Травы и терпение

Пятничный вечер плавно перетекал в ночь, но в загородном доме Джинши, куда они с Басеном приехали сразу после работы, никто и не думал ложиться спать. Завтрашний день обещал стать самым важным событием недели, и подготовка к нему шла полным ходом, хотя со стороны это могло показаться настоящим хаосом. Джинши, обычно предпочитавший минимализм и идеальный порядок, сегодня был готов к небольшому беспорядку. Он только что вернулся из города, где вместе с Басеном они провели несколько часов в супермаркете. Это была не просто закупка продуктов, а целая стратегическая операция, где каждый пункт списка был тщательно продуман, а выбор каждого ингредиента сопровождался внутренними дебатами. Он ловил себя на мысли, что ищет не просто качественные продукты, а те, что могли бы понравиться ей. Басен, с закатанными до локтей рукавами рубашки, мрачно стоял над горой покупок, держа в руках длинный список, который он сам же и составлял. — Я не понимаю, — проворчал он, вычеркивая очередной пункт. — Зачем нам столько еды? Мы ждём роту голодных солдат или компанию из нескольких студентов? Джинши, стоявший у панорамного окна с бокалом минеральной воды, обернулся и снисходительно улыбнулся. В его глазах читалось легкое беспокойство, которое он старательно скрывал. — Лучше пусть останется лишнее, чем кому-то не хватит, — философски заметил он. — К тому же, Лахань ест за троих, если еда бесплатная. — Это точно, — хмыкнул Басен, перебирая упаковки с зеленью. — Но зачем ты купил три разных вида безлактозного молока и четыре сорта зеленого чая? Ты же сам пьешь только черный кофе. — На всякий случай. Я не знаю точно, что именно пьёт Сяолань или Шисуй. И... вдруг Маомао захочет чего-то особенного? — Джинши сделал вид, что рассматривает ночной пейзаж за окном, но его мысли были далеко. Басен тяжело вздохнул и посмотрел на друга с искренним недоумением, которое быстро сменилось пониманием. — Джинши, признайся честно. Ты так заморачиваешься из-за одной конкретной гостьи, да? И не только из-за неё, а из-за того, что там будет Рикусон, верно? Джинши напрягся. Басен всегда видел его насквозь. Он сделал глоток воды, пытаясь собраться с мыслями. Вчерашний концерт, появление Рикусона, их негласное противостояние... это не давало ему покоя. — Я просто хочу быть хорошим хозяином, — наконец сказал он ровным голосом, но в нем проскользнула едва уловимая нотка раздражения. — Ага, конечно, — Басен саркастично закатил глаза. — Именно поэтому ты сегодня трижды звонил в клининговую компанию, чтобы они прислали лучшую бригаду вымыть окна, которые и так были чистыми. И именно поэтому ты купил тот самый жасминовый чай, который она тебе заваривала у себя дома. И именно поэтому ты так нервничаешь, что Рикусон снова будет рядом с ней. Джинши чуть заметно улыбнулся, но промолчал. Басен был слишком проницательным, и спорить с ним было бесполезно. Он действительно нервничал. Нервничал, как мальчишка перед первым свиданием, хотя за его плечами были сотни таких "свиданий". Но с Маомао всё было иначе. Она не поддавалась его обаянию, не таяла от его улыбок. Она была загадкой, которую он отчаянно хотел разгадать. — Кстати, о ней, — Басен отложил список и облокотился на столешницу. — Ты уверен, что она вообще придёт? Ты же сам говорил, что она до последнего сомневалась. — Придёт, — уверенно ответил Джинши. — Мы виделись вчера на концерте. Она обещала. И... я ей сказал, что очень жду. — На концерте? — Басен удивленно поднял брови. — Свидание? — Что-то вроде того, — Джинши позволил себе легкую улыбку, вспоминая её счастливое лицо, когда она подпевала. — И как прошло? Джинши вспомнил вчерашний вечер. Вспомнил, как Маомао выглядела в том строгом пиджаке, как блестели её глаза в свете софитов, как она самозабвенно подпевала любимым песням. А потом вспомнил Рикусона, который появился в ложе так не вовремя, и его улыбку, адресованную ей. Ревность кольнула где-то глубоко внутри. — Всё было отлично, — сказал Джинши, и его голос слегка похолодел. — Если не считать того, что Лахань притащил с собой Рикусона. И он не отходил от неё весь вечер. Басен присвистнул. — Ого. Вот это поворот. И как? Подрались? — Нет, конечно. Мы цивилизованные люди, — Джинши сжал кулаки, вспоминая, как ему хотелось врезать Рикусону за его наглые взгляды. — Цивилизованные люди иногда тоже бьют друг другу морды, когда дело касается девушек, — философски заметил Басен. — Особенно таких упрямых и сложных, как твоя травница. Она ведь не из тех, кто будет выбирать между двумя парнями, устраивая им соревнования. Она просто пошлет обоих. — Она не моя, — тихо поправил Джинши, чувствуя, как слова Басена попадают в самую точку. Он знал, что Маомао не потерпит игр. — Пока не твоя, — Басен многозначительно усмехнулся. — Но ты ведь именно для этого весь этот цирк с завтрашней вечеринкой и затеял, верно? Чтобы показать себя во всей красе на своей территории. И чтобы Рикусон понял, кто здесь хозяин. Джинши отставил бокал и подошел к столу, начав бездумно перебирать пакеты с продуктами. Он чувствовал себя загнанным в угол. Басен был прав. Он хотел произвести впечатление. Хотел, чтобы Маомао увидела его не только как высокомерного красавчика, но и как человека, способного создать уют, заботиться, быть надежным. И да, он хотел показать Рикусону, что Маомао — это его территория. — Я просто хочу, чтобы она чувствовала себя комфортно, — сказал он, глядя на упаковку жасминового чая. — Она постоянно работает, учится, сидит в своей лавке. Ей нужно отдыхать. И я хочу, чтобы она отдохнула здесь. Басен посмотрел на него долгим, изучающим взглядом. В этом взгляде не было привычной иронии, только дружеское участие и понимание. — Знаешь, Джинши, — серьёзно сказал он. — Я тебя давно знаю. Ты всегда получал всё, что хотел. Девушки сами вешались тебе на шею, стоило только улыбнуться. Но с этой... с ней всё иначе. Она не такая, как все. — Я знаю, — прошептал Джинши. И это было правдой. Он никогда не встречал никого похожего на Маомао. — Она не поведется на дорогие машины, шикарные квартиры и ВИП-ложи. Точнее, ей это всё, конечно, нравится, как и любому нормальному человеку, но это не то, что её по-настоящему зацепит. Она видит людей насквозь. И она ценит искренность. Даже не знаю зачем я говорю тебе такие очевидные вещи. Джинши поднял на него глаза. В них читался вопрос, который он не решался задать вслух. — И что же её зацепит, по-твоему? — спросил он, почти умоляюще. — Искренность, — пожал плечами Басен. — И поступки. Не красивые жесты напоказ, а реальная забота. То, что ты припёрся к ней с пробитым колесом и мокрым букетом, сработало в сто раз лучше, чем если бы ты прислал ей курьера с бриллиантами. Она ценит, когда ты настоящий. Когда ты не играешь роль. И когда ты не пытаешься ею манипулировать. Эх...всему тебя надо учить. Джинши задумался. Слова друга имели смысл, и он сам это прекрасно понимал. Маомао была прагматичной, острой на язык, иногда до ужаса циничной, но при этом удивительно настоящей. В ней не было ни капли фальши. И он знал, что если он хочет её, ему придется быть таким же настоящим. — Ладно, психолог, — усмехнулся Джинши, хлопая Басена по плечу, чувствуя, как часть напряжения отступает. — Хватит разговоров. Давай лучше разберем эти продукты, пока мясо не испортилось. И расскажи мне, как там у вас с Лишу? Вы ведь уже давно вместе, верно? Следующие два часа они провели в суете, раскладывая покупки, маринуя мясо для завтрашних стейков и подготавливая посуду. Басен оказался на удивление хорошим помощником на кухне, ловко орудуя ножом и попутно рассказывая байки из своей студенческой жизни, а также делясь подробностями своих отношений с Лишу. Джинши слушал внимательно, иногда задавая вопросы, и чувствовал, как его собственная тревога постепенно сменяется предвкушением. — Лишу обещала завтра прийти пораньше, помочь с салатами, — сказал Басен, убирая контейнер с мясом в огромный холодильник. Джинши хитро посмотрел на него. Когда с продуктами было покончено, дом снова погрузился в тишину. Басен ушел в гостевую комнату, решив остаться на ночь, чтобы с утра пораньше начать подготовку. Джинши остался один в просторной гостиной. Он прошелся по комнате, поправляя подушки на огромном модульном диване. Проверил, как работает акустическая система. Заглянул на широкую террасу, где завтра они планировали жарить мясо — там уже стоял начищенный до блеска гриль и уютные плетеные кресла. Всё было идеально. Или почти идеально. В его голове всё ещё крутились мысли о завтрашнем дне, о Маомао, о Рикусоне. Он хотел, чтобы завтрашний день стал для неё особенным, чтобы она увидела в нём не только красивую оболочку, но и что-то большее. Джинши достал из кармана телефон и открыл чат с Маомао. Последнее сообщение от неё было вчера вечером, после концерта. Короткое, сухое "До субботы". Он напечатал сообщение: "Всё готово к завтрашнему дню. Жду вас всех к трём часам. Не опаздывай." Подумал секунду и стер последнее предложение. Это звучало слишком по-командирски. И слишком... неискренне. Вместо этого он написал: "Жду завтра. Очень. Спокойной ночи." Ответ пришел неожиданно быстро, словно она держала телефон в руках. Маомао: "Спокойной. Постарайтесь не спалить дом до нашего прихода. И да, я тоже жду." Джинши тихо рассмеялся в пустой комнате. "Я тоже жду." Это было что-то. Это было... обнадеживающе. Джинши: "Басен контролирует процесс. Мы в безопасности." Маомао: "Это обнадеживает. До завтра." Он заблокировал экран и посмотрел на ночной пейзаж за окном. Завтра будет долгий, шумный и, скорее всего, очень непростой день. Особенно если Рикусон решит снова проявить инициативу. Но теперь, после разговора с Басеном, он чувствовал себя немного увереннее. Он знал, что ему нужно быть самим собой. Быть искренним. И показать ей, что он готов бороться за неё. Джинши был готов. Он никогда не сдавался без боя, а в этот раз приз стоил того, чтобы за него побороться всерьез. Он выключил свет в гостиной и пошел спать. Завтра всё должно быть идеально.