Born for loving you

      Ночь выдалась, на счастье, тёплой. Был конец июля или начало августа, Дэрил точно не знал. На даты, дни недели и лунные циклы ему давно стало плевать. А учитывая, что последнюю неделю он провёл либо в лесу, либо на бегу, либо всё сразу, сейчас он был рад, что можно немного выдохнуть и не задумываться одновременно о собственной безопасности, направлении движения и состоянии своих спутников, не говоря уже о решении того дерьма, в которое они вляпались.       Была крыша над головой, немного еды и, пускай образовавшееся ненадолго, ощущение хрупкой безопасности. Этого было более чем достаточно, чтобы позволить себе короткую передышку.       Выпитый самогон потихоньку начинал развеиваться из организма, возвращая трезвость мыслей и нескончаемые размышления. А вместе с этим и раздражение от собственной неосторожности и опрометчивости.       Ощущение спокойствия было мнимым, а опасность за стенами хрупкого домика — вполне реальной.       Ходячие не уставали, не бывали расстроены или утомлены, они были где-то там и их было много, что характерно отличало их от оставшегося запаса патронов. И Дэрил чувствовал ответственность за принятое решение и не считал его правильным.       Поддавшись на безрассудную идею потрясённой всеми событиями Бет, которую без раздумий поддержал его брат, всегда живший будто последний день, они оказались в домишке в лесу, ужратые и не готовые обороняться в случае необходимости.       Охотник ощущал, что их выживание сейчас во многом зависит от него. Мерл, конечно, был отличным бойцом и отменным выживальщиком, но, когда дело доходило до скрытности и осторожности, он становился не лучшим напарником. А в их плачевном положении испытывать судьбу было сомнительным решением. Поэтому помимо основных вопросов, сводившихся к простому «выжить», на плечах младшего Диксона лежала задача присматривать за его спутниками, дабы те не совершили что-нибудь непоправимо идиотское. И пока что она не блистала успехом.       Дэрил прислонился виском к стелку, ощущая приятную прохладу. Мерл напевал старые богом забытые песни и травил байки. Бет смеялась, выглядела расслабленной и даже весёлой, несмотря на всё произошедшее за последнюю неделю.       Мужчина не мог понять причину её радости и решил не вмешиваться в их праздник жизни. Он прикрыл глаза и выдохнул, стараясь избавиться от накопившегося напряжения и усталости.       Только вместо долгожданного расслабления от вечера в сухом, а главное закрытом пространстве, Дэрил получил несколько свободных часов на самотерзания. И как бы ему не хотелось не думать о пропавших друзьях, у его разума были другие планы. Поэтому все мысли этой ночью сводились к местоположению товарищей, их судьбе и событиям недельной давности.       За последние месяцы Дэрил сильно сблизился с Риком, узнал его не просто как лидера их группы, но как друга. Как человека верного своим идеалам и ценностям. Человека, который готов бороться до последнего за свою семью. А своей семьёй он считал всех, кто прошёл с ним этот путь. Рик понимал Дэрила и уважал его личное пространство, за что тот был безмерно благодарен.       Во время их скитаний до тюрьмы и первой пережитой зимы Рику выдалась возможность оценить все ценные навыки боевого товарища. Он начал воспринимать его не с точки зрения отстраненного чудака, но как надёжного друга и необходимую единицу для их группы.       Конечно, у Дэрила были свои странности, но узнавая его всё ближе, они начинали казаться не такими страшными, а некоторые оказывались весьма полезны. Да и кому было какое дело, пока это не мешает остальным?       У Рика хватало своих забот, чтобы не лезть с расспросами. Поэтому их общение сводилось к вещественным вопросам, важным для общего выживания. Но Рик был разумным и честным, чего вполне хватало для того, чтобы уважать его.       Карла все считали хорошим парнем и видели, как ему тяжело, в связи с чем старались не лезть без дела.       Охотник пару раз болтал с ним по просьбе Рика или Кэрол. Эти разговоры не были похожи на нравоучение или нудную болтовню от взрослого к напакостившему ребёнку.       Дэрил старался ненавязчиво помочь подростку, понимая его боль и не закрывая на неё глаза. Время от времени, он учил его стрелять или показывал как чистить оружие, даже давал пострелять из своего арбалета, а такая честь выпадала немногим.       Сейчас Дэрил не знал судьбы людей, ставших ему чем-то, походившим на семью, от чего было совестно и больно.       Он сбежал с поля боя вместе с братом и Бет, даже не удосужившись поискать кого-то ещё. Всё произошло так быстро, что мужчина опомнился только спустя несколько километров, пройденных по чаще леса.       Из собственных мыслей его вырвал голос Мерла, видимо рассказывающего очередную историю из молодости, о которой Дэрил предпочёл бы не вспоминать. — Ну ты глянь, она даже хвостики такие же делает. Неужели не помнишь милашку Молли, Дэрилина? — Бет еле стояла на ногах и пьяно улыбалась. Выглядела она так, будто вот-вот упадёт. — Правда та была постарше лет на семь, да и выпить могла на пол-литра больше, но ничё, это мы подправим. — Молли я помню слабо, зато как тебя Эш отмудохал, когда ты за ней ухлёстывать стал, я помню прекрасно.— Дэрил сделал ещё один глоток, сидя на подоконнике и наблюдая за этой нелепой сценой. — А ещё помню, как отчаянно ты пытался продемонстрировать свои навыки танцев. Это было безнадёжнее даже нашего нынешнего положения. — Алкоголь позволил ему ненадолго перестать думать о том, в какой глубокой жопе оказались все они, но реальность нагоняла его семимильными шагами.       Охотник считал неразумным пить в их плачевном положении, и его раздражала напористость своих соратников, но как только Бет об этом заикнулась, его брат посчитал это отличной затеей.       Тот не терял времени, проведённого в тюрьме, зря, так что ещё давно нашёл этот домик в лесу с запасами самогона на долгие месяцы и, услышав желания дамы, не раздумывая, потащил их сюда. Дэрил сопротивлялся недолго, решив, что спорить с упёртой Бет и братом, в глазах которого не было и надежды на разумное решение, было бы совершенно бесполезно. Поэтому сегодня он пустил ситуацию на самотёк и наблюдал, как они отдыхают, стараясь не думать обо всём, что им пришлось пережить.       А пережить всё-таки пришлось немало. После возвращения Андреа с новостями о кончине губернатора посредством её действий, люди понадеялись, что угроза миновала, что можно больше не спать с одним открытым глазом и не выезжать за стены целым боевым отрядом, думая о том, что это последний раз, когда ты куда-то едешь.       Рик позволил себе расслабиться и перестать думать о чём-то, кроме смерти Лори и своих призраков.       Хёршель смотрел на это скептически, но, оповестив своих дочерей и Гленна, поддался на их счастье и надежду на процветание.       Мерл совсем расцвёл. Рассказывая о том, как страстно Андреа любила его однажды в Вудбери, он не сомневался в скором возобновлении их отношений. — Меня то она во сне не прирежет. Наш дружочек Губер не умел угождать женщинам, как я, вот и поплатился. — С игривым огоньком в глазах рассуждал тот, рассказывая свою версию произошедшего за последние пару месяцев. — Не смогла Блонди после меня вкушать низкосортный продукт. Учись, братец, как надо с бабами общаться. Она благодаря мне нашу общую проблему решила. — Дэрил лишь слушал все его россказни, лёжа на своей койке и докуривая принесённую Мерлом самокрутку. — Смотри не упори с ней что-нибудь, а то и тебе будем могилу рыть через пару дней. — Да не ссы ты, Дэрилина, я ж главный лавелас. Ещё уроки у меня просить будешь. — Тот только хмыкнул в ответ. — Ничё-ничё и тебя припрёт когда-нибудь, я уж о тебе позабочусь. Видел я, как ты залипал на эту свою подружку. На мой вкус старовата… — Мерл словил на себе гневный взгляд Диксона младшего, — но главное, чтоб тебе нравилось, брательник, я не против. — Иди на хуй, Мерл. Я тебе сейчас говорю: ничего у нас нет, и не лезь ко мне со своими расспросами и советами. — Дэрил выпустил облако дыма в потолок, думая о том, что история с Губернатором так просто не закончится.       Чего ему меньше всего хотелось, так это слушать от Мерла советы по поводу личной жизни. Ему неплохо жилось и он не жаловался, а уж впускать в интимные подробности своей жизни брата-бабника точно не входило в его планы. — Да успокойся ты, не буду я лезть к тебе. По дружбе тебе помощь предлагаю, а ты меня на хуй посылаешь. Неправильно это, я ж по доброму. — Увидев ещё один красноречивый взгляд со стороны койки, Мерл стушевался. — Хорошо-хорошо, понял, пойду я. Ну и оставайся без прелестей плотской жизни, твои проблемы. Но ты насчёт Кэрол задумайся, она вон тоже глазками стреляет, я то всё вижу. — И быстро смылся из камеры, опережая флягу, летевшую в его сторону.       Всерьёз о чём-то задуматься Дэрилу не удалось. Пару дней спустя у ворот тюрьмы оказались люди, явно не пришедшие в восторг от смерти их лидера и решившие восстанавливать справедливость.       Началась стрельба. Машины проломили забор. Ходячие стягивались на выстрелы. В суете Дэрил углядел падающее тело Хёршеля и Тайриза, безжизненно лежавшего на земле. Он плохо помнил, как увидел Мерла, стрелявшего из-под хлипкого прикрытия. Тот защищал Бет, одну из дочерей Хёршеля, которая побежала к трупу отца. Плохо помнил, как они отбились и втроём убежали в чащу леса. Совершенно не помнил, видел ли ещё кого-то живым, и просто шёл дальше и дальше в лес куда-то на запад.       Так, спустя несколько дней, уставшие и вымотанные не только попытками не умереть, но и переживаниями о своих друзьях, они оказались в этом доме, пьяные и уставшие.       Выматывали и вечные споры с Мерлом, который не видел смысла начинать поиски сейчас. Он хотел оторваться от преследующих повсюду ходячих и только потом думать о том, где были их люди. В основном его интересовала судьба Андреа, хотя и на её счет он несильно переживал. Однорукий рэднек был убеждён, что его пассия выжила, рассказывая, что точно видел, как она убегала в сторону леса с детьми и ещё парой спутников. На все вопросы о том, кого ещё он успел заметить, однозначного ответа он не давал.       «Слушай, может китайчика, а может шерифа, ты чё думаешь, я всех там в лицо помню? Мне главное, чтобы блонди жива-здорова была, я её терять не намерен, знаешь ли. А с остальными как-нибудь потом разберёмся.» — Примерно к такому ответу всегда сводились любые попытки Дэрила узнать хоть что-то.       Охотник понимал, насколько глупо напиваться в таких скверных обстоятельствах, но на данный момент ему было плевать. Он не знал, что сейчас с его друзьями, не знал, что делать дальше. Искать? Он понятия не имел с чего начать и кого искать в первую очередь. Рика? Кэрол? Попытаться найти детей? Безнадежность давила со всех сторон, а мысль о людях, которые возможно были уже мертвы, приносила только боль.       Рик… Возможно он выкарабкался, всё-таки мужик был силён и с опытом, но в последнее время его моральное состояние оставляло желать лучшего, а способность трезво соображать и подавно. Но всё же надежда была. Дэрил мельком видел его, когда бежал к Мерлу и тот, по крайней мере тогда, ещё был жив.       Думать о Кэрол не хотелось. Это было ещё больнее, чем мысль о судьбе друга и его детей. Дэрил чувствовал ответственность за неё. Он давно для себя решил, что будет её защищать. Бесспорно, она делала успехи в стрельбе и приобретала всё больше навыков, полезных в новом мире. Но Дэрил старался за ней приглядывать, учить понемногу тому, что было необходимо и что умел сам, хотел её беречь. И в нужный момент не смог. Он потерял её из виду как только началась стрельба, и понятия не имел, что с ней и где она.       За последние месяцы Кэрол стала его близким другом. Он проводил с ней много времени по поводу и без. Она была прекрасной компанией, хорошим бойцом и способной ученицей. Брать её на вылазки было спокойнее, чем многих, обладавших лучшими навыками. Она умела вести себя тихо и следовать указаниям. Умела быстро ориентироваться и молниеносно действовать, никогда не задавая лишних вопросов.       В сложившейся ситуации Дэрил очень скучал по её компании. Она бы помогла, да и с ней просто было спокойнее. Что было в ней такого, что приносило ему отдушину, мужчина не знал. Сейчас он просто надеялся на то, что она цела и посылал мысленные послания с обещанием найти.       Из очередного забвения в поисках несуществующих ответов на важные вопросы охотника вырвала мелодия одной из песен детства, насвистываемой Мерлом.

О, Молли, о, Молли, лишь ради тебя

Покидаю свой кров, стариков не храня.

Из-за глаз твоих я и пустился в поход,

Ведь Дикси — мой дом, я — дурен и молод.

      Старые американские песни всегда звучали в доме Диксонов, и оба знали их наизусть с тех пор, когда отец напивался вусмерть и горланил их с очередной подружкой.       Дэрил не любил вспоминать эти времена, но в сложившейся обстановке сентиментальная часть его души рвалась наружу, не без помощи пары стаканов самогона, да и эта песня была одной из его любимых.        Мерл тем временем разыгрывал сценку романтичного ковбоя перед Бет, вставая на одно колено и корча нелепые рожи, он приглашал её на «последний танец» и крутил свой револьвер на пальце.

Бубновый Валет, Бубновый Валет,

Я знаю тебя с незапамятных лет.

Ты выгреб до нитки всё злато с серебром,

Мои карманы пусты пред твоим ножом.

Виски, злодей, ты — моя колея,

Бил меня, гнул, в драку бросал ты меня.

Нога в стремени, в длани узда,

Покидаю Молли — кто есть краше, ведь так?

      Не прекращая петь, Мерл наполнил свой стакан, подойдя к брату, чокнулся с ним и выпил за молчаливый тост, продолжая уже громче:

Её предки меня за версту обойдут,

Мол, беден и зол, не ровня мне тут.

Они видят: я пью, но деньга моя,

Кто не рад мне — идите вы все в ебеня!

Я ем, коль я голоден, пью, когда сух,

А если нет виски — хоть вой иль умру.

Жру бифштекс, когда голод, виски пью, коль трясет,

А туго с деньгами — ад после ждет.

Ржаной виски, виски, ору я, как зверь,

Не дайте мне виски — умру я прям здесь.

О, детка, о, детка, просил я не раз:

Постели на полу, дай приют в этот час.

Я топтал белый свет, шёл вдоль и поперек,

С бандой дрался и пил — вот весь мой урок.

С этими стрелками, Молли, я в путь,

Ведь я идиот, и Дикси — мой родной дом.

      В нынешних реалиях строки давно знакомой песенки приобретали новые, не самые весёлые смыслы.       Хотя сейчас это приносило некую отдушину, позволяя отождествить себя с чем-то свободным и благородным. Если не напоминать себе о том, что они по глупости и неосторожности попали в задницу, это даже немного помогало.

Будь океан виски, я был бы уткой,

Я б на дно занырнул и хлебнул бы над ним.

Но океан не виски, не утка я, знать,

Сыграю в Валета — и будем бухать.

О, детка, о, детка, просил я не раз:

Дай угол в ночи, приюти в трудный час.

      Итак, после «Alone and forsaken», пары песен знакомого всем Боба Дилана и романтичной «Oh, my darling Clementine», Мерл наконец задремал рядом с диваном, погрузив дом в тишину, нарушаемую лишь звуками леса за окном. Бет, которая хотела с кем-то поговорить, устроилась напротив Дэрила. — Я знаю, что ты злишься, Дэрил. Но мне было это нужно, а Мерл… — Она перевела взгляд на Диксона, безмятежно храпящего в спокойном сне, и улыбнулась — Мерла ты знаешь. И понимаешь, что он не откажется от подобной затеи. У меня умер отец, и я просто хотела отвлечься. — Мы, возможно, проебали всех, — Буркнул охотник, смотря куда-то вглубь леса. — И я бы, если честно, предпочёл идти дальше, а не напиваться здесь, но хер с вами, пусть будет так, но, пожалуйста, не еби мне мозг, тем более на пьяную голову. — Дэрилу было совестно за то, что они вместо того, чтобы искать следы пропавших товарищей, сидят здесь и пьют, тратя силы и время. Расслабляясь, даже ненадолго, он тут же начинал грызть себя переживаниями и ответственностью за жизни людей. — Ты бы хотел оказаться в другой компании сейчас, я понимаю, я бы тоже предпочла быть с Мэгги, но что есть, то есть. Я не просила меня спасать, хоть и благодарна за это, поэтому не делай вид, что во всех несчастьях виновата я. — Бет, выпив и расслабившись в компании безмятежного Мерла, раздражалась от вида угрюмого мужчины, который по непонятной ей причине не мог и на пару часов перестать думать о настигнувших их проблемах. — Я и не виню тебя, меня просто бесит ваша беззаботность. Мерл всегда был таким, а ты его подначиваешь. — Дэрил не хотел объяснять все прелести жизни со своим братом и заниматься описанием его привычек. Дэрил хотел поспать и найти кого-то, кто сможет разбавить их скудную компанию.       «Рик бы точно вправил всем мозги, прежний Рик так точно, Мишонн бы просто отвесила пару подзатыльников и отправила спать. Кэрол бы даже не дала этому случиться» — Мысли о пропавших друзьях нагоняли и сейчас, но мужчина понимал, что здесь только он и ответственность за юную Бет и не такого юного, но порой безбашенного брата ложится на него. — Ты ведешь себя так, будто мы с ним дети малые, — Бет стала серьёзнее, но явно не собиралась закрывать эту тему. — Да, возможно я не такой хороший боец, как большинство, но всё же я выжила, а Мерл смог пройти через ад и вернуться, так что прекрати делать вид, что единственный здесь трезво мыслишь. Ты тоже напился вместе с нами, но вместо того, чтобы расслабиться, ты стал ещё более злым и напряжённым. Ты можешь сколько угодно нас осуждать, но не прикидывайся святым. — Чего ты от меня хочешь? — Устало вздохнул Дэрил, задавая этот вопрос в надежде покивать головой и закрыть эту тему. Голова гудела, и слушать нравоучения хотелось меньше всего. — Ничего я от тебя не хочу. Отпусти и расслабься. Своими угрюмыми думами ты никому из них не поможешь. — У тебя папаша пару дней назад умер от пули каких-то ублюдков, а ты говоришь отпусти? Хорошая из тебя дочурка, ничего не скажешь. — Огрызнулся тот, понимая, что возможно пожалеет о своих словах, но так хотелось вправить ей мозги! — Твоя сестра сейчас чёрт знает где, так почему тебе плевать? Почему я один здесь думаю о том, где могут быть наши люди и как мы можем им помочь? — Потому что никак помочь мы им не можем! — В сердцах воскликнула Бет, всплеснув руками. — Мы понятия не имеем где они и это при условии, что кто-то кроме нас вообще выжил. Я не хочу вспоминать о том, что было пару дней назад, каждый раз, когда смотрю на тебя, Дэрил. Я буду безмерно рада, если мы найдем их, но пока мы здесь, а они где-то там, я предпочту думать о более позитивных вещах. — Закончив свою речь, она уже спокойнее добавила. — И тебе того же желаю.       Дэрил ничего не ответил, закурив сигарету из пачки, найденной в этом же доме. Он думал о том, что сказала Бет. В одном она права — помочь им он никак не мог, но перестать об этом думать не получалось.       Он сверлил лес за окном взглядом, в надежде, что Бет пойдёт спать и оставит его наедине с собой и без нравоучений в придачу. Но девушка продолжала сидеть рядом.       За окном пропели первые птицы, предвещая скорый рассвет. Небо было безоблачным и звёздным, что навевало приятные, но ныне болезненные воспоминания о мирных ночах, проведённых в тюрьме на дежурных вышках.       Дэрилу нравились те ночи. Он оставался наедине с собой и природой, при этом ощущая неподалёку за стенами жизнь. И понимание, что он является частью этой жизни, грело внутри.       Иногда к нему приходила Кэрол, как правило поговорить о чём-то незначительном, если не спалось. Её присутствие не раздражало. Наоборот, тихий родной голос рядом нередко спасал его от неприятных навязчивых мыслей, а тепло в глазах напротив могло развеять самые гадкие осадки от неудачного дня.       Переодически Дэрил задумывался, а что собственно она получает от этих визитов? Он не был мастером слова, не умел поддерживать так, как это делали люди вокруг, не знал, как помочь ей, когда видел трясущиеся руки, держащие сигарету, после очередного пробуждения посреди ночи. Но она продолжала приходить и разделять с ним тишину ночи, будто это помогало. Может, помогало. Охотник закусил губу, понимая, что, возможно, и она, и эти ночи навсегда потеряны. — Скажи, ты думаешь мы сможем кого-то найти? — Спросила Бет, решив оживить разговор, лишь бы не сидеть в гнетущей тишине, да и тема была актуальна. — Я видела Гленна, незадолго до нашего отступления, но понятия не имею куда он мог пойти, а ещё Кэрол. Она вроде была рядом с третьей вышкой, а потом… — Её прервал Мерл, видимо разбуженный их диалогом. — Если кто и выжил в этом говне, то пошёл в ту же сторону, что и мы. Завтра пойдем дальше, может на кого и выйдем. — Он сделал пару глотков из фляги с водой, найденной днём. — Не вешай нос, Дэрилина, хорошо всё с твоей пассией. Я её вообще там больше всех боялся, бойкая дамочка, не пропадёт. А вот найдёшь её, так точно растает и… — Мерл, блядь, даже не начинай. — А что такого? Я за Андреа тоже переживаю, но не кидаюсь же на всех подряд. Надо в лучшее верить, а ты тут опять тухляк разводишь. — Заткнись, я тебя по-человечески прошу, и иди спать. — Дэрил не хотел продолжать этот разговор. Ему хотелось спать и не хотелось слушать пьяные бредни своего брата. Бет молчаливо наблюдала за этой сценой, кидая в сторону младшего Диксона вопросительные взгляды, на которые тот старался не обращать внимания. — Дэрил, а… — Бет хотела задать несколько интересующих её вопросов, но тот не дал ей даже закончить предложение. — Всё, хватит. Вы не идёте спать, значит, я пойду. — Потушив сигарету и встав с подоконника, мужчина пошёл в сторону ближайшей комнаты. — Завтра идём дальше, и я не хочу больше возвращаться к этой теме ни с одним из вас. — Закрыв дверь, Дэрил устроился в кресле, думая о том, где можно начать поиски или как указать на своё местоположение.       Несколько раз на привалах Дэрил оставлял на дереве тряпку, на случай если кто-то пойдет в ту же сторону. Они уже делали так, прочёсывая лес в поисках Софии, чтобы обозначить свой участок, так что Рик или Гленн могли понять этот сигнал.       В паре десятков километров отсюда был небольшой городок и идти следовало туда. Там можно будет найти припасы на некоторое время и обосноваться ненадолго, решая, что делать дальше, если никто так и не объявится.       Мысли путались в голове, спасибо выпитому алкоголю, и Дэрил засыпал, вспоминая нежные руки, обнимавшие его после очередной вылазки, надеясь ещё раз ощутить их на своей спине и увидеть лицо их обладательницы.

***

— Мы почти пришли, я бывала тут пару раз. Неподалёку от перекрёстка, на въезде в город, есть магазин. Может быть найдём смесь для Джудит, и заночевать там можно. — Кэрол протянула флягу с остатками воды женщине. — Если немного ускоримся, успеем до темноты.       Андреа допила оставшуюся воду и вернула флягу обратно. Обе женщины порядком устали. Еды не хватало ни для них, ни для маленькой Джудит, которую Кэрол по удаче успела вытащить в разгар того безумия, что творилось вокруг.       Когда всё началось, она действовала на адреналине, спасая детей, и, встретившись с Андреа по пути к запасному ходу из тюрьмы, о котором знали немногие, женщины решили уходить от тюрьмы. Патроны закончились, силы были на исходе, так что бежать с детьми было единственным решением, которое могло бы не привести к смерти.       За пять дней скитаний по лесу двойняшки Лиззи и Микки стали жертвами ходячих, что не могло не отразиться на моральном духе. День был потрачен на похороны, а ночь — на попытки взять себя в руки.       Так, потрёпанные женщины с младенцем вышли на дорогу, которая вывела их к знакам, с указанием километража до ближайших некогда населённых пунктов, и Кэрол определила их положение, предложив двигаться вперёд.       Нужно было найти питание для Джудит, ибо запасы, которые оказались под рукой в суете, подходили к концу. Да и их собственная провизия оставляла желать лучшего. — Что это за место вообще? — Андреа в который раз за последние дни пересчитывала оставшиеся патроны, не без сожаления прикидывая скудность их положения. — Есть надежда на патроны или хотя бы пару консервов? — Если повезёт, может что и найдём. Вариантов у нас немного, дорогая. В лесу оставаться нельзя. — Надеюсь наши подумали также. — Со вздохом, Андреа вытерла пот со лба. Погода не щадила, солнце пекло сильнее с каждым днем, а на небе не было ни единого намёка на спасительный дождь. — Как думаешь, кто-то выбрался? — Хотелось бы верить. — Кэрол не знала, что можно ещё сказать. Она не видела никого во время атаки. Отстреляв патроны, она приняла решение спасать детей и уходить. — Я уже говорила, что не знаю живой ли кто, кроме нас. Сейчас нужно думать, как бы нам самим продержаться и Джудит накормить. — Боже, я была бы рада любой компании. Особенно если у них есть вода и пара новых ботинок. — Подошвы на берцах женщины отпадали уже давно. Андреа собиралась заняться их починкой, но жители Вудбери, увы, решили иначе. — Не зарекайся. В нашем положении не хватало только встретить кого чужого. — Знаю-знаю. Но есть же надежда на то, что это будет, к примеру, Мерл. Хотя отдохнуть от его болтовни мне не помешает. — Женщина слабо улыбнулась. — Знаешь, иногда он просто не выносим. — Представляю, — Кэрол переместила корзинку с Джудит из одной руки в другую. Малышка лежала молча, что случалось крайне редко, и играла с шишкой, найденной где-то на дороге. — Пока ты не вернулась, он свои остроты на нас всех спускал. Недолго правда. Потом от Рика выхватил и неделю на вышке дежурил, без права на отпуск. Успокоился немного. — Женщина улыбнулась, вспоминая подколы Дэрила в сторону своего брата. Как тот показывал средний палец с вышки, а они внизу делали вид, что не слышат его «дружественных» пожеланий, и смеялись.       Ей не хватало его угрюмого, вечно сосредоточенного лица, которое смягчалось при виде неё. Не хватало забавных, нелепых отмашек в ответ на её флирт. Не хватало разговоров глубокой ночью, которые оставались только между ними.       Кэрол видела, что он меняется. Становится более сговорчивым и спокойным, всё меньше походит на своего брата. Это не могло не радовать.       Дэрил сохранял осторожность и отстранённость, по прежнему не принимая участия в коллективном отдыхе. Он старался лишний раз не привлекать к себе внимание, особенно после возвращения Мерла. Мог подолгу отсутствовать на вылазках или охоте, уходить от разговоров и огрызаться, прибывая не в лучшем настроении. Вот только почему-то на неё это не распространялось. Он ни разу не оттолкнул её, не прогнал и не съязвил за последние полгода, а, может, и больше. Женщина нередко приходила поговорить без явной причины. И он говорил с ней. Или просто был рядом.       Кэрол вздохнула, возвращаясь в реальность, в которой не было ни его, ни оружия, ни провизии. Нужно было сосредоточиться и дойти до места, обещавшего облегчить их положение.       Обе женщины были сильно вымотаны не только физически, но и морально.       Андреа винила себя в смерти друзей. «Мне стоило действовать осторожнее, не принимать столь резких решений.» — Впервые завела этот разговор Андреа, когда обе никак не могли уснуть на второй или третий день их скитаний, уже несколько раз меняясь дежурствами. — «Если бы я сдержалась в ту ночь, мы могли бы придумали что-то более надёжное. Чёрт, я…я даже не представляю как решать всё это дерьмо.»       Кэрол старалась приободрить подругу, хотя сама понятия не имела, что им делать и как выкарабкиваться из той ямы, в которую они упали. Искать кого-то? На тот момент, они не представляли ни где они сами находятся, ни выжил ли кто-то ещё.       Кэрол хотелось верить, что да. Не могли же они одни выбраться из того хаоса. Обе обладали не самыми лучшими навыками и в одиночку на поле боя оказывались крайне редко.       Нет, Рик или Диксоны обязательно выбрались. Гленн выходил сухим из воды даже в самых отчаянных ситуациях, и он наверняка спас Мэгги.       Оставалось лишь их найти. Но как и где даже предположить было сложно. Женщина почаще старалась напоминать спутнице, что та не виновата, что обстоятельства сложились не в их пользу и что, в конце концов, ещё не всё потеряно.       Вот только спустя пару дней погибли сестры-двойняшки, чего Кэрол выдержать так просто не могла. Детская смерть каждый раз оставляла особенно глубокую дыру в её сердце.       Ей пришлось застрелись обеих, дабы избавить от страданий, но легче от этого не становилось, скорее наоборот. Женщины вместе похоронили девочек, но той ночью Кэрол не сомкнула глаз, долго думая обо всём случившемся за прошедший год.       После смерти Софии, женщина поняла, что нужно учиться жить в новом мире и изучать его правила. По-другому выжить не получиться, а чтобы защитить кого-то ещё нужно быть сильной. И она старалась таковой стать: тренировалась, училась всему, что ей могли показать, делала для группы то, что умела. Когда умер отец этих двух девочек, Кэрол взяла на себя ответственность за них. И первое, о чём она подумала, услышав стрельбу, — спасать именно их.       Не вышло. Снова умер ребёнок, потому что она не смогла спасти, не смогла уберечь, не оказалась достаточно сильна.       Единственной заботой на данный момент было уберечь Джудит и постараться найти её отца. Потом можно будет выдохнуть, скинув груз ответственности со своих хрупких плеч, и задуматься о себе. Но до той поры главным была безопасность последнего живого ребёнка, которого она старалась сберечь.       Поэтому женщина держала себя в руках и шла всё дальше, не опуская рук и экономя силы. Как бы сильно не хотелось свернуться калачиком и просто по-человечески поплакать кому-нибудь в плечо, она не могла позволить себе такой роскоши, как слабость. Уж точно не сейчас. — Кэрол, смотри, — спустя ещё десяток километров, блондинка указала на крышу первого дома, встретившегося им за прошедшую неделю. — Пришли получается? Пожалуйста, скажи, что да. Ещё немного и я начну грызть кору и обороняться веткой ближайшего дуба. — Андреа приободрилась в надежде на скорый привал. — Почти. Сейчас направо и ищем любой магазинчик. И смотри по сторонам, кто знает, насколько здесь безопасно. — Кэрол положила свободную руку на рукоять ножа, который всегда носила с собой.       Пройдя несколько домов, Андреа успела прикончить парочку ходячих стоявших на улице. В остальном, вокруг было тихо. Признаков людей — как своих, так и чужих, не наблюдалось, что одновременно радовало и огорчало.       Улицы выглядели пустыми и давно брошенными, дома — покинутыми навсегда их владельцами. В паре сотен метров лаял пёс, а солнце неуклонно близилось к закату.       Кэрол задумалась, каково здесь было раньше. Скорее всего, как и везде. На подстриженных газонах резвились дети, спасаясь в такую жару под струями спринклеров, родители готовили барбекю, а собаки вылизывали лица своих хозяев. Американская мечта. Тихая и спокойная.       Только теперь газоны обросли, собаки голодали и бросались на встречных людей. Дети, жившие здесь, вероятно, давно погибли, а их родители ели друг друга и своих соседей, с которыми раньше пили пиво субботними вечерами, обсуждая бейсбол и политику.       Всё, что сейчас напоминало об этой жизни, осталось в лице кресел-качалок, стоящих на крыльце каждого дома, и паре американских флагов, выцветших и развивающихся на ветру.       Кэрол не скучала по своей прошлой жизни, но скучала по жизни, которая могла бы у неё быть. Проходя мимо этих домов, она будто проживала жизни их прошлых хозяев, примеряла на себя их судьбу. Ей бы хотелось прожить тихую, спокойную жизнь с любящим мужчиной и ребёнком. Но не было ни ребёнка, ни тихой и спокойной жизни. Поэтому Кэрол шла вперёд, сканируя местность перед собой на наличие потенциальной угрозы для Джудит, и старалась думать о насущных вопросах их положения. — Вот, давай сюда. — Кэрол указала в сторону небольшого продуктового, находящегося на первом этаже трёхэтажного дома. Стёкла были мутными, не разглядеть, что внутри, но дом выглядел неживым, что внушало надежду на долгожданный отдых. — Постой с Джудит, я пойду проверю. Если меня не будет больше получаса — уходи. — Передав Андреа корзинку с младенцем, Кэрол вытащила нож и направилась ко входу. — Будь осторожна. — Пожелала блондинка, отходя за угол здания. — Без компании я точно свихнусь. — Ага, постараюсь.       Кэрол практически бесшумно вошла в магазин, держа нож наготове, и спешно осмотрелась на предмет ходячих или людей, живших здесь. Вторых не обнаружилось, зато ходячие стояли почти у каждого стеллажа.       Женщина успела изучить свои слабые стороны и знала, что лезть в открытую драку, вымотавшись и без патронов, — однозначно не лучшая затея. Но она также хорошо знала слабые стороны своего врага и всегда старалась действовать, исходя именно из этих знаний. Несмотря на то что многие в группе говорили, что она делает успехи, Кэрол объективно оценивала свои силы, понимая, что выстоять в одиночку против даже небольшой группки ходячих, да ещё и в замкнутом пространстве, ей будет тяжело.       Вгоняя нож в голову ближайшего мертвеца, женщина заметила движение ещё как минимум троих, отреагировавших на шум и хрипение. Скрываясь за стеллажом, Кэрол нащупала пустую бутылку и бросила её в сторону, привлекая тех на звук бьющегося стекла. Так, лавируя в лабиринте полок и холодильников, она прирезала всех, кто был на первом этаже, держа новые банки и прибегая к отвлечению. Она старалась не шуметь и не спешить, полагаясь на осторожность и хитрость, а не грубую силу.       Спустя двадцать минут однообразных манипуляций, женщина вытерла нож о рубашку последнего ходока и вышла к подруге, призывая зайти. — Собирай всё, что может пригодится и поищи питание для Джуд. Я проверю верхние этажи. Если всё будет нормально, останемся здесь на пару дней, переведём дыхание. — Кэрол направилась к двери, ведущей к лестнице на верхние этажи. Когда та оказалась запрета, женщина чертыхнулась себе под нос, доставая пару шпилек в надежде, что дверь поддастся. — Дай сюда. — Андреа, заметив тщетные попытки напарницы, забрала шпильки из её рук, и с увлечённым видом начала крутить их в замке. Сдув прядь выбившихся волос и присев на корточки, ей таки удалось, и спустя пару мгновений замок щёлкнул. — Мишонн научила, пока мы скитались. — Пожав плечами, ответила блондинка на немой вопрос во взгляде. — Если хочешь, потом покажу, там ничего сложного нет. — Спасибо. — Приняв шпильки из рук подруги и убрав их в карман, Кэрол прислушалась к звукам за дверью и медленно её открыла. Она поднялась на второй этаж, обошла все комнаты и, к удивлению, не обнаружила ничего, что могло бы доставить им проблемы. То же ждало её на третьем. Обойдя помещение ещё раз, женщина углядела лишь остатки от нахождения здесь небольшой компании людей, ушедших достаточно давно: пустые консервы, гильзы, матрасы и брошенные рюкзаки. Она вздохнула, предполагая причину оставленных здесь вещей, и спустилась вниз, оповестив подругу об их успехе. — Супер, наконец-то везение. Хоть где-то! — возрадовалась Андреа. — И тебе поесть нашли, малявка, не пропадёшь. — Обращаясь уже к маленькой Джудит, сказала та.       Женщины вместе передвинули стеллажи ко входу, предварительно собрав всё съедобное, и поднялись на третий этаж, откуда открывался неплохой обзор на улицу и соседние дома, которые в большинстве своём, были ниже. Оставив Джудит и найденные припасы, было принято решение обыскать здание ещё раз на предмет полезных вещей.       Разойдясь по этажам, напарницы собирали всё, что попадалось под руку. После дней, прошедших в ожидании появления опасности и попытках продержаться до очередного рассвета, это простое занятие лишь расслабляло и позволяло развеяться. А как было приятно найти что-то действительно стоящее! С каждым найденным патроном их шанс на выживание увеличивался, а настроение немного улучшалось.       Внимательнее осмотрев все шкафы и тумбочки в доме, напарницы с ребёнком расположились в гостиной третьего этажа, подперев все двери, ведущие наружу. Обезопасив себя таким образом на ближайшую ночь, женщины выкладывали немногочисленные, но ценные находки: небольшая аптечка с предметами первой необходимости, десяток патронов сорок пятого калибра для револьвера и пара двенадцатого под дробовик, которого не было, бутылки с питьевой водой и провизия, которой хватит на пару дней.       Были найдены пара чистых маек, которые женщины с радостью надели, отбросив пропитанную кровью одежду, и неплохая пара ботинок для Андреа. — Чёрт, я так новой обуви ещё никогда не радовалась! Как будто новые ноги пришили, честное слово. — Падая на диван, воскликнула девушка, воодушевлённая успешным окончанием сегодняшнего дня. — Вот ещё. Не думаю, что они нам пригодятся, но пускай лежат под рукой. — Кэрол выложила на тумбу пару кухонных ножей, продолжая вытаскивать мелочёвку из своей холщовой сумки.       Когда она закончила, перед ними оказались моток изоленты, пустая фляга, мультитул, пара эластичных бинтов, запакованная хирургическая игра, открытая банка витамина С и полупустая пачка сигарет. Андреа присвистнула, рассматривая найденные драгоценности, и потянулась к пачке сигарет. Вынув одну, она перекинула её Кэрол, которая, поймав коробочку, достала сигарету и, положив её за ухо, жестом попросила Андреа не прикуривать.       Покормив Джудит из найденных запасов, Кэрол прикинула, что этого хватит на ближайшее время, и отнесла спящую девочку в соседнюю комнату. — Нам сегодня неимоверно повезло. — Присаживаясь на подоконник напротив подруги, лежащей на диване, Кэрол устало улыбнулась и закурила, перебрасывая зажигалку девушке. — Хочется верить, что так будет и дальше…хотя не знаю. Вряд ли конечно, — Кэрол смотрела в окно на изящный изгиб полумесяца в небе. — Ты ведь говорила, что это один из ближайших городков к тюрьме? — Увидев кивок, Андреа вновь затянулась. — Ну вот, получается, наши тоже должны были пойти сюда. Я думаю, в любом случае стоит здесь задержаться и осмотреться. Торопиться нам теперь некуда, а тут хотя бы не придётся спать по очереди. — Да, наверное. — Кэрол попыталась улыбнуться, но вышло слабо. — Я не хочу забегать вперёд, дорогая. Будем осторожны и, если удача нам улыбнётся, мы выйдем на своих, а не очередную стаю ходячих или, того хуже, людей. — Мы с Миш были в похожем месте. Зимой остановились, а то бы точно замёрзли окончательно, — Блондинка разлеглась на диване, вытягивая ноги. — Чёрт, вот её мне очень не хватает. Я помню, она тогда на верхней полке какого-то шкафа увидела колоду карт, ну и решила, что нам необходимо как-то убить время. Полезла наверх, свалилась оттуда, но колоду достала. — Андреа захихикала, вспоминая эту картину, и поперхнулась дымом. — В итоге, мы играли в дурака дня на три дольше, чем следовало, потому что она вывихнула ногу. А я ходила по всему микрорайону, искала еду и снег топила. Хорошо хоть, что ходячие медленнее были, можно было особо не переживать. — Ты для неё очень важна, не сомневаайся — Кэрол тепло улыбнулась подруге. — Она стала куда более жизнерадостной, когда тебя увидела. До этого…как бы сказать, скорее существовала. На автомате, понимаешь? И Рик ей не доверял, особенно первое время. А ведь она вместе с Диксоном пришла. Это его ещё больше насторожило. Зато Дэрил с ней быстро спелся. Их связывало, как минимум, одинаковое количество внимания от Мерла. — Слушай, а что вообще тогда происходило? Я, конечно, спрашивала у Мерла, но почти уверена, что половину он приукрасил, а вторую — скрыл. А Мишонн… Она вообще со мной немного говорила. Мне казалось, что она меня избегает. Я пару раз спрашивала у неё, но она стушёвывалась. — Андреа смотрела в потолок, плавно жестикулируя руками.       Кэрол видела, что ей не плевать, что после фермы Хёршеля эти две девушки многое прошли вместе. Она замечала переживании самурайши до, а особенно после, возвращения потерявшейся блондинки к ним, но лезть не хотела. Со своими бы проблемами разобраться. — Я знаю, что сделала неправильную ставку. Особенно я виновата перед Миш. Блядь, она ведь меня предупреждала, и не раз. — Продолжала рассуждать девушка. — Я её, может, не увижу больше никогда, и как мне дальше жить с тем, что она погибла из-за меня, хотя раньше всех знала, что произойдёт. Если я её ещё увижу, не забудь меня пнуть под задницу, чтобы я с ней нормально поговорила, ладно? — Андреа обратила голову к своей спутнице, грустно улыбнувшись. — С ней то уж точно всё должно быть в порядке. Она в одиночку героически выдержала болтовню Мерла в течение их совместного странствия и умудрилась его не прикончить. Эта женщина способна на многое, ты то понимаешь. — Да уж. Это действительно подвиг. — Андреа засмеялась, вспоминая и своего любимого, хоть и переодически невыносимого мужчину, и близкую подругу, с которой успела пройти ад и вместе из него выбраться. — Боже, я так надеюсь, что все целы… Если с ними что-то произошло… Не знаю. Вернусь в Вудбери и ещё раз прикончу этого подонка и всех его людей. — Не надумывай лишний раз. От этого сейчас никому легче не станет. — Да, я понимаю. Просто мне не по себе. Я не привыкла так много беспокоиться о других. Сидеть и просто чего-то ждать.       Кэрол лишь кивнула. Она знала, каково волноваться за других и быть не в силах ничем помочь. София, Лиззи, Мика… Она не могла ничего сделать. Всегда оказывалось слишком поздно. Она не знает, что сейчас с Бет, Карлом, Дэрилом. Со всеми остальными. Снова оказывается бессильной, но живой. И вынужденной наблюдать смерть дорогих людей.       За любого из них Кэрол была готова отдать свою жизнь, лишь бы быть уверенной, что все они живы. Только такой выбор никто не предлагал, и всё, что ей оставалось — жить дальше и надеяться, увидеть своих друзей живыми. — Что происходило в тюрьме до моего прихода? — Задала вопрос Андреа после нескольких минут тишины. — Только давай начистоту и в подробностях. При любом раскладе я хочу знать, что с вами было. Ну, и что вы из-за меня проебали.       Кэрол устало вздохнула и, бросив подруге одну из консервов, начала своё повествование с пожара на ферме.       Она рассказала про их скитания зимой, про то, как они наткнулись на тюрьму, про людей, живших там, про неудачные роды Лори и как Хёршель лишился ноги. Она говорила неспешно, стараясь не упускать важных событий, и передавать настроения в группе в каждый из периодов. История вышла не столь позитивной, как хотелось бы, зато насыщенной и подробной. В какой-то момент Кэрол переключилась на описание их спокойного быта, мирных недель без потерь и тёплых воспоминаний о забавных происшествиях, и дышать стало немного легче.       Андреа успела порадоваться за Гленна и Мэгги, которые сумели найти друг друга в этом безумии, когда мир сошёл с ума. Проникнуться к Хёршелю, который, к её удивлению, оказался невероятно мудрым человеком, сильно изменившимся с их последней встречи. Девушке было жаль Лори, несмотря на их ссоры раньше. Смерть на глазах сына. Такого нельзя пожелать даже самым заклятым врагам.       Насчёт судьбы Шейна она не смогла сказать ни слова. Следовало ожидать подобного исхода, но Андреа не хотела. Ни тогда, ни сейчас. Девушка считала его хорошим парнем. Лучшим из них прошлой осенью. Но, увы, новый мир не терпит ошибок. А однозначно сказать, кто самый сильный, оказалось, не так уж просто.       Единственный вывод, к которому блондинка пришла однозначно, — тяжко пришлось всем. То, что произошло с ней за эти месяцы, было сопоставимо по количеству дерьма с тем, что прошли люди, возглавляемые Риком, а во многом даже уступало. Слушая рассказ Кэрол, девушка преисполнилась уважения к Рику, которого раньше считала сомнительным лидером и отдавала своё предпочтение Шейну. Теперь же она начинала понимать, почему люди доверили ему свои жизни.       Приквел к появлению Мерла и Мишонн был ничем не примечательный. Гленн с Мэгги вызвались поехать за питанием для Джуд, но вернулись со старым знакомым и недружелюбной на первый взгляд самурайкой. — Не сказать, что все были очень рады видеть Мерла, а Мишонн просто не доверяли. Рик его на месте чуть не пристрелил, увидев, что он Гленну и Мэгги угрожает. Мишонн заперли в одной из камер, пока решали, что с ними делать. А Мерл не переживал насчёт их безопасности. Знал засранец, что Дэрил его отмажет, а он за Мишонн попросил, сказав, что ты её подружка. — Он всегда наглостью брал. Я по себе знаю. — Андреа ухмыльнулась, а Кэрол немного расслабилась. Разговор всё меньше походил на напряжённую историю про выживание и смерть и становился похож на рассказ о давних друзьях. — Да он приехал к воротам с предложением «переговоров». Только эти «переговоры» должны были проходить в стенах тюрьмы и с Дэрилом, а в случае отказа «Я вам вашего Джеки Чана с его Лорелай верну по кусочкам». — Процитировала Кэрол, старась передать всю непередаваемую натуру Мерла Диксона. — Ага, и потом он очень доброжелательно всех обнял и, улыбаясь во все тридцать два, улепетал беседовать с братом, открыто дразня Рика. Дэрил, к слову, был, конечно, рад увидеть брата живым, но такое его появление не оценил. В конце концов всё закончилось достаточно успешно для обеих сторон. Дэрил поручился за брата, сказал, что у него есть важная информация и тот готов сотрудничать. Мишонн потом тоже выпустили. Без оружия и под надзор Рика, но выпустили. И потом, когда выяснилось, что она знает тебя, стало проще. Хотя, если начистоту, о тебе говорила она немного, ссылаясь на то, что ты сделала свой выбор, а ей не улыбается думать в сослагательном наклонении. Она и с нами то общалась нечасто. В основном тренировалась. Позже, когда Рик ей доверился, ездила на вылазки, в основном, с Диксонами. Кстати, с Карлом общий язык нашла. Пацан её обожает.       Андреа успела уже не раз пожалеть, что не ушла тогда с Мишонн, но было физически больно от понимания, что она предала подругу, которая не один раз спасала ей жизнь и скрашивала одинокие дни. — Про Мерла, я думаю, ты знаешь. Приставал он ко всем, куда без этого, но и пользы от него было немало. — Кэрол не испытывала ненависти к старшему Диксону, но привыкла относиться ко всему, что связано с ним, с сарказмом и иронией. Так было проще. Особенно в разговорах с Дэрилом, от которого это и перешло. — Про тебя много говорил. Что не день, то «как жаль, что Блонди не с нами». Говорил, что обязательно ты одумаешься и к нему вернёшься. Все уши мне прожужжал с вопросами, чего же тебе в нём не хватило и как же так получается, что все женщины не видят его идеала с первого раза и приходится им его демонстрировать.       Андреа не могла точно сказать, что ей нравилось в этом мужчине, но почему то он был тем, к кому ей хотелось вернуться, даже когда он раздражал каждый нервный импульс. — На самом деле, он стал одним из решающих факторов. Не знаю вернулась ли бы я, не будь его с вами. — Я тебе так скажу — это он настоял на том, чтобы с тобой связаться. Сам хотел на встречу с тобой пойти, но все коллективно решили, что это далеко не лучшая идея. — Кэрол улыбнулась, заметив приятное удивление на лице подруги. Та явно была польщена такими подробностями о собственной значимости в жизни не так давно образовавшегося любовника. — Когда ты наконец вернулась, он от Дэрила не отлипал. Даже вести себя приличнее стал. То ли стесняться начал, то ли впечатление произвести хотел — уж не знаю, но ты ему явно в душу запала. — Найти бы его ещё теперь. Эх… — Андреа какое-то время молчала, ковыряя вилкой банку каких-то бобов, не в силах подобрать слова. — Кэрол, мне правда жаль. Все потеряли много, некоторые — жизнь. Есть ведь шанс их найти, так? — С отчаянной надеждой в голосе спросила девушка.       Она слышала грусть в голосе Кэрол, когда та рассказывала про их семью, а в особенности про Дэрила. Задавать лишние вопросы девушка не хотела, но понимала, что Кэрол скучает. Как иначе? Она прожила с этими людьми всего пару недель после долгого отсутствия, но уже успела вновь ко многим привязаться. А её спутница с большинством из них прошла долгий путь, состоящий из крови, жизни и пролитых слёз. Андреа слабо понимала природу связи женщины, не так давно бывшей тихой домохозяйкой, и отстранённого от всех рэднека, но поднимать сейчас эту тему, вороша и без того сидевшую внутри тревогу, не видела смысла. Может, в другой раз. Когда они вновь воссоединяться и будут готовы к преодолению образовавшихся проблем. Когда можно будет хотя бы с малой уверенностью посмотреть в следующий день, не гадая жив ли твой друг, сын или брат. Ей хотелось верить, что такой день не за горами, а где-то на пороге, и скоро он постучится к ним в дверь. — Шанс есть всегда, дорогая. — Кэрол прикоснулась к руке девушки, стараясь ободрить. — Кто знает, быть может, все они вместе и ищут нас. Но я бы не рассчитывала на этот вариант. В любом случае нам придётся восстанавливать нашу жизнь по кусочкам. Вопрос лишь каким составом. — Андреа сжала руку подруги, парой кивков соглашаясь с её позицией и смаргивая предательские слёзы. — Ты можешь мне не верить, но те, кто помнил тебя, были рады твоему возвращению и одобрили твой поступок. Я не думаю, что сейчас они винят в произошедшем тебя.       Комната погрузилась в тишину. Женщины ушли каждая в свои мысли. Спустя какое-то время Кэрол поднялась, собрала все найденные вещи по рюкзакам и в последний раз за этот вечер посмотрела в окно, любуясь безоблачным небом. — Нам стоит поспать. Завтра будем решать, что делать дальше. В плане, глобально. Постарайся отдохнуть, ладно? И не думай слишком много, не способствует здоровому сну. — И отсалютовав подруге, направилась в комнату к Джужит, оставив полюбившийся Андреа диван в её распоряжении.       Лунный свет приятно наполнял комнату. Андреа засыпала с заряженным пистолетом под рукой, в надежде не увидеть очередной сон с участием Губернатора, Мартинеса или своих мёртвых друзей в главной роли. Хотелось бы повернуть голову и увидеть рядом спящего Мерла…или Мишонн, или хоть кого-то, кто мог бы сейчас быть мёртв по её вине, думалось девушке. Но их не было, и нужно было быть сильной. Ради них. Ради того, чтобы найти и услышать их голос.       Кэрол в соседней комнате тоже не уснула сразу. С каждым днём становилось только страшнее. Не за себя. За себя она давно перестала переживать. Страшно было никогда больше не увидеть счастливые глаза Мэгги при виде Гленна, не услышать смех Карла, которому Мишонн пересказывала очередную главу «Хоббита» по памяти, случайно проходя мимо его камеры вечером, не застать комичную сцену словесной драки Рика и Мерла по поводу какого-то пустяка и не ощутить приятное тепло от пойманного взгляда Дэрила посреди бурного обсуждения насущной идеи. Последнего не хватало особенно сильно. Дэрил, несмотря на всю свою несговорчивость, постоянно умудрялся выводить её из уныния парой кривых, скомканных фраз, сказанных с такой искренностью, от которой щемило сердце.       Увидев, как отчаянно Дэрил старался найти её дочь, Кэрол решила, что может доверить этому человеку жизнь. Каким бы злым и угрюмым он не казался на первый, да и второй, взгляд, рядом с ним ей всегда было спокойно. С ним часто было нелегко, но отчего-то её тянуло к нему, даже когда это казалось абсурдным. Женщину забавляла неловкость на его лице, появлявшаяся всегда, если разговор заходил о чём-то человеческом: чувствах, эмоциях или отношениях между людьми. Но вспоминая решимость в глазах диковатого охотника, когда ей грозила опасность, и бездумную готовность броситься на помощь в любой момент, Кэрол испытывала бесконечную благодарность и желание быть рядом как можно чаще. Она определённо считала его самым близким другом, хоть они ни разу это не обсуждали.       В полудрёме Кэрол виделись черты родного лица и руки, в объятьях которых забываешь, что посреди царит лишь смерть и ходячие мертвецы.       Через полчаса после того, как третий этаж дома с минимаркетом погрузился в сон, в одном из домов на другой стороне улицы загорелся слабый свет фонаря.