Волшебник под расколотой луной

В себя я вновь приходил с трудом. Всё тело ломит и плохо ощущается, словно задеревенело. Но это мелочь по сравнению с сильный звоном, что раздаётся в голове, словно железные миски бьют друг об друга прямо над ухом. Также почему-то не могу пошевелить руками и ногами, словно их что-то держит. С болезненным стоном открываю глаза, в которые словно песок насыпали, и первое что вижу, это своё отражение. От неожиданности дёргаюсь… и не двигаюсь с места. В панике опускаю глаза вниз и вижу, что я и вправду прикреплён толстыми узорчатыми ремнями за руки и ноги к стоящему вертикально металлическому столу или плите. Из одежды на мне только чёрные трусы, причём не мои. Всё в такой же панике возвращаю свой взгляд к отражению и понимаю, что это какое-то стекло передо мной. После поворота головы вправо и влево вижу тужу картину. Я в какой-то банке или огромной стеклянной трубе. Приглядевшись получше к отражению, я смог увидеть на другой стороне стекла стену с большим окном, за которым виднелись силуэты людей в белом, но хорошо рассмотреть я могу только двух, уже знакомый мне тип из коридора и какая-то низкая девушка с тёмными волосами, белой одеждой и с чем-то на голове, напоминающее кроличьи уши. Она крутилась вокруг этого типа как юла и наверно что-то спрашивала. В какой-то момент он просто кивнул и откуда-то сверху на меня упали какие-то большие водоросли, хорошо ещё, что не на голову, а просто вокруг, перекрывая мне по большей части обзор. Снизу послышалось бульканье. Опустив туда взгляд, увидел, как труба начинает наполняться какой-то зеленоватой водой, довольно быстро наполняться. Все мои попытки докричаться до помощи или вырваться из удерживающих меня ремней не привели ни к чему. К этому времени вода уже добралась мне до подбородка. Вдохнув побольше воздуха, я дал ей себя поглотить. Довольно быстро лёгкие начало жечь от недостатка кислорода. Уже смирившись, что я тут утону, открываю рот и позволяю воде проникнуть во внутрь. К моему удивлению я не задыхаюсь, а вполне нормально дышу. Не успел я обрадоваться этому факту, как наступала БОЛЬ. *** -Госпожа Лами, может перестанете мельтешить перед глазами, — внутренне вздохнув, спокойно произнёс Брэйн, обращаясь к кружащейся вокруг него невысокой девушке. Лами, это молодая девушка с маленьким телом, у которой темные волосы в стиле боб. Она имеет два подобных кролику уха, высовывающиеся из ее головы. На ней надето легкое пушистое пальто с крупными помпонами на тёмную рубашку с юбкой, а заканчивается ее наряд парой колготок и ботинками до колена. Вокруг своей шеи у неё обмотан галстук, на котором изображён рисунок «1/16». Именно так её может описать любой несведущий человек. Но Брэйн, достаточно умный и имеющий обширные связи с Тёмными человек, что знал другую личину этой крохи. Она является этериасом, демоном, что создал столетия назад Могущественнейший маг Зереф. И каждый такой демон, несмотря на часто безобидный внешний облик, является очень сильным и опасным существом, с которым не каждый S-ранг справится. Впрочем, это не мешает им иметь странности. -Ничего не могу с собой поделать, — певучи произнесла член гильдии Тартарос. -Твоё милое личико сводит меня с ума! Своди меня куда-нибудь! -«Извращенка», — обречённо возвёл глаза к потолку Брэйн, уже успев получить мигрень из-за приставаний этой демоницы. -«И почему госпожа Кьёка не пришла сама, а отправила к нам эту мелочь? Она только мешает, не смотря на её знания!», — и уже вслух. -Давайте уже начнём, у нас на сегодня целый план запланирован. А ваши кривляния только отвлекают. -Ох, такой милашка и такой серьёзный… мне нравится! — глупо улыбнулась девушка и в следующий момент её лицо стало серьёзным, словно кто-то переключил рубильник. -Начинайте, мне нужно проверить свои наработки на практике, — видя вместо глупышки, помешанной на красивой внешности, серьёзного учёного, все остальные в помещении вздохнули с облегчением, в том числе и Брэйн. Переведя свой взгляд на другую сторону окна комнаты управления, за которым в ряд стоит десять огромных стеклянных ёмкостей, внутри которых были зафиксированы дети и подростки, у каждого из которых на теле была красная отметка, он кивком дал команду о начале эксперимента. Сидящие за панелью управления учёные сразу же начали исполнять алгоритмы проведения эксперимента. По воле их рук в огромные стеклянные капсулы начал заливаться специальный проводящий раствор. Будучи близким по свойствам к крови, он обеспечивает питание тканей кислородом, не давая подопытному задохнуться и умереть раньше времени, и хорошо проводит магию. С верха герметичных капсул уже были спущены излучатели магии, разработанные Ламией. В отличии используемых ранее в подобных экспериментах, эти образцы должны гораздо меньший поражающий фактор излучения с большим КПД действия, что должно повысить выживаемость подопытных при напитке их тел магией… в теории. -Включаю излучатели МС на 20% — доложил один из людей за пультом управления. Не оборачиваясь на подчинённых, Брэйн и Лами смотрели, как некие подобия водорослей начали светиться синим цветом и как почти оплетённые ими люди начали дёргаться и пытаться вырваться. Глава Бюро Совершенствования Магии был уверен, не будь эти капсулы звуконепроницаемыми, то все в этой комнате услышали бы ужасные крики боли. Что ни говори, но принудительное пропускание через магические каналы, зачастую довольно узкие, большого объёма магии приносят много боли подопытным. -Жизненные показатели в норме. Идёт расширение каналов на 3%, — донёс другой учёный, смотрящий на экран с разными графиками. -Повысьте мощность на 10%, — приказал Брэйн. -Повысьте мощность до 60% и введите в раствор стимулятор Е-132, а также общеукрепляющие Р-12 и МА-3, — смотря на дёргающихся людей равнодушным взглядом, сразу отдала свой приказ Лами, сверившись с данными со взятого ею планшета. -Коллега может, все-таки, передумаете, наши прошлые опыты уже в 70% мощности заканчиваются смертью подопытных, а ваши наработки этот же показатель уже при 55% будет выдавать за счёт большего КПД. А для проекта «Одержимый» у нас слишком мало пригодного для работы материала, — вставил своё опасение Брейн, пытаясь разубедить своего «коллегу», чей приказ уже начали выполнять. — Вы не понимаете, мистер Брейн, наш Мастер крайне заинтересован во многих проектах, но этот интересует его особенно сильно, поскольку позволит добиться нашей цели. Даже отрицательный результат в виде смерти всех подопытных из-за несовершенства методов или их тел вполне его удовлетворит. Также я слышала от госпожи Кьёки, что Мастер Аид тоже очень заинтересован в этом проекте, — голосок у этого демона сейчас звучал очень пугающе, совсем не походил на человечный и крайне холодный. Казалось, что если Лами кто-нибудь из присутствующих хоть что-то скажет против её действий, то она начнёт убивать всех без разбору. — Я понимаю, но все-таки стандартная процедура облучения магией и влияния особыми артефактами с препаратами на реципиентов, которую мы используем для пробуждения древних, забытых на сегодня видов магии, несмотря на смертность уже опробована и имеет большие показатели успеха. Но то, что мы хотим сделать в проекте «Одержимый», это не просто посредственное влияние на суть одаренного, это даже более сложная процедура, чем глубокое вмешательство в эфирное тело мага. Подобное может повлечь самые невероятные и жуткие последствия в случаи неудачи, особенно учитывая материалы, которые мы используем. Я не боюсь, просто до нас этого никто из обычных магов не делал, слишком велика вероятность провала. Думаю Великий Зереф без труда смог бы всё это осуществить, но нам требуется слишком много для подготовки, что увеличивает вероятность неудачи. И в таких условиях я не думаю, что стоит переводить более-менее хороший материал, который мы с трудом находим среди остального мусора, — высказал свою точку зрения учёный, мало веря в то, что к нему прислушаются. Какое дело демону до мнения того, кого он воспринимает букашкой под своей ногой? — Дорогой Брейн, вы как будто и не ученый вовсе! Разве вы не должны радоваться новым, еще никем не проведенным экспериментам, что ведут к неизвестным результатам и открытиям? Разве это не скучно, раз за разом делать уже осточертевшие опыты с предсказуемым результатом, когда рядом, только руку протяни, такие многообещающие перспективы. Настоящие ценители науки и магии должны постоянно двигаться вперед, не считаясь с сопутствующими потерями. Остановка в этом ведёт к стагнации и упадку! — до этого безэмоциональный голос наполнился даже не радостью, а каким-то первородным фанатизмом и весельем. Хоть лицо Брэйна и осталось спокойным, но некоторые из находившихся в помещении учёных могли заметить по чуть поджатым губам и вздувшейся вене на лбу, что эти слова задели учёного. А вот мигом успокоившийся демон продолжила с прежним холодом в голосе. — К тому же вы не вправе влиять на ход эксперимента при моём присутствии, сейчас вы здесь в качестве моего консультанта и не можете указывать мне, что и как делать. -Внимание, резкое ухудшение жизненных показателей! У ПО-34/100, ПО-37/100 и ПО-38/100 показатели в красной зоне! — криком сообщил один из операторов. Хотя и так было прекрасно видно, как в 4,7 и 8 капсулах, где было два подростка и один ребёнок лет 12, у подопытных начали вздуваться и проступать сквозь кожу вены. При этом они дёргались даже сильнее, чем остальные. В какой-то момент все вены разом просто лопнули, скрывая подопытных в красном облаке, через который виднелись только их очертания. -Подопытные образцы ПО-34/100, ПО-37/100 и ПО-38/100, прекращение жизнедеятельности. Фиксирую разрыв всех энергетических каналов образцов и повреждение физического тела. Эфирное тело начало процесс распада, — последовал рапорт. -Остальные образцы? — не поворачивая головы, спросила Лами. -У ПО-31/100, ПО-33/100 и ПО-40/100 показатели на границе жёлтой и зелёной зоны, остальные в жёлтой зоне, ПО-39/100 находится на границе с красной зоной. -Вот как, — дёрнув ухом, произнесла Лами. Повернувшись лицом к людям, она показала им лицо счастливой девушки с широкой улыбкой. -Я проверила свои наработки, так что мне пора. Удачки в работе! — и направилась к двери. Но перед самым выходом она обернулась. -Возьмите анализы у ПО-31/100, ПО-33/100 и ПО-40/100, у них хорошая живучесть, это может пригодиться! — и вышла. -Какого показатели расширения энергетических каналов? — почесав переносицу, устало спросил Брэйн. -7,25% от изначальной толщины, — сразу же поступил ответ. -Приступить ко второй фазе? -Нет. Прекращайте опыт, — распорядился маг. -Нельзя попусту тратить эти образцы, их не так уж много. Окажите им медицинскую помощь, чтобы не загнулись к следующему опыту. И возьмите анализы у этой тройки, что назвала крольчиха, — послышалась пара смешков в помещении. -Чтобы отчёт был у меня через полчаса! -Сделаем! *** Я не знаю, сколько длилась эта мучительная пытка, не помню, что со мной творили эти люди. Помню, что изредка через пелену боли пробивались образы людей в белом и какой-то синий свет. Но лучше всего я запомнил рвущую, безудержную боль. Она давила все мои внутренности, раскаленными иглами вонзалась в каждую клеточку моего бедного тела. Моё тело словно пронзило что-то, впиваясь в плоть и это «что-то» просто пыталось разорвать меня на куски. Я могу ещё много подобных сравнений придумать, но ни одно из них не приблизило бы меня к описанию того, что я испытывал на самом деле. Совершенно не представляю, сколько это длилось, может пару минут, а возможно несколько часов, не знаю. Просто, в какой то момент эта пытка прекратилась, пелена боли рассеялась и перестала опутывать паутиной мой разум, яркая парализующая мука сменилась на тупую и ноющую. В один из моментов проблеска сознания я открыл глаза и увидел удивлённую физиономию того человека из коридора, которому что-то яростно объяснял человек в белом халате и большими очками на пол лица, при этом этот очкарик также яростно тыкал в меня пальцем. Попытавшись позвать на помощь хоть кого-то, я издал лишь слабый стон-хрип, чем привлёк к себе внимание. Заметив, что я очнулся, они пораженно расширил глаза и что-то сказали другому человеку в белом халате, что держал у моей руки шприц с чем-то зелёным. На этом временное прояснение закончилось, и я вновь ушел в беспамятство. Холод, пробирающий до костей жуткий холод, это первое, что я ощутил при своём следующем пробуждении. С трудом открыв глаза, веки как будто свинцом залили, я постарался подняться с голого каменного пола, по которому гуляет ветер. Не знаю, с какой попытки мне это удалось, но после этого я начал осматривать место, куда я попал. В глазах до сих пор всё плывёт и смазывается, а в теле ощущается ноющая боль, но по сравнению с прошлой, вполне терпимая. Так что рассмотреть обстановку моё состояние не сильно помешало. Крохотная каменная камера, два на два метра, из удобств только горка сухой травы, видимо кровать и дыра в углу, через которую мне не пролезть. А также маленькое окошко с решёткой почти под самым потолком. И последний элемент, грязная, но явно крепкая дверь, что закрывает собой выход отсюда. Внезапно появившаяся в груди боль заставила упасть на пол и свернуться калачиком. Волны боли ритмично, словно от ударов сердца, начали расходиться по всему телу. И тут пришла мысль «Мне конец». То, что я скорее всего умираю, не стало для меня чем-то удивительным или шокирующим, я чувствовал дыхание смерти, как его мне описывали Сэм с Кейлом, с самого моего момента попадания в эту уродливую башню. Моё сознание стало медленно, но верно уходить во тьму. Боли не было, она осталась где-то там, вместе с телом. Думать было тяжело, даже не хотелось, наоборот хотелось прекратить любое сопротивление этому приходящему чувству покоя и тишины, что начало окутывать меня, словно одеяло. Так спокойно и тихо, а тихий мелодичный голос так и шептал мне, сомкнуть глаза и устремиться туда, где нет боли и страданий, только покой. Что-то внутри меня умоляло не сопротивляться этому покою и принять всё как есть, уйти туда, откуда меня никто достать не сможет и где никто не сможет причинить мне боль. Но одновременно с этим я чувствовал, что нельзя поддаваться этому покою. Поддашься и назад дороги уже не будет, и меня самого также больше не будет. Какая-то тонкая нить не позволяла мне уйти, держа в этом мире страданий и боли. Я прям чувствую, как два этих желания начали борьбу где-то внутри меня, не давая определиться и сосредоточиться на чём-то одном. В какой-то момент я начал чувствовать ослабевание той держащей меня нити. Выдохнув, закрыл глаза и позволил себе полностью отдаться потоку, который должен унести меня прочь от сюда. *Вспышка* -Рубик, ты самый боеспособный из вашей группы, твоя задача будет заключаться в защите остальных, — говорит Шария, смотря на меня серьёзными глазами. В них так и видно невысказанное «Защити их любой ценой, даже жизни». -Понял. И в этот момент из дома выходят перепуганные дети, за которых я только что взял на себя ответственность. Ответственность за их благополучие и жизни. От появившейся картины я почувствовал злость, в первую очередь на самого себя. Неужели я настолько слаб, что позволю какой-то боли взять верх над собой, неужели обычной боли достаточно, чтобы я бросил тех, кого мне доверили и для предательства самого доверия ко мне? *Вспышка* Два моих знакомых, тип из коридора и низенькая девушка-кролик, стоят напротив лабораторного вертикального стола и с нездоровым любопытством смотрят на бьющееся в агонии маленькое тело, опутанное какими-то гигантскими водорослями. Но эта агония прошла быстро, выгнувшись дугой, объект их интереса перестал подавать признаков жизни. Тип из коридора разочарованно выдохнул сквозь сжатые зубы — Опять неудача, да что ж такое, в последние время материал все хуже и хуже! -Среди людей слишком много мусора и так мало достойных образцов, — также расстроенно вздохнула девушка кролик. После взмаха её руки «водоросли» начали тянуться куда-то вверх и исчезать Стоило водорослям исчезнуть, а двум людям слегка отойти в сторону, как от увиденного у меня в груди что-то лопнуло от чистейшей ярости к этим чудовищам и одновременной жалости к их жертве. Хрупкое маленькое тельце со следами ожогов на бледной коже, милое личико с хищным разрезом пустых глаз, сейчас застывшее в крике, и белоснежные волосы до плеч. В стороне на соседнем таком же столе висит полноватый мальчик с короткими рыжими волосами. На его серой простыне, что используются вместо одежды видны крупные капли крови, а с опущенной вниз головы, что не даёт увидеть лицо, стекает алый ручей крови. *Вспышка* Тощий, с короткими чёрными волосами и острыми чертами лица, в том числе и носом, мальчик с киркой в руках и со следами многочисленных побоев бросается на масочника-надсмотрщика с кнутом, пытаясь защитить ещё маленькую девочку, которую тащат в сторону уродливой башни. Но на помощь масочнику приходят другие, что начинают бить мальчика кнутами и ногами. И прекращают только тогда, когда он перестаёт двигаться и под ним начинает растекаться алая лужица. Понравилось, слабак? Нет. Именно это может случиться, если я сейчас сдамся. Моя жизнь после этого не выглядит тут такой уж бесполезной, пока я существую, эти чудовища и не подумают искать другой материал. Моя жизнь гарант жизни тех, кто может умереть после меня, но не умрет, пока я живу. Все еще хочешь умереть, тряпка? Пусть другие страдают, мне проще спрятаться в мнимом покое, да? Я благодаря общению с Сэмом, Кейлом, Шарией морально взрослее других детей и должен страдать, чтобы они не страдали. Их жизни и благополучие, доверенные мне, гораздо ценнее моих! Что? Своя шкура ценнее чужой? Да пошло это всё…! *Вспышка* -Тебя пугает то, что ты тогда сделал, — сказал как-то раз Кейл, зайдя ко мне в комнату после моей беседы с Сэмом, что пытался меня успокоить. Когда я повернулся в сторону гостя, мне стало страшно. На меня смотрели холодные глаза на ничего не выражающем лице, словно маска изо льда. -Но если бы ты тогда так не поступил, я бы потерял дочерей… как и многих своих друзей, — он до побеления костяшек сжал свои кулаки, а с ногтей потекла кровь. После чего посмотрел на меня очень серьёзным взглядом. -Ты должен понимать, что в мире есть те, кого нельзя назвать людьми при всём желании, даже если они похожи на нас. Таких надо сразу убивать максимально жестоко, что не появилось новых тварей в обличии людей. И те, кого ты тогда убил, как раз и относились к подобным. Так что тебе нет нужды себя изводить из-за них. Ты должен быть горд, что сделал этот мир немного чище, — он посмотрел на меня и я увидел, как уголки его рта немного приподнялись, создавая слабое подобие улыбки. -Так что знай, Я и Шария теперь тебе вечно должны за спасение наших девочек. Я уверен, они тоже тебе благодарны, — я не знал, что сказать на эти слова, поэтому только промолчал. Видя моё состояние Кейл направился к двери комнаты и остановившись около двери, сказал не оборачиваясь. -Считай не скольких ты убил. а сколько спас, будет проще, — и ушёл. … Биение сердца. Именно его я услышал первым, стоило пропасть чувству покоя. Тяжело дыша, пытаюсь унять бешено стучащее сердце. Лежа на холодном полу, я чувствую стыд. Мне стыдно, очень стыдно. Теперь я не имею права даже думать о сдаче, не сейчас, после всех видений и воспоминаний у меня не было ни малейшего желания умирать самому и оставлять на смерть других. Я не умру, слишком многое мне доверили и уже никто не сможет взять у меня обратно эту ношу. Я выживу! Я выживу! Я не позволю кому-либо еще, стать жертвой этих чудовищ в обличии людей. — Что слегка помучили и всё, сдался, поджал хвост? — раздался в комнате мой хриплый, надтреснутый от криков голос. — Моя хата с краю, своя шкура дороже чужой, да, неженка? Вставай, ничтожество! Позволишь умереть другим, а сам хочешь спрятаться? Тебе доверились, так оправдай это доверие! Можешь сдохнуть, но оправдай! Говорят разговоры с самим собой первый признак сумасшествия, ну и пусть, после всего, что здесь произошло, я имею полное право быть слегка безумным. Внезапно я почувствовал, что на мой полубезумный приказ самому себе ответило нечто зародившееся внутри меня. Вспышка энергии прошлась по моему телу, сметая боль и усталость и даруя мне силу и уверенность. Я поднялся на ноги в вихре жёлтого цвета, чувствуя себя как нечто большим, чем просто человеком и это чувство прекрасно. Но всё это длилось недолго, браслеты, совершенно мне незнакомые, до этого не замеченные мною и не доставлявшие мне проблем, сильно нагрелись, а на металле появились алые руны, чувство неудержимой силы сразу ушло, но осталась даруемая магией свежесть и надежда. Последнее, словно, символизировал показавшийся в окошке моей темницы кровавый диск луны. Надежда. Надежда мести и кровавой справедливости. *** -Вы ведь понимаете, что в это трудно поверить? — задал вопрос сидящий за столом в своём кабинете Брэйн, ознакомившись с результатами анализов тех трёх образцов. Но вопрос касается только результатов образца под номером ПО-40/100. -Однако это так, господин Брэйн! И это просто удивительно! — радостно произнёс ученый, ответственный за подготовку и отбор образцов. -К нам в руки попал потомок Убийцы Драконов четвёртого, нет, даже третьего поколения! — чуть ли не в экстазе прокричал учёный. -А магия в его крови, хоть он и не инициирован, ведёт себя гораздо активнее, чем в крови других образцов. К тому же он выжил после введения ему экспериментальной сыворотки, что должна в теории вызвать искусственную инициацию! Нам осталось только найти подходящий фактор воздействия, чтобы её запустить! -Надеюсь вы позаботились о безопасности? -Конечно, — кивнул учёный. -На образец уже помещены кандалы, что мы используем для взрослых действующих волшебников! Плюс дополнили их следящими за состоянием здоровья чарами и рунами для защиты этих чар. Недавно как раз получили сигнал, что был зафиксирован резкий всплеск активности источника, скорее всего сыворотка начала делать попытки запустить инициацию. Правда в это же время все его показатели сместились в красную зону, но сейчас всё в норме. Но, господин Брэйн, судя по анализам этот образец может обладать знаменитой живучестью драгонслееров и без инициации! -Как и их силой, — перебил коллегу Брэйн, что сейчас имеет крайне задумчивый вид. -О магии Убийц Драконов не слышали уже 250 лет, поэтому у нас слишком мало данных о ней. А некоторые источники вообще противоречат друг другу. Единственное их сходство, что таких магов не следует злить. -Я уверен, он не злится… — начал учёный. -Он нас ненавидит, — закончил за него Брэйн. -Лучше не сообщать об этом госпоже Лами. Можно просто сделать уклон в оказании медицинской помощи, чтобы именно образцу ПО-40/100 доставались лучшие лекарства, это позволит дольше его использовать. И надо сделать более точную настройку артефактов, чтобы они улавливали каждое изменение в этом образце. -А почему нельзя сообщать госпоже? — не понял учёный, внутренне соглашаясь с необходимостью дополнительных настроек. -Я уверен, что у них появятся свои планы, как только им станет известно о наличии у нас потенциального Убийцы Драконов. -Понял, — кивнул учёный. -Разрешите идти? -Разрешаю, — кивнул Брейн. Но стоило учёному дойти до двери, как его окрикнули. -Ролд. -Что, госпо. Кхм, — вместо окончания предложения изо рта учёного вылетел фонтанчик крови. Обескураженный учёный молча опустил взгляд вниз, где вместо груди у него была дыра, от которой по халату начал расходиться красный цвет. Подняв непонимающий взгляд вверх, он увидел лишь спокойного Брэйна. -Не стоило тебе думать, что Тартарос вознаградит тебя за подобную информацию. Или ты это решил сделать для того, чтобы занять моё место? — увы, на этот вопрос магу не ответили. На полу его кабинета около двери валяется уже мертвое тело, под которым начала растекаться лужа крови. -Хм, стоило делать Тёмную Прихоть слабее, — пробормотал глава Бюро Совершенствования Магии, смотря на покрытую трещинами дверь кабинета. -Площадь Самоуничтожения! — на трупе появилась сложная магическая конструкция, похожая на смесь множества больших рун. В следующий миг мёртвое тело разорвало на куски, но не успели куски плоти и капли крови даже упасть, как их начало засасывать в одну точку, где они и пропадали без следа. Даже кровь с пола была уничтожена. И единственное доказательство того, что тут что-то произошло, это потрескавшаяся дверь кабинета.