Истории до и после

Холод подобно мантии обволакивал всё тело. Уже не пронизывающий, привычный, хотя ощущался острее. В это время года тут куда спокойней, чем летом, из-за отсутствия течений. Идеальное место. Джейд скользил через эту тишину, едва шевеля плавником. Шум брата иногда переходил границы, когда дом тому казался чересчур скучным местом. Поэтому сейчас Лич наслаждался безмолвием, изредка замечая мелкую рыбёшку, подплывающую к ледяному потолку. Джейд слышал от старших, что, когда гладь воды покрывает коркой, можно наблюдать «танцы на льду», чтобы это выражение не означало. Парень видел приспособление, а точнее обувь для этого вида спорта и очень смутно представлял, как на нем можно держать равновесие, не говоря уже о «танце». Однако слова вызвали интерес. «Ничего нет… — мрачно подметил Лич, подбираясь к берегу. — Но похоже люди здесь были». Парень осторожно проскользнул мимо вырезанной лунки, что часто оставляют рыбаки. Кто знает, может эта неприятная нить всё ещё в воде поджидает добычу. Совсем на мелководье парень лезть не стал, каменистое дно задевало бы плавник, а в некоторых местах лёд проходил до дна. Для простой прогулки уж слишком напряженно выходило. В детстве родители часто запрещали подплывать братьям к берегу, как летом, так и зимой. А запретное место манило. Однако сейчас, перед поступлением, берег разочаровывал. Один мусор, следы пребывания рыбаков и пустота. «Видимо, ничего по-настоящему интересного не будет» — разочарованно мелькнула мысль, заставляя повернуться назад, когда над головой мелькает тень. Затем ещё, и ещё. Гудящий с небольшим хрустом, где-то с ударом и задорным смехом в отдалении звук удивлял. Джейд замер, рассматривая эти тени. Будто гладкие камни перетирают между собой. Нет… плавно и легко. Будто скольжение? «На тех ботинках с лезвиями? — изумление заставило брови взмыть вверх. — Но это же разрежет лёд, да?». Тени двигались независимо, кто-то с изящной дугой, описывая широкий круг, кто-то быстро, кто-то медленно, а кто-то размашисто, иногда мерцая, от чего часто слышались удары о лёд. «И это танец?». Парень неспеша следовал за ними дальше в глубь, подмечая одну особенную. Её ритм был чётким, гибким, исполненным необъяснимой грации. Она будто плыла по поверхности, что совершенно не укладывалось в голове Джейда. А тень скользила по границе видимости, словно призрак на ледяном холсте, завершала круг, совершая резкий разворот и обгоняла остальных. Одна из теней натыкалась на неё, заставляя кружить на месте, как косяк сельди. Хотя изначально нарушитель грации двигался довольно хаотично, размашисто, эта тень мастерски исправляла ритм. В некоторых местах лед был чище, пропуская не только тени, но и отблески солнца, заставляя воду переливаться и сверкать. И эта элегантная тень блестела по-особенному. «Как редкий глубоководный моллюск с перламутровой раковиной, — сравнение пришло само собой. — Неожиданная находка». Хотелось взглянуть на это со стороны суши. Там такая же картина? Обычно коллекционирование Джейда ограничивалось грибами или минералами, но это… это было живое искусство, некое рисование по льду светом и тенью. Легкое любопытство, вспыхнувшее вначале, начало разгораться в настойчивое желание. Увидеть снова. Разглядеть детали. Понять ритм. Но ломать для этого лед нельзя. Взглянуть через прорубь? «Он далеко отсюда». Поэтому парень спустился на скалы для лучшего наблюдения, будто за звёздным небом. Даже когда тени исчезли он ещё долго оставался на месте представляя, что на самом деле творилось на поверхности и как такая неустойчивая обувь даёт людям элегантность рыбки-павлина. Когда холод начал проникать глубже, напоминая о времени, Джейд развернулся и мощным толчком плавника устремился прочь. В его мыслях уже крутились расчеты: время появления, движения, толщина льда в этом месте. И главное — та неуловимая грация. Холод постепенно отступал, а течения изгибались ближе к берегу. Солнце, хоть и низкое, теперь задерживалось на небе дольше, окрашивая ледяную пустыню в оранжево-золотистые тона на закате. Дни сменялись стремительно и тени появлялись всё реже. Однако был заметен прогресс, теперь Джейд не сразу мог определить какая из теней та самая. И всегда было приятно угадать, пока они только набирали оборот. Это стало его «аквариумом», где можно было расслабиться, наблюдая за ничего не подозревающими «рыбками» с их скользящими танцами. Наверно, когда Лич выйдет на сушу, это первое чему он хотел бы научиться. И наконец-таки увидеть эту тень. С каждым днем он видел чуть больше. Тень обретала чуть более четкие очертания: стройный силуэт, развевающиеся на скорости волосы, плавные движения рук, помогающие балансу. И, конечно, коньки. Их тонкие лезвия оставляли на льду едва различимые снизу, но для его зрения — идеально видимые следы: параллельные линии, резкие дуги поворотов. Из-за неё эта обувь казалась легкой для освоения и довольно грациозной. Джейд представлял их белыми, или даже хрустальными как лёд, с острыми лезвиями и средним каблуком. Как сказочная редкость достойное профессионала… Хотелось добавить их в коллекцию, поставить на стенд, как в музее. Но главным объектом его внимания оставалась Она. Его Элегантная Тень. «Добавить их обоих? — улыбка, что позволяла увидеть острые зубы, озарила лицо Джейда. — Прямо как музыкальная шкатулка с балериной». Тогда мешающие тени не побеспокоят её выступление. Он начал предугадывать ее движения, мысленно прорисовывая траекторию еще до того, как она начинала поворот. Ее появление стало точкой отсчета его дня. Он ловил себя на том, что еще утром, за завтраком, размышлял, придет ли она сегодня, из-за чего Флойд стал недовольно ворчать на брата и пытаться проследить за ним. Вот только зря. Джейд слишком хорошо знал, как того обхитрить. Однако мир под водой менялся, теплел, а это хрустальное зеркало становилось шероховатым, покрылось сетью тонких, как паутина, трещин и мутнело. Талая вода смешалась со льдом, создавая опасные прослойки. Скоро его звёздному небу настанет конец. С одной стороны, он с нетерпением этого ждал — скоро поступление в колледж. А с другой, парень больше не увидит её до следующей зимы. Может тень и покажется на берегу летом, но как узнать без этого уникального скольжения? Подплывая к привычному месту, Лич не мог не заметить места, где лёд потемнел — верный признак потери прочности. Обычно такие наблюдения заставили бы его быть предельно осторожным или вовсе сменить место исследований. Но не сегодня. Не сейчас. Потому что наверху появилась Она. Также грациозна и быстра. Однако в этот раз одна. «Глупая,» — снисходительно решил Джейд, особенно внимательно наблюдая куда устремилась тень. Широкий круг, мелькания, резкие повороты и быстрые разгоны. Как обычно, но было что-то не так. Движения казались… жадными? После стольких наблюдений парень точно чувствовал, будто тень пыталась накататься вдоволь. Будто это в последний раз. Джейд нахмурился, не отрывая взгляда. Он видел, как под лезвием ее конька на особенно мутном участке лед слегка прогнулся, издав снизу едва слышный хруст. Она не упала, даже не пошатнулась, мастерски сохранив равновесие, но парень заметил мгновенное напряжение в ее тени, резкий взмах рук для баланса. Испугалась? Он видел, как её тень замерла, будто прислушиваясь к скрипу льда под своими коньками. Как сделала маленький, осторожный толчок и проехала всего пару метров, прежде чем снова замереть. Прогибается. Лёд плох, слишком плох, чтобы так кататься. Он хрустит и покрывается трещинами. Теперь тень это заметила, но слишком поздно. КР-Р-РАХ! Звук был не громким, но страшным. Как треск ломающегося дерева, что рухнуло в воду, умноженный эхом подо льдом. Рвущаяся, ломающаяся твердь. Джейд увидел это одновременно и замедленно, и мгновенно. Участок льда прямо под ней — тот самый, тёмный и пористый — просто провалился. Не треснул, а порвался под тенью, увлекая за собой фигуру в центре водоворота из льдин, воздуха и брызг. Волны от падения ударили парня по лицу, чуть отбрасывая назад, от чего пришлось закрыть обзор руками. "Аквариум" разрушился. Борьба некогда тени, что оказалась юной девушкой, была отчаянной и беспорядочной. Она, захлебываясь ледяной водой, инстинктивно металась, пытаясь ухватиться за скользкий край полыньи. Её движения сковывала тяжелая, промокшая одежда. Но главное — коньки. Длинные, профессиональные лезвия, столь восхищавшие Джейда своей красотой, теперь стали её смертным приговором. Они цеплялись за всё: плавающие льдины, поднятую грязь, затягивая её вниз своей неестественной тяжестью. Каждое движение ногой требовало огромных усилий, которые быстро иссякали. Глаза, широко раскрытые от чистого, животного ужаса, мелькнули в мутной воде. Они ничего не видели — только панику и надвигающуюся темноту. Пузыри воздуха рвались от ее губ. Её силы таяли на глазах. Этот отчаянный вид своей Элегантной Тени, двинул Джейда рвануть к ней, до того, как эта мысль возникла. Она не должна так умереть. Он стрелой ринулся вниз, к ее ногам. Его когти, острые и цепкие, нашли пряжки креплений. Ловким, сильным движением он разорвал шнуровку на левом коньке. Нога дернулась в его руке, но парень удержал. Второй конёк отпустил девушку быстрее. Обувь соскользнул с ног и камнем пошёл ко дну. Девушка почувствовала освобождение и легкость, которое придало сил и инстинктивно дёрнулась сильнее, выпуская последний воздух. Перед глазами уже затанцевали зелёные и фиолетовые мушки. Сознание гасло, ускоряя её погружение. Джейд, не тратя время, снял второй конёк, освобождая свою Тень. Не теряя ни мгновения, он обхватил её за талию одной сильной рукой, прижимая к себе спиной, чтобы она не могла в панике ухватиться за него и потянуть на дно. Его вторая рука резко поднялась вверх, к краю полыньи — искать опору, чтобы вытолкнуть их обоих. Его взгляд скользнул по её лицу, мертвенно-бледному, с закрытыми глазами и полуоткрытым ртом. Она не дышит. «Еще не поздно,» — пронеслось в голове, необычайно просто для такой ситуации. Мощным движением плавника он за пару рывков вытолкнул её на поверхность, замечая, как лёд трещит. Надо оттолкнуть подальше от провала. И в этот миг, её глаза открылись, а девушка судорожно закашлялась, хватаясь за горло. Мутный взгляд зацепился за бирюзовое пятно прямо перед собой, пытаясь осознать, что это. Джейд замер. Не имея опыта общения с людьми, да и оказываясь в такой ситуации в первые, парень растерялся, позабыв о треске льда. Широкие карии глаза пристально изучали его черты, всё больше и больше поддаваясь дрожжи. «Чудовище из глубин» — читалось во взгляде. И вот они снова под водой с разлетающимися льдинами, что предательски всплывают и закрывают выход. Близко, слишком близко. Бирюзовая кожа, отчетливо видимая в бледных солнечных лучах, пробивавшихся через полынью. Пульсирующие жабры на шее. Огромные плавники и перепонки между пальцами, вцепившеся в неё. А самое страшное — глаза. Нечеловечески острые, светящиеся в мутной воде холодным, хищным блеском. Парень скалится, с новой силой пытаясь поднять их вверх, а она обращает внимания на клыки, опасно блестящие под водой. Снова ударяет холодный воздух, и девушка жадно вдыхает до почернения в глазах. Под ней уже твёрдая холодная поверхность, а сильная хватка вокруг талии исчезла. От холодного воздуха её горло обжигает и вновь настигает кашель. Ничего не видно, а сил не хватает даже подняться на четвереньки и отползти подальше. Разрывая напряженную тишину подводного кошмара, донеслись голоса. Громкие. Испуганные. — Боже! Кто-то упал! — Живо! Веревку! А в это время подо льдом, Джейд медленно отплывал подальше, не желая быть замеченным, но и уверенным, что с Тенью будет всё в порядке. Кровь бурлила и хотелось что-то сделать, но в мыслях вновь возникали глаза полные ужаса. Наверху голоса затихли, и, кажется, он остался здесь один. Пульс нормализовался и взгляд метнулся вниз, куда упали коньки. Они совсем не эстетично застряли в скалах на дне. Уникальные. Прекрасные, но не хрустальные, как в его воображении. Серые, слегка потрёпанные, но аккуратные. Подходящий трофей. Единственное, что он может взять сейчас. «Интересно, она запомнила меня? — мысль невольно прозвучала, когда Лич подобрал обувь за лезвия. — Расскажет остальным?». Но это уже не имело значения сейчас. У него в руках были её коньки. Холодные, не такие острые, как он представлял, шершавые. Он прижал их к себе и мощным толчком устремился прочь, вглубь залива, оставляя позади свою Элегантную Тень, которая больше не была тенью, а стала реальной, испуганной девушкой, спасенной кем-то из глубин. В его груди что-то неприятно сжалось, но на губах уже играла привычная, вежливая, ничего не значащая улыбка. Он посмотрел на трофеи. Неплохой результат их знакомства. Зима сдалась окончательно. Ее последнее дыхание — жалкие корки грязного льда у самых скал — было смыто теплыми дождями и солнцем, которое теперь не просто светило, а грело. Море проснулось. Оно больше не было застывшим зеркалом, а жило, дышало, перекатывало волны, которые с шумом разбивались о берег, принося запах соли, водорослей и свободы. Воздух звенел от криков чаек и шепота молодой листвы. Джейд уже редко бывал около берега, чаще проводя время с Флойдом и Азулом на глубине. Поступление, а значит, надо больше практиковаться в магии, чем гоняться за тенями. Но серая обувь на острых лезвиях иногда напоминала эту встречу, заставляя задаваться вопросами, а как там моя Элегантная Тень? Улыбка всегда трогала уголки губ. От чего Флойд, замечая это, пытался как-то подшутить над братом. В такие дни парень бывало и возвращался на место провала, высовывал голову ровно по глаза из воды и обводил берег пристальным взглядом. Однако кроме рыбаков так никого и не находил. И в этот раз берег казался пустым, а солнце пекло так сильно, что грозило поджарить. Джейд уже хотел погрузиться обратно, как яркая белая точка приковала к себе внимание. Она стояла, прислонившись к старому, покосившемуся столбу причала. Не тень. Не размытый силуэт. Реальная девушка. Стройная, в легком платье, развевающемся на обжигающем ветру. Длинные, темные волосы были распущены, и ветер играл ими. Она смотрела на воду. Не на него. На бескрайнюю, неспокойную синеву, заменившую ледяное зеркало. Сердце Джейда пропустило удар, а потом застучало чаще, с непривычной силой. Он узнал её мгновенно. По осанке. По тому, как она держала голову. По самому ощущению, которое исходило от неё даже на таком расстоянии — смесь грации и какой-то глубокой, затаенной мысли. Он не двинулся с места. Не пытался плыть ей навстречу. Он просто стоял, как скульптура, и смотрел. Его острый взгляд фиксировал детали, которых не мог разглядеть раньше: бледность кожи, которая казалась почти прозрачной на солнце, тонкие черты лица, повернутого в профиль к воде, руки, сцепленные перед собой. Она казалась… задумчивой. Или печальной? Он не мог понять. И тогда его взгляд машинально скользнул вниз, к её ногам. Там были легкие балетки, светлые, практичные для прогулки по берегу. Никаких коньков. Конечно. Лед растаял. Сезон закончился. «Она вспоминает тот случай?» — мелькнула мысль с легким сожалением. Загадка не раскрыта. Интерес требовал узнать её поближе, но одновременно в этом была какая-то прелесть оставить всё так и наблюдать издалека. Легкая, знакомая улыбка тронула его губы — не вежливая, а какая-то… удовлетворенная. Загадочная. Он бросил последний взгляд через плечо на маленькую фигурку у воды, а затем погрузившись обратно. «До скорой встречи, — прошептало что-то внутри него. — До следующей зимы».