Железное небо

Бронетранспортер, грохоча так, что закладывало уши, вкатился в лагерь, обдав всех пылью и грязью. По пути броник так трясло, что Алекс был уверен: если не развалится машина, то уж его кости — точно. За массивными металлическими воротами лагеря их встретила картина столпотворения и суеты: бойцы, до сих пор откашливаясь от пыли недавнего боя, пытались восстановить разрушенные укрепления. В воздухе висел напряжённый шёпот и глухие команды, хотя очевидно, что ни о каком порядке тут речи не шло — всё ещё тащили боеприпасы к позициям, кто-то спешил напялить бронежилет задом наперёд. Алекс вылез из машины и тут же принялся извлекать тело Нокса, стараясь, чтобы оно не выглядело как «смотрите, что я подобрал в лесу». Пришлось перехватить его повыше — вцепился так, что бедняга Нокс напоминал мешок с картошкой, застрявший в грузовике. Тело оказалось на удивление легким — будто нес не боевого оператора гигантской машины, а глиняную статуэтку с музея древностей. Хрупкую, кстати. — Не рассыпься только, — буркнул Алекс себе под нос, хотя подозревал, что из всех присутствующих сейчас он выглядел менее презентабельно. С каждым шагом, который он делал, пробираясь через лагерь, проходы между палатками и укрытиями сужались, а глаза людей вокруг расширялись. Их внимание, как цепкие клещи, цеплялось к тому, что он нес, и быстро переходило в отвращение, а кое-где — в откровенную враждебность. — Это ещё что за чертовщина? — громко прошипел кто-то из бойцов, и Алекс мысленно поаплодировал их прозорливости. Это, конечно, не просто «чертовщина», это чертовщина с ушами и лазерными бластерами. — Он совсем с катушек съехал! — раздался другой голос. — Притащил это обратно в лагерь. Нас же всех ухайдокают из-за него! Алекс нарочно сделал вид, что не услышал. Он просто шагал вперед с таким видом, будто тащил не пришельца, а личного спасителя человечества, и в голове у него был четкий план. У скаута было ясное ощущение, что Нокс — не просто инопланетная головная боль, а ключ ко всему. И если хоть один из этих недоумков попробует его пальцем тронуть, Алекс в них сделает пару новых отверстий, так, для симметрии. К тому моменту, как он добрался до штаба, перед ним уже маячил Маркус — словно королевский стражник у ворот. Руки на груди. Серо-голубые глаза командира сверкали так, что Алексу стало не по себе. У Маркуса был такой вид, что он вполне мог пробить взглядом дыру в броне, если бы захотел. — Дружок, — начал он голосом, который бы мог заморозить кипяток. — Ты что, совсем из ума выжил? Алекс, крепче прижав Нокса, сделал шаг вперед, решительно смотря на командира. Его мозг уже готовил кучу оправданий и аргументов, хотя в желудке все внезапно скрутило в узел. Он-то думал, что битва с дронами — это стресс, но вот она, настоящая война: лицом к лицу с Маркусом. — Маркус, — начал Алекс, стараясь не выдать дрожь в голосе, — я знаю, что это выглядит странно, но этот пришелец спас нас. Без него мы бы сейчас не стояли здесь, в полном составе. Он не такой, как остальные захватчики. — Ты мне зубы не заговаривай, — перебил его Маркус, сверкнув глазами так, что даже самому Алексу стало неуютно. — Ты хоть представляешь, что это за риск? Что, если это — ловушка? Ты хочешь, чтобы мы все тут сгорели, а? Может, к нему маячок прикручен и все еще сигналит кому положено? Алекс сглотнул, стараясь не подавать виду, как сильно напрягся. В висках застучало от его попыток сдержать эмоции, но он был непреклонен. Вот ещё, будет он отступать перед Маркусом. Он-то знал, что поступил правильно, а убеждать окружающих — не впервой. — Да, понимаю, что на карту поставлено многое, — резко ответил Алекс, глядя Маркусу в глаза. — Но если бы не этот, мы бы все уже лежали мертвые. И что тогда? Он спас нас не потому, что был обязан, а потому что сам этого захотел. Он не такой, как остальные. Он просто хочет жить, Маркус, как и мы! Тишина, повисшая после его слов, была настолько густой, что ее можно было бы наматывать на кулак. Маркус продолжал смотреть на Алекса, как на человека, у которого мозги перемешались с идиотизмом, и все это было приправлено хорошей дозой упрямства. — А если ты ошибаешься? — холодно спросил Маркус, прищурив глаза. — Ты думаешь, что твои эмоции могут спасти нас всех? Алекс почувствовал, как что-то внутри него вспыхнуло, как если бы кто-то решил разжечь костер прямо в его груди. Он больше не собирался отступать. Он был уверен в Ноксе — слишком многое этот инопланетянин уже доказал. — Если что-то пойдёт не так, виноват буду я, — твёрдо сказал он, чуть ли не выплёвывая слова. — Я отвечаю за него. И я не позволю ему погибнуть только потому, что мы боимся того, что не понимаем. Он на нашей стороне. Очнется — приведи его к присяге, если тебе от этого будет легче. Маркус долго сверлил его взглядом, словно пытался увидеть, что там у Алекса в черепной коробке творится. Потом наконец выдохнул и отвернулся, словно признал поражение. — Ладно, — тихо сказал он, наконец. — Он остаётся в лагере. И пусть только попробует оказаться никчёмной кучкой ГМО-мяса. Если что-то пойдет не так — это твоя ответственность. Алекс кивнул. Он это знал. Чувствовал, как под тяжестью этой ответственности плечи подались вниз. Но что делать, решение было принято. Да и отказ от своей же идеи был бы для него сродни проигрышу в битве. Алекс только что уложил Нокса на импровизированную койку в одной из комнат штаба, как за его спиной раздался привычный звук тяжёлых ботинок по металлическому полу. Лиа ворвалась в помещение с выражением, как будто вот-вот собиралась вытряхнуть из Алекса душу и пару его внутренних органов заодно. Как всегда, с неизменным беретом на голове и той самой фляжкой, которая, казалось, была с ней повсюду — будь то вечерняя вылазка или спасение мира. — Ты! — Лиа ткнула пальцем в Алекса с таким видом, будто он был самым древним механизмом в лагере, который давно пора отправить в утиль. — Только что вернулся, и что я вижу? Где? — Она подозрительно щурилась, как хищник, осматривающий жертву, — Где моя добыча? Ни одного дрона, ни одной полезной железяки! Даже паршивой шестеренки не притянул! — Да уж, шестеренка бы тебя точно спасла, — проворчал Алекс под нос, пытаясь не встречаться с ее взглядом. Лиа вздохнула так, словно взвалила на плечи весь этот мир со всеми его механическими проблемами. Она развела руками в притворном ужасе: — Что за напасть такая, а? — размахивала она руками, как мельница. — Любой нормальный мужик из боя приносит что-нибудь полезное. Ну хотя бы болтик на память, а ты снова притащил вот это, — она кивнула в сторону Нокса, словно тот был не живым существом, а протекшим холодильником, который только и ждал утилизации. Алекс тяжело вздохнул, понимая, что без объяснений тут не обойтись. Ну вот кто его заставлял делать героические подвиги? — Лиа, — начал он, стараясь говорить спокойно, как будто пытался успокоить заряженную пушку, — мы едва выбрались из той передряги. Я не мог тащить кучу железок, когда на нас дроны налетали, как осенние мухи на варенье. Мы сами чуть не пошли в утиль. Лиа скрестила руки на груди и сделала шаг вперед, как-то совсем по-домашнему оглядев его с ног до головы. Ее глаза прищурились до тонких щелочек, словно она прикидывала, не сбежал ли он из зоопарка. — Ну, конечно, конечно, — протянула она с откровенной насмешкой. — Только вот вернулся ты не с железками, а с этим, — она снова кивнула на Нокса, глядя на него с таким выражением, будто сейчас он точно должен проснуться, запустить пару лазеров и прикинуться новогодней елкой. — И ты мне хочешь сказать, что это не опасно? Вот ты мне скажи: что с него снять можно? Запчасти-то надежные? — Лиа… — Алекс был готов к ее скептицизму, но вот к такой комбинации сарказма и реальной угрозы — не особо. — Ой, не надо вот этих «Лиа», — фыркнула она, поправляя берет. — Ты мне лучше скажи, это чудо нас всех не испепелит на месте? А то знаешь, как это бывает: вроде бы лежит, не шевелится, а потом — бах! — и твоя палатка летит к чертям. А я свою палатку люблю. Она прищурилась и скрестила руки на груди, глядя на Алекса, словно ждала от него форменного признания в государственной измене. Алекс только тяжело вздохнул, понимая, что Лиа просто так не успокоится. И ведь была права зараза — кто знает, что от этого пришельца можно ожидать? — Мы не можем быть уверены, — наконец признал он, запустив руку в волосы. — Но он спас нас. Сказал, что хочет жить и спас нас всех от дронов… Я не могу объяснить, Лиа, но чувствую, что он действительно решил пересмотреть, на чьей стороне сражаться. Лиа резко остановилась, будто наткнулась на невидимую стену. Она смерила его взглядом с таким подозрением, что, казалось, могла бы выжечь дыру в его сознании. — Ты хочешь сказать, что веришь в доброе сердечко инопланетянина? — протянула она с язвительной улыбкой. — Это что, новая тактика? А что, если оно не доброе, а просто голодное? Завтра мы все окажемся в его меню. Причём без гарнира. Алекс, чувствуя, как его терпение на исходе, попытался ответить, но Лиа была уже в своей стихии. — Вот что, Алекс, — ее голос стал суровее, а глаза заблестели с еще большей решимостью. — Если хоть что-то пойдет не так — я тебя предупреждала. Я как раз запаслась взрывчаткой на случай всяких «неожиданных ситуаций». И если этот твой дружок решит, что его телепатические фокусы лучше наших старых добрых бомб, я устрою такое шоу, что ему и его Молохам мало не покажется. Алекс не смог сдержать улыбки. Несмотря на всю серьезность угрозы, он знал, что Лиа всегда готова защитить лагерь любой ценой, даже если для этого придется взорвать пару-тройку палаток по пути. — Лиа, — усмехнулся он, — ну кто-кто, а ты уж точно знаешь, как сделать из всего веселое шоу. Я лично постараюсь, чтобы до фейерверков дело не дошло. — Да уж, постарайся, герой, — проворчала Лиа, глядя на Нокса, словно тот был большим и очень подозрительным тостером. — А то взрывчатки, знаешь ли, не жалко… С этими словами она развернулась и направилась к выходу, оставив Алекса с мыслями о том, что, пожалуй, взрывчатка в ее руках — это действительно аргумент.

***

Нокс пришел в себя с таким ощущением, будто проснулся после самого кошмарного сна в своей жизни. Спина странно ныла, но на этот раз не от металлического пола или жесткой брони, а от чего-то непривычно мягкого и… уютного? Эта мысль моментально взорвала все тревожные сигналы в его голове. Где это он, и почему вокруг так подозрительно тихо? Он медленно приоткрыл глаза, готовясь увидеть что угодно — от голографических стен до кабины Молоха, — но точно не ожидал такого. Простая затхлая комната землян. Обои облезшие, стол завален бумагами и инструментами, а стул вообще выглядел так, будто ему пора было на пенсию еще лет двадцать назад. На стуле висела одежда, явно поношенная, и, что самое удивительное, — чистая. Все это не вязалось с его представлениями о реальности. Как будто кто-то решил его разыграть, убаюкать странным уютом, чтобы потом швырнуть обратно в холодный ад его мира. Нокс приподнялся, чувствуя, как каждый его мускул протестует, словно жалуясь на давнее пренебрежение к комфорту. Но… что это? Оков нет. Никаких. В голове пронеслась мысль: «Это ловушка. Явно ловушка». Ну кто в здравом уме оставит врага без всяких средств сдерживания? У дальней стены сидел Алекс. По выражению лица парня было видно, что сдерживать энтузиазм — не его любимая задача, но и спешить к Ноксу он не торопился. Глаза серьезные, будто пытается разгадать, сколько еще пришелец протянет, прежде чем устроит кровавый пир в этом уютном уголке. — Очухался, — бросил Алекс, не вставая. Только подался чуть вперед, словно тот момент, когда Нокс прыгнет ему на шею, может наступить в любую секунду. — Ну что, как оно? Нокс ошарашено оглядел комнату, потом медленно перевел взгляд на человека, словно пытаясь решить: это вообще реальность или хитроумный обман? — Где… я? — проговорил он, и голос прозвучал так, будто его языком последний раз пользовались лет сто назад. — Ты в лагере сопротивления, — пояснил Алекс с таким спокойствием, будто только что докладывал о погоде на завтра. — Теперь под моим… наблюдением, и под мою ответственность. Пока безопасно… более-менее. Пришелец моргнул. Сопротивление? Безопасно? Он снова оглядел комнату — в чем подвох? — Почему… — медленно начал он, каждый звук был на вес золота, — почему не в клетке? Алекс усмехнулся, но улыбка была натянутая как струна. — Потому что мы решили дать тебе шанс. Ты же прикрыл нас от дронов, помнишь? Ну, а если честно, я пока не решил, на каком этапе ты начнешь нас всех убивать, так что просто держи себя в руках, ладно? Нокс сузил глаза, его мозг бурлил от вопросов. Он привык, что его всегда окружали только холодный металл и бесчувственные стены. А тут — выцветшие обои, треснутые окна и запах человеческой жизни. Все это казалось каким-то абсурдом. Вот только он не знал, стоит ли в это вникать. — Это… ловушка? — спросил он, подозрительно осматриваясь, словно вот-вот должна была выпрыгнуть толпа солдат. Алекс засмеялся, но смех был скорее нервным. — Ловушка? Если бы. Нет, Девятый, это не ловушка. Хотя, знаешь, я бы не исключал возможности, что ты сам себя сейчас ловишь в свою собственную паранойю. Нокс наконец поднялся с кровати, медленно подошел к столу. Человеческий разведчик не возражал. Нокс с любопытством взял в руки какой-то странный предмет. Он повертел его, явно не понимая, как это вещь вообще работает и зачем она нужна. — Это что? — спросил он, глядя на Алекса, как будто тот был последней надеждой на объяснение всех загадок мироздания. — Маркер, — пояснил Алекс, забрав у него предмет и демонстративно нарисовал на листе бумаги простую линию. — Пишешь на чем угодно. Ну, почти на чем угодно. Еще можно бороды рисовать спящим друзьям, но это уже на любителя. Нокс взял маркер обратно и повторил движение. Он смотрел на линию с таким восхищением, будто перед ним открылся новый портал во Вселенную. — Он… оставляет следы, — пробормотал пришелец с интонацией, словно увидел магию в действии. — Угу, оставляет, — усмехнулся Алекс. — Представь себе, такие вот штуки делают жизнь куда проще. Затем Нокс заметил на столе блестящий металлический предмет. Он поднял его, глядя так, будто держал в руках частичку звезды. — А это? — спросил он, глядя на Алекса, словно надеясь, что сейчас этот человек разъяснит ему все тайны жизни. Алекс взял у него зажигалку, чиркнул, выпуская маленький огонек. — Ты умеешь… делать огонь, — проговорил пришелец, явно впечатленный. — У нас это сложнее… — О да, — улыбнулся Алекс, глядя, как Нокс смотрит на огонь, — но знаешь, ты не первый, кто так реагирует на зажигалку. Она всем нравится. Правда, иногда ее успевают сломать до того, как понять, как эта штука работает. Пришелец внимательно смотрел на него, все еще ошарашенный. Алексу вдруг пришла в голову мысль, что, пожалуй, сложнее всего в его жизни будет научить Нокса пользоваться миром землян так, чтобы не превратить лагерь в филиал адской кухни. Но, глядя на инопланетянина, человек только усмехнулся. — Привыкай, — сказал он, — тебе тут ещё многое предстоит узнать.