Нам нельзя уйти

Экскурсионная тележка дернулась и остановилась. — Это отстой. Аня плюхнулась в пластиковое сиденье, скрестила руки и всем телом показала скуку, как будто за это доплачивали отдельно. — Ты обещала Голливуд, — протянула она слово так, будто оно лично ее предало. — А тут просто… грустные… здания. — Ты сама выбрала эту работу, — напомнила я. — Да, но я думала, это будет весёлый Голливуд. Голливуд звёзд и гламура! — Она неопределённо махнула рукой в сторону павильонов. — А не вот это вот. Я улыбнулась, несмотря на себя. Аня всегда была такой — яркая, как вспышка, с аллергией к тишине. Она тыкала пальцем во всё подряд: фальшивые перекрёстки, склад реквизитов, нарисованный горизонт, людей в костюмах, которые никак не сочетались друг с другом. Только здесь можно увидеть призрака, римлянина и космодесантника на одном тротуаре. У меня не было на это времени. На нашей работе одна секунда решает жив ты или мертв. Я не смотрела на декорации. Я считала выходы и камеры. — Эй, — сказал мужчина напротив, наклоняясь вперёд с очевидным энтузиазмом. — Ты знала, что здесь снимали Калейдоскоп ужасов? Я подняла взгляд. Невысокий, широкоплечий. Зелёная футболка слишком уверенно обтягивала человека, который явно в форме. Песочно-русые волосы, острый подбородок и лёгкая уверенность скорее выученная, чем естественная. Вся его поза говорила, как он наслаждается моментом… или очень старается выглядеть так. За ним сидел второй. Смотрел прямо перед собой, будто думал о чём-то тяжёлом. Выше. Намного выше. Длинные руки, тёмные волосы. Он пытался сложить себя в тележку так, будто её проектировали для людей значительно меньших размеров. И он не был похож на своего друга. В нём было спокойствие чего-то старого и крепкого, как дерево, пережившее бури просто потому, что стояло и не двигалось. Экскурсовод продолжал монотонно бубнить: — …а если нам повезёт, мы даже можем увидеть одну из звёзд шоу… Парень в зелёной футболке поймал мой взгляд и улыбнулся так, будто, между нами, уже было негласное согласие на знакомство. Вот только до глаз она не доходила. Он мне подмигнул. Но прежде, чем он успел сказать что-то ещё, высокий ткнул его локтем: — Пошли. — Уф. Ну хотя бы экскурсию досмотрим, — простонал зелёный, слезая с тележки с таким видом, будто его заставляют выносить мусор при смертельной усталости. Обычные туристы, сказала я себе. Тут их полно. Хотя эти двое не выглядели как типичные посетители. Но какая разница, вряд ли я увижу их снова в ближайшее время. Мы ушли почти сразу за ними. — А нам то зачем уходить? — прошептала Аня, пока мы выскользнули из тележки и растворились в толпе. — Разве не надо оставаться с группой? — Сейчас все заняты экскурсией. А когда людей много, проще затеряться и проскользнуть внутрь, — я посмотрела на неё. — И разве не ты, буквально только что жаловалась как тебе скучно? — Ты такая зануда. Мы вообще-то в Голливуде, Мэри! — Аня всплеснула руками. — Мы не можем хотя бы немного насладиться? Это не всегда должно быть только про работу, знаешь ли! — После работы можешь делать что хочешь, хорошо? — Дааа! — она мгновенно вспыхнула счастьем. Она умела так. Включать свет в людях, как будто щёлкала выключателем, которого у меня не было. Я не думала о том, какой была бы жизнь без неё. Никогда не позволяла себе. — Нам нужна Девятая сцена, — сказала Аня и уже пошла вперед. Мы проскочили мимо трейлеров съёмочной команды и грузовиков с реквизитом, углубляясь в лабиринт за красивой иллюзией. Чем дальше, тем сильнее слезала полировка. Кабели змейками тянулись по асфальту. Где-то сверху гудели мачты света. Мужики в жилетках орали таймкоды и команды. Мимо нас прошёл человек в дешёвом космическом костюме, держа шлем под мышкой. — Так, — Аня сказала, кладя руки в карманы. — Этот чувак из команды реально умер на площадке? — Ага. Фрэнк Джаффи. — И все просто… приняли это? — в её голосе была злость, почти обида. — Это же студия, — ответила я без энтузиазма. — Они заминают. Потом интернет делает то, что умеет лучше всего, а это слухи про проклятую площадку и конспирологические треды. Всё, что угодно, лишь бы люди не задавали неправильные вопросы. — Думаешь, это наш случай? — Свидетельница сказала, что видела исчезающую фигуру. Стоит проверить. И ещё… — я сделала паузу. — У меня предчувствие. — Ты и твои предчувствия, — Она рассмеялась. — Может, ты вообще более экстрасенс, чем я! — Ха-ха. Очень смешно. Мы прошли внутрь. Девятая сцена была хаосом. Свет бил так ярко, что резало глаза. Команда группировалась вокруг декораций, как мотыльки. Мужики в дорогих костюмах стояли, отдельно раздавая свои никому не нужные мнения и смеясь с умным видом. — Нет, Вы не подумайте. Всем на студии очень нравятся дейлисы. Мне тоже, —говорил один, засунув руки в карманы так удобно, будто родился в этом жесте. — Просто думаю, нельзя ли… ну, знаете… сделать чуть-чуть ярче. Пухлый член команды, которому он это говорил, выглядел так, будто мысленно репетировал убийство. Он смотрел на него с мёртвым терпением человека, которого держит на этом свете только зарплата. Другой, повыше, просто моргнул, приоткрыв рот как рыба, которую вытащили из воды и попросили решить задачку по математике. — Ярче? — Да, Джей. Больше цвета! — продолжил мистер костюм, кивая так, будто только что спас кино. — Макс, ну ты понимаешь! Ты же мастер! Но Макс не понимал. Джей просто смотрел прямо перед собой. Лицо плоское как стена, выученное горьким опытом, что реагировать значит поощрять. В этом взгляде буквально читалось «за что мне это всё.» — Брэд, — осторожно продолжил высокий молодой парень, — это вообще-то хоррор… — А кто сказал, что хоррор обязан быть тёмным? — Брэд тут же перебил, оживившись от собственного голоса. Двое работников переглянулись. Но он продолжил — Это… это просто… депрессивно. Вам не кажется? Я поймала взгляд Ани и кивнула. — Разделяемся. Встречаемся на обеде? Она отдала честь и исчезла в толпе, подпрыгивая, как мячик. Я не удержалась от улыбки, глядя ей вслед. Она двигалась в таких местах так, будто они принадлежали ей. Я повернулась к трейлерам с костюмами, чтобы достать жилет и бейдж, и снова увидела их. Тех двоих с экскурсии. Мистер «дорогой костюм» заметил их тоже. Конечно заметил. Видимо у него была сверхспособность мгновенно определять ближайших людей, которых можно неудобно нагрузить. — Э-э, ты, э-э… парень в зелёной футболке! — громко сказал он, уже тыкая пальцем. Невысокий моргнул. — Я? — Да, ты. Иди сюда. Он подошёл, оглянулся на своего высокого друга. Тот остался стоять, наблюдая так, будто уже знал, чем всё закончится. — Принеси мне смузи, ну, оттуда. — Эм… Вы хотите… что? Откуда? — неловко пробормотал зелёный. Брэд фыркнул так, будто его лично оскорбили. — Ты АП? Это твоя работа. Тебе платят за одну вещь и даже это для тебя сложно, Господи… Но, прежде чем он успел разогнаться и перейти на полноценное унижение, высокий в белой рубашке шагнул вперёд, очень гладко. — Ага! Да, один смузи сейчас будет! — Он хлопнул зелёного по плечу и увёл его. Брэд посмотрел им вслед, снова фыркнул, явно недовольный тем, что никто не расплакался. Мда. Треш. И тут у меня в голове осела странная мысль. Если они ассистенты продакшена… Почему они были на экскурсионной тележке? Я мысленно отметила их на случай, если они окажутся проблемой или если придётся спросить у них что-то позже. Переодевшись, я начала работу. Аня уже прочёсывала площадку с EMF-метром, одинаково доверяя ему и интуиции. Она легко двигалась в хаосе, улыбалась членам команды, задавала вопросы, ответы на которые ей не были нужны. Главная актриса нашла труп первой. Значит, я начинаю с неё. Найти её было несложно. Я услышала её раньше, чем увидела. Она тихо репетировала за одной из декорационных стен, проговаривая реплики себе под нос. Когда я подошла ближе, она не заметила меня, пока не обернулась на середине фразы и не вздрогнула, ахнув, отскакивая назад. — Ой, простите, — сказала я сразу, понизив голос. Тепло. Спокойно. — Не хотела Вас напугать. Она прижала руку к груди и выдохнула. — Меня зовут Алиса, — добавила я, показывая на бейдж на жилете. — Поддержка производства. Меня добавили недавно… ну, Вы понимаете. После инцидента. Она открыла рот, будто хотела что-то сказать. Потом опустила глаза в пол. — Арх, со мной всё нормально. Я всем сказала, что нормально, — быстро сказала она, потирая глаза. Конечно рассказала. — Простите, — я сделала шаг назад. — Я уверена, Вы не хотите об этом говорить. Просто хотела представиться, раз Вы будете меня здесь видеть не раз. Я развернулась, чтобы уйти. Её рука сомкнулась на моём запястье, не сильно, просто достаточно, чтобы остановить. — Нет! — вырвалось у неё. В глазах читалось отчаяние. Когда она поняла, что сделала, тут же отпустила и смутилась. — Простите. Простите… Просто… никто особо не поднимает эту тему. Я кивнула. — Люди думают, что молчание это доброта. Она посмотрела на меня. По-настоящему посмотрела, как будто взвешивала, можно ли мне доверять. — Я вас слышу, — сказала я и мягко взяла её руки, удерживая между ладонями. — Я понимаю, они же не хотят Вам делать больно. Но Вы тоже человек и если хотите поговорить, я здесь. — Правда? — она посмотрела на меня с надеждой. — Да, — я улыбнулась. — Что произошло? — Это было ужасно… кровь из глаз… — она вздрогнула. — И изо рта… и… там была какая-то фигура… — Фигура? Какая фигура? — спросила я слишком быстро. Она нахмурилась. — Я не знаю… я просто знаю, что там было… что-то… Она посмотрела мимо меня на площадку, на людей, которые двигались так, будто ничего не случилось. Страх сидел у неё в глазах не столько за себя, сколько за остальных. Я понимаю её чувство. — Вы хорошо знали Фрэнка? — спросила я. — Ох… нет. Не особо. — А кто знал? Она моргнула, не понимая. Я остановила себя. Аня всегда говорила, что у меня все разговоры начинают превращаться в допрос. Так нормальные люди разговоры не ведут. — Я просто… хочу убедиться, что все в порядке, — пояснила я. — Этот инцидент оставил след на всех. Она облегчённо кивнула. — Да. Я… могу показать фотографию. Я снимала с ним. — Вы… фотографировали его? — Ха, да. Я фоткаю почти всех. В основном команду. Тут всё держится на них и мне нравится сохранять их вклад. Хоть и в такой незначительной форме. — Это очень…мило с Вашей стороны. — Нет, не мило… — она покачала головой, горько взглянув на меня, будто я знала ответ, который она так яростно ищет — Я не уверена, что делаю для них хотя бы половину того, что делаете Вы. Мало кто вообще заботится о других, даже если и должен по работе. Вы очень добрая. Я улыбнулась и мягко сжала её ладони, затем отпустила. Добрая, ага. Она вытащила потрёпанный фотоальбом и пролистала до полароида с пожилым мужчиной в синей кепке, который улыбался так, будто не знал, что он временный. — Вот, это Фрэнк. — Можно я сфотографирую? — спросила я. — Да, конечно. И… Вам, наверное, стоит поговорить с Джерри. Он здесь дольше всех. Она указала на мужчину постарше, сидевшего отдельно рядом с реквизитом, плечи которого были опущены от усталости. Я быстро сфоткала листок и пошла в сторону Джерри. Пока шла, я не могла перестать думать о том, как сильно она заботилась о простых людях, которые, по сути, не должны её никак волновать. О памяти людей, чьих имён никогда не будет в титрах. Важным шишкам было всё равно на неё. В ней они видели лишь объект и всё, что их интересовало это сколько денег она принесёт. А те, у кого не было власти, держались на такой доброте. Но, наверное, у неё есть фанаты. Это хоть какие-то люди, которым она была интересна как личность. Но это тоже спорно. А кому важно то, что делаю я? Я помогаю. Спасаю жизни. Но я никогда не оставалась достаточно долго, чтобы увидеть, что бывает после. Не задерживалась, чтобы услышать «спасибо» или злость, или хоть что-то. Может, в этом и смысл. Я увидела Аню через всю сцену: она легко разговаривала с высоким парнем из тех двоих. Она улыбнулась мне, когда поймала мой взгляд как будто это не просто очередная «работа». Аня любила то, что делала, чем бы это ни было. Она всегда была «на своём месте». А я? Мне нравится это? Не знаю…Просто делаю и всё… Я отвела взгляд прежде, чем какая-либо мысль успела закрепиться. Джерри сидел там, куда указала актриса. Один. Смотрел на площадку так, будто уже видел это всё слишком много раз. Я села рядом без церемоний. Он даже не взглянул на меня, просто смотрел вперёд, на остальных работников. Повисла тишина. И тут я заметила, как он посмотрел куда-то и тяжело, раздражённо вздохнул. Я проследила его взгляд и увидела Брэда, который уже приставал к какой-то бедной ассистентке с просьбами изменить сюжет. Вот оно. — Ненавижу, когда самоуверенные режиссёры приезжают и думают, что всё поняли, — сказала я спокойно. Джерри хмыкнул. — Да уж. Хотеть сделать хоррор «тёплым»… он вообще что курит. Я покачала головой. — Я не против идеи. Это привлекло его внимание. — Сияние сработало, потому что Кубрик понимал контраст, — сказала я, наблюдая за площадкой, а не за ним. — Тепло это не уют. Это вторжение. Яркие чистые пространства создают ощущение, что спрятаться негде. Но это работает только если история это держит. Джерри прикрыл глаза и чуть улыбнулся. — То есть ты предлагаешь всё переделать? — Нет, — сказала я. — Я говорю, что он не понял, почему это работало. Нельзя просто повесить тёплый свет на хоррор и назвать это глубиной. Он тихо рассмеялся. — Ты шаришь, детка. — Я слышала, что Вы тоже, — я плавно сменила тему. — Давно Вы здесь? — Всю жизнь, — он поёрзал. — После отца…Восемьдесят лет на нас двоих. — А, правда то, что тут случилось? Я про смерть….тут такое часто? — Да не бойся. На площадках люди умирают постоянно… ну, не постоянно, но бывает. — Такие вещи меняют место, — сказала я осторожно. Он кивнул. — Или людей, которые остаются. — В смысле? — Два несчастных случая и два самоубийства. Самоубийства я видел лично. — Ужас… — горло сжалось. — Мне жаль… — Да не надо. Эта работа… иногда тяжёлая, — он посмотрел куда-то вдаль, задумчиво. — Бедная Элайз… не выдержала… повесилась на балках Девятой сцены… Я уже хотела что-то сказать, но тут снова увидела его. Того АП со смузи. Он был у стойки с оборудованием, держа поднос на одном бедре. Глаза бегали вверх-вниз по коридору, будто он проверял, не смотрит ли кто. Он поставил поднос, задержался слишком долго, потом поднял обратно как будто не мог решить, куда его деть. Он выглядел потерянным. Наконец он отставил поднос в сторону и достал что-то из кармана. Телефон? Отсюда было не разглядеть. Я поднялась. — Мне нужно идти, — быстро сказала я. — Спасибо. Джерри махнул рукой по типу «иди». Я пошла в его сторону. И тут прозвенел звонок, людей начали подгонять и торопить. Съёмка вот-вот начнётся. — Шестой дубль. Метка. Хлопушка щёлкнула. — Начнём с «Ну же, будет весело». И… мотор! Я обернулась обратно. Его уже не было. Неприятное чувство опустилось вниз живота. Я пошла туда, куда видела его в последний раз. Шум площадки начал затихать, когда я отошла. Его сменили гул техники и далёкие голоса. Он хочет посмотреть съёмку? Я заметила его на середине узкой металлической лестницы. Он присел у перил и тянулся куда-то рукой. Он пытается трогать оборудование? — Эй! Он почти уронил то, что держал, и резко выпрямился, повернувшись ко мне. — Тебе сюда нельзя! — повторила я уже громче. Он выпрямился ещё сильнее, пытаясь и проваливаясь выглядеть как ни в чём не бывало. Слегка опустил голову, посмотрел на меня, потом на мой бейдж. — Эм… я просто… эм… — он запнулся, потирая затылок. Смущённый, но в этом присутствовала какая-то беспечность. — Я просто… проверял… Я успела заметить движение его руки, он быстро спрятал предмет в задний карман. — Проверял что? — спросила я. — Это не туристическая зона. Он открыл рот. Закрыл. Мне хватило. — Не утруждайся оправданиями, — сказала я, шагнув ближе. — Три секунды, чтобы убраться с моей сцены. Или я тебя сдаю. Тон был жёстким. Власть работает лучше, когда не кричишь. Он быстро закивал. — Сорри. Да. Мой косяк. Он проскользнул мимо, бормоча извинения, и исчез прежде, чем я успела решить хоть что-то. Я смотрела ему вслед. Либо он именно то, чем выглядит, а это очередной идиот с лишней уверенностью. Либо он та проблема, которую я пришла сюда уничтожать. Надо будет что-то с ними потом сделать. И в любом случае я решила сказать об этом Ане. На обеде напряжение выветрилось, стало тупым и вязким. Площадка расслабилась в контролируемый бардак. Люди брали еду, расходились, разговоры наслаивались друг на друга без срочности. Я снова увидела того АП у столов с едой, теперь рядом со своим высоким другом. Никак не смогла разобрать о чём конкретном они говорили, но было что-то про то, как «быть ассистентом полный отстой!» и «я что какой-то раб?». Я ошибалась? Зелёный запихивал в себя бургер за бургером, будто не ел неделю. Я нахмурилась. Это было бы смешно, если бы он не раздражал меня на протяжении всего дня. И почему он меня так бесит? Они оба выглядели неуместно. — Йоууу! — Аня появилась рядом, напугав меня. — Нашла что-нибудь? — спросила я, всё ещё глядя на них. — Неа, EMF молчит. Зато персонал норм. Правда один из режиссёров полный отстой. — Да уж, — пробормотала я. — Я бы сама его грохнула. — Я успела спросить про мертвого чувака. Фрэнк Джаффи. Какой-то ноунейм. Никто не знает, кто он, где жил, — Аня сказала грустно. — А ты? — Я поговорила с опытным работником. По истории сцены: четыре смерти за восемьдесят лет. Два самоубийства и два несчастных случая. Аня нахмурилась. — Думаешь, это мстительный дух? — Кто значет. Там была девушка, Элайз. Повесилась на Девятой сцене. У нас всё равно было слишком мало информации, чтобы делать какие-то выводы. — И ещё… эти двое выглядят подозрительно, тебе так не кажется? — сказала я, кивнув в сторону друзей. — Они? — Она проследила мой взгляд. — Я познакомилась с высоким. Его зовут Сэм. Нормальный. Он спрашивал про историю сцены и всё такое. — Зачем новому АП спрашивать такое? Она пожала плечами. — Может, он просто любит историю, чего пристала к человеку? — Ну или они охотники, — добавила она. — Высокий может быть и да. Но бургер-мальчик? Сомневаюсь. Она посмотрела на зелёного, который заталкивал последний бургер. Казалось было еще чуть-чуть и он лопнет от такого количества еды. — Да-а… — А, кстати. — Я показала ей фото Фрэнка на телефоне. — Вот, это Фрэнк. — Твою мать! — выдохнула Анна. — Что? Узнаёшь? — Это же, мать его, Джерард Сент-Джеймс! Я просто уставилась на неё. — Серьёзно. Пустынный солдат 4. Металсторм! Культовая классика! — сказала она медленно, будто объясняла очевидное. Это ничего не объясняло. Кроме одного. Актёр не был мёртв. Что-то тут явно нечисто. Я снова посмотрела на тех двоих. Их уже не было. Как они каждый раз так исчезают? — Я знаю, где его трейлер, — сказала Аня и уже повела меня за собой. — Притормози, — сказала я, пытаясь угнаться за ней. — Ты сейчас врежешься в… И она что? Правильно! Влетела прямо в кого-то! Вот так и знала, что так будет. Я удержалась на ногах, сразу подняла её, проверяя, всё ли в порядке. Она была цела. А те двое, с которыми мы столкнулись, были теми самыми из обеда. — Что АП делают рядом с трейлерами актёров? — я впилась взглядом в зелёного. — Эй, Дин, это та, про которую я говорил, — сказал высокий, указывая на Аню. Хотя бы узнали, что чела с зеленой футболкой зовут Дин. Уже что-то. — Мы так извиняемся! — Аня включила улыбку, сложив ладони будто умоляя. Потом наклонилась ко мне и прошептала: — Ты тоже должна извиниться. Это грубо. Я одним движением убрала Аню за спину. — Нет, — ровно сказала я. — Ты… Дин? — Вау, — протянул он. — Сразу по именам. Ты так со всеми или я особенный? Я шагнула ближе. — Ты шляешься по закрытым зонам, — сказала я ровно. — Ты же не АП? Его улыбка не дрогнула. — Это вопрос или теория? — Я задала вопрос. Сэм шагнул вперёд, ладони открыты. — Простите. Мы не хотели проблем. Я Сэм. Это мой брат, Дин. Мы расследуем, что здесь произошло. Ни бейджа. Ни документов. И точно не полиция. Я молчала. Он продолжил. — Я познакомился с Анной раньше. Я спрашивал её про историю места. Хотел понять это место лучше. Живот сжался. Анна. Она сказала ему своё настоящее имя? — Он ничего плохого не сделал, — быстро сказала Аня. — Просто задавал вопросы «что да как». Это становилось странным. Дин наклонил голову. — Видишь? Мы безобидные. — Я не позволю Вам здесь находиться, — сказала я спокойно. — Это моя площадка, и Ваше поведение крайне неуместно. Они реально думают, что могут ходить где хотят? Думали отпустила его тогда на легке и всё? Думают я это так просто проглочу? Сэм попробовал снова: — Мы понимаем, что Вам важны порядок и структура, но... — Но вы не понимаете, — перебила я. — Вы бы позволили людям просто так ходить по вашему дому? Сэм замолчал, будто решал, стоит ли спорить. Я не дала ему времени. — Здесь опасное оборудование. Вам ещё повезло, что я ограничиваюсь предупреждением. Анна коснулась моего рукава. Молчаливое “хватит". — Нет. Это может быть опасно, вы не понимаете? — тихо сказала я. — Они могут помешать нашему делу. Тишина осела между нами. Аня смотрела на напряжение так, будто читала сценарий. — Вы охотники? — сказала она спокойно, почти небрежно. — Анна! — прошипела я, ошеломлённо. Что она творит! Дин застыл. Аня даже не моргнула. — Что? — она прошептала мне и снова посмотрела на них. Лицо Сэма подтвердило всё. — Мы тоже. Мы расследуем убийство Фрэнка Джаффи. Сэм кивнул. — Тогда, может, перестанем ходить кругами? — Сэм! — возмутился Дин. — Лучше работать вместе, чем превращать это в кровавую баню, — попытался объяснить Сэм. — У нас одна цель. После короткого обмена тем, решение было очевидным. Мы поговорим с Джерардом вместе. По дороге я держала Аню рядом. Сэм и Дин шли с другой стороны. — Так, — Дин глянул на нас. — Сёстры? Аня не дала мне ответить. — Неа, мы лучшие подруги. Выросли вместе. Это целая история! — Круто! — Дин ухмыльнулся. — А твоя подруга…? — Алиса будет нормально, — холодно ответила я. Ему не нужно знать моё настоящее имя. Аня ткнула меня локтем, шепнув, что не надо быть грубой, и продолжила болтать с Дином про Голливуд и кино, пока мы с Сэмом шли молча. Мы постучали. Дверь почти сразу открылась. — Джерард Сент-Джеймс? — сказал Дин. — Да? — мужчина выглядел растерянным, явно не понимая, почему его покой беспокоят. На нём была чёрная футболка с синим и серебряным узором. Линия волос сильно отступила, то, что осталось было жирное и поседевшее. Запах алкоголя едва держался у дыхания. — Ты жив, — сказал Сэм с мягкой, почти с улыбкой. — И ты не Фрэнк Джаффи. — Эм… нет, — Джерард нахмурился. Аня вспыхнула, но Дин успел первым, перебив её. Грубиян. — Я ваш огромный фанат! Вы были в Пустынный солдат 4, Мэталсторм! — Был! — Джерард заулыбался, явно наслаждаясь узнаваемостью. Мы с Сэмом обменялись недоумёнными взглядами. — И Ваша роль жертвы тракторной аварии в Крикеты 3! Это просто вау! — добавила Анна с восторгом. Дин и Анна сияли. Мы с Сэмом стояли чуть позади, неловко не в теме. — О, прошу, заходите, — Джерард отступил, приглашая. Это было… на удивление просто. — Круто! — хором сказали Дин и Анна, входя. Стены трейлера были в рамках. Фотографии его прошлых ролей. Я заметила, что Сэм тоже осматривается, а Анна и Дин уже плюхнулись на диван. Джерард протянул нам по чашке чая. — Да, это продюсеры. Они привели меня на день сыграть Фрэнка. — То есть просто, чтобы «убить» Вас? — спросил Дин, принимая чашку. — Ну, слухи о проклятой площадке это хорошо, — Джерард неопределённо махнул рукой. — Считай бесплатный пиар. Особенно если Вы снимаете хоррор. — Логично. История уже разошлась везде в интернете, — согласилась я. Чай я не пила. — Ну конечно Вы понимаете. Вы же одна из продюсеров, — сказал Джерард, кивнув на мой бейдж. — Сейчас всё про новые медиа, про шум, про хайп. Они говорят… — он посмотрел на Сэма, который сделал глоток чая, — …что я новый Lonelygirl15. — Кто? — спросил Дин, не понимая отсылку. Сэм бросил на него взгляд. — А призрак, который Тара, главная актриса, видела? — Проекция через диффузию, — уверенно сказал Джерард. Значит, всё было частью их тщательно проработанного плана? Пугать девушку ради рекламы. Мерзко. Как же отвратительно. Аня, заметив моё состояние, взяла меня за руку и крепко сжала. — Это же жестоко, — сказал Дин, глядя в пространство. — Мутить людям голову вот так. — Эй, я только играю роль. Я сценарий не пишу, — пожал плечами Джерард. Конечно. Когда всё летит в ад, всегда звучит «это была не моя идея». — Кстати, — продолжил он, — в следующем месяце я играю Вилли… в ужин-театре Сэйлсмэн в Коста-Месе. По купону дают бесплатный стейк, — он сунул Дину и Анне флаер. — Ха! — засмеялся Дин. — Но если Вас увидят на публике, это же всё испортит, нет? — спросила Аня — Да бросьте, — фыркнул Джерард. — Фрэнк и Вилли вообще разные персонажи. — Знаете что, — Сэм поставил кружку на стол. — Спасибо, мистер Сент-Джеймс. Просто… не давало покоя. Мы встали. — Да, мы рады, что Вы живы и здоровы, — добавила я и протянула руку для рукопожатия. Дин задержался: — Эй, а каково было работать с Ричардом Моллом? Да сколько можно уже. Я была раздражена. Сэм тоже. Он посмотрел на Дина так, будто хотел спросить «ты сейчас серьёзно?» Сэм, я с тобой. — Ну, Мэталсторм… — Дин попробовал оправдаться. — Он был Хуроком, королём циклопов… — Джентльмен из джентльменов, — торжественно сказал Джерард. Это было нашим знаком «пора». — Да, мы правда должны идти, огромное спасибо! — сказала я, взяла Аню за руку и вывела нас к чёрту оттуда. Ещё минуту его алкогольного дыхания, сигаретного дыма и этих фотографий, которые на меня смотрят, и я начну ломать мебель. — Ну, значит так, — сказал Сэм. — Просто очередной мерзкий пиар-ход. В его голосе была лёгкая неудовлетворённость. — Я бы не расслаблялся, — ответил Дин, на удивление серьёзно. — Давайте подождём. Посмотрим, произойдёт ли ещё что-то. — Согласна, — сказала я. — Я пойду к остальным режиссёрам, может узнаю что-то новое. Неприятное чувство не отпускало. Слишком много деталей не сходилось, чтобы картинка была цельной. Неужели всё правда настолько просто? Вряд ли. Что-то тут точно не так. Вопрос что именно. — Окей-окей, — Аня перекачнулась с пятки на носок. — Я проверю стол с едой еще раз. Мы кивнули и разошлись. — Эй, а мы? — хором спросили братья. Сэм фыркнул: — Вы реально сейчас просто уйдёте? — Да, — холодно сказала я и развернулась. — Невероятно, — буркнул Дин. Аня вернулась к ним: — Можете потусить со мной у столов, если хотите. Дин мгновенно посветлел и чуть ли не вприпрыжку ушёл с ней. Сэм просто покачал головой и пошёл следом. Я вернулась на сцену, команда уже снимала новую сцену. Тот же звонок разнёсся по зданию. — Снимаем снова по звуку, люди! — заорал кто-то. — Нет-нет-нет, смотрите, сцена классная. Правда. Динамит, — Брэда снова было слышно и он уже докапывался до кого-то другого. — Но у меня есть пару… не проблем, вопросов. Ну конечно. — Каких? — устало спросил работник. — Ну, например… правила. Что это вообще такое? Типа дети читают латинское заклинание и призрак появляется? — Ну да? — ответил тот, явно не понимая, где проблема. Мне стало их жалко. — Но если призраки в аду, как они слышат латынь? У них суперслух? — Это ритуал призыва, — попыталась вмешаться я. — Не все приз… — Ты кто вообще такая? — огрызнулся он. — Я помогаю с исследованием, — ровно ответила я. — Мы следим, чтобы сценарий выдерживал проверку, если кто-то копнёт. — Окей, умница, тебя не спрашивали. Это не документалка про призраков, — он фыркнул и снова повернулся к парню на стуле. — Это логическая дыра. Правила не работают! Он посмотрел на другого режиссёра неподалёку, тот печатал что-то в телефоне. — Марти, ты сценарист, — сказал Брэд, будто заранее знал ответ. — Давай! Ты же гений! — Можно вставить объяснение, — Марти не отрывал глаз от экрана. —Да, можно коротко сказать, что слова это своего рода ключ. То есть, ритуал создаёт точку притяжения. Призрака не зовут, его привязывают, — предложила я. — Так будет гармонично с нынешней концепцией. — О, я понял! А что если сказать, что у них суперслух? — сказал Брэд так, полностью игнорируя мои слова. По его самодовольным кивкам было ясно, что понял он только то, что хотел понять. — Добавлю, — сказал Марти, продолжая смотреть в телефон. — Отлично, отлично. Я пошёл отвечать на звонки, скоро вернусь, — сказал Брэд, похлопал всех по плечам, кроме меня, и ушёл. Я медленно выдохнула. Чего я вообще парюсь? Я здесь даже не работаю. Но однажды я его точно задушу. — Костюмчики, да? — сказал один из работников, глядя на меня сочувственно. — Да, — с благодарностью ответила я. Спасибо хоть кто-то нормальный. Через некоторое время я пошла за ним и правильно сделала. Потому что я увидела её. Женщина в сером стояла там, где секунду назад не было никого. Она наблюдала за ним, чуть наклонив голову, с полуулыбкой. Брэд не сразу её заметил. — Макс это видел? — сказал Брэд — Типа, чёрно-белый бодипейнт? Окей, но… эти раны на шее в кадре не будут читаться. Их надо красными сделать. Она не двигалась. Раны на шее выглядели так, будто её задушили. Это одна из тех, кто умер самоубийством? Зря я не расспросила Джерри подробнее. Вот если бы Дин меня не отвлек… — Эй, Джей? Мне нужно срочно к гриму! — крикнул Брэд, уходя и тыкая что-то в телефон. Женщина появилась за его спиной будто из тени. Её серое платье мягко касалось пола, словно не шло, а скользило. Она не спешила. Ей и не нужно было. Брэд остановился. — Эй…— выдохнул он, сам не заметив, как сделал шаг вперед. Она обернулась через плечо. Не полностью, ровно настолько, чтобы он увидел полуулыбку, взгляд, в котором не было ни стыда, ни страха. Повис молчаливый вопрос. Её пальцы медленно скользнули по ткани и платье соскользнуло с плеч, как будто это было заранее отрепетировано. Не жест, а приглашение. Она пошла дальше, не оглядываясь. Уверенная, что он пойдёт следом. Он выглядел удивлённым, но тут же пошёл следом. — Подожди! — крикнул он, уже ускоряя шаг. Голос его звучал глупо. Почти жалко. Я двинулась. Слишком медленно. Слишком далеко. Она вела его, как ведут тех, кто хочет быть ведомым. Я пыталась окликнуть его, но без толку. Он почти бежал, спотыкаясь на ходу, словно боялся упустить не её, а собственное право на то, что, по его мнению, ему принадлежало. Я дернула дверь. Заперто. Снова, в этот раз сильнее. Черт. Через окно я увидела, как она остановилась. Как он догнал её, уверенный, что победил. Она поцеловала его, медленно, ласково. Так, как целуют перед финалом. Верёвка легла ему на шею почти также нежно. Он даже и не понял. Руки его потянулись к ней и в этот миг пол под ним исчез. Тело дернулось вниз. Веревка рванула его обратно вверх. Раз. Два. Я выбила дверь. Металл резал ладонь, когда я перерезала веревку. Он рухнул на пол. Снаружи закричали. Кто-то звал на помощь, кто-то просто бежал прочь. Я подбежала к телу, протискиваясь через весь хаус. Глаза Брэда смотрели сквозь потолок. Я опустилась рядом, нащупывая пульс. Ничего.