Скрещенные пути

Пламя костра мерцало рыжими всполохами, но не могло разогнать тусклый полумрак ночной пещеры. Тени жались к стенам, словно испугавшись света. Куай Лян и Фрост развели костер, чтобы заварить успокаивающий отвар. Маг воды разлил по глиняным чашкам чай, отнес Ханзо и Скарлет после того, как отвар отстоял нужное время. Южанка выглядела измотанной, темные круги виднелись под покрасневшими глазами. Она молчала, опустив голову. Но когда Куай Лян подошел, она приняла чашку и взглянула на него странно, едва ли не с сожалением. — Знаешь, — сказала она, — покорение крови — тайное древнее искусство Южного племени Воды. Мы не показываем его чужакам. И только избранные в племени могут научиться ему. Многие маги воды не знают вообще, что кровь можно покорять, они никогда не задумывались об этом. Однако мой учитель Рейко посчитал меня достойной. И я… — она сделала глоток, чашка в ее руках дрожала. — Я училась. Мне надо было выйти из его власти, потому что всякий раз в полнолуние он покорял мою кровь, пока я не сбросила его оковы. Пока не смогла покорить его кровь. Он был в восторге. Называл меня своей лучшей ученицей. Я была влюблена в него. Мне казалось, мы любим друг друга. Но как он сказал мне, любви не существует. Есть лишь страсть, влечение. Я была не единственной, с кем у него были отношения. Я приняла его правоту, его точку зрения. Ведь и я могла делать все, что захочу, его не волновали мои связи с другими. И хотя я считала его близким человеком, тем, кто сделал меня такой, какая я есть, кто научил меня быть сильной, он… никогда не вел себя так, как ты. Не проявлял заботу. Мои мышцы болели долгими днями и проходили незадолго до полнолуния, чтобы потом начать болеть сначала. А ты… проверил мое состояние, хотя был в ярости… он никогда не проверял… всегда уходил, оставляя меня лежать… ты приготовил чай… Почему?.. — Я целитель, — Куай Лян пожал плечами. — Это то, что я должен делать. Он развернулся и ушел. Ему больше нечего было сказать ей. Он все еще с трудом сдерживал ярость. Поскольку чувство тошноты от того, насколько легко ему оказалось погрузиться в наслаждение контролем, пытками, накатывало неоднократно. Но ему необходимо было оставаться в сфокусированном состоянии. Не допускать ошибок. Фрост, несмотря на помощь с приготовлением отвара, упорно избегала его взгляда. Когда он, остановившись, чтобы отпустить Скарлет, увидел ее лицо, оно было белее снега: голубые глаза широко распахнуты, в них отражались шок и страх, словно она больше не узнавала его, не понимала, кто перед ней стоит. Это ощущалось… болезненно. Он подошел к Ханзо, наблюдая за его состоянием. Пальцы мага огня дрожали. Он выпил чай, и Куай Лян мягко забрал у него кружку, положил на землю. — Куай Лян... — Ханзо смотрел умоляюще. Его рука коснулась локтя мага воды, слабо потянула к себе. И он не смог не ответить на эту немую мольбу. Обнял, прижимая к себе, пытаясь передать прикосновениями: я рядом, я всегда защищу. Ему было больно видеть мага огня в таком состоянии. Для него контроль над телом, длительные муки стали шоком. Дрожь мага огня стала ослабевать, понемногу он расслаблялся в его объятиях. Куай Лян поглаживал его по спине круговыми движениями, пытаясь вытеснить воспоминания о боли, о пытках. Ты в безопасности. Ты со мной. Скарлет робко подошла к ним. Глаза ее оставались печальны. — Я хотела попросить прощения у тебя, — начала она. Куай Лян напрягся. — Я… не должна была так поступать. Он вздохнул глубоко, стараясь успокоить рвущийся наружу гнев. Нельзя. Иначе он опять потеряет контроль. — Ты не у меня должна просить прощения, — тон его был ровным, несмотря на внутренний хаос. Потому что я никогда не прощу. — Да, ты прав, — тихо сказала она. — Ханзо… прости меня. Я перенесла на тебя всю ненависть к нации Огня, хотя близких людей меня лишили другие маги огня. Жажда мести сделала меня слепой. — Ты была не так уж неправа в своих обвинениях, — голос Ханзо казался едва слышным. — Я совершил много того, чем не горжусь вовсе. Но тогда я считал, что это необходимые жертвы ради величия моей страны. — Я… понимаю. Война… меняет нас всех, — она взглянула на них задумчиво. — Я… осознаю, что полностью разрушила доверие ко мне как к члену группы. И все же я бы не хотела разделяться на финальном этапе. Мы можем вместе добраться до цели. Я обещаю, я сделаю все, что смогу в решающем бою. Я буду полезна. Куай Лян нахмурился. Он не задумывался о том, выгонять Скарлет из группы или нет. Не было времени. Но правда заключалась в том, что она все еще оставалась им нужна, вне зависимости от того, как он к ней относился. Его план штурма включал ее способности, ее участие. Скарлет являлась сильной воительницей. — У нас все еще общие цели, — ответил он мрачно. — Ничего не изменилось. Но после того, как все закончится, наши пути навсегда разойдутся. И лучше для тебя самой, чтобы мы больше нигде не пересекались. Если, конечно, твоя жизнь все еще дорога тебе, — тон его сочился холодом, нес в себе угрозу. Она кивнула. — Хорошо. О большем я не прошу. Она отошла от них, но остановилась на полпути к своему месту. Посмотрела внимательно на их переплетенные руки, объятия, словно они не могли отпустить друг друга, словно пытались врасти друг в друга. — Наверное, любовь все-таки существует, — она не улыбалась насмешливо, глаза ее оставались предельно серьезны. Странная грусть и даже что-то, напоминающее капельку зависти, отразились в них. — Хорошо было об этом узнать. Она больше ничего не сказала, отвернулась, не дожидаясь ответа, ушла. Куай Лян крепче прижал к себе Ханзо. Необходимо было отдохнуть. Маг огня не хотел отпускать его, поэтому Куай Лян просто растелил спальные места рядом. Если Ханзо будет нуждаться в нем, если ему будут сниться кошмары, он сможет его утешить. Но даже когда они все легли, и в пещере воцарилась тишина, лишь тлели угольки в почти потухшем костре, Ханзо потянул его к себе, уткнулся лицом в его грудь. И Куай Лян сомкнул руки у него за спиной, закрывая глаза. Ему тоже было это нужно. Очень нужно. До дрожи. Чтобы прикосновения могли защитить от кошмаров, от того, как легко ему было перейти черту, отделяющую его от монстра. В объятиях Ханзо было тепло, почти безмятежно. Его любимый был рядом. И Куай Лян знал, что теперь не отпустит его, если только сам маг огня не решит, что ему лучше уйти. Он сонно коснулся губами его волос, сознание погружалось в мягкую нежную тьму. Пока они рядом, все будет хорошо. Даже если весь мир будет рушиться.