Бэд трип Йорвета в паутине Ллос

В один из моментов, когда Матрона, наигравшись, оставила Йорвета распластанным на холодном обсидиановом полу, сознание эльфа поплыло. Граница между реальностью Подземья и ментальным маревом истончилась до предела. Он почувствовал едкий запах табака «самосада» и тяжелый взгляд, от которого не спрятаться даже за закрытыми веками. — Ну и паскудство, — раздался хриплый, до боли знакомый голос Роше прямо у него в черепе. — Я думал, тебя либо вздернут, либо ты в бою сдохнешь как солдат. А ты тут... в шелках и в слюнях этой черной суки. Тьфу, Йорвет. Смотреть тошно. Йорвет сжал пальцы так, что когти впились в ладони. Его ответ был слабым, прерывистым мысленным шепотом, пропитанным ядом и отчаянием: — Убирайся... Роше. Из моей головы... Проваливай в свои Вызимские канавы. — Рад бы, да не выходит! — огрызнулся Вернон. — Каждую ночь смотрю это кино. Ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны? Ты ж легенда был, мать твою. Ужас лесов. А теперь — коврик прикроватный. Она из тебя жилы тянет, а ты ей... — Роше запнулся, и в его голосе проскользнуло нечто, похожее на глухую, злую жалость, которая для Йорвета была хуже каленого железа. — Ты ж ломаешься, эльф. Прямо у меня на глазах. — Я... плачу... за жизни своих, — выдохнул Йорвет, чувствуя, как по щеке ползет слеза стыда. — Тебе, цепному псу... не понять. — Чего мне не понять? — Роше буквально выплюнул эти слова. — Что ты себя в жертву приносишь? Видел я твоего брата, за в яме сидит, зенки пучит. Только ты учти, одноглазый: когда она тебя до конца выпьет и выбросит — а она выбросит, я таких баб за версту чую, — твой отряд пойдет на корм их паукам. Ты им живой нужен. Злой. А не эта тряпка, в которую ты превращаешься. Йорвет почувствовал, как невидимая рука Роше (или это было лишь воображение?) грубо, по-солдатски схватила его за загривок в этом ментальном пространстве. — Слышишь меня? Не смей дохнуть в этой дыре. И не смей привыкать к ошейнику. Если я еще раз увижу, как ты ей пятки лижешь без ножа за пазухой — сам приду в твой сон и придушу, чтоб не позорился. Сон начал распадаться. Роше уходил, оставляя после себя привкус дешевого спирта и яростное желание Йорвета... не сдаваться.