Идеальная Уязвимость

Вопрос о хаосе заставил Дару чуть скривить губы в подобии улыбки. Эта фарфоровая кукла явно переоценивала концепцию беспорядка в своем стерильном мире, но её искренность подкупала. Пока принцесса Хаоса взвешивала риски и преимущества каждого варианта, Айрис, не выносящая пауз в потоке данных, решила заполнить эфир. Она переступила с ноги на ногу, её туника снова опасно сползла, но элари, похоже, окончательно сдалась перед законами физики и оставила её в покое. — Если ты выберешь второй или третий вариант, — начала Айрис, её голос зазвучал с интонациями увлеченного лектора, — тебе стоит знать несколько базовых вводных о нас. Чтобы не было… тактических неожиданностей. Дара чуть приподняла бровь, давая понять, что слушает. — Во-первых, — Айрис загнула палец, — ты не встретишь на улицах мужчин. Ни одного. Элари — моногендерная раса. Мы все выглядим примерно так, как я, только с вариациями пигментации и адаптации к разным световым поясам. Я — фенотип «Аргента», серебряные. На юге живут «Аурум», золотые и медные, а на севере — «Оникс», сумеречные, у них потрясающе красивая графитовая кожа. Но в остальном — мы все сестры по структуре. Дара слегка нахмурилась. Моногендерная раса, не знающая войн и живущая тысячелетиями. — И как же вы тогда размножаетесь? — прямо спросила принцесса, привыкшая называть вещи своими именами. — Клонирование? Искусственные матки? Айрис радостно рассмеялась, словно Дара сказала отличную шутку. — Клонирование — это путь к вырождению, — махнула рукой элари. — Нет, мы размножаемся партеногенезом, но нам нужен генетический катализатор. Мы… забираем чужой генетический материал, разбираем его на фрагменты и используем для рандомизации собственного кода. Айрис чуть склонила голову, и в её фиалковых глазах мелькнуло искреннее научное любопытство. — Собственно, поэтому «Слепой Рыбак» и был запущен. На Сиариссе полно фауны с двуполым размножением, но для элари нужен разумный катализатор. А поскольку других разумных видов у нас нет… в общем, процесс был заморожен. Мы бессмертны в биологическом смысле, мы не стареем, поэтому потребность в воспроизводстве у нас не стоит остро. Мы рожаем редко и только тогда, когда находим… идеальный фрагмент пазла. Дара медленно переваривала информацию. Раса бессмертных женщин-эмпатов, использующих чужую ДНК для случайных мутаций. — Звучит как изощренная форма паразитизма, — сухо заметила она. — Симбиоз! — горячо возразила Айрис. — Материнский геном всегда доминантен, рождается только элари, но она перенимает лучшие черты «донора». Выносливость, скорость реакции, таланты. Акт сбора материала совершенно безопасен и занимает несколько минут. Поцелуй, тесное объятие, обмен жидкостями… Дара непроизвольно напряглась, вспомнив недавнее объятие элари. Айрис, уловив этот всплеск подозрительности в эфире, мгновенно всплеснула руками. — О, Симметрия, нет! — она даже сделала шаг назад, смеясь. — Я ничего у тебя не забирала! Для запуска процесса нужно не просто прикосновение. Нужен колоссальный гормонально-эмоциональный всплеск, пиковое напряжение страсти или… или Слияние. Это добровольный, глубочайший эмпатический контакт. Без твоего осознанного согласия и полного открытия разума ничего не произойдет. Моя биология просто не пропустит несовместимый или враждебный код. Так что ты в абсолютной безопасности от моего… паразитизма! Дара позволила себе легкую, сардоническую улыбку. Эта девушка была слишком открытой для того, кто плетет интриги. — Хорошо, — кивнула Дара. — Что еще меня удивит на ваших улицах? — Рост, — Айрис указала на себя. — Я считаюсь высокой для элари. Сто сорок два сантиметра. Ты будешь возвышаться над толпой, как монолит над равниной. Плюс твоя кожа не рассеивает свет, у тебя нет «Звёздной вуали». И, конечно, твой эмпатический фон. Айрис снова посерьезнела. — Мы не умеем «закрываться» так, чтобы ничего не излучать. Мы можем контролировать, что именно транслируем, но сам факт присутствия элари в эфире — это константа. А ты… ты звучишь как буря в закрытом контейнере. Ты не излучаешь конкретных эмоций постоянно, но само твое присутствие тяжелое, плотное. Элари будут чувствовать тебя за сотни метров. Они не испугаются — скорее, испытают глубочайшее замешательство и любопытство. Дара посмотрела за парапет. Багровое солнце Рахара опускалось все ниже, окрашивая парящий город в немыслимые оттенки старого золота и запекшейся крови. Город без стражи. Город бессмертных женщин, ищущих хаос. Ей нужно было увидеть это своими глазами. Почувствовать ритм этого места, оценить пути отхода, изучить архитектуру. Сидеть в стерильной лаборатории, поедая синтезированный суп, было тактически неверно. Но и лезть в центр внимания, где каждый эмпат будет сканировать её как аномалию, — тоже преждевременно. — Третий вариант, — произнесла Дара, отворачиваясь от горизонта и встречаясь взглядом с сияющими глазами Айрис. — Нижние ярусы. Улица. Я хочу увидеть, чем питаются бессмертные, когда им лень нажимать кнопки на синтезаторе. Айрис победно сжала кулаки, её тяжелая серебряная коса качнулась, едва не сбив с парапета пустую чашу. — Идеальная траектория! — возвестила она, и её звонкий голос наполнил террасу энергией. — Я знала, что ты оценишь непредсказуемость органики! Элари подбежала к гладкой стене и провела ладонью по скрытому сенсору. Стена беззвучно скользнула в сторону, открывая доступ не в гостиную, а в короткий, освещенный белым светом коридор. — Транзитный шлюз, — пояснила Айрис, ныряя внутрь и жестом приглашая Дару следовать за ней. — Сейчас мы спустимся в зону пониженного социального давления. Обещаю, местная биолюминесцентная флора в сочетании с жареными белковыми спиралями — это то, ради чего стоит пересечь Мультивселенную! Дара шагнула следом, чувствуя, как мягкий, бесшумный лифт начинает стремительное падение вниз, в недра парящего города, залитого багровым светом уходящего солнца. Игра начиналась. И правила в ней диктовал не Хаос, и не Порядок Амбера. Это была совершенно новая доска. И Дара собиралась изучить её от края до края.