«Лучшие подружки до гроба.»

Всё началось с бассейна. У Кристины был дом в пригороде Бостона — белая колониальная архитектура, георгианские окна, лужайка, которую стригли три раза в неделю, и бассейн с подогревом. Альбина жила там же, в гостевом крыле, но считала дом общим, потому что «я плачу за интернет и за уборщицу, Кристина, не будь свиньёй». Июльским вечером они сидели у бассейна. Кристина пила розовое шампанское (Crochet, vintage), Альбина — свой любимый «Гленфиддих» с двумя кубиками льда. На столике лежал айпад с открытым завещанием — они иногда перечитывали его, как мантру. — Знаешь, — сказала Кристина, глядя на воду, — а ведь утопление — это очень мирная смерть. Говорят, сначала паника, а потом эйфория. Как будто возвращаешься в утробу. Альбина хмыкнула, не поднимая головы от телефона: — Ты читала это в «Википедии»? Утопление — это ужасно. Вода разрывает лёгкие. Но если ты хочешь проверить на себе — я могу подержать тебя под водой. Бесплатно. Кристина улыбнулась. У неё была улыбка, которая делала её похожей на куклу — слишком идеальную, слишком белозубую. Именно такая улыбка обычно появляется перед тем, как кто-то кого-то убивает. Они ещё выпили. Кристина — два бокала, Альбина — три виски. Альбина вообще пила больше — от скуки, от бессонницы, от того, что не могла смириться с тем, что Кристина всё ещё богаче. — Я в джакузи, — сказала Альбина, стягивая шёлковый халат. — Если я утону в трёх метрах воды, считай, что ты профи. Она залезла в джакузи, включила массажные форсунки и закрыла глаза. Через пять минут её дыхание выровнялось — она задремала. Алкоголь сделал своё дело. Кристина смотрела на неё три минуты. Ровно сто восемьдесят секунд. Потом она встала, подошла к пульту управления бассейном и нажала кнопку «Слив». Джакузи был соединён с основным бассейном сложной системой труб. Если открыть главный слив, вода уходит быстро — но не мгновенно. Альбина проснётся через минуту-две. Этого достаточно, чтобы она запаниковала, но недостаточно, чтобы выбраться, если её держать. Кристина не собиралась её держать. Она просто хотела посмотреть. Вода начала убывать. Альбина дёрнулась во сне, когда её плечо коснулось холодного воздуха. Открыла глаза. Поняла, что сидит в полупустой джакузи, а уровень воды падает на глазах. — Кристина? — её голос был спокойным, но настороженным. — Ты что, слив открыла? Кристина стояла в трёх метрах, сложив руки на груди: — Ой, правда? Какая случайность. Альбина медленно вылезла из джакузи, вся мокрая, в одном купальнике. Вода стекала с её волос. Она не выглядела напуганной. Она выглядела злой. — Ты идиотка, — сказала она, проходя мимо Кристины. — В следующий раз, когда захочешь меня убить, не делай это так тупо. Утопление оставляет улики. Камеры, понимаешь? На доме есть камеры. Кристина побледнела. Она забыла про камеры. Альбина ушла в дом, хлопнув дверью. А через час вернулась с бутылкой вина и сказала: — Ладно, я смонтировала запись. Теперь там только мы, сидим и пьём. А слив открылся сам — трубы старые. Они выпили ещё. Кристина была благодарна. Альбина — расчётлива. Потому что теперь у неё было что-то на Кристину. И она собиралась использовать это.