Отравленное сокровище

      Этот приём ничем не отличался от многих, виденных сенешалем Версерианом ещё в моменты службы Теодоре. Шуршание юбок, перестук каблуков, пустые разговоры, гневные взгляды, тихие ссоры на грани со скандалом, но никто благоразумно не переступал черту.       Ториана Гапрак со своим семейством очень выделялись огромным количеством инкрустированных золотом и драгоценными камнями аугментаций. Их семейство отчаянно нуждалось во внимании Вольного Торговца, но, увы, её всё никак не мог отпустить губернатор Даргонуса.       Её Светлость Эдита Сиданус фон Валанциус поддерживала светскую беседу, странно радуясь такому вниманию. Абеляр извинился перед внучкой – Клеменцией, что не могла перестать исполнять обязанности канцлера даже сейчас, и пошел спасать госпожу.       В конец концов вся весёлость Эдиты и её улыбки могли быть напускными.       – Урбенд, – хорошо поставленный голос Абеляра грубо прервал речь губернатора. Последний едва заметно скривился, но всё же Эдита это заметила.       – Версериан, я, конечно, понимаю, твои обязанности, но…       – Губернатор, прошу извинить моё вмешательство, но внимание Вольного Торговца требуют и другие семьи. В конце концов, у вашего семейства гораздо больше возможностей лично переговорить с Её Светлостью.       Между мужчинами, что, откровенно говоря, недолюбливали друг друга, повисло напряжение, но его тут же разбавила Эдита, не давая перерасти обычной перепалке в ссору.       – Губернатор, я полностью полагаюсь на вас в решении вопросов компенсации со средних дворянских домов за попытку теракта на празднике. Уверена, вы назначите взыскание достаточно чувствительным, но справедливым. Мы же не хотим, чтобы они бросались обвинениями в том, что губернатор Даргонуса с моего прямого позволения пустил их по миру.       – Непременно, Ваша Светлость. Что ж, на этом пока предлагаю закончить, я, действительно, очень вас задержал.       – Благодарю.       Эдита отсалютовала ему хрустальным бокалом на четверть наполненным белым вином, тут же подхватила Абеляра под руку и зашагала рядом с ним вглубь зала.       – Бог-Император, спасибо, что спас меня, – выдохнула та и залпом осушила бокал. – Я уже подумала, что тем для разговоров у него запасено на годы вперёд.       – А что вы хотели? – удивился сенешаль. – После того, как его отпрыск устроил, а вы проявили к нему неслыханную милость, Урбенд будет стараться выслужиться перед вами, как только может.       – Скажи, только мне здесь так душно? Или я просто нервничаю?       – Здесь всем душно, и, позвольте заметить, вы сегодня отлично выглядите.       – Благодарю. И всё-таки выйду на балкон, разговор этот меня порядком утомил, - она поставила пустой бокал на поднос мимо проходящего слуги и поспешила удалиться, пока её кто-нибудь не перехватил.       Сенешаль долго провожал взглядом Её Светлость и подмечал, что этим вечером она вела себя немного странно. Вместо привычного парадного кителя или уже украшенного камзола с брюками, Эдита оделась в платье. Да, оно было максимально закрытым, чтобы спрятать рисунки шрамов, оставшихся за долгий и тернистый путь становления Вольным Торговцем и преодоления кризиса в Просторе. Вместо сапог – каблуки, а на месте кобуры и всегда заряженного пистолета – небольшая сумочка на плече, видимо, с разными дамскими мелочёвками.       Нет, возможно, Абеляр просто себя накручивал и Вольный Торговец решила единственный раз немного расслабиться. Пусть печати былых сражений, предательств и интриг оставили на ней неизгладимый след, но всё же она оставалась привлекательной молодой женщиной, разве что возраста ей прибавляла обильная седина в волосах.       – Тоже не можете привыкнуть к этому облику? – басовитый голос заставил перевести взгляд.       Соломон Антар тоже пришёл, теперь ему это предписывали обязанности. Он сильно выделялся тем, что прибыл в парадных доспехах, украшенных регалиями маршала Арбитрес. Проходящая мимо пара средних лет поприветствовали обоих, тихо заметив, что оба мужчины очень похожи, хотя всё сходство сводилось к красным глазным имплантам на левой стороне.       – Сегодня, смотрю, сделали исключение, явились без своей зверюги. Или же она доедает какого-то нарушителя в подсобке или кухне.       Соломон в этот момент внимательно взглянул на сенешаля, а лицо застыло железной маской. Абеляр уже знал это выражение и ничего хорошего оно ни сулило       – Господин маршал, это…       – Да, успокойтесь вы, сенешаль, – с лёгким смешком выдал законник. – Глейто на плановом обслуживании у техножрецов, к тому же, мало ли какой даме он порвёт когтями подол платья. Визгу же потом будет.       Абеляр вернул улыбку Соломону, хотя очень хотелось его хоть немного пристыдить.       – К тому же, платьем может не ограничиться. Вон та стайка молодежи точно попыталась бы его погладить.       Абеляр проследил за взглядом Соломона, и заметила изрядно захмелевшую компанию из рода Гапрак и Зауэрбек. Сенешалю даже стало любопытно, сколько же выпили Гапраки, с учётом того, что аугментаций у них, даже в столь молодом возрасте было на два порядка больше, чем у всех присутствующих.       И только Абеляр подумал, что всё идет хорошо, как раздался громкий трескучий звук. За стрельчатым окном мигнула яркая вспышка плазмы и взорвалась маленькой звездой. Женщины тут же подняли крик, блюстители, охраняющие празднество, мигом стали кричать, стараясь перебить оглушительный визг и повести аристократов в безопасное место.       Соломон тут же включился в это занятие, его внушительная фигура, грубый, почти лающий голос заставлял людей застывать в ужасе, не меньше, чем появление демонов. Но арбитр хотя бы пресекал панику и чётко давал указания, куда идти и как действовать.       Абеляр же, обнажив пистолет и схватившись за рукоять цепного меча, продирался сквозь колыхающуюся толпу. В голове стучали панические мысли, ведь именно на тот балкон ушла Эдита. Она могла за себя постоять, но от внезапной атаки не спасёт никто и ничто. Лихорадочно перебирая варианты, кто бы это мог быть, ведь Её Светлость нажила немало врагов, сенешаль, наконец, достиг едва распахнутых двустворчатых дверей.       На соседних зданиях уже сверкали прожекторы, их свет шарил по стенам дворца, в поисках любой подозрительной тени. Абеляр краем глаза заметил следы оплавления на перилах, но испарило лишь небольшую часть. Глянув под ноги, он остолбенел, сердце заколотилось, а спину будто пронзил паралич. Беспомощно, будто сама собой упала рука, выскользнул из ослабших пальцев пистолет.       Эдита Сиданус фон Валанциус лежала у его ног с широко открытыми глазами, вместо груди – огромная дыра. Её едва не разорвало надвое, на лице навечно застыла маска удивления, от плавящейся плоти шел дым, распространяя запах палёного мяса.       Сенешаль упал на колени, лихорадочно хватал ртом воздух и чувствовал, что этого он уже не выдержит.       – Абеляр, что…       Соломон показался на балконе и тоже потрясённо застыл. Никаких слов он подобрать не мог, ведь слишком хорошо знал, сколь серьёзным ударом для Простора обернулась потеря Теодоры и вот, едва утихло пламя кризисов, как единственный здравомыслящий Вольный Торговец теперь лежал мёртвым у их ног.       – Сенешаль Версериан!.. Маршал Антар!.. Кто-нибудь!       Они не сразу поняли, что вызывают их далеко не впервые, Абеляр не мог прийти в себя, потому ответил Соломон и то, когда крики в комм-бусине стали уже просто оглушающими и вызывали головную боль.       – Да! Что случилось?       – Мы поймали убийцу, засел в здании напротив… Вот только бежать не пытается.       – Не подходите близко, сейчас будем. Давай, старик, вставай.       – Оставь меня…       – Эй, приди в себя! – прикрикнул на него Соломон, для верности схватив за шкирку, как котёнка, поднял и сильно встряхнул. – Ей ты уже ничем не поможешь, а вот с убийцей надо бы разобраться.       Абеляр не сильно рвался разбираться ни с кем. Главное он уже свершил, а точнее сделал это дважды – потерял госпожу. Это самое позорное, что только мог сделать сенешаль. Но всё же решил идти за Соломоном дабы отвлечься хоть ненадолго, прежде, чем вновь окунётся в пучину отчаяния.       Паникующие аристократы разбросали еду и опрокинули напитки, под сапогами всё хрустело, хлюпало и скользило, сорванные скатерти путались в ногах. Соломон торопился, но пустил вперёд себя Абеляра, боясь, что старый офицер просто привалится где-нибудь к стене и пустит лазразряд в голову.       Сам же Абеляр даже не замечал куда идёт. Сначала показались блюстители в коридорах дворца, потом они вышли на улицу. В неясном свете прожекторов, кричащих громкоговорителях, приказывающих всем оставаться на местах, он просто брёл по направлениям, куда указывали солдаты охранения. Через пару поворотов, они оказались на мосту, ведущему к соседнему небоскрёбу. Там уже в стояли арбитры и надо сказать, вооружены были лучше.       В переплетениях коридоров и лестниц, Абеляр даже немного отвлёкся, потому что считать ступени оказалось до ужаса медитативным занятием. Лифт отключили как только засекли лёжку убийцы, чтобы он не мог на нём быстро сбежать в улей и затеряться среди толпы. В какой-то момент они оказались в широкой комнате, где блюстители обступили мужчину.       Оптические импланты на глазах сверкали красным светом, как у Соломона и Абеляра. Мужчина был одет в безликий застёгнутый под горло комбинезон, свободная и широкая куртка тоже застёгнула, ботинки давно забыли лучшие времена. Парочка пальцев аугментичные, но больше имплантов не наблюдалось.       В помещении было до ужаса прокурено и темно, окна затянуты тёмными шторами, стоял тяжёлый запах лхо, и убийца затягивался очередной. Создавалось впечатление что он вовсе на замечал рядом с собой людей и направленное в его сторону оружие.       – О, пришли собачки, – убийца говорил чуть замедленно и растягивал слова из-за большой дозы наркотика. Удивительно, как смог попасть по цели будучи в таком состоянии. – Всё, как и сказали.       – Говори, кто тебя послал, – Соломон опасно надвинулся.       – И что? Даже обвинения мне не зачитаешь, – мужчина затянулся и выдохнул густой дым из носа.       – Обвинениям будет своё время. Говори…       – А нахера? – он снова обвёл мутным взглядом душное от паров лхо помещение и продолжил: – Я и так мертвец, так чего мне говорить-то?       Челюсть у Абеляра подрагивала, как же ему хотелось сейчас вонзить цепной меч ему в грудь и включить на медленную скорость, чтобы зубцы резали его, но слишком быстро не убили.       – Да даже если бы и знал, то не сказал бы. Какой мне с этого прок? – убийца посмотрел на недокуренную палочку лхо, повертел её между пальцами, явно пытался что-то вспомнить. – А точняк! Вашей этой… Вольной сучке… как его там… в кабинете, короче найдёте.       Он вдруг одним движением сломал один из аугментичных пальцев. Никто не успел ничего понять, пока не растолкав мужчин, между ними внезапно не пролетела взлохмаченная Идира. Кривой зигзаг молнии кинулся от навершия её посоха к убийце.       Тот задёргался, но сила, помимо снайпера задела и рядом стоящих блюстителей, они не успели отскочить, всё произошло слишком быстро.       – Огонь… солнце… – отчаянно закричала Идира и глянула на Абеляра большими и полными ужаса глазами.       Когда молния погасла, убийца ещё дёргался не в силах вернуть контроль над телом. Абеляру же больше намёков не нужно. Он кинулся к мужчине, пока тот окончательно не пришёл в себя, схватил за грудки и вышвырнул в окно. Дождь стекла, треснувшая рама и полный злобы крик.       Правда, далеко он не улетел. Раздался взрыв, пыль и выбитые окна полетели в лица, Соломон повалил на пол Идиру, прикрывая голову, Абеляр не успел отпрыгнуть, только упасть на пол, и теперь до ужаса звенело в ушах. Только через несколько минут или часов, сенешаль смог разглядеть над собой всклокоченную и взволнованную Идиру. Псайкерша активно жестикулировала, явно кричала, но звон отступал медленно и все слова смазывались в сплошной белый шум. Он не слышал её, пока та не отвесила звонкую пощёчину, это на удивление помогло.       – Хорош разлёживаться, старик! Дело есть!       – Идира, оставь меня. Я снова не уберёг…       – Да Божечки-Император, всё хорошо.       – Хорошо?!       Абеляр посмотрел диким взглядом на предсказательницу, которая смогла предупредить их о бомбе на убийце, но не смогла предостеречь Её Светлость… Снова!       – Она мертва! Слышишь меня? Мертва!       – Слушай, старик, всё не так просто! Помнишь…       В этот момент заработал вокс у Соломона, ему докладывали об обысках во дворце, в числе прочего и покоях Лорд Капитана.       – Отряд что-то нашёл, идёмте, потом выясните отношения.       Надо ли говорить, что все в буквальном смысле стояли на ушах, а из динамиков доносились команды, о содействии арбитрам и блюстителям?! Абеляр заметил, что на здании, где сидел убийца, теперь виднеется черный след, паутина копоти и редкие вкрапления красного цвета. Возможно, бомба была вшита внутрь, потому тот так и относился к собственной смерти и не пытался бежать.       Кабинет встретил посетителей спокойствием и даже какой-то пасторальной тишиной. Не успел Абеляр подумать, что тут такого могли найти, как Соломон указал на стол. Посреди убранного рабочего места аккуратно лежал белоснежный конверт из дорогой бумаги, а в центре виднелась печать с оттиском герба семьи Чорда.