Железное небо

Маркус был зол. Нет, он буквально закипал, как перегретый котел. Едва Алекс и Лиа переступили порог его импровизированного кабинета, как этот вулкан гнева взорвался. — Вы совсем из ума выжили?! — рявкнул он, бросив на них такой взгляд, что Лиа машинально отступила на шаг. — Что за чертовщина творилась прошлой ночью?! И с каких это пор у нас в лагере не только можно напиваться, но и таскать на миссии пришельцев?! Алекс стоял, как солдат под градом вражеского огня, стараясь не встречаться с ним взглядом. Лиа, как всегда, решила держать оборону своим остроумием, которое не раз выручало её в тяжёлые моменты. — Ну, если честно, Маркус, — протянула она, пытаясь сохранить невинное выражение, — дрон-то у нас теперь есть. Рабочий. Разве это не плюс? Маркус на мгновение просто замер, будто в шоке от услышанного. Потом его лицо медленно, но неуклонно исказилось от ярости. — Плюс?! — произнёс он таким тоном, словно уже не верил своим ушам. — Ты серьёзно? Плюс?! Вы напоили чертова пришельца, которого пол лагеря и так считает потенциальной угрозой! Кто вообще додумался дать ему выпить? У вас с головой всё нормально? Лиа собралась было пошутить ещё раз, но, увидев, как дрожат от напряжения пальцы Маркуса, осеклась. Он, похоже, был в том состоянии, когда шутки не просто не помогают, а могут стоить тебе всех зубов. Алекс, понимая, что надо вмешаться, пока Маркус не сорвался окончательно, сделал шаг вперёд. — Маркус, послушай, — начал он спокойно, хотя внутри него всё сжималось от напряжения. — Мы понимаем, что это было рискованно, но всё под контролем. Нокс помог нам поймать дрона, и ничего плохого не произошло. Да, возможно, это было немного... сумасбродно, но результат — на лицо. — На лицо?! — переспросил Маркус, срываясь почти на истерику. — Ты вообще понимаешь, что говоришь? Половина бойцов готова пустить пришельца в расход, едва он ступил на территорию лагеря. Они боятся его! Боятся, чёрт возьми, и с каждым вашим «экспериментом» это только хуже. А вы напоили его и отправились на ночную охоту за дроном. Это не результат, это катастрофа! Алекс замолчал, осознавая, что любые оправдания сейчас только подольют масла в огонь. Но Лиа, как всегда, не смогла промолчать. — Ну ты же знаешь, Маркус, — сказала она с той самой улыбкой, которая обычно выводила всех из себя, — на пьяную голову приходят лучшие идеи. Кто бы ещё додумался, спереть дрона? Это ведь полезно, не так ли? Маркус уставился на неё, его лицо внезапно стало спокойным. И вот это было по-настоящему пугающе. — Лиа, — тихо сказал он, так тихо, что в комнате повисла тяжёлая тишина, — если ты ещё раз пошутишь, я отправлю тебя на самые дальние блокпосты, где даже радиоволны не доходят. Ты слышишь меня? Лиа прикусила язык, и её привычная ухмылка наконец исчезла. Но Алекс знал, что в её глазах всё ещё блестят искры дерзости — с таким характером её не так легко сломать. Маркус глубоко вздохнул, как будто собрался с силами, чтобы не запустить в стену ближайшим стулом. — Вот что я скажу, — медленно начал он, глядя на Алекса и Лию таким взглядом, что от него хотелось спрятаться под землю. — Если ещё раз вы устроите подобное, то можете прощаться с миссиями. Вы оба. Плевать мне на ваши оправдания. Здесь никто не обязан доверять пришельцу, и если что-то пойдёт не так — вы ответите за это. И неважно, сколько дронов вы притащите. Поняли? Алекс кивнул, пытаясь скрыть раздражение. В его душе бушевала буря: да, Маркус прав, но... как они могли узнать, что пришелец умеет, если бы не рискнули? В его ответе звучало внутреннее противоречие, но он понимал, что возражать бесполезно. — Поняли, — коротко сказал он, стараясь сохранить спокойствие. Лиа тоже кивнула, но в её глазах всё ещё горела та самая искорка, которая говорила: «Да, конечно, мы тебя поняли, но это не значит, что всё закончится». — Хорошо, — наконец сказал Маркус, ослабив хватку на стуле, будто только что выиграл в битве сам с собой. — А теперь убирайтесь отсюда и займитесь чем-то полезным. И чтобы пришелец был под пристальным присмотром, ясно? Они молча кивнули и, не рискуя больше испытывать судьбу, вышли из кабинета. Лишь когда они оказались на свежем воздухе, Алекс позволил себе выдохнуть. — Ну, как всегда, — усмехнулась Лиа, едва сдерживая смех. — Знаешь, нам надо было и ему вина взять. Может, тогда он бы и нас простил. — Лиа, — пробормотал Алекс, скривившись, — ты знаешь, что он прав. Нам нужно быть осторожнее с Ноксом. Иначе... — Да знаю, знаю, — отмахнулась она. — Но ты же видел его! Дрон, Алекс! Одним взглядом — бац, и готово! Это ли не чудо? Алекс кивнул, но в глубине души знал, что это чудо может закончиться плохо, если они не будут внимательны. Разобрать дрона оказалось задачей куда сложнее, чем Лиа и Алекс ожидали. В маленькой мастерской, больше напоминавшей склад старого железа и металлолома, было полно инструментов, проводов и обломков, разбросанных по углам. В центре этого хаоса, словно дохлый жук на исследовательском столе, лежал дрон, с которым они так радостно вернулись после ночной охоты. Лиа с выражением обречённости на лице уже несколько часов пыталась понять, как бы его разобрать, при этом не взорвав весь лагерь к чертям. — Да чтоб тебя, железяка! — раздражённо проворчала она, бросив в угол отвертку, которая уже явно перестала ей помогать. — Их специально такими делают, чтобы нормальный человек с ума сошёл. Ну где этот чёртов винтик? Алекс сидел рядом на корточках, пытаясь тоже внести свою лепту в процесс, хотя давно уже понял, что дело не в винтиках. С каждой минутой его уверенность, что технология дронов явно превосходит всё, что они знали, только росла. — Может, тут магия нужна? Или, на худой конец, жертвоприношение? — съязвил Алекс, потирая подбородок. — У тебя под рукой нет случайно бубна? Могу постучать. Лиа бросила на него раздражённый взгляд, но сдержалась. В её руках снова оказались плоскогубцы, но по выражению лица было видно — она всерьёз задумывается о молотке. — Если так пойдёт дальше, я просто грохну его молотком и посмотрю, что из этого выйдет. Хочешь попробовать? Алекс, явно не в восторге от идеи «разборки по-русски», только махнул рукой, но прежде чем он успел что-то ответить, рядом появился пришелец. Он стоял в стороне с тех пор, как они притащили дрона, наблюдая за их мучениями с видом, будто и сам не до конца понимает, что тут происходит. Его бирюзовые глаза слегка сузились, словно он старался оценить, что же эти двое делают с куском металла. В его взгляде мелькнуло что-то вроде сожаления — или это им показалось? — Может… я? — Нокс произнёс это так тихо, что Алекс чуть не пропустил его слова. Лиа замерла на полуслове, а затем медленно повернулась к Ноксу, подняв одну бровь так, словно тот только что предложил стать капитаном космического корабля. — Ты думаешь, сможешь? — в её тоне звучало явное недоверие. — Ага, давай, удиви меня, инопланетный гений. Она явно не ожидала от него ничего полезного. Более того, идея того, что пришелец коснётся этого дрона, её вообще не радовала. В конце концов, кто знает, что он ещё может с ним сделать? Нокс без лишних слов подошёл к дрону. Алекс смотрел на него с таким же недоверием, хотя старался скрыть это за спокойной миной. Он и Лиа знали, что Нокс может управлять машинами, но видеть это в действии — совсем другое дело. Нокс сосредоточился, его глаза слегка сузились, и в этот момент в комнате повисло странное напряжение, будто воздух сам по себе стал плотнее. Через мгновение дрон издал едва слышный звук, зажглись внутренние огоньки, и машина тихо загудела. Алекс чуть не поперхнулся от неожиданности, а Лиа, которая стояла слишком близко, отшатнулась, как будто дрон вдруг собирался её укусить. — Ты это… как? — пробормотала она, ошеломлённо уставившись на машину, которая до этого была просто грудой мёртвого металла. Нокс слегка пожал плечами, его лицо оставалось непроницаемым, как будто он только что выполнил обычную повседневную задачу. — Они… слушаются. Если… знать как, — тихо объяснил он. Лиа моргнула, словно увидела нечто настолько нереальное, что мозг ещё пытался догнать её глаза. Потом она шагнула ближе, с осторожностью, будто дрон мог снова взбеситься и напасть. — Слушаются, говоришь? — переспросила она, и в её голосе сквозило что-то настороженное. — А с чего ты вдруг такой всезнайка? Что ещё ты можешь выключить одним движением? Алекс молча наблюдал за этим, понимая, что Лиа не просто шутит — её тон был гораздо более напряжённым, чем обычно. И это было оправдано. Если пришелец мог одним движением управлять техникой, то что ему стоит сделать это с оружием? Или с чем-то более важным? — Лиа, — вмешался Алекс, стараясь не давать ситуации развиваться в плохом направлении, — Нокс просто… помог. Мы же этого хотели, верно? Лиа прищурилась, её глаза пробежались по лицу Нокса, словно она пыталась выискать там скрытую угрозу. Он спас их не раз, но это не значит, что можно просто взять и забыть, кто он и что может. Его способности не просто удивляли — они пугали. — Ну что ж, Нокс, — произнесла Лиа медленно, словно взвешивая каждое слово, — поздравляю. Теперь ты у нас, видимо, главный по дронам. Она усмехнулась, но её улыбка была напряжённой. Ещё вчера Нокс был просто «инопланетным парнем, за которым надо приглядывать», а теперь он начал показывать такие трюки, от которых хочется, чтобы в лагере побольше охраны было. Нокс слегка кивнул, но он чувствовал эти взгляды. Ему не нужно было телепатии, чтобы понять, что его боятся. Не ненавидят, нет. Но боятся. И это было хуже всего. Алекс, чувствуя, что напряжение всё ещё висит в воздухе, попытался разрядить атмосферу: — Лиа, ну не будь такой. У нас теперь работающая игрушка. Может, даже сможем что-то полезное из этого выжать. — Игрушка, — пробормотала Лиа, оглядывая дрона. — Да, только вот кто игрушка для кого, ещё неясно. Она отвернулась, но Алекс успел заметить, как она бросила на Нокса быстрый взгляд — полный осторожности. Алекс ковырялся ложкой в каше, которая успела остыть настолько, что её можно было смело использовать в качестве строительного раствора, если бы не необходимость её съесть. Лиа, сидевшая напротив, оживлённо жестикулировала, словно ей нужно было убедить аудиторию в том, что даже самая скучная тема — это событие вселенского масштаба. Но, несмотря на её энтузиазм, внимание Алекса снова и снова возвращалось к пришельцу, сидящему чуть поодаль с таким видом, словно он здесь, но в то же время где-то далеко. Нокс пытался следить за разговором, но на его лице было написано полное недоумение, как будто Лиа говорила на языке, который даже скафандр не смог бы перевести. Впрочем, Алекс сомневался, что инопланетянину вообще понятно, почему люди так любят обсуждать, смеяться и спорить. Вокруг него царила легкость, к которой он, видимо, привыкал с трудом. Нокс выглядел... как бы это сказать... не как враг, но и не как друг. Что-то инопланетное сквозило в его движениях и взгляде, особенно в этих странных бирюзовых глазах, светящихся в темноте. Алекс неоднократно ловил себя на мысли, что, если ночью случайно наткнуться на Нокса, можно получить инфаркт. Но сейчас его внимание привлекли волосы пришельца. Тёмные, спадающие на плечи, но с такими неровными концами, что создавалось впечатление, будто он подстригался при помощи топора. И не слишком аккуратно. Алекс чуть не рассмеялся, глядя, как Нокс, с явным недоумением, попытался убрать прядь волос, упавшую на лицо. Казалось, что вся эта стрижка — результат долгих часов работы над чем-то совсем другим, где ножницы случайно перепутались с остальными инструментами. — Ну и когда же ты в последний раз был у парикмахера? — невольно пробормотал Алекс, не осознавая, что говорит это вслух. Лиа, услышав это, засмеялась и протянула: — Ага, вижу, что у некоторых тут не только каски старые, но и прически древние. Пришелец не понял, что они обсуждают, и посмотрел на Алекса с лёгким вопросом в глазах, как будто ждал объяснений. Но Алекс лишь пожал плечами. — Мы о твоей… — он неопределённо махнул рукой в сторону волос Нокса, — стрижке. Тебе бы не мешало немного... э... подровнять? Пришелец нахмурился, глядя на человека с недоумением. Лиа, видя его реакцию, едва сдержала смех: — А что? Может, у него это инопланетная мода! Пойди угадай, что там у них в тренде. Может, эта кривая прядь — символ статусности, или как там это у вас называется? — Нет, — тихо ответил Нокс, явно не уловив сарказма. — Просто… подстриг сам. Лиа чуть не поперхнулась от смеха, хлопнув Алекса по плечу, но заметив, что пришелец воспринял всё всерьёз, слегка притихла. Алекс, чтобы перевести разговор в другое русло, бросил взгляд на шрамы на запястьях Нокса. Они были едва заметны, тонкие, но при свете лампы их можно было разглядеть. Непроизвольно он задумался, через что этому существу пришлось пройти. И хоть разум твердил ему, что сейчас не время и не место для таких мыслей, что-то в Ноксе вызывало не только любопытство, но и беспокойство. — Эй, Алекс! Ты вообще нас слушаешь? — Лиа ткнула его локтем, вырывая из размышлений. Алекс встрепенулся и поспешил кивнуть: — Да, конечно, слушаю. Просто задумался. — О, задумался! — Лиа многозначительно посмотрела на пришельца, который наблюдал за ними с тем же тихим недоумением. — Надеюсь, ты не слишком глубоко копаешь, а то утонешь в своих мыслях! Пришелец, уловив её шутку, слегка склонил голову на бок, глядя на людей с тем же искренним любопытством: — Утонет... в чём? Лиа не смогла сдержать смех и ответила: — В мыслях, дружок. В мыслях! Некоторые из нас так глубоко задумываются, что потом не выбраться. Нокс кивнул, стараясь понять этот человеческий юмор. Но по выражению его лица было видно, что многое в этих людях ему по-прежнему оставалось непонятным. Алекс улыбнулся, осознавая всю странность их маленькой компании. Вот они, трое: разведчик, инженер и инопланетянин, сидят за одним столом, обсуждают будничные мелочи, как будто всё это совершенно нормально. Кто бы мог подумать, что их жизни заведут сюда, в этот странный уголок мира? Ночь уже спустилась на лагерь, наполнив его тихими звуками: редкими шорохами, скрипом старых досок и приглушёнными разговорами тех, кто не мог уснуть. Алекс, лежа на своей койке, смотрел в темноту, размышляя о событиях последних дней. Где-то рядом, на соседней койке, тихо дышал Нокс. После всего, что произошло, Алекс чувствовал, что должен узнать больше о своём новом союзнике. Слишком многое осталось невыясненным, а доверие — штука хрупкая, особенно в их мире. — Нокс, ты не спишь? — тихо спросил Алекс, повернув голову в сторону пришельца. — Нет, не сплю, — послышался едва слышный ответ. Голос Нокса был хриплым, как будто он тоже долго лежал, погружённый в свои мысли. Алекс помедлил, подбирая слова. Он не хотел давить на Нокса, но чувствовал, что этот разговор необходим. — Ты говорил, что был Девятым, — начал он, стараясь говорить мягко. — Что это значит? Почему тебе дали номер вместо имени? Нокс долго молчал, будто собирался с мыслями, потом медленно заговорил: — Номер... давали всем... как я. Мы... не должны... иметь своё. Нет... личности. Только номер... и цель. Алекс почувствовал, как внутри у него сжалось сердце. Он уже догадывался, что Ноксу пришлось нелегко, но услышать это из его уст было даже тяжелее, чем он ожидал. — Значит, вас лишали всего человеческого? — осторожно спросил Алекс, чувствуя, что прикасается к чему-то болезненному. Нокс кивнул, хотя Алекс этого и не видел. — Да. Должны быть... как машина. Исполнять приказы. Не думать. Не... чувствовать. Только... выполнять. Алекс глубоко вздохнул, пытаясь переварить услышанное. Ему было трудно представить, каково это — быть кем-то, кого заставляют забыть о собственной личности, стать просто номером, инструментом. — Но ты сбежал, — сказал он, в его голосе звучала искра уважения. — Ты не захотел быть машиной. Нокс замолчал, потом медленно ответил: — Я... не мог. Они... учили быть никем. Но... внутри я... был. Всё время... боролся. Хотел жить. Хотел... чувствовать. Это... трудно. Но... лучше, чем быть... пустым. Алекс почувствовал, как его горло перехватило. Он не ожидал услышать такой откровенности, но это только укрепило его желание помочь Ноксу. — Ты не пустой, — тихо сказал он, стараясь, чтобы его голос не дрожал. — И у тебя есть имя. Нокс. Это твоё имя, и никто его у тебя не отнимет. Нокс тихо вздохнул, его голос был чуть слышен в ночной тишине. — Спасибо... Алекс, — произнёс он. — Ты... не знаешь, как это... важно. Я... всё ещё учусь быть собой. Алекс улыбнулся, хоть и знал, что Нокс этого не видит. Этот пришелец, с его странными манерами и путаной речью, был гораздо более человечным, чем многие, кого Алекс знал. — Мы все учимся быть собой, — сказал Алекс, чувствуя, как их разговор медленно затихает. — Всю жизнь. В тишине, повисшей после его слов, Алекс услышал, как Нокс резко вздохнул. В темноте было трудно разглядеть выражение его лица, но по напряжённому дыханию стало понятно, что сказанное сильно его встревожило. — Всю... жизнь? — переспросил Нокс, его голос дрожал. — Учиться... всегда? Никогда... не стать собой? Алекс удивлённо заморгал, не ожидая такой реакции. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что Нокс воспринял его слова буквально. И тут до него дошло, насколько странной и пугающей могла показаться эта перспектива существу, которому внушали, что цель — это единственное, что имеет значение, а поиск себя — лишь ненужная роскошь. Он не смог удержаться от смеха. Тихий смешок перерос в заливистый смех, и он покачал головой, понимая, насколько абсурдным могло показаться его утверждение со стороны Нокса. — Нет, нет, — успокаиваясь, ответил Алекс, стараясь не разбудить весь лагерь своим весельем. — Это не так страшно, как звучит. Учиться быть собой — это не наказание. Это... как приключение. Всегда что-то новое, всегда есть куда расти. Ты не просто "становишься" и всё — ты развиваешься, меняешься, открываешь в себе что-то новое. Нокс молчал, переваривая услышанное. Алекс представил, как тот, нахмурив брови, пытается разобраться, что тут смешного. Но вскоре Алекс услышал едва заметный выдох — знак того, что Нокс начал понимать. — Ах, — наконец произнёс Нокс, его голос звучал чуть спокойнее, но всё ещё настороженно. — Так это... хорошо? Учиться... долго? — Очень хорошо, — улыбнулся Алекс, всё ещё посмеиваясь. — Если бы жизнь была простой, было бы скучно. А так — каждый день что-то новое. — Хорошо, — прошептал Нокс, звуча теперь чуть увереннее. — Буду... учиться.