Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Май на Пике Цинцзин в этом году решил полностью проигнорировать стадию «приятного весеннего тепла» и, совершив резкий температурный скачок, сразу перешел к экстремальному режиму «раскаленная чугунная сковородка». Солнце жарило немилосердно с самого рассвета, методично выжигая последние остатки ночной прохлады из пористых камней и сухих бамбуковых зарослей. Для Бей Фэн, которой на тот момент официально исполнилось тринадцать лет и три месяца, этот день превратился в персональное многочасовое испытание на огнеупорность и выносливость. Её знаменитая «Коробка Ветра» версии 2.0, на которую возлагались большие инженерные надежды, стояла в углу комнаты бесполезным мертвым грузом. БФ в силу своей хронической лени еще не успела интегрировать в её корпус Массивы Охлаждения, а установленные ранее Огненные камни лишь добавляли помещению пугающего сходства с промышленной духовкой. «Диагностика: Критический перегрев биологической оболочки. Коэффициент влажности кожного покрова: 100%. Эффективность когнитивных процессов стремительно падает до базового уровня Мин Фаня. Требуется немедленное решение: Принудительное водяное охлаждение всей системы». Бей Фэн терпеливо дождалась глубокой ночи, когда раскаленный воздух стал хотя бы минимально подвижным. Она лениво подхватила свою плетеную «хозяйственную» корзинку с банными принадлежностями и, не зажигая фонаря, направилась в сторону общественного душевого блока.

Ло Бинхэ неподвижно замер в густой тени старой раскидистой сосны, ровно в двадцати метрах от входа в «Санитарный блок». На нем была та самая черная шелковая рубашка с искусно вышитым лотосом — его персональная броня и предмет тайной гордости, которая теперь казалась ему естественным продолжением собственного тела. Его демоническое зрение, доведенное до совершенства ночными уроками Мэн Мо, без усилий разрезало плотную ночную тьму, словно раскаленный нож кусок мягкого масла. В этом монохромном, сверхчетком мире он отчетливо видел каждую микроскопическую ворсинку на стеблях бамбука, каждое движение ночной бабочки... и, разумеется, он видел её. Бей Фэн вышла из кабинки спустя ровно пятнадцать минут. Ло Бинхэ внезапно перестал дышать. Его пульс, который он под руководством Демона Снов учился замедлять до состояния спящей зимней змеи, вдруг совершил резкий, хаотичный и физически болезненный скачок. БФ не стала утруждать себя надеванием всех пяти положенных слоев ученического халата. Ей было слишком лениво. Ей было невыносимо жарко. Ей было, по большому счету, абсолютно всё равно, как она выглядит в три часа ночи на пустой дорожке. Она просто небрежно обернулась длинной простыней из тончайшего шелка Аньдин, завязав её на правом плече грубым узлом, что придавало ей сходство с какой-нибудь античной римской тогой. Ткань, мгновенно пропитанная остатками воды, стала тяжелой, текучей и пугающе полупрозрачной. Она плотно облепила её тело, которое за последние месяцы на усиленной «диете Лорда» окончательно потеряло свою прежнюю детскую угловатость, обретая мягкие контуры. Ло Бинхэ видел всё в предельном разрешении. Он видел её полностью обнаженные, ослепительно бледные плечи, на которых в холодном свете луны поблескивали мелкие капли воды. Видел четкие линии тонких ключиц. Видел её босые ступни — маленькие, всё еще розовые от воздействия горячего пара, которые сейчас уверенно ступали по ЕГО белой гальке, которую он каждое утро методично промывал и выравнивал. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Этот тихий звук мокрых шагов отдавался в голове Бинхэ тяжелыми ударами кузнечного молота, выбивая из его сознания последние остатки навязанного Шэнь Цинцю благочестия. Он стоял, скрытый мраком, и его зрачки медленно затопляли всю радужку, превращая глаза в два бездонных черных провала, жадно впитывающих этот запретный визуальный контент. Звук её мокрых шагов по гладкой и хорошо нагретой за день гальке отдавался в ушах Ло Бинхэ гулкими ударами храмового колокола. Каждое соприкосновение её ступней с белым камнем, который он лично перебирал и методично укладывал под дверью, ощущалось им почти физически. Ему казалось, словно она ступает не по камням, а прямо по его обнаженному сердцу. Избыточная влага постепенно пропитывала дорогой шелк, делая его предательски невидимым на бедрах. Мокрая ткань слишком плотно натянулась на груди, очерчивая линии, которые Ло Бинхэ не имел никакого права видеть. Теперь эти контуры были выжжены на его сетчатке навсегда. «Она... мой Архитектор... моя Тётушка...» — его сознание судорожно пыталось подобрать хоть один безопасный ярлык. Он отчаянно стремился остановить лавину, сносящую его шаткий самоконтроль. Но привычные слова больше не работали. Перед ним стояла женщина. Единственная и истинная. Она была лишь обмотана куском тяжелой ткани. Бей Фэн шла неторопливо, впитывая кожей редкую прохладу ночи. Её совершенно не волновало отсутствие штанов или других слоев одежды. Её мало заботила даже очевидная прозрачность мокрой простыни. «Плотность волокон в мокром состоянии закономерно снижается на сорок процентов, а светопропускаемость растет. Пофиг. Бинхэ сейчас на посту, он быстро отфильтрует любых лишних свидетелей. А сам Бинхэ... ну, он — это Бинхэ. Верный помощник и часть привычного домашнего инвентаря». Она толкнула дубовую дверь пристройки и уверенно зашла внутрь. Ло Бинхэ скользнул следом бесшумной тенью, привычно закрывая вход на тяжелый засов. В помещении было душно. Старый обогреватель, хоть и давно выключенный, всё еще пах каленым металлом и терпкой канифолью. Бей Фэн устало села на кровать, даже не потрудившись укрыться тонким одеялом. Она лениво откинулась назад, опираясь лишь на локти. Темные и влажные пряди её каре плотно облепили шею. — Бинхэ... — выдохнула она, глядя в бамбуковый потолок. Голос её был чуть хриплым после горячего пара. — Завтра у нас стоит приоритетная задача. Нужно доделать "Коробку Ветра". Мне абсолютно плевать на библиотеку. Мне плевать на скучную каллиграфию. Если я завтра не интегрирую Массив Льда внутрь этого ящика... я просто расплавлюсь и окончательно стеку под порог. Понял меня? На конопляной сетке под самым потолком раздался странный звук, похожий на резкий скрежет заклинившего механизма. Ло Бинхэ сидел в темноте, так сильно вцепившись пальцами в веревки, что они начали едва заметно дымиться от его аномальной внутренней температуры. Он неподвижно смотрел вниз. С этого ракурса импровизированная тога Бей Фэн открывала еще больше запретных деталей. Его взгляд, превратившийся в магический сканер, фиксировал мягкую линию ее живота, острые голые колени и блестящую влажную кожу плеч. — Бинхэ? — БФ с трудом приподняла голову, недовольно нахмурив брови. — Ты опять завис? Протокол ответа не получен, я жду подтверждения задачи. — Д-да... Архитектор... — его голос теперь напоминал скрежет трескающегося льда под весом огромной горы. — Массив Льда. Будет готов завтра. Я... я лично принесу лучшие камни с холодного источника. Я всё сделаю, как ты велишь. — Хорошо. И еще... племяш, — БФ лениво зевнула, потягиваясь всем своим телом на матрасе. Ткань простыни на её левом плече опасно соскользнула вниз, полностью обнажая край бледной лопатки. — Подойди ближе. Потрогай мой лоб. Мне кажется... у меня случился тепловой удар. Мозг заметно подтормаживает, расчеты не идут. Ло Бинхэ почувствовал, как его сознание окончательно покидает реальность. Она просила его коснуться себя. Прямо сейчас. В таком виде. Он спрыгнул с сетки, но его ноги коснулись пола тяжело, с гулким и неестественным ударом. Он не смог вовремя скомпенсировать прыжок энергией Ци, потому что вся его ментальная мощь сейчас была сосредоточена в одной-единственной точке. Он подошел к самой кровати. БФ смотрела на него снизу вверх, её глаза были полуприкрыты густыми ресницами. Сейчас она выглядела как сытая кошка, которой просто лень совершать лишние движения. Бинхэ медленно, словно подходя к взведенной ловушке, протянул дрожащую руку. Его пальцы едва коснулись её высокого лба. Кожа оказалась влажной, нежной и пугающе прохладной по сравнению с его раскаленной ладонью. — Ты слишком горячий, — Бей Фэн нахмурилась, уверенно перехватывая его запястье своей маленькой рукой. — Бинхэ, у тебя что... случилась перегрузка системы? Твоя Ци буквально фонит в пространство. Ты сейчас как раскаленная печка. Она бесцеремонно потянула его руку вниз, прижимая его широкую ладонь к своей влажной щеке, просто потому что её измученному телу было приятно это стабильное тепло. «Массажный эффект: высокий. Температура контролируемого юнита: выше нормы на пять градусов. Странная аномалия». Ло Бинхэ задрожал всем телом. Вид её мокрого лица, доверчиво прижатого к его руке, её обнаженные плечи и этот резкий запах мяты… В его паху стало так тесно, что он едва сдержал стон физической боли. Его демоническая кровь яростно взревела, требуя немедленно повалить её на этот матрас, сорвать тонкую простыню и наконец показать ей, насколько он на самом деле «горячий». — Шимей… — это слово вырвалось из его груди как рваный, полузадушенный звук. Ло Бинхэ предпринял слабую попытку высвободить руку, но Бей Фэн удерживала его запястье с неожиданной для её хрупкого телосложения силой. — Сядь, — коротко приказала она, уже окончательно зажмурившись и отсекая визуальные раздражители. — От тебя исходит странная, мелкая вибрация. Это странным образом успокаивает мои перегретые нервы. Просто побудь... моей персональной грелкой, пока моё сознание не уйдет в глубокий спящий режим. Ло Бинхэ был вынужден подчиниться и медленно опустился на самый край матраса. Его плечо, обтянутое тонким черным шелком, плотно соприкоснулось с её полностью обнаженным, влажным плечом. Разряд. Чистый, концентрированный импульс в миллион вольт мгновенно прошил его позвоночник от макушки до самого копчика. Ему показалось, что у него в этот миг выросли невидимые демонические крылья, которые тут же обуглились от одного этого контакта. Бей Фэн устроилась поудобнее, без всякого стеснения положив голову ему на колено прямо через мокрую ткань простыни. Буквально через минуту её дыхание стало глубоким и идеально ритмичным. Она уснула мгновенно — абсолютно доверчиво, будучи полностью уверенной в своей неприкосновенности и безопасности под его неусыпной охраной. Ло Бинхэ сидел неподвижно, боясь даже моргнуть. Он буквально превратился в живое каменное изваяние. Он завороженно смотрел на её босые ступни и на прозрачные капли воды, которые медленно высыхали в маленьких ямках её ключиц. Его правая рука невольно легла на её макушку, а пальцы глубоко запутались в коротких, пахнущих свежим мылом волосах. «Она категорически не видит во мне мужчину», — с дикой и ядовитой горечью подумал он, чувствуя, как внутри закипает обида. — «Для неё я — всего лишь функциональный обогреватель. Удобный предмет мебели. Исправный бытовой инструмент. Она доверяет мне только потому, что я для неё — пустое место. Неживой объект из её бесконечных списков инвентаря». Он медленно наклонился к её лицу, почти касаясь губами горячего виска. Его собственное дыхание было обжигающим, оно буквально опаляло её нежную кожу, но Бей Фэн лишь инстинктивно прижалась щекой к его колену, издав во сне короткий, вполне довольный вздох. В этот момент в его воспаленном сознании, подобно помехам на неисправном мониторе, вновь всплыл дребезжащий и отвратительно издевательский голос. — Какое поистине жалкое и ничтожное зрелище, — Мэн Мо материализовался в его ментальном пространстве. Старик вальяжно расположился на горе воображаемых черепов, лениво ковыряя в зубах длинным призрачным когтем. — Истинный наследник Небесного Демона, будущий Владыка трех миров, нашел свое подлинное призвание: работать мягкой подставкой для головы и бесплатной грелкой для ног. Ты чувствуешь этот специфический запах, мальчик? Это едкий аромат твоего собственного унижения. Ло Бинхэ не стал отвечать старику вслух. Он лишь крепче стиснул челюсти до металлического скрежета, продолжая неподвижно сидеть в реальности и охранять покой своей спящей «хозяйки». «Она не видит тебя, Бинхэ», — продолжал демон, и его вкрадчивый голос сочился едким ядом. — «В её глазах ты — лишь высокотехнологичный инструмент. Она старательно вышивала эти лотосы на твоей рубашке вовсе не из симпатии, а лишь для того, чтобы её слуга соответствовал её высоким стандартам. Она выдает тебе жетоны в душ, словно механику, просто чтобы ты не вонял в её стерильном присутствии. Она разделась перед тобой этой ночью не потому, что ты ей нравишься, а потому, что ты для неё — неодушевленный предмет. Удобный табурет. Вместительный шкаф. Исправная печка. Ты — всего лишь функциональная мебель в её идеальном проекте комфорта». «Замолчи», — холодно отозвался Бинхэ внутри собственного сознания. Его ответ был коротким и резким, как удар меча по камню. «А разве я не прав? Взгляни на неё внимательно. Она сейчас полностью беззащитна. Один единственный рывок — и эта мокрая простыня исчезнет навсегда. Ты можешь взять её прямо сейчас, здесь, на этом самом матрасе, который ты сам притащил сюда на своем горбу. Ты — демон! Твоя суть — брать то, что ты хочешь! Зачем тебе её сложная "логика", если ты можешь получить её теплую плоть?» Ло Бинхэ неподвижно смотрел на бледную шею Бей Фэн. Его пальцы, всё еще лежавшие на её затылке, непроизвольно напряглись, но он мгновенно заставил их расслабиться. «Ты ничего не понимаешь, старик», — голос Бинхэ в его голове прозвучал как закаленная сталь, ударяющая о гранит. — «Мне совершенно не нужна её плоть, если внутри она будет меня ненавидеть. Бей Фэн... она Архитектор. Она проектирует и строит миры. Если я просто возьму её тело силой — я необратимо уничтожу систему. Я стану тем самым "багом", который она немедленно удалит из своей памяти. А я хочу быть её Главным Процессом. Тем единственным алгоритмом, без которого она физически не сможет функционировать». Мэн Мо зашелся в хриплом хохоте, и его призрачная фигура мелко задрожала от восторга. «О, ты оказался еще безумнее, чем я предполагал! Ты хочешь стать для неё незаменимым воздухом? Ты желаешь, чтобы она зависела от твоего тепла так же механически, как она зависит от своего чая? Это не любовь, мальчишка. Это планомерная осада крепости. Ты плетешь свою липкую паутину прямо у неё под кожей!» «Я — её персональный Паук», — просто и веско ответил Бинхэ. — «И это моя сеть». Он медленно открыл глаза в реальности. Они больше не были человеческими — они полыхали густым алым светом, светясь в темноте пристройки, как два раскаленных уголька. Он смотрел на Бей Фэн с такой концентрированной жаждой, что воздух в комнате начал физически вибрировать. Ему нестерпимо хотелось кричать. От этой физической близости и от этой ментальной дистанции. Он хотел, чтобы она прямо сейчас проснулась, увидела его настоящий облик без маскировочных печатей и не отвернулась с отвращением. Он до судорог хотел, чтобы она открыла глаза и сказала: «Бинхэ, ты — единственный юнит, который мне нужен для функционирования». Но он кристально ясно знал, что время еще не пришло. В её голове сейчас крутились только формулы и схемы вентиляции. Она всё еще свято верила в свою логику и безопасность. Она совершенно не осознавала, что её покорный «Сервисный Модуль» давно и безвозвратно перерос рамки заложенной программы. Ло Бинхэ очень медленно, буквально миллиметр за миллиметром, выскользнул из-под её головы. Он осторожно подхватил Архитектора на руки. Влажная простыня тут же соскользнула в сторону, обнажая бедро, но он усилием воли не позволил себе задержать взгляд на коже. Его ладони, давно натренированные таскать сотни килограммов строительной гальки, сейчас казались ему чудовищно грубыми для такой ноши. Он отчетливо чувствовал через мокрый шелк ткани каждое размеренное движение её ребер при вдохе. Он бережно переложил её на пружинную кровать. Ткань самодельного матраса мгновенно впитала излишки влаги с шелка, потемнев в центре. Бинхэ физически заставил себя сделать шаг назад. Он натянул на её плечи утяжеленное одеяло — тот самый пресловутый «антистрессовый панцирь», прошитый речной галькой для создания давления. Под этим весом Бей Фэн издала тихий вздох и окончательно «заякорилась» в реальности своего прагматичного сна. Теперь она была надежно скрыта от его голодного взгляда. На поверхности осталась торчать лишь макушка с растрепанными прядями. Ло Бинхэ выпрямился во весь рост. Его лицо в тени балдахина выглядело по-настоящему пугающим. Расширенные зрачки всё еще не вернулись в норму, а Ци вокруг юноши вибрировала с такой разрушительной силой, что по каменным стенам пристройки пополз тонкий иней. И это несмотря на удушающую майскую жару снаружи. Этот мороз стал закономерным побочным эффектом его отчаянной попытки экстренно «заморозить» собственные демонические инстинкты. «Ты проиграл этот раунд, Демон Снов», — с нескрываемым торжеством бросил он в пустоту своего разума. — «Я не сорвал с неё этот мокрый покров. Я не превратился в сбой системы. Я стал её абсолютной защитой. И завтра утром, когда она откроет глаза, она увидит, что её удобный мир по-прежнему стабилен. В результате она будет доверять мне еще больше». Мэн Мо лишь недовольно проворчал что-то невнятное про «деградировавшее поколение добровольных рабов», но его старческий голос быстро затих, полностью вытесненный железной волей Бинхэ. Юноша беззвучно взлетел на подвесную сетку. Ложиться на свой матрас он принципиально не стал — он сел, скрестив ноги, ровно над головой спящей Бей Фэн. Его ладони привычно легли на колени, а пальцы начали быстро сплетаться в сложные печати для маскировки ауры. «Поступило ТЗ: Массив Льда. Установленный срок: завтра. Уровень приоритета: Критический». Он не сомкнул глаз всю ночь. Он методично анализировал каждую линию чертежей, которые ранее видел на её столе. Бей Фэн безупречно нарисовала внешний корпус и аэродинамику лопастей. Но она совершенно не знала местной магии, чтобы заставить кристаллы льда не таять от физического трения воздуха. Бинхэ прикрыл веки, послушно вызывая в памяти нужные страницы из тех старых трактатов, которые она недавно советовала ему «изучить для улучшения готовки». «Вязкие свойства растительных клеев... Термодинамическое сопряжение материалов... Если я направлю свою Ци для создания вакуумной изолирующей пленки прямо внутри деревянного ящика...» Он планомерно перекраивал древние магические формулы Сянься строго под её жесткую «инженерную» логику. Для него этот процесс ночных вычислений был настоящим актом извращенной любви — переводить законы мироздания на сухой язык её таблиц. Утро ворвалось в каменную пристройку вместе с первым ослепительным лучом солнца, бесцеремонно пробившимся сквозь узкое окно-щель под самой крышей. Бей Фэн медленно открыла глаза, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Она чувствовала себя подозрительно хорошо, словно её биологический аккумулятор за ночь прошел цикл глубокой регенерации. Память оперативно подгрузила логи вчерашнего вечера: горячий пар, мокрая простыня, твердое колено Бинхэ... «Анализ состояния. Фаза погружения в сон: 10/10. Использование колена юнита ЛБХ в качестве анатомической подушки: предельная эффективность. Критические побочные эффекты на первый взгляд не обнаружены». Она резко села, одним движением откинув тяжелое одеяло. Простыня на ней за ночь окончательно высохла, превратившись в мятый и жесткий комок белого шелка. БФ бегло огляделась по сторонам. Конопляная сетка под потолком пустовала — Ло Бинхэ ожидаемо отсутствовал в зоне видимости. Зато в дальнем углу, именно на том месте, где еще вчера гудел и вибрировал старый системный прототип, теперь стоял совершенно новый объект. Это был идеально выверенный куб из темного, мореного дерева, отполированный до зеркального блеска. Никаких технологических щелей, ни одного кривого угла. Даже ламели жалюзи были заменены на тончайшие пластины из холодного белого нефрита. Бей Фэн босиком подошла ближе, чувствуя стопами приятный холод пола. От деревянного куба веяло ощутимой и по-настоящему вкусной прохладой. На верхней крышке лежал свиток с подчеркнуто аккуратным отчетом и... еще теплая булочка, бережно накрытая льняной салфеткой. БФ развернула бумагу. «Архитектор. Проект "Коробка Ветра 3.0" успешно переведен в фазу эксплуатации. Массив Льда интегрирован через тройной контур термической изоляции. Уровень шума снижен до 2 децибел (я сверился с вашим стандартом абсолютной тишины). Ламели регулируются внешним рычагом. Я направился в столовую за свежим мясом. Прошу провести финальную приемку». Бей Фэн осторожно тронула рычажок. Нефритовые пластины плавно повернулись на осях, направляя мощную струю ледяного воздуха прямо ей в лицо. — О... да... — БФ блаженно зажмурилась, чувствуя, как её «перегретый процессор» мгновенно остывает до рабочих температур. — Племяш... ты определенно превзошел ТЗ. Это уже не просто примитивный инструмент. Это премиум-класс бытовой инженерии. Она опустилась на табурет, откусила кусок булочки и окинула взглядом свою чистую, сухую комнату. Всё было технически безупречно. Система функционировала без сбоев. Её персональный «Теневой Модуль» демонстрировал рекордные 200% производительности. Она даже не подозревала, что Ло Бинхэ в этот самый момент неподвижно стоял прямо за дверью, жадно прислушиваясь к её тихому и удовлетворенному «О... да...». Он замер, плотно прислонившись спиной к холодному камню пристройки, и на его губах играла та самая тихая паучья улыбка. Он накормил её. Он охладил воздух в её легких. Он незаметно превратился в сам её комфорт. Теперь она была в его невидимой сети. И самое прекрасное — она сама её для него сплела, день за днем, приказ за приказом. «Спи спокойно, мой Архитектор», — подумал он, глядя в пустоту коридора. — «Я уже вычисляю, какой именно коэффициент счастья потребуется тебе завтра. И поверь мне... я предоставлю его в полном объеме». Лог Системы: [Проект «Климат-контроль»: Сдан с отличием. Индекс комфорта пользователя: Максимальный.] [Ло Бинхэ: Уровень «Скрытого доминирования» повышен до 40%. Зависимость цели от услуг юнита подтверждена.] [Бей Фэн: Вы чувствуете себя абсолютной Хозяйкой положения. Оценка ситуации: Ложная стабильность. 你最好还是别知道他到底去哪儿了。] Время мема. БФ, когда кто-то ей говорит о морали и чистоте помыслов или необходимости медитаций https://ibb.co/CpRGY0C7