Идеальная Уязвимость

Айрис запрокинула голову и расхохоталась. Звонкий, чистый звук её смеха эхом отразился от матовых стен салона. — О, Симметрия… — выдохнула элари, утирая выступившую от смеха слезинку в уголке фиалкового глаза. — Я смотрю на тебя и понимаю: еще никогда в истории Сиарисса перспектива поедания фаст-фуда на лавочке не выглядела столь монументально и… фатально. Если бы у нас была концепция богинь разрушения, тебе бы сейчас начали приносить жертвы. Дара лишь снисходительно хмыкнула, поправляя широкий черный пояс. Новая ткань — смарт-шелк — сидела идеально. Она струилась, как вода, но стоило принцессе резко напрячь мышцы или хлопнуть ладонью по бедру, как материал на долю секунды приобретал плотность хорошего кожаного доспеха. Местная физика определенно имела свои прелести. — Веди, — коротко скомандовала Дара. — И давай посмотрим, кто кому будет приносить жертвы. Они вышли из салона на широкую, плавно изогнутую террасу, опоясывающую один из нижних ярусов города. Бархатный Час уже полностью вступил в свои права. Бело-голубая Рахея скрылась за горизонтом, оставив небо огромному багровому диску Рахары. Свет стал густым, теплым, скрывающим изъяны и стирающим резкие тени. Город внизу казался вылепленным из расплавленной меди и старого золота. Дара шла неторопливо, её широкие рукава цвета старой крови плавно колыхались в такт шагам. Принцесса Хаоса, чей разум был воспитан на тактике осады, интригах и защите, сканировала пространство с холодной паранойей ветерана. И то, что она видела, вызывало у неё глубочайший когнитивный диссонанс. — Здесь нет узких мест, — негромко произнесла Дара, скорее себе, чем провожатой. — Ни крепостных стен. Ни бойниц. Ни внутренних ворот для отсечения районов в случае бунта. Ваши мосты слишком широки и изящны — их невозможно защищать малым числом. Этот город построен так, словно концепция осады здесь никому не известна. — Потому что она и неизвестна, — радостно отозвалась Айрис, шагая рядом своей упругой походкой. — Зачем отсекать районы? Архитектура Сиарисса подчинена гидродинамике и резонансу, а не баллистике. Город должен «дышать», потоки воздуха и транспорта должны течь без сопротивления. Мы строим для жизни, Дара. Не для выживания. Дара покачала головой. — А энергия? Я не вижу ни труб, ни проводов, ни рун питания. Магия Дворов требует привязки к Логрусу, механизмы Тени Земли требуют нефти или атома. Как левитируют эти ваши платформы? Дара указала кивком на проплывающий мимо открытый магнитоплан, на котором стайка элари тихо о чем-то беседовала. Никакого шума двигателей, только едва уловимый шелест рассекаемого воздуха. — Твердотельный синтез, — охотно пояснила Айрис, горделиво выпятив грудь в своей новой синей куртке. — Мюонный катализ в миниатюре. Ядра размером с твой кулак. Они не требуют замены десятилетиями и работают абсолютно бесшумно. Город питает сам себя. Никакой грязи, никакого выхлопа. Они свернули на широкую пешеходную аллею, ведущую к парку, и здесь Дара в полной мере ощутила то «социальное давление», о котором предупреждала Айрис. Улица была многолюдной. Десятки, сотни элари прогуливались, сидели на парящих скамьях или общались у открытых террас. Дара знала, что мужчин здесь нет, но *увидеть* это своими глазами оказалось куда более странным опытом. Целый социум, состоящий исключительно из невысоких, хрупких женщин с огромными глазами и невероятно длинными волосами. Это напоминало ожившую детскую сказку, которая по какой-то ошибке получила технологии богов. И стоило Даре сделать несколько шагов по аллее, как сказка обратила на неё внимание. Это не было паникой. Никто не кричал и не хватался за оружие (которого у них всё равно не было). Это было похоже на то, как если бы в спокойное озеро бросили тяжелый камень. Эмпатический резонанс Дары — плотный, темный, таящий в себе первобытную угрозу — ударил по рецепторам элари. Разговоры стихли. Фигурки замирали. Сотни огромных, влажных глаз повернулись в её сторону. Они расступались перед ней, образуя широкий, уважительный и бесконечно любопытный коридор. В их взглядах читалось не осуждение, а глубочайшее, почти благоговейное изумление. Дара шла сквозь эту толпу с гордо поднятой головой, принимая их внимание как должное, словно шла к трону Амбера. Но её цепкий взгляд при этом продолжал собирать данные. Она рассматривала фенотипы расы, о которых говорила Айрис. Большинство были «Аргента», как её провожатая. Их молочно-белая кожа с голубоватым отливом «Звёздной вуали» делала их похожими на фарфоровых кукол или ледяные статуэтки. Но чуть поодаль, у перил моста, Дара заметила группу совершенно иных элари. Их кожа имела насыщенный, теплый оттенок старой бронзы и терракоты. В багровом свете Рахары они казались отлитыми из золота. Их вуаль переливалась мягким янтарем. — «Аурум», — тихо подсказала Айрис, заметив интерес Дары. — Южанки. Они самые устойчивые к жесткому спектру света. Но по-настоящему Дару поразил третий тип. Навстречу им, замыкая расступившийся коридор, шли две элари с кожей цвета полуночи. Глубокий, графитово-синий оттенок, почти переходящий в черный. Их глаза были более миндалевидными и сияли в контрасте с темной кожей, словно прожекторы. Но самое удивительное было в их «Звёздной вуали». При каждом движении их темная кожа переливалась иридисценцией — словно кто-то запер северное сияние внутри обсидиана. — «Оникс», — пробормотала Дара, не скрывая мрачного восхищения. — Потрясающе. Они подошли бы ко Двору Хаоса. В них есть эстетика бездны. — Они с северных архипелагов, — кивнула Айрис, приветливо махнув рукой одной из сумеречных элари, которая в ответ отвесила глубокий, изящный поклон, не сводя глаз с Дары. — Их пигментация — шедевр адаптивной оптики. — И никто из них не боится, — констатировала Дара, когда они наконец миновали толпу и вышли к границе парка. — Я чувствую себя волком, идущим сквозь стадо оленей, которые забыли, что такое хищник. Они просто смотрят. — Я же говорила, мы не знаем концепции войны, — Айрис чуть пожала плечами. — Для них ты — не угроза. Для них ты — ходячая аномалия. Сбой в уравнениях, который хочется подойти и изучить. Поверь, если бы у нас не было такого жесткого кодекса вежливости, они бы уже окружили тебя и начали брать соскобы с твоей новой куртки. Дара усмехнулась. Парк перед ними разительно отличался от архитектуры города. Если здания были плавными и математически выверенными, то здесь правила буйная, инопланетная органика. Огромные папоротникообразные деревья, чьи листья излучали мягкое бирюзовое и фиолетовое свечение, создавали причудливый контраст с багровым небом. В центре небольшой площади стояла изящная, открытая стойка. За ней находилась элари фенотипа «Аурум», ловко орудующая магнитными щипцами над поверхностью, излучающей мягкий жар без видимого огня. В воздухе витал невероятно аппетитный, густой аромат жареного мяса и острых специй. — Вот мы и на месте! — Айрис радостно потерла ладони и ускорила шаг. — Мастер Кела делает лучшие белковые спирали в этом секторе. Она синтезирует мясную текстуру прямо из базовых аминокислот с добавлением экстракта местных корнеплодов. Айрис подбежала к стойке, обменялась с мастером несколькими быстрыми фразами и переливчатыми смешками. Золотистая элари бросила на Дару быстрый, полный благоговения взгляд, после чего двумя точными движениями завернула исходящие паром, закрученные в спираль порции во что-то похожее на съедобный зеленый лист. Айрис гордо вручила один сверток Даре. Он был горячим, плотным и пах так, что у принцессы Хаоса, не евшей со времени своего похищения из Теней, невольно свело желудок. — Идем! — Айрис указала на свободную, плавно изогнутую лавочку под кроной гигантского биолюминесцентного дерева. Дара, в своем новом царственном смарт-шелке цвета крови, плавно опустилась на скамью. Айрис плюхнулась рядом, с наслаждением вгрызаясь в свою порцию. Принцесса Хаоса посмотрела на еду, затем на свою миниатюрную, беззаботную спутницу, затем на проходящих мимо бессмертных эмпаток, сияющих в лучах багрового солнца. В Амбере за такой ужин на открытом воздухе её могли отравить трижды. Здесь же единственной угрозой была вероятность того, что она испачкает свою кинетическую броню соусом. Дара откусила кусочек. Мясо было острым, невероятно сочным и таяло во рту, оставляя долгое, пряное послевкусие. — Ну как? — с набитым ртом поинтересовалась Айрис, её фиалковые глаза сияли ожиданием. — Достойный хаос для твоей пищеварительной системы? — Приемлемо, — невозмутимо ответила Дара, делая еще один укус, и впервые с момента своего появления на Сиариссе позволила себе по-настоящему, искренне расслабиться. — Для начала — весьма приемлемо, маленькая элари.