Как обманывать и молчать

Питер понял, что попал в беду, ровно в тот момент, когда Тони сказал: — Пятница, выведи на экран последнюю запись с дронов по нашему дружелюбному соседу. Они сидели в главной гостиной башни Мстителей. Все. Сразу все. Капитан Америка — напротив, сложив руки на груди. Наташа Романофф — в кресле, нога на ногу, с видом человека, который знает все ваши тайны ещё до того, как вы сами их узнали. Брюс Бэннер — с чашкой чая, которую он так и не поднёс ко рту. Клинт Бартон — развалившись на диване и жуя яблоко. И Тор — тот вообще стоял у окна, разглядывая башню Stark Industries, будто видел её впервые, хотя бывал здесь уже раз двадцать. И Питер. Питер сидел на краю стула, сжимая в руках стакан с водой, и надеялся, что никто не заметит, как он дрожит. — Мистер Старк, — начал он тихо. — Может, не надо? Я… я не уверен, что команде нужно… — Нужно, — перебил Тони, не глядя на него. — Мы обсуждаем нового игрока. Человек-паук. Паук-человек. Как его там. Парень уже полгода шныряет по Куинсу, и пора бы решить — мы его берём под крыло или оставляем в покое. — Я думал, мы уже решили, — подал голос Стив. — Ты сказал, он сам по себе. Не хочет в команду. — Передумал. — Тони пожал плечами. — Мне нужен свежий взгляд. Пятница, где запись? — Загружаю, босс, — ответил мягкий голос ИИ. — Последнее наблюдение: сегодня, 03:47 утра, пересечение Бруклинского моста. Питер замер. Сегодня в 03:47 он как раз возвращался после драки с торговцами оружием. И он помнил, что снимал маску — чтобы вытереть пот с лица. Прямо на мосту. Наверное, дрон висел где-то рядом. — Мистер Старк, — повторил он громче. — Может, не надо? Я… я думаю, Человек-паук не хотел бы, чтобы его личность… — Да брось, — махнул рукой Тони. — Мы же свои. Никто не узнает. Клинт, выключи телефон. — Я не записываю, — обиженно сказал Клинт. — Я яблоко ем. — Тор, отойди от окна, ты загораживаешь свет. — Я не загораживаю, я наслаждаюсь видом, — прогудел Тор. Питер судорожно сглотнул. Он посмотрел на Наташу. Та смотрела на него. Очень внимательно. С лёгкой улыбкой, от которой становилось не по себе. — Ты чего такой нервный, парень? — спросила она. — Боишься, что Человек-паук окажется кем-то, кого ты знаешь? Питер поперхнулся водой. — Что? Нет, я… я просто… — он закашлялся. — Я просто волнуюсь. Я никогда раньше не был на… на таких собраниях. Я же просто стажёр. — Стажёр, который спит в башне три ночи в неделю, — заметил Брюс. — Тони, он вообще домой ходит? — Ходит, — ответил Тони. — Иногда. Пятница, где запись? Я сказал — выводи. — Вывожу на главный экран, босс. Главный экран — огромная голографическая панель во всю стену — засветился голубым. Питер зажмурился. Может, если он не будет смотреть, то и остальные не увидят? — О, смотрите, — сказал Клинт с набитым ртом. — Ночной Куинс. Красиво. Питер открыл один глаз. На экране была ночная улица, дрожащее изображение с дрона. Потом дрон поднялся выше, и камера навелась на мост. На Бруклинский мост. Где стояла фигура в красно-синем костюме. — Человек-паук, — произнёс Стив. — Вживую не видел. Только по новостям. — Он маленький, — заметил Клинт. — Для паука. — Не суди по размеру, — сказала Наташа. — Пауки бывают смертельными. Питер почувствовал, как его лицо заливается краской. Он сжал стакан так, что стекло треснуло. Вода полилась на штаны. — Ой, — сказал он. — Простите. Я… я сейчас. Он вскочил, но Тони даже не посмотрел в его сторону. — Сиди, — бросил Тони. — Потом уберёшь. Пятница, прокрути до момента, где он останавливается. — Прокручиваю. Изображение на экране дёрнулось. Человек-паук — Питер, его тошнило от собственного вида — остановился на середине моста, оглянулся по сторонам, а потом… — О, — сказал Брюс. — Он снимает маску. — Не смотрит на дроны, — прокомментировал Клинт. — Неопытный. — Или просто устал, — возразил Стив. — Слышали, он всю ночь патрулирует. Питер хотел закричать. Он хотел вскочить, выбежать из комнаты, прыгнуть в окно — он бы выжил, он паук, он бы выжил. Но ноги не слушались. Они превратились в желе. В ледяное желе. На экране Человек-паук стянул маску. И под ней оказалось… — Чёрт, — выдохнул Клинт. Яблоко выпало из его руки и покатилось по полу. — Что за… — начал Брюс. Наташа просто подняла бровь. Очень медленно. И перевела взгляд на Питера. На экране было его лицо. Его, Питера Паркера. Растрёпанные волосы, огромные глаза, капелька пота на носу. Идиотская улыбка — он тогда увидел что-то смешное на другой стороне моста. — Пятница, — голос Тони вдруг стал очень тихим. — Стоп. — Запись остановлена, босс. В комнате повисла тишина. Такая тишина, что Питер слышал, как тикают часы на стене. И как бьётся его сердце — слишком громко, слишком быстро. И как Тор перестал дышать. — Питер, — сказал Тони. Он повернулся к нему. Медленно. Очень медленно. — Объясни. Питер открыл рот. Закрыл. Открыл снова. — Я… — его голос сорвался. — Я… это не… это не то, что вы думаете. — Не то? — переспросил Клинт. — На экране — твоё лицо. В паучьем костюме. Это… это очень похоже на то. — Может, это мой брат-близнец? — слабо предположил Питер. — У тебя нет брата-близнеца, — сказал Тони. — Я проверял твоё досье. Дважды. Ты единственный ребёнок в семье. Питер сглотнул. Горло пересохло, как в пустыне. — Мистер Старк, — прошептал он. — Пожалуйста, я могу всё объяснить. Но не сейчас. Не… не при всех. — При всех, — отрезал Тони. — Они уже видели. Пятница, убери запись. Экран погас. Но в глазах Мстителей уже застыло изображение. Лицо Питера. Лицо Человека-паука. Стив медленно поднялся. Подошёл к Питеру. Встал напротив, скрестив руки на груди. — Тебе сколько лет? — спросил Стив. Голос у него был спокойным, но в спокойствии этом чувствовалась сталь. — Четырнадцать, — выдавил Питер. — Пятнадцатьчерез два месяца. — Четырнадцать, — повторила Наташа. — Тони, ты знал? — Нет! — Тони вскочил. — Я не знал! Я думал… я думал, он просто стажёр. Одарённый подросток. Умный, талантливый, немного неуклюжий. Я не знал, что он… — он замолчал. Посмотрел на Питера. В его глазах смешались гнев, удивление и что-то ещё. Что-то похожее на боль. — Ты меня обманывал, Пит. — Я не обманывал! — Питер вскочил. Стул отлетел в сторону и с грохотом ударился о стену. — Я просто… я просто не говорил. Это разные вещи. Обманывать — это говорить неправду. А я… я просто молчал. — Молчал, когда я предлагал тебе познакомиться с командой, — сказал Тони. — Молчал, когда я рассказывал о Человеке-пауке. Молчал, когда я говорил, что хочу пригласить его в Мстители. Ты слушал и молчал. Питер закусил губу. Губа сразу же лопнула — он не рассчитал силу. На языке появился вкус крови. Металлический, солоноватый. — Я боялся, — сказал он. — Я боялся, что если вы узнаете, то… то вы отправите меня домой. Скажете, что я слишком маленький. Что я не готов. Что я просто безответственный ребёнок, который играет в героя. — Но ты и есть ребёнок, — тихо сказал Брюс. — Питер, тебе четырнадцать. Ты не должен… — Я знаю, что я должен и чего не должен! — выкрикнул Питер. — Все вокруг знают, что я должен! Миссис Поттс говорит, что я должен хорошо учиться. Мистер Старк говорит, что я должен быть осторожнее. Тётя Мэй говорит, что я должен помнить о дяде Бене. А я… — его голос сорвался. — Я просто хочу помогать людям. Это единственное, что я умею. Единственное, в чём я не подвожу. Наташа подошла к нему. Не быстро, не медленно. Просто подошла и взяла его за руку. Тот самый стакан, который он раздавил, выпал на пол. — Твои руки дрожат, — сказала она. — Ты боишься. — Я не боюсь, — соврал Питер. Голос дрожал. — Боишься, — повторила она. — И правильно делаешь. Мы — команда убийц и суперсолдат. Ты — подросток в пижаме, который лазает по стенам. Бояться — нормально. — Это не пижама, — буркнул Питер. — Это высокотехнологичный костюм с системой паучьего полёта и шестьюстами четырьмя режимами стрельбы. — Шестьсот четыре? — переспросил Клинт. — Зачем пауку шестьсот четыре режима стрельбы? — На всякий случай, — ответил Питер. И тут же прикусил язык. — То есть… я не… я не знаю, зачем. Я просто читал статью. Тони засмеялся. Коротко, нервно, как-то по-сломанному. — Пятница, — сказал он. — Костюм Питера. Версия? Характеристики? — Костюм «Паук» версия 3.7, — отчиталась Пятница. — Разработан самим мистером Паркером при минимальной помощи лаборатории Stark Industries. Оснащён паучьей тканью собственной разработки, шестьюстами четырьмя режимами стрельбы, системой подогрева, навигационным модулем и шестьдесят тремя дополнительными функциями. Хотите полный список? — Не надо, — сказал Тони. — Я понял. Ты сам его сделал? Питер кивнул. Кивок вышел резким, почти агрессивным. — После того как вы забрали первый костюм, — сказал он. — В Берлине. Вы сказали, что если я ничего не стою без костюма, то я не стою и с ним. Я… я хотел доказать, что стою. Что я могу сам. Что я не просто… не просто ребёнок, которому вы дали игрушку. — Я не говорил, что ты ребёнок, — тихо сказал Тони. — Вы не говорили. Но вы так думали. Я видел. Комната снова замолчала. Тор наконец отошёл от окна. Подошёл к Питеру. Огромный, в своей кольчуге, с молотом в руке. Питер смотрел на него снизу вверх и чувствовал себя муравьём. Не просто муравьём — муравьём под микроскопом. — Ты сражался с тем роботом в Куинсе, — сказал Тор. — Две недели назад. Я видел запись. Тот, который грабил банк. — Да, — Питер сглотнул. — Это был я. — Ты сломал ему руку. Одним ударом. — Ногу, — поправил Питер. — Я сломал ему ногу. И он упал. И я… я потом помог ему встать. Он был просто наркоманом в украденном экзоскелете. Он не хотел никого убивать. Тор посмотрел на него долгим взглядом. Потом кивнул. — Ты добр, — сказал он. — Это хорошо. Добрых воинов мало. Питер не знал, что на это ответить. Он просто стоял и смотрел на свои кроссовки. На левом шнурок развязался. — Я не воин, — сказал он наконец. — Я просто… я просто парень, который может лазать по стенам. И у которого… у которого очень хорошая реакция. И я… я хочу помогать. Это всё. — Этого достаточно, — сказал Стив. Он всё ещё стоял напротив, но его поза стала мягче. — Я в шестнадцать лет тоже хотел помогать. Только у меня не было суперсилы. Был только туберкулёз и желание вступить в армию. — Вы вступили в армию в шестнадцать? — удивился Питер. — Соврал про возраст, — признался Стив. — Сказал, что мне восемнадцать. Меня завернули шесть раз. На седьмой я всё-таки прошёл. — И вас не поймали? — Поймали. Но к тому моменту я уже был в учебке. Меня не стали выгонять — не хватало солдат. Питер слабо улыбнулся. — Значит, я не один такой… идиот? — Идиотов, которые хотят спасать мир, много, — сказала Наташа. — Мы все здесь такие. Идиоты, причём с большой буквы. — Я бог, — напомнил Тор. — Боги не бывают идиотами. — Ты врезался в стену на вечеринке в честь моего дня рождения, — сказал Клинт. — Потому что решил, что можешь летать без молота. — Это был ритуал, — буркнул Тор. — Вы, смертные, просто не поняли. Питер хихикнул. Всхлипнул. Снова хихикнул. Эмоции смешались в комок где-то в груди, и он не знал — плакать ему или смеяться. — Вы… вы не злитесь? — спросил он. — На то, что я скрывал? — Злимся, — честно сказал Тони. — Очень злимся. Но не на тебя. На себя. Я должен был понять раньше. Слишком умный для стажёра. Слишком быстрый. Слишком… паучий. — Паучий? — переспросил Питер. — Это слово? — Теперь да. — Тони подошёл к нему. Остановился в шаге. — Пит. Почему ты не сказал мне? Лично мне. Я бы… я бы понял. — Я боялся, что вы… — Питер запнулся. — Что вы посмотрите на меня так же, как смотрели на того парня в Берлине. С разочарованием. Что вы скажете, что я не оправдал ожиданий. — Ты их превзошёл, — тихо сказал Тони. — В сотню раз. Ты создал костюм, который почти не уступает моим разработкам. Ты патрулируешь улицы каждую ночь. Ты спасаешь людей, рискуя своей четырнадцатилетней шкурой. Ты… ты мой герой, Пит. Даже без костюма. Питер почувствовал, как глаза защипало. Он отвернулся, вытирая лицо рукавом. — Не плачь, — сказал Клинт. — А то я тоже начну. А я не хочу плакать при боге грома. — Я не плачу, — шмыгнул носом Питер. — У меня аллергия. — На что? — На… на правду. Наташа усмехнулась. Положила руку ему на плечо. — Добро пожаловать в команду, Паук, — сказала она. — Официально. С сегодняшнего дня. — Но я… — Питер растерянно посмотрел на Тони. — Мистер Старк? Вы же говорили, что я слишком молод для Мстителей. — Я передумал, — сказал Тони. — Пятница, добавь Питера Паркера в список резидентов башни с полным доступом. И сними все ограничения с его костюма. — Выполнено, босс. Мистер Паркер, добро пожаловать. Питер открыл рот. Закрыл. Открыл снова. — Вы… вы серьёзно? — Абсолютно, — кивнул Тони. — Но при одном условии. — При каком? — Ты перестанешь называть меня «мистер Старк». Я устал. Зови меня Тони. Питер посмотрел на него. На этого человека, который полгода назад забрал у него костюм и сказал «если ты ничего не стоишь без него…». На человека, который приютил его в башне, кормил пиццей и чинил его паучьи паутиномёты, когда те ломались. — Тони, — сказал Питер. И улыбнулся — впервые за этот долгий вечер. — Спасибо. — Не за что, — ответил Тони. — А теперь — иди умойся. У тебя сопли по лицу текут. И шнурок развяжи, а то упадёшь. Питер опустил глаза. Левый шнурок действительно развязался. Он наклонился, завязал его — и вдруг почувствовал, что на него смотрят. Все. С улыбками. — Что? — спросил он, выпрямляясь. — Ты завязал шнурок, как паук, — сказал Клинт. — Пальцы слишком длинные. — У меня всегда были длинные пальцы, — обиженно сказал Питер. — Это генетика. — Это мутация, — поправил Брюс. — Но в хорошем смысле. Тор вдруг шагнул вперёд и хлопнул Питера по плечу. Хлопнул так, что Питер едва устоял на ногах — его паучьи чувства даже не успели среагировать, настолько сильным был бог. — Ты мне нравишься, маленький паук! — прогудел Тор. — Мы будем хорошо драться вместе! — Я… я не дерусь, — сказал Питер, потирая плечо. — Я просто… обезвреживаю. — Обезвреживание — это тоже драка, — заметил Стив. — Только с хорошими манерами. — Я манерный паук, — сказал Питер. И сам засмеялся своей шутке. Тони закатил глаза. Но улыбался. — Пятница, — сказал он. — Закажи пиццу. Побольше. Мы празднуем пополнение. — Какую пиццу предпочитает мистер Паркер? — спросила Пятница. — С ананасами, — ответил Питер. И тут же добавил: — Я знаю, что это преступление против кулинарии. Но мне нравится. — С ананасами, — повторила Наташа. — Ты точно паук? Пауки не едят ананасы. — Этот паук ест, — Питер пожал плечами. — У меня нетипичное поведение. — Как у всех нас, — сказал Клинт. — Добро пожаловать в клуб нетипичных. Они сели за стол. Кто-то — на диван, кто-то — на стулья. Питер снова взял стакан с водой — новый, не раздавленный. И вдруг подумал: «Они знают. Они все знают. И никто не ушёл. Никто не сказал, что я слишком маленький. Никто не отправил меня домой». Он посмотрел на Тони. Тот поймал его взгляд и кивнул. Молча. По-своему. — Спасибо, — прошептал Питер одними губами. — Не за что, — так же беззвучно ответил Тони. Пиццу принесли через полчаса. С ананасами, пепперони и ещё какой-то странной с тунцом, которую заказал Клинт. Питер съел три куска, запил колой и почувствовал, как усталость наваливается на него — вся сразу, как снежный ком. — Можно я… можно я пойду спать? — спросил он. — Я сегодня рано вставал. — Конечно, — сказал Тони. — Иди. Завтра у нас тренировка в 8 утра. Не опаздывай. — Восемь? — Питер скривился. — Это же суббота. — Герои не спят в субботу. — Спят, — возразил Питер. — Герои очень много спят. Потому что они много работают. — Спорный тезис, — заметил Стив. — Капитан Америка не спит. — Потому что вас разбудили через семьдесят лет, — парировал Питер. — У вас циркадный ритм сбился. Стив открыл рот, чтобы что-то сказать, но не нашёлся. Наташа тихонько засмеялась. — Он тебя уделал, Стив, — сказала она. — Признай. — Я не уделал, — смутился Питер. — Я просто… привёл аргумент. — Иди уже, аргумент, — махнул рукой Тони. — Спать. Восемь утра. Не забыл? Питер кивнул. Попрощался со всеми — с каждым по отдельности, потому что тётя Мэй научила его быть вежливым, даже когда очень хочется спать. И пошёл к выходу. В дверях он остановился. Обернулся. — Тони? — позвал он. — М? — Спасибо, что не выгнали. — Ты наш, Пит. — Тони взял кусок пиццы. — Своих не выгоняют. Питер улыбнулся. Вышел в коридор. Прошёл мимо комнаты Пеппер, мимо спортзала, мимо лаборатории. Зашёл в свою комнату — маленькую, уютную, с видом на город. Лёг на кровать. Не раздеваясь. Уставился в потолок. — Пятница? — позвал он. — Да, мистер Паркер? — Вы… ты знала? Про костюм? Про то, что я Человек-паук? Пауза. — Я подозревала, — ответила Пятница. — Ваша частота сердечных сокращений всегда повышалась, когда босс говорил о Человеке-пауке. Но я не имею права раскрывать личную информацию без разрешения. — А сегодня? Сегодня ты показала запись. — Босс приказал показать последнюю запись с дронов. Я подчинилась. Я не знала, что вы будете против. Питер вздохнул. — Ладно, — сказал он. — Всё равно уже всё раскрылось. Ты… ты хорошая, Пятница. Спасибо, что заботишься о нём. О Тони. — Я забочусь обо всех в этой башне, — ответила Пятница. — Включая вас, мистер Паркер. Доброй ночи. — Доброй ночи, — прошептал Питер. Закрыл глаза. И в темноте, перед тем как провалиться в сон, он подумал: «У меня есть команда. У меня есть Тони. У меня есть Пятница. Может быть, всё будет хорошо». А за стеной, в гостиной, Тони допивал вторую чашку кофе и смотрел на пустой стул, на котором только что сидел Питер. — Пятница, — сказал он. — Да, босс? — Ты знала, да? Знала, что он Паук. И не сказала мне? — Вы не спрашивали, босс. Тони усмехнулся. — Умная программа, — сказал он. — Я тебя такой сделал. — Вы сделали меня совершенной, — поправила Пятница. — Спокойной ночи, босс. — Спокойной ночи, Пятница. Тони допил кофе. Поставил кружку на стол. И улыбнулся в пустоту. Маленький паук. В его башне. В его команде. В его жизни. И это было хорошо.