну ты чего! - Ал обнял рыжую за плечи, прижимая к себе. - Не принимай слова Ким на свой счёт! Она в целом очень неуживчивая по характеру. И Скорп ей... Так, ладно, молчу. Это, я так понимаю, больная, тема для тебя. -Ал, ну хоть ты мне скажи? Что с ним? Почему его всё еще не отпустили из больничного крыла? Неужели ему настолько плохо? - Роза подняла голову. - Мне все говорят, что он будет в порядке - и ничего! Если он не хочет меня видеть, если он боится разговоров за спиной... -Ну перестань! Ничего он не боится. Я недавно говорил с Мари. Скорп уже давно хотела встать, но профессор Макгонагалл из-за третьего испытания уговорила его подлечиться более тщательно. Сказала, что Скорпу необходимо подойти к нему в его лучшей форме и без травм. -А что же это за испытание? -Магическая дуэль, - раздался негромкий голос, очень знакомый и Розе, и Алу. - Чемпионов делят на пары между собой. После парных состязаний три победителя сражаются между собой. Ровно также, как и проигравшие. Побеждает последний выживший. -Огаст? - недовольно бросил Альбус. - Чего тебе надо? Заблудился? -Зачем сразу грубить? - проговорил Нейт. - Я просто искал Розу, чтобы сообщить ей кое-что, связанное с турниром. Дело в том, что я принял решение отказаться от её помощи. Альбус опешил. Роза утерла слёзы и уставилась на американца. -Что, прости? -Я попросил выделить мне другого помощника, - безучастным голосом сказал Огаст. - Ну, мне пришла в голову мысль, что сейчас тебе лучше не вариться в этой клоаке. На тебя так много навалилось. Ужасное происшествие. Мне очень жаль, что так случилось. Поэтому отдыхай от меня. И потом - ну, мне не очень хочется, чтобы все эти дурацкие слухи про то, что мы были в каких-то отношениях, мешали нам обоим. Я всё ещё планирую победить, а тебе... Тебе лучше сейчас побыть в стороне. Тем более, что на тебя вновь может кто-нибудь покуситься. -Кто-нибудь? - переспросил Альбус звенящим голосом. Он всеми силами пытался подавить в себе желание растерзать Огаста в мелкие куски прямо на месте. - Кто-нибудь? Погоди-ка, я правильно понял - то есть, ты при всех обругал ее на балу бранными словами, сбежал с бала, возможно, заманил её в ловушку своих друзей... -Это бездоказательно, Альбус! - повысил голос Огаст. - Ты мне еще библиотеку приплети, в которой сам же напал на меня! Я чист перед вами! Моя вина, если она и есть, доказана не была! Поэтому я и остался в турнире. А денежный штраф я, само собой, уплачу. -Я вот одного не понимаю, Огаст. Ты же признавался Розе в любви, в том, что она нравится тебе, а теперь, когда ее чуть не изнасиловали твои дружки, я еще раз подчеркну, твои дружки, когда куча людей считает ее предательницей из-за тебя - и ты просто соскакиваешь? -Ну не могу же я стоять на часах возле своих друзей, - развёл руками Огаст. - И мнение масс мне не подвластно. Мои ребята меня предателем не считают. Возможно, это проблемы ваших сокурсников... Его спич прервало звучное и неприятное хихиканье Розы. Девушка перестала плакать, ее глаза были абсолютно сухие, а на алых губах играла почти радостная усмешка. -Мерлин милостивый! Какое же ты всё-таки ссыкливое убожество, Огаст! Ссыкло, мозгляк и лицемер! - смеясь, сказала она. - Ты думал, что услышав это от тебя, я упаду на колени и начну умолять тебя не бросать меня? Да хрен тебе! Подавись своим двуличным милосердием! Плевать тебе на то, что я чувствую, ты просто себя обезопасить решил! Я ведь права, так? -Ты извращаешь мои слова, Рози... -Не называй меня Рози, ты, посмешище! Ха-ха-ха-ха-ха! И ты еще что-то кудахтал мне про Скорпа, про то, какой он плохой? Ты?! Да ты мизинца его не стоишь, паскудник! -Роза, ты сейчас оскорбляешь меня, и совершенно напрасно... - бормотал Огаст, всеми силами стараясь выглядеть уверенно и мужественно. -А то что, Конуэю расскажешь? Флаг тебе в руки! Кстати, помнится, при первом знакомстве я тебе обещала экскурсию по Хогвартсу? Так вот, я знаю замечательное место, куда ты можешь сходить на экскурсию, - Роза успокоилась и сказала резко, как выплюнула. - Так вот, Огаст, иди нахуй со своим двуличием и трусостью. Надеюсь, что ты там заблудишься. А если нет - лучше сломай себе ногу и не выходи на третье испытание. И рыжая, к которой буквально на несколько минут вернулись ее гордость, смелость и стать, плюнула ильверморнийцу под ноги и пошла дальше по коридору. Огаст выглядел так, словно его выкупали в выгребной яме, но его вечно высокомерная натура всё же заставила его играть до конца. -Похоже, у нее повредился рассудок, - фыркнул он. - Надо бы сказать организаторам, пусть займутся ее лечением. -Ах ты гнида охреневшая... - зашипел сквозь зубы Альбус, сжимая кулак и напрягаясь для удара. -Не надо, Ал! - вдруг как из-под земли вырос Хьюго Уизли. - Не бей его! Ты же староста, тебе влетит! Огаст самодовольно улыбнулся. Альбус сверкнул в его сторону зелёными глазами и отправился догонять Розу. -Как приятно иметь дело с адекватными людьми... - начал было Огаст, но сокрушительный хук с правой мигом заткнул его на полуслове. -А вот мне ничего не будет, - весело и злобно ухмыльнулся Хьюго. - Это тебе за мою сестрёнку, крыса. Второй удар свалил Огаста на пол с расквашенным лицом. -Что здесь творится! Как он смеет? - взвизгнул на весь коридор вездесущий Конуэй. - Я требую... -Не вопите так, мистер Конуэй, у многих учеников сейчас занятия, - осадил его профессор Деверекс. - Я разберусь. Хьюго, потрудись объяснить, что здесь случилось? -Он сказал дерьмо... то есть, он плохо сказал о моей сестре, сэр, простите за грубость, - честно признался Хьюго. Конуэй засипел, как продырявленный садовый шланг. -Мистер Деверекс, я требую от вас... -Вот что, мистер Конуэй, отведите-ка пока вашего чемпиона в лазарет. Хьюго, где вы сейчас должны быть? -На зельеварении, но профессор Блоухолл отправил меня к профессору Макгонагалл, чтобы я отнес ей список ингредиентов, которые у профессора Блоухолла заканчиваются. Я как раз шел от профессора Макгонагалл к профессору Блоухоллу обратно, - протараторил Хьюго, с наслаждением отмечая то, как застопорился мозг Конуэя. -В таком случае, пройдёмте со мной. Я отведу вас на урок... то есть, я вас накажу, - приказал Деверекс. - Сегодня же поставлю в известность вашего декана. Такое поведение недостойно ученика Хогвартса... Продолжая так нудеть, Аристотель увел Хьюго на другой этаж. Там он быстро сунул ему в руку большую шоколадку с арахисом и быстро шепнул. -Беги на урок. Шоколадку сильно не свети. Зайдешь ко мне после уроков для наказания, - но по глазам учителя по защите от темных искусств Хьюго уже прочитал, что наказание будет скорее для проформы. - И впредь прошу тебя быть посдержаннее, иначе мне будет сложнее отмазывать вас... А Роза и Альбус между тем продолжали свой путь. Выплеснув весь негатив, Роза даже немного повеселела. Но практически у самой двери в гостиную старост их поджидало последнее препятствие. -Ага! Наша павшая королева идет! Юнис, Моника, смотрите, нашла себе нового телохранителя! Ей уже насрать, что это её двоюродный брат! -Браун, исчезни с глаз, - бросила ей Роза. Меньше всего она сейчас хотела видеть и слышать эту склочницу. -И это весь твой запас остроумия? - захрипела Летти Браун в компании двух подруг, таких же недалёких и злобных, как она, преграждая Розе путь. - Потаскуха! -Сколько же ты ещё будешь давить из себя злобу на Розу из-за того, что твоя мамаша ненавидит её мать? - закатил глаза Альбус. - Гермиона ведь даже ее спасла! -Пошел ты, Альбус! Иди свой факультет поучай! Или что, без Малфоя тебя, тюфяка, там никто не слушается? Батюшки, так это что получается, у вас теперь кровосмесительная связь? -Да уж, Браун. Я даже во время месячных такой отбитой, как ты, ни разу не бывала. Роза хотела было пройти к двери в гостиную, но тут её оттолкнула долговязая и крупная Юнис Грирли. Толчок получился мощным и болезненным. -Решила сбежать от нас в свою норку, рыжуля? - забасила Юнис. - Кончился твой век, теперь мы тебе отомстим! Будешь знать, как задирать перед такими дурнухами, как мы, свой прелестный носик, гадюка! -Не трогайте её! - прикрикнул Альбус, хватаясь за палочку. Моника Фогг, тощая, похожая на лошадиный скелет, мерзко хихикнула и запищала. -Благородный староста Слизерина лезет в девчачьи склоки! Вот так шок-контент! Летти, мы же про это расскажем? -Обязательно! - хищно оскалила маленькие, острые зубы Браун. - И про Огаста все расскажем! И про то, как тебя, рыжая дрянь, на третьем этаже натягивали! И про то, что ты теперь с родным братцем... -Канис Латратус! - громыхнул по коридору звучный и хорошо поставленный баритон. Браун внезапно заткнулась, пару раз кашлянула так, словно чем-то подавилась, а затем раскрыла рот снова, но вместо слов оттуда полился мерзкий, заливистый собачий лай, присущий обычно разъяренным чихуахуа. Юнис и Моника взвизгнули и тут звучный баритон заговорил совсем близко. -Пошли отсюда прочь, дуры, пока я вашу главную сучку на вас же не натравил. Тогда ее точно загребут с бешенством. Скандалистки моментально ретировались, последней удрала, скуля и лая, Браун. Роза задрожала, ее синие глаза блеснули. -Похоже, теперь я могу вас оставить, - негромко сказал Альбус и удалился, пройдя мимо... -С... корп? -Привет, Рози. За неделю в лазарете Скорпиус заметно похудел, от чего казался еще выше. Скулы выпирали на его бледном лице крупными желваками, губы были слегка синеватыми. А в остальном он остался таким же статным и уверенным. На нем были чёрные джинсы с серебряной цепью, прочные черные ботинки, темно-серая водолазка с высоким воротом и черный кожаный пиджак, накинутый на плечи. Левая щека была исчерчена тремя или четырьмя небольшими шрамами. Сердце Розы выписывало фигуры высшего пилотажа по грудной клетке. Она словно онемела. Скорпиус заметил ее замешательство и взял слово. -Разреши, я зайду. Мне надо кое-что рассказать тебе. -Конечно. Сейчас, - проговорила Роза и назвала пароль. Войдя в гостиную, она скинула с себя синее пальто, оставшись в голубых джинсах, высоких черных сапогах и красном свитере с буквой "Р" (это был фирменный свитер Уизли от бабушки Молли). -Тебя выписали? - спросила она. -Нет, сам отпросился. Чего я в этом больничном крыле не видел? Тем более, что на мне все уже зажило. -Но профессор Макгонагалл... -Я отпрашивался у нее, не переживай. Недолгое молчание. Скорп раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но Роза опередила. -Я сегодня зашибла горшком с навозом Салиаса. Он поносил тебя и обещал, что скоро займёт твоё место. -Ну пусть рискнет жизнью и здоровьем. Он тебе угрожал? Только правду. -Да. -Не бойся ничего. Сегодня же вечером я вправлю ему то, что у этого черта вместо мозгов. -Скорп, я... -Нет, Роза. Дай теперь сказать мне. -Скорп, не надо! - у Розы внутри всё задрожало, ей стало невыносимо, жгуче больно. - Не надо меня больше спасать! Дай мне справиться самой! Я влезла в эту яму сама и поплатилась! Я должна была слушаться тебя! Пожалуйста, не делай себе хуже! Ты уже слишком много раз пострадал из-за меня! Роза задрала голову к потолку, чтобы слёзы вкатились обратно. И услышала следующее. -Значит, ты отказываешься быть моей помощницей на Турнире? -О чем ты? Скорп улыбнулся. -Я переговорил с Алом и Макгонагалл. Теперь ты моя помощница. Пожалуйста, не отказывайся, Рози. -Как ты догадался, что Огаст... -А что еще этому петуху делать осталось? Думаешь, мало ему одного позорного пятна? Вообще, я тебе гарантирую - раз его не вышибли из турнира сейчас, значит, его вышибут после третьего испытания. И не его одного. -Ты что-то задумал? -Да, но я позже тебе расскажу. Ты пережила слишком страшное потрясение. Тебе нужно отдохнуть от всего этого дерьма. -Скорп, пожалуйста, только не надо меня защищать снова! Я больше не могу смотреть на то, как ты вечно рискуешь ради меня! Что скажут про тебя твои завистники? Я ведь... -Попробуешь сказать, что ты потаскуха, предательница или ещё что-то дурное про себя - я и на тебя порчу наведу, - железным голосом предупредил Скорп. - Даже не думай. -Скорп! -Уже восемнадцать лет как Скорп. Неужели мне нужно проговаривать для тебя такие простые прописные истины? Неужели мне всё-таки придется прибегнуть к красноречию и явить свету белому огромный, романтичный спич о том, что я люблю и любил все эти чертовы годы одну лишь тебя? Он любит меня... Он любит меня... Он меня любит... Это правда... Чистая правда... Мерлин... -Скорп, тебе необязательно любить именно меня... - последние силы сдерживать слезы иссякли. - В Хогвартсе столько красивых девушек, намного красивее и лучше меня. Тебе достаточно только махнуть им. -Вот только не начинай. Не надо мне красивее и лучше тебя, Рози. Не-на-до. -Ты так говоришь чтобы меня утешить. -А по-моему, это ты просто втемяшила себе в голову, что недостойна меня и теперь увиливаешь. Ты серьёзно думаешь, мне не насрать на мнение кучки придурков по типу Браун и Салиаса? Да пусть чешут про меня всё, что способны родить их куриные мозги. А про тебя я им больше ни одного бранного слова сказать не дам. Браун уже отхватила. Салиас на очереди. Роза молчала. Слёзы текли по ее лицу, а уголки алых губ сами собой почему-то поползли вверх. Она чувствовала, как где-то внутри ее надломленного существа тёплым, мягким, согревающим и живым отблеском заискрилась надежда... -Пойми же наконец, Рози! - баритон Скорпа дрогнул, он заговорил горячо и эмоционально. - Общество почти никогда не будет довольно тобой! Никогда! Как бы тебе объяснить... Если мы вдвоём поедем на одной лошади, общество будет кричать, что мы нищеброды и не можем позволить себе еще одну лошадь. Если на лошади поеду я, а ты пойдёшь рядом - я стану для общества тряпкой и слабаком, а ты бессловесной дурой, что не может побороться за свои права. Если мы поменяемся местами - ты будешь тираном в юбке, а я подкаблучником. А если мы оба пойдём пешком и поведем нашу лошадь рядом, нас заклеймят идиотами, которые идут пешком вместо того, чтобы ехать на лошади. Понимаешь? -А если мы оба поедем, каждый на своей лошади? -Тогда мы с тобой охреневшие буржуи, которым мало одной лошади. Мнение общества - самая продажная и лицемерная вещь на свете. И наши родители - самый яркий тому пример. Хотя, я даже рад, что все у них случилось именно так. Иначе мне было бы нельзя тебя любить. -Скорп... Ты это серьёзно? Ты сейчас не шутишь? -А разве такими вещами шутят, Рози? И да, предвкушая твой вопрос - меня ничего не смущает. Быть для тебя сильным - для меня это праздник. "Тебе нужен тот, рядом с кем ты хотя бы иногда сможешь позволить себе побыть хрупкой, нежной и немного беззащитной."... И похоже, я нашла этого кого-то... Он все это время был от меня на расстоянии вытянутой руки... -Так что я готов повторить тебе это хоть тысячу раз, Рози, - проговорил Скорп, походя практически вплотную. - Я действительно тебя люблю. И всегда любил. Любил и люблю всякую - злую, насмешливую, грустную, веселую. -Но за что? -Просто так. Без логических объяснений. Хотя... Если это не взаимно, то скажи. Я всё пойму и... -Замолчи. Просто замолчи и иди ко мне. Роза пала Скорпу на грудь, обвивая руками его шею и прижимаясь виском к его щеке. Слезы кончились, боль утихла, горе отступило. Осталось только одно огромное, пылающее, как сверхновая, счастье, в один миг разгоревшееся из маленького, но очень живучего отблеска надежды... Скорпиус одной рукой нежно и крепко прижал Розу к себе за талию, другой зарылся в водопад ее огненных волос и наконец выдохнул, чувствуя, словно кто-то снял с него тяжёлую, кованую цепь, что всё это время гнула его к земле, и разбил ее в мелкие кусочки. Он тоже всем своим уставшим, но по-прежнему гордым и мощным сердцем ощутил это большое и тёплое счастье. -Я тоже люблю тебя, Скорп, - тихо сказала Роза, прикрывая глаза от накатывающей волны сладостного наслаждения. - После всего этого... Я просто не могу не ответить тебе тем же, мой герой. -Не воспринимай этот треп на свой счёт, - Скорп коснулся губами ее виска. - Ты стоишь того, чтобы быть героем ради тебя. Пусть и типаж у меня больше антигеройский. -А в этом, как мне кажется, твоя главная прелесть. В тебе нет всей этой мишуры, ты естественный и настоящий. Рядом с таким, как ты, быть беззащитной, хрупкой и нежной девочкой намного приятнее и интереснее. И вновь тёплые синие глаза встретились с холодными серыми. Два абсолютно разных неба. -Скорп... -Да, Рози? -Не покидай меня. Просто будь со мной рядом, о большем я тебя просить не стану. Пожалуйста. -Буду, Рози. Так буду, что погоди - еще надоем тебе. -Балда... -И сразу обзываться. Не успели нормально поцеловаться - а у нас уже первая ссора. Чувствую, что мы с тобой точно доживём вместе до самого гроба. -Да поцелуй уже меня, оратор ты этакий! -Как скажете, принцесса... От поцелуя Скорпа у Розы закружилась голова и перехватило дыхание. Малфой-младший целовался сногсшибательно - аккуратно, нежно, и в то же время страстно, горячо и чувственно. Скорп же ощутил необъятное наслаждение, сплетаясь в поцелуе с этими алыми, нежными губами, за улыбку которых теперь был готов перевернуть вверх ногами весь мир... Два абсолютно разных неба в этот январский день стали одними-единственными, цельными небесами для двоих, которые уже никто бы не смог у этих двоих отобрать, как бы не старался. Никто. Низачто. И никогда.