Несмотря ни на что, я люблю своего врага.

За несколько дней Буцума привык к резиденции Учиха. Это было непросто: суровые взгляды, постоянный шёпот. Но он научился ходить по двору, не опуская головы, вежливо приветствовать старейшин, тренироваться бок о бок с воинами, которые следили за каждой его ошибкой, чтобы лишь осудить его. Мало-помалу он почувствовал, что его поведение приносит плоды. Некоторые Учиха начали признавать его искренность. Люди шептались, что он не похож на отца, что он заботится о Таджиме, что он видит в их союзе не просто союз, а настоящую связь. И Таджима тоже менялся. Он стал чаще оставаться рядом с ним, даже на людях. Их руки несколько раз соединились во дворе, и хотя взгляды оставались тяжёлыми, омега не отстранялся. Все это видел Сака Учиха. Отец Тадзимы никогда не верил в этот брак. Он представлял себе, что рано или поздно Сенджу предаст их, проявит жестокость или бесстыдство, и наконец даст повод отвергнуть его и обвинить клан Сенджу. Он ждал. Каждый день он ждал момента, когда Буцума явит свою истинную сущность. Но этот момент так и не наступил. Хуже того: ропот внутри клана начал склоняться в пользу Сенджу. Некоторые старейшины даже осмелились сказать, что он может быть хорошим выбором. И этого Сака принять не мог.   --- Драма разразилась посреди главного двора. Учиха собрались после тренировки: одни болтали, другие быстро перекусили. Буцума возвращался с прогулки с Таджимой, держа в одной руке корзину с фруктами, другая была свободна, но готова взять корзинку своей невесты. Вдруг раздался громовой голос. «СЕНДЖУ!» Буцума замер. Голос Саки Учихи прозвучал словно оружие. Мужчина пробирался сквозь толпу, его взгляд был тёмным, как бездна, и устремлён на него. Поступь его была тяжёлой, а аура – ​​гнетущей. Таджима рядом с ним напрягся, лицо его побелело. «Что вы сделали с моим сыном?!» — прорычал он так громко, что весь клан обернулся. Повисла леденящая тишина. Учиха, удивлённые, сгрудились в круг, пытаясь понять причину обвинения. Буцума нахмурился. Сердце его забилось чаще, но лицо оставалось бесстрастным.   «Ничего», — спокойно ответил он. «Абсолютно ничего неподобающего». Сака не послушал. Он взмахнул кулаком и, прежде чем кто-либо успел среагировать, нанёс удар. Буцуму отбросило назад, и она ударилась о камни двора. Корзина покатилась, и фрукты рассыпались по земле. У Тадзимы вырвался крик: «Отец! Стой!» Но Сака не услышал. Он шагнул вперёд, схватил Буцуму за воротник и с силой повалил его на землю. Его рука сомкнулась на его горле. «Думаешь, сможешь всех обмануть, Сенджу?! Думаешь, я не видел твоей жадности?!» Буцума стиснул зубы, пытаясь вырваться из железной хватки. Глаза его горели гневом, но он отказывался наносить удары. «Отпустите меня», — прорычал он. «Я ничего не сделал Таджиме». Вокруг них Учиха беспокойно зашептались. Некоторые, казалось, были убеждены обвинением, другие нахмурились в сомнении. Таджима бросился вперёд, широко раскрыв глаза от отчаяния. «Отец, хватит!» — закричал он. «Он мне ничего плохого не сделал!» Но Сака лишь крепче обнял его, не обращая внимания на собственного сына. «Ты лжёшь ради него! Тобой уже манипулируют!»   --- Буцума почувствовал, как у него перехватило дыхание. Рука Саки была безжалостна. Но больше боли его переполняла ярость. Вот оно что. Он никогда не хотел, чтобы это сработало. Он хотел сломить меня с самого начала. Но его взгляд метнулся к Таджиме. Омега дрожал, вцепившись руками в кимоно. В его чёрных глазах отражались страх и ярость. Буцума набрал полную грудь воздуха, собрался с силами и оттолкнул Саку. Тот отшатнулся от неожиданности. Буцума поднялся, тяжело дыша, и пристально посмотрел на него. «Я никогда не поднимал руку на твоего сына. Ни разу. Я только уважал его». Его голос разнесся по двору, заглушая шёпот. Он обернулся, обводя взглядом окружающие лица.   «Вы все меня видели. С тех пор, как я приехала, я ела с ним, гуляла с ним, спала в его комнате. Вы хоть раз видели, как я его принуждала? Издевалась над ним? Унижала его?!» Тишина. Некоторые Учиха опустили глаза, другие обменялись тревожными взглядами. Таджима застыл, приоткрыв рот. Сака прорычал, его глаза сверкали. «Твои слова — пустая болтовня. Ты легко мог бы тайно воспользоваться им». Таджима сжал кулаки. Он шагнул вперёд, почти заслонив Буцуму. «Отец! Перестань так говорить! Это неправда!» Его щёки покраснели, но не от стыда, а от гнева. Чёрные глаза с новой силой впились в отца. «Буцума ничего мне не сделал. Ничего! Если бы он захотел, у него была бы тысяча возможностей. Но он этого не сделал». Толпа загудела громче. Прямая защита Таджимы поразила их. Учихи неуверенно переглянулись.   --- Сака отступил назад, его лицо исказилось от ярости. Никогда ещё сын не высказывался против него подобным образом. «Ты смеешь… защищать Сенджу от собственного отца?!» Таджима задрожал, но не сдался. «Да. Потому что ты лжёшь». Сердце Буцумы сжалось. Услышав эти слова от Тадзимы перед всем кланом, он почувствовал прилив сил. Он крепко положил руку на плечо омеги, молча поддерживая его. Затем он снова перевёл взгляд на Саку. «Мне нечего скрывать. Если хочешь обвинить меня, делай это. Но я не отступлю. Таджима — мой жених, и я буду уважать его до конца». Ропот снова усилился. Некоторые старейшины кивнули, другие продолжали хмуриться. Но баланс сил менялся. Сака, вместо того чтобы обрести поддержку, казалось, терял её.   --- Сака зарычал, его рука дрожала. Весь его план рушился. Он надеялся сделать Сенджу виновным в глазах всех, но теперь его защитил собственный сын. Он резко обернулся, и его плащ хлопнул за спиной. «Это ещё не конец», — выплюнул он. «Ты пожалеешь, что нарушил моё слово». Он вышел со двора, и его неясная тень исчезла в коридорах поместья.   --- На мгновение повисла тяжёлая тишина. Затем медленно вперёд вышел один из старейшин Учиха. «Таджима… это правда?» — серьёзно спросил он. «Сенджу ничего не сделал?» Таджима кивнул, его глаза всё ещё были влажными. «Да. Он ничего не сделал». По толпе пронёсся одобрительный гул. Некоторые воины скрестили руки, другие медленно кивнули. Буцума, всё ещё переводя дыхание, полностью выпрямился. Он положил руку на спину Таджимы, успокаивая её, и посмотрел на клан.   «Я пришёл сюда не для того, чтобы позорить. Я пришёл, чтобы быть достойным его. И я буду доказывать это каждый день, хотите вы того или нет». На этот раз несколько Учиха открыто кивнули. В их взглядах уже не было только подозрения: некоторые теперь выражали уважение.   --- Когда толпа наконец рассеялась, Таджима замер рядом с ним. Сердце его всё ещё бешено колотилось. Буцума опустил на него глаза. «…Мне жаль, что тебе пришлось сказать это своему отцу». Таджима вздохнул, его губы дрожали. Затем он медленно покачал головой. «У меня не было выбора. Ты не сделал ничего плохого». Он прикусил губу, а затем добавил тише:   «Спасибо… за сопротивление». Буцума на мгновение замолчал. Затем он сжал его плечо ещё сильнее.   «Я защищу тебя. Даже от него». Таджима покраснел, его глаза засияли от волнения. Он не ответил, но его молчание говорило само за себя.   --- И в тот день, перед всем кланом, баланс сил изменился. Буцума больше не был просто аутсайдером Сенджу. Он был тем, кто осмелился выступить против Саки Учихи… и заслужил защиту Таджимы.