Роза и Скорпион. Что у них общего?

2 мая 1998 года. Хогвартс. -Ты серьезно? Ну, в смысле, ты уверен? На пыльном, рассеченном в нескольких местах лице Рона глубокий отпечаток досады и вожделения. Шутка ли - Гарри только что отказался от самой могущественной палочки за всю историю магии! -Я думаю, что Гарри всё сделал правильно. Гермиона откинула назад густые волосы. Тело ломит усталостью и мышечной болью так, что она едва держится на ногах. Но держится. Держится благодаря радости от долгожданной победы и чувства долга, что исполнен ей до конца. Но тяжелее всех из их троицы сейчас, конечно же, Гарри. Ему тяжело еще и от осознания того, что сейчас все будут праздновать и чествовать его, а он не сможет быть рядом, ответить благодарностью на теплые слова и утешить тех, у кого эта проклятая война забрала самое дорогое. -От этой дурацкой палочки больше тревог и проблем, чем выгоды, - поставил окончательную точку в истории Бузинной палочки Мальчик-Который-Выжил. - А мне, честно говоря, проблем и тревог хватит до конца жизни. Простите, но я очень хочу спать, ребята. Попросите у наших за меня прощения. Если хотите праздновать - празднуйте, я присоединюсь чуть позже. -Иди, Гарри, - Гермиона погладила его по плечу. -Не переживай, мы скажем, что тебе нужен отдых. Да остальные это и без слов поймут, - степенно заметил Рон. И Гарри ушел по направлению к гостиной Гриффиндора. Рон обнял Гермиону за плечи. -Ну... - голос его явно пытается звучать мужественно, храбро, немного развязно. - А мы чем с тобой займемся? Может... -Пойдем вниз. Может быть, кому-то из наших нужна помощь, - предложила Гермиона. Рон согласился, но по его лицу видно - рассчитывал он не на это... Впрочем, его недовольство моментально улетучилось, когда он оказывается внизу, в кругу семьи. Миссис Уизли с плачем обняла его, мистер Уизли грустно потрепал младшего сына по голове, Билл с шумом хлопнул Рона по плечу, а Перси с убитым видом протянул Рону руку, явно таким образом прося у младшего прощения. Джинни находилась чуть в стороне, придерживая за руку Джорджа, в глазах которого отражалась такая пустота, что в них страшно смотреть. Это всё, что осталось внутри младшего близнеца после того, как Фред навечно ушёл от него, всё также весело и искренне улыбаясь... Гермионе стало не по себе - сердце подкатило к горлу так, что пережало верхние дыхательные пути, руки начали дрожать. Она неловко извинилась перед семейством Уизли и под предлогом "подышать воздухом" быстро выскочила из замка наружу, стараясь не смотреть на погибших в один день Римуса и Тонкс, несчастного Колина Криви, который так хотел пробраться в Хогвартс и помочь своему факультету и еще многих павших в последней битве за всеобщую свободу и всеобщее благо волшебного мира. Но и на улице Гермиона не нашла покоя. Руины любимой школы, несколько трупов во дворе подлили еще больше масла в огонь, болезненно поджаривающий сердце Гриффиндорской Заучки. Грейнджер метнулась во внутренний двор, едва не налетев на поломанную статую. И тут... -Тоже никак не можешь найти себе места, да, Грейнджер? Гермиона обернулась навстречу этому холодному, спокойному голосу. Только на этот раз в этом голосе не было ни капли самодовольного высокомерия или жгучего сарказма - в нем нет практически ничего. Он напоминал шелест ветра в пустом, заброшенном доме. Драко сидел на больших камнях под тем самым деревом, с которого спрыгивал перед Гарри до того, как Грозный Глаз превратил его в белого хорька. В руках он вертел какой-то странный предмет, боярышниковая палочка была заткнута в нагрудный карман. Слизеринский Принц покрытый пылью черный костюм, его платиново-снежные волосы спутались, под глазами от недосыпа чернели круги. -Почему ты здесь? - сама того не ожидая, спросила Гермиона. И это были не пустые слова. О том, какую важную роль сыграл Драко для Ордена Феникса в качестве шпиона, знают только она, Кингсли, знали когда-то Люпин и Снегг, вербовавшие Драко, и еще полтора человека. Гермиона знает, что Драко путем своих диверсий лично уничтожил почти два десятка Пожирателей Смерти, поспособствовал поимке более полусотни пособников Темного Лорда, не принимавших прямого участия в войне, но спонсировавших и поддерживавших Пожирателей Смерти, помог вывезти из страны примерно столько же магловских семей, передал неисчислимое количество совершенно секретной и очень полезной информации, и даже, сам того не ведая, косвенно поспособствовал тому, чтобы единственный изъян в плане Альбуса Дамблдора ударил не по Гарри, а по Волан-де-Морту. Вот только Малфой, судя по всему, придерживался иной точки зрения. -А где я должен быть? В Хогвартсе? И чего мне там делать? Портить победителям настроение своей отвратительной рожей? Ну его к чёрту. Не хочу быть чужим на вашем празднике жизни. -Не говори так, Драко. Это и твой праздник тоже. Ты был нашим лучшим агентом в рядах Пожирателей! Ты сделал огромный вклад в наше общее дело! -Типичная Гермиона Грейнджер, - Драко криво усмехнулся, но усмешка эта вышла такая вымученная и неестественная, что Гермионе стало не по себе. - Адвокат дьявола - её второе имя. -А... А где твои родители? - Гермиона огляделась по сторонам. -Кингсли забрал их в Министерство. Я потребовал от отца дать показания против оставшихся на воле Пожирателей и их пособников. Мог бы и сам, конечно, но отец знает больше моего. Да и потом - меня всё равно еще успеют по допросам затаскать. Может, даже приговорят к Азкабану... Драко улыбнулся какой-то доброй и в то же время болезненной и измученной улыбкой. Так обычно улыбаются выздоравливающие после тяжелой болезни. И только теперь Гермиона сумела разглядеть, что Малфой всё это время вертел в руках. Это была маска Пожирателя Смерти, которая, судя по всему, принадлежала самому Драко. Выглядела она пугающе и внушительно - темно-серебристая с черными разводами, в виде обтянутого кожей, остроносого лица Мефистофеля в шипах. -Так ни разу и не пришлось ее нацепить за всю эту сраную войну, - насмешливо сказал Драко. - Ничего. Повешу над кроватью как память. -Зач... чем? - задавая этот вопрос, Гермиона споткнулась и увязла на полуслове. -Затем, что это чертовски хорошее напоминание о том, в какую жопу тебя могут завести амбиции, если слишком сильно им потакать, - Драко неожиданно посерьёзнел. - Ну чего ты так смотришь на меня, Грейнджер? Это ваша победа. Не моя. С чем я вас и поздравляю. -Это наша победа, Драко. Наша общая победа, - упрямо стояла на своем девушка. - И я сделаю всё, чтобы твоё имя во всех учебниках и исторических источниках писали с не меньшей гордостью, чем наши. -Не преувеличивай. -И не думаю. Если бы не ты, я не знаю, смогли бы мы победить и победили бы ли так оперативно. Я в ближайшие дни отправлюсь в Визенгамот и дам показания о твоей деятельности в разгар Второй Магической войны. -Мне это очень приятно, Грейнджер, только ты между делом не забудь упомянуть о моей деятельности и деятельности моей семьи до разгара Второй Магической войны. О том, как я протащил в Хогвартс толпу Пожирателей, о том, как отравил Уизела и проклял Кэти Белл, о том, как поддерживал режим Реддла... Ну и о том, как отличился мой папаша. -Драко, дела твоего отца - это дела твоего отца. Ты за них не отвечаешь. -Во-первых, еще как отвечаю, раз я их поддерживал, а во-вторых, попробуй убедить в этом Визенгамот, а не меня. Нет, Грейнджер, моё дело решённое. Окей, хер с ним, с Азкабаном тут я, предположим, маху дал. Но доброе имя своего рода мне теперь ой как долго отмывать придётся, - многозначительно заключил Драко. - А за отца я буду отвечать. Непременно. Хотя бы для того, чтобы всех мертвых собак не навесили на него. -И всё-таки я буду выступать в твою защиту, - твердо ответила Гермиона. - И Гарри будет, и Рон. -Да уж, Уизел особенно. После всех наших прекрасных отношений в Хогвартсе... -Это уже в прошлом. Теперь всё иначе. -Теперь всё иначе только в том плане, что вы - победители и иконы, а я объявлен нерукопожатным экскомьюникадо, как и вся моя семья. Какими бы святыми не были люди, Грейнджер, все они лучше запоминают дурное, нежели хорошее. И я очень сомневаюсь, что моя агентурная работа сделает в этой ситуации хоть толику погоду. Но на добром слове спасибо всё равно. Драко поднялся, Гермиона подошла к нему. Шоколадные и ртутные глаза встретились. -Как мне жаль, что мы не встретились при других обстоятельствах, - вдруг сказала Гермиона. - За время войны я узнала совсем другого тебя. -Поосторожнее на поворотах, львица, а то твой конопатый лев заревнует, - усмехнулся Драко. - До сих пор не верю, что у вас с ним всё серьёзно. Ну да ладно. Совет да любовь, коли так вышло. -А что теперь будешь делать ты? В этот момент позади раздался хлопок, и Драко договорить не успел. Перед молодыми людьми возник Кингсли Бруствер в сопровождении двух мракоборцев. -Драко, - мелодичным басом обратился к Малфою Кингсли, - нам пора. Сдай, пожалуйста, свою палочку. -Всё еще не доверяете мне, господин исполняющий обязанности министра? - рассмеялся Драко. -Доверяю, но не совсем. -Это правильно. На вашем месте я бы тоже не доверял себе. Забирайте, - Драко вложил свою палочку в руку одного из мракоборцев. -Кингсли, скажите, он ведь... не арестован? - почти шепотом сказала Гермиона, чувствуя, как ее сердце будто бы сворачивается морским узлом. Она не могла понять, что ее так пугает и волнует - то ли опасение, что Драко прямо сейчас отправят в Азкабан, то ли опасение, что Драко поведут на допрос, а он возьмет и чего-нибудь там наговорит просто потому что может, то ли опасение, что им с Люциусом устроят очную ставку, и Люциус взбесится... -Грейнджер... - закатил глаза Драко. -Не волнуйся так, Гермиона, - успокоил Кингсли. - Драко никто и не думает арестовывать. Ему просто предстоит небольшой разговор с членами Визенгамота. Подчеркну - разговор, а не допрос. Мы даже Люциуса Малфоя решили не допрашивать, а просто с ним поговорить. Да он и сам проявил какое-то невероятное желание пооткровенничать. -Хороший папа. Умный папа, - прохихикал себе под нос Драко. -А с Драко мы в первую очередь хотим поговорить по поводу его подпольной деятельности во времена войны. Про тебя, Гарри и Рона я помню, не переживай, - заулыбался Кингсли, видя на лице шатенки недоумение. - Но сейчас вам лучше передохнуть и отпраздновать победу. Только есть одно маленькое "но", Драко, - повернулся Бруствер к Малфою. - Я пока не могу предоставить вам ваше родовое поместье для проживания, поскольку там идёт обыск. Вам пока придется пожить на конспиративной квартире под охраной. Мало ли чего... -Вы теперь Министр, а значит, распоряжайтесь мною как сочтёте нужным, - абсолютно без лишних эмоций сказал Драко. - Разрешите мне только попрощаться. Кингсли кивнул и отступил вместе мракоборцами на несколько шагов назад. -Я не договорил, - Драко повернулся к Гермионе, и девушка отметила в действиях слизеринца лёгкое смущение. - Что теперь буду делать я? Буду учиться жить заново. Убью и зарою на кладбище имени меня старого Драко Малфоя и буду растить нового. Не злобного и истеричного труса с манией величия, а нормального человека, который достоин носить фамилию Малфой. -А твои родители? -Мама поддержит меня первая. Война сломала ее еще сильнее, чем меня. А отец пусть привыкает. Хватит ему мной командовать. Конечно, я все еще его люблю, но теперь у меня своя дорога. Я слишком долго жил той жизнью, которую он насаживал мне сверху. Хотя, конечно, моим действиям нихрена это не оправдание. Драко замолчал, и вдруг сделал к Гермионе быстрый и плавный шаг. Девушка встрепенулась, подняла голову и тут же ощутила на своих губах поцелуй Драко Малфоя... Когда-то Гермиона в сердцах заявляла, что целовать Малфоя - это все равно, что целоваться с ядовитой змеей. Как же она ошиблась. От этого поцелуя сердце Гермионы моментально расслабилось и растаяло, в голове сгустился сладостный и приятный туман, усталость отхлынула тяжёлой и косной волной, а все тело как будто снова начало дышать и чувствовать. -Еще увидимся, - тихо, немного виновато пообещал ей Драко, держа ее лицо в ладонях и гладя пальцами по скулам. - Мне пора. -Я... Драко... Я все равно... -Расскажешь про мою агентурную деятельность и выставишь все в белом цвете, я уже вкурил. Поступай как хочешь, ты уже взрослая девочка. И спасибо тебе, Гермиона Грейнджер. Ты первый человек в моей жизни, который сумел разглядеть во мне не только чистую кровь до седьмого колена и принадлежность к Малфоям... 2 мая 2025 года. Хогвартс. -За Гарри Поттера! За Мальчика-Который-Выжил! -За Рона и Гермиону! За Золотое Трио Гриффиндора! Каждый раз после громогласных тостов в воздухе раздавался звон бокалов, словно тысячи колоколов звонили во славу чего-то большого, радостного и светлого. Впрочем, так оно и было. -Однажды я обязательно привыкну к этому, но не сегодня, - пробормотал Гарри. Рон хлопнул его по плечу так, что Избранный едва не выплеснул себе медовуху в лицо. -Скромняга ты, Гарри. Двадцать семь лет прошло - а ты всё ещё не научился воспринимать свою славу как данность. Ну что мне, опять тебе лекцию проводить на тему "Ты - герой Магической войны и живая легенда"? -Пожалуйста, только не это, - попросил Поттер. - Ну не люблю я это вспоминать, Рон, не люблю. Для меня сегодняшний день не праздник, а трагедия. Я снова вынужден вспоминать, сколько человек погибло ради того, чтобы меня сейчас чествовали, как героя. Мама и папа, Фред, Дамблдор, Римус и Тонкс, Седрик, Снегг... -А потом ты сам поперся в лес к Реддлу на заклание, - с лёгкой меланхоличностью вставил Драко, восседающий напротив. - Следовательно, ты сам был готов за нас всех на тот свет отправиться. Так что заткнись и купайся в лучах собственной славы. -Мудрейшие слова, старик, - оценил Рон. - Давай за это и выпьем. Бывшие школьные недруги звонко чокнулись. -Кстати, я всё хотел тебя спросить, Драко, - обратился к блондину Избранный. - А что ты делал после того, как оправдали твоего отца? Ну, ты ведь к суду не привлекался вообще, верно? -Еще бы меня привлекли к суду, Поттер после того, какого ангелочка вы с Грейнджер из меня на суде сделали, - рассмеялся Драко. Гермиона едва сдержалась, чтобы не лягнуть его под столом в колено. - Да ничего особенного не делал. Съездил в кругосветку ради налаживания деловых отношений за рубежом для семейного бизнеса, немного поиграл в аттракцион невиданной щедрости. Все эти аукционы, званые вечера и тому подобное. Потом встретил на одном из них Гермиону... А дальше кому надо - тот знает. Тосты сыпались рекой. Пили за Дамблдора и его Отряд, за Орден Феникса, за Снегга, за весь преподавательский состав Хогвартса и так далее. В этот день все студенты перемешались между собой и сидели как попало - дурмстранговцы со студентами Хогвартс, шармбатонки с махоткорианцами, остатки ильверморнийцев с учениками Кастелобрушу. Драко же специально сел таким образом, чтобы иметь возможность присматривать за Дэвиосом. Тот сидел между Невиллом и Деверексом и что-то весело им рассказывал. В какой-то момент Драко поймал взгляд Скорпиуса, сидевшего за соседним столом между Алом и Розой, время от времени обвивавшей рукой его крепкие плечи. Скорп кивнул и провел пальцами по волосам. Это был условный знак, означавший "Иорданов ведет себя безопасно. Пока...". -Нет, вы уж меня простите, но это возмутительно, - неожиданно сказала Гермиона, поставив свой бокал так, что едва не пробила им столешницу. - Когда уже поднимут тост за Драко? -Грейнджер, только не заводи старую волынку, - взвыл Драко. - За меня тут пить никто не будет. -Это ещё почему? -Тебе мою руку показать? -Нет, Гермиона так-то права, - согласился Рон. - Ты же нам помогал. Почему бы за тебя не выпить? -И продолжаешь помогать, - добавил Гарри. - Без тебя я бы ничего не смог провернуть. -Да бросьте вы! - отмахнулся Малфой. - Это ваш праздник. Это вы победили, а я так, в сторонке покурил. Наслаждайтесь вечером и про меня лишний раз не думайте. Драко поднялся из-за стола и отправился куда-то наружу из Большого Зала. На его лице гипсовой маской застыла потаенная печаль вперемешку со звериной тоской. -Знаете, в школе я мечтал, чтобы он поубавил самомнение, но теперь я готов молить Мерлина, чтобы он вернул нам нахрапистого и высокомерного Малфоя, - пробурчал Рон. - Гермиона, ты знаешь его лучше нас. Что с ним? -Всё просто, Рон. Мы его уже давно простили. Но он себя по-прежнему нет. Плюс груз ответственности, которую он взял за своих родителей. Не каждый такое выдержит, - тихо высказалась Гермиона. В это время объявили танцы. Скорп и Роза, Джарвис и Марси, Фрэнк и Дейзи первыми отправились на танцпол. -Терри, пойдём, - позвал за собой Терезу Гойл. Но та не шевелилась. -Терри? - Оливер обеспокоенно вернулся к ней и сел рядом. - Терри, que s'est-il passé? -Не надо, Оливье'г, - Лансиньяк улыбнулась очень вымученной и нездоровой улыбкой. - Не надо... -Что не надо? Я уже ни хрена не понимаю! - начал сердиться Оливер. - Что происходит? Почему ты стала такой? -Поверь, ты в этом совсем не виноват, - почти прошептала Тереза. - Дело во мне. Точнее, в моей семье. Они... они против... -Против чего? Наших отношений, да?.. Оливер почувствовал себя так, словно на его сердце всей своей тушей наезжает тяжелый асфальтовый каток. -Терри... Терри, послушай... -Прости, Оливье'г, прости меня! Но я не могу ослушаться родителей! И не могу обманывать тебя! Прости! -Терри, ты бросаешь меня? - как же невыносимо и больно дался Оливеру этот вопрос... -Пожалуйста, не ходи за мной. Дай мне побыть одной. Тереза встала, почти не разгибая спины, быстро поцеловала Гойла в висок и бросилась из зала, едва не снеся с дороги пару домовиков. Оливер какое-то время пребывал в путаных раздумьях, а затем помчался за девушкой. -Ооооо... - протянул Джарвис. - Опять у нашего Оли сердечные проблемы. Честно говоря, достала меня эта Тереза. До третьего испытания нормальная ходила, а теперь... Вечно у этих французов все через задницу! -Не надо так, Джерри, - попросила Марси. - Может, у нее какие-то проблемы? -Ага, из-за которых страдает наш бедняга Оливер. Вот я хотя бы раз вел себя так, чтобы кто-то страдал из-за моих проблем? -Дай-ка подумать... А, в прошлом году, когда какой-то хмырь-загонщик с Гриффиндора ненароком сбил тебя бладжером с метлы. Ты потом две недели весь факультет своим ворчаньем заё... - подколол друга Скорпиус. - Спрашивается, из-за чего? Мы всё равно тот матч выиграли. -Вам просто повезло, - хихикнула Роза возлюбленному в плечо. -Повезло, что я такой крутой Ловец, всё правильно. -Да тот матч вообще был какой-то проклятый, - заметил Альбус, танцуя с какой-то светленькой слизеринкой. - Сначала Джарва с метлы сшибло, потом Лесли Скотт и Уоррингтон в друг друга врезались, да Хьюго не справился с управлением метлы. А потом еще и дождь пошел посреди матча. -И всё-таки поведение Терезы меня очень сильно напрягает, - заметила Роза. - Она действительно слишком часто стала ударяться в истерики и мотать Оливеру нервы. Так себя нормальные девушки не ведут. -Тебе легко говорить, сестра, - хихикнула Лили Поттер, танцуя со Стефаном Саламандером мимо. - Вы со Скорпом, по-моему, с момента начала отношений, еще ни разу не поссорились. -Учитывая наши отношения в прошлые годы, мы, наверное, нассорились лет на десять вперёд, - фыркнул Скорпиус. - Но вообще я согласен с Розой. С Терезой что-то не то. Да сверх того Айдзава куда-то пропал с радаров. Такими темпами я из нормальных чемпионов вообще один на этом Турнире останусь. -Так и из ненормальных остался один, - пожал плечами Нотт. - Огаст сидит, Фелисберта в бегах. А этого жлоба Иорданова ты сделаешь. -И всё же я пойду за Оливером, - проговорил Скорп. - Дело снова приобретает запах керосина. -Нет, Скорп, - вдруг перебил Альбус. - Тебе нельзя. Ты наш чемпион и не должен подвергать себя опасности перед финальным туром. -Интересно, чем же я тогда занимался перед всеми остальными турами... - кисло бросил Малфой. -Вот и нечего тебе лезть в пекло дракл знает за что. Я сам туда схожу и все узнаю. Альбус поспешил в коридор. Плутать по его лабиринтам пришлось довольно долго. Но если бы только Альбус знал, чем всё это обернется для него и их общего дела... Если бы он хотя бы немного догадывался о том, что его ждет... Оливера он нашел спустя минут десять. И ужаснулся. Гойл-младший лежал внизу лестницы лицом вниз. Прямиком в растекающейся луже крови... -Оливер! Эй! Кто-нибудь! Помогите! - голос Альбуса сорвался, стал тонким и испуганным. Староста Слизерина чуть ли не кубарем скатился с лестницы, переворачивая здоровяка и пытаясь оттащить его к стене. В этот момент откуда-то издалека простучали торопливые шаги и остановились возле Альбуса. -Альбус? Что с ним? Что тут у вас происходит? Это был Кенсэй Айдзава - осунувшийся, бледный, в тёмном костюме. Судя по всему, его только-только выписали из больничного крыла после того обморока. -Кен, помоги мне! - взмолился Ал. - Похоже, он упал с лестницы, когда бежал по коридору! Общими усилиями слизеринец и чемпион Махотокоро усадили Оливера у стены. Ал приложил к голове друга платок, Кенсэй прощупал пульс. -Он жив, - с облегчением выдохнул он. - Нужно звать на помощь... -Какого чёрта?! - прогремело в воздухе. Этот голос Альбус бы узнал в любом месте, в любое время и в любом агрегатном состоянии. -Мистер Малфой! -Держитесь, парни, я иду к вам! Драко лишних вопросов не задавал - просто влил Оливеру в рот какое-то синеватое зелье, поднял того с земли и, поддерживая за плечи, потащил в сторону больничного крыла. Альбус и Кенсэй рванули в разные стороны: Альбус - на подмогу Драко, Айдзава - в Большой Зал, бить тревогу. -Держись, Оли, держись, малыш! - хлопал сына своего школьного телохранителя по плечу Малфой. - Всё будет хорошо, мы скоро дойдём! -Дядя Драко... - внезапно засипел Оливер, поднимая и роняя окровавленную голову. - Розье... Спросите её про Розье... Она... Она одна из них... Запомните... Розье... Чёрт, чёрт, чёрт, Оливер, ну зачем, почему ты полез туда, куда не просят... Только дыши, только дыши, я тебя прошу. Розье... Еще одна ниточка от Эпсилона к Пожирателям. Еще одно доказательство, что Пожиратели никуда не делись, что они до сих пор живут и здравствуют, пусть их и осталось раз-два и обчелся. Еще один аргумент тому, что война ни хера не закончилась, она просто временно затихла, чтобы в один прекрасный день разгореться с новой силой. Этого нельзя допустить... Кто же из двух француженок Розье? Ученица или директриса? Тереза или Жасмин Берзэ? Кто?! Эх, Гермиона... Я ведь до сих пор помню, как ты сказала мне в полуразрушенном дворе Хогвартса "это наша победа". А была ли она, эта победа? Победили ли мы? Или просто отрубили главную голову гидре, забыв про головы помельче и тем самым позволив им отрасти?.. -Оливер! Seigneur, grand Merlin! Il est tué? Голос Берзэ сразу же перекрыл пронзительный вопль Терезы. Девушка в слезах рванулась к Оливеру, но директриса Шармбатона ее удержала. -Teresa, attends! Tu ne peux pas l'aider maintenant! Calme-toi, je t'en prie! Tu n'as pas à t'inquiéter! -Laissez-moi partir! Je sais! Vous l'avez blessé! Il a entendu notre conversation! Oliver, mon amour! -Teresa, tu es folle! Ne crie pas! On va l'aider, je te le promets! Sois forte! Les hommes aiment les forts! Тереза обмякла в руках наставницы, осела на пол и залилась слезами. -Мистер Малфой, позвольте вам помочь, - почти шёпотом сказала Берзэ. В этот самый момент их начали обступать люди. Сквозь толпу продрались Скорп, Роза, Гермиона, Макгонагалл и Джарвис. Увидев плачущую на полу Терезу, Нотт-младший как с цепи сорвался. -Это всё ты! Ты! Оливер погнался за тобой и расшибся на лестнице! Сука французская! Лярва! Он так тебя любил, а теперь что?! Блядь шармбатонская! Где моя палочка? Я тебе покажу! Молись, чтобы Оливер выжил и скорее поправился, мразь! -Кен, убери его, - рыкнул Скорп японцу. Тот обхватил Нотта за шею, слегка сжал и потащил назад. Между тем Драко при содействии Жасмин Берзэ дотащил таки Оливера в лазарет. Мари тут же взялась за его лечение, попутно запретив всем присутствующим пересекать порог больничного крыла. Толпа стала расходиться. -Что теперь делать, профессор? - проговорила Гермиона. Макгонагалл выглядела так, словно ей выстрелили в сердце, но она каким-то чудом выжила. -Подождём, что скажет Мари. Как же так вышло, что на той лестнице не было мракоборцев? -Они были! - с этими словами из глубины коридора прибежал Гарри. - Но в момент нападения на Оливера, они патрулировали дальний угол этажа - там что-то произошло. -Либо это был отвлекающий маневр, - заметил Драко. Хлопнула дверь, на пороге появилась Мари-Виктуар. -Похоже, никакого нападения не было. Оливер поскользнулся на лестнице и ударился головой. С ним всё в порядке, он будет жить, но неделю придется полежать в лазарете. Голова сильно разбита, возможно, есть небольшая трещина в черепной кости. Но в целом можно сказать, что ему повезло. Тереза медленно поднялась с пола, глядя на свою директрису невидящим взором. Та слегка вздрогнула. -Шанель, Луиза, - попросила она двух шармбатонок, - пожалуйста, отведите Терезу в комнату. Ей нужен отдых и кружка горячего шоколада. -Любопытно... - внезапно изрек Драко. -Что любопытно, Драко? - нахмурилась Гермиона, посмотрев на него. -Да так, ерунда. Просто вспомнил, на что похожа травма Оливера. Похожим образом атаковал своих жертв некто Эван Розье... Брошенное Малфоем имя словно оглушило собой всё окружающее пространство вокруг. Повисло тяжелое, давящее молчание. -Но ведь... - осторожно сказал Сонохара, - ваша целительница сама сказала, что Оливер-сама упал с лестницы. Разве нет? -Да не берите в голову. Это так, рассуждения вслух. И потом, Эван Розье уже сто лет гниёт в земле сырой, ни дна ему, ни покрышки. -Да уж точно, - передернула плечами Берзэ. - Мари, дорогая, я пойду. Если вам нужна будет моя помощь... -Я уверена, что наша целительница справится сама, Жасмин, - взяла слово Макгонагалл. - А вам стоит вернуться к вашей подопечной. -О да, конечно, что-то я совсем забыла. Прошу меня простить, я должна идти, - и Берзэ упорхнула из коридора, подобно большой, тропической бабочке. Драко прищурился, и тут вдруг его взгляд столкнулся со взглядом Тарквина Дэвиоса. Мужчины какое-то время поглощали друг друга глазами, один - темно-синими и глубокими, второй - жгуче-серыми и льдистыми. Оба взгляда были полны решимости и хладнокровия. -Эван Розье? - нарушил первым безмолвие Дэвиос. - Это же тот Пожиратель, которого убил Аластор Грюм, более известный как Грозный Глаз? Он, кажется, не оставил потомства, не так ли, мистер Поттер? -Мы проводили проверку. Эван Розье умер бездетным, - сказал Гарри. -Прекрасно. Хотя бы Франция осталась не так запачкана скверной Пожирателей и не распространила её дальше. Лестрейнджи ведь тоже были бездетны, так? -Дочь Беллатрисы и Тома Реддла погибла при штурме Азкабана эпсилонистами. Трудно сказать, кто ее ликвидировал, - проговорил Гарри. -Да, да, я это слышал. -Что это вы вдруг вспомнили о Пожирателях, Тарквин? - осведомилась Гермиона. -Это не я, это мистер Малфой вспомнил. А я просто решил проконсультироваться. Мало ли, вдруг где-то далеко отсюда ещё прячутся потомки Пожирателей Смерти. Но, судя по вашим словам, нам нечего бояться. -Разве только кто-то из Пожирателей тщательно скрыл своё возможное потомство, - сказал Драко, как припечатал. Дэвиос нервно засмеялся. -Мистер Малфой, Мерлин с вами! Кто бы из Пожирателей сумел хоть что-то утаить от Тёмного Лорда? Он ведь даже мысли своих подчинённых мог контролировать. Что ему стоило бы узнать о возможном потомстве кого-либо из них? -И на старуху бывает проруха, Тарквин, - заметил Малфой. - Да и на всякого мудреца довольно простоты. Как вы считаете, мог ли, чисто в теории, кто-нибудь из Пожирателей додуматься избавиться от Черной Метки и освободить себя? -Каким же образом? -Ну, например, отрубить себе руку? Кажущаяся бравой и уверенной улыбка Дэвиоса как-то обесцветилась, лицо его стало похоже на лист салата, перележавший на солнце. -Ну... В теории... Но это каким же психом надо быть, Драко, согласитесь? -Нарушителей правил сначала зовут преступниками, потом психами, и наконец - пророками, - заметил Драко. Дэвиос слегка вздрогнул, кивнул всем присутствующим и ушел. -Он раскололся, - зло бросил Драко. -Ты что, читал его мысли, Драко? - удивилась Гермиона. - А если бы он это понял? -Я? Гермиона, окстись. Я ничего не читал. Просто у нас тут есть еще один легиллимент, ничем не хуже меня. Ртутные глаза Малфоя-отца с улыбкой указали на сына. Скорп вытащил палочку, извлек из виска серебристую ниточку воспоминаний, похожую на тощую медузу, воткнул ее в бутылочку и передал Гермионе. -Держите, мама. Он ни черта не понял. Папа хорошо его заболтал. Думаю, это уже можно приобщить к делу. Роза восторженно ахнула и повисла у слизеринца на шее. Мари-Виктуар тихонько кашлянула. -Присмотри за Оливером, Мари, - попросил Драко. - Этот парень мне как второй сын. Кто бы не нападал на него из этих двух красоток, она очень сильно пожалеет. Ты замечательно отыграла свою роль... -Она не справится, Гордый! Она спасует! -Ну, значит останется сиротой. Нам-то что? И потом - у нас есть Урса. Он-то точно не спасует, верно, Урса? -Что делать с Тодоровичем? Меня бесит его любопытство. Пристал, как лишай к детородному. -Его я беру на себя, уймись. Главное - прикончите Малфоя-младшего. -Ты уверен, что его отец не прочитал твои мысли? -Уверен. Он бы не успел сосредоточиться. -Последний вопрос - если эта французская дура решит нас сдать? -Во-первых, она дала Непреложный Обет, во-вторых... Не мне тебя учить, Урса. Заткнёте ее также, как Скорпиуса. А там я уже отпущу тебя и буду думать, как вылечить твой недуг. Даю слово Лестр... -Самое лживое и непостоянное слово среди всех в волшебном мире? -Тем тебе приятнее будет, когда я возьму и сдержу его.