Тень чужого света

Сознание возвращалось не резким щелчком, а медленной, мучительной волной. Сначала пришла тьма — не та, что пугает, а та, что убаюкивает, обещает вечный покой. Потом появились звуки: чей-то далекий крик, хлопанье двери, шум дождя за окном. А затем — боль. Она была везде: в висках, в груди, в каждой клетке тела, которое почему-то не желало умирать. Но последнее, что помнила Алиса — студентка исторического факультета, двадцать три года, хроническая нелюбовь к кофе с молоком — это вспышку фар на встречной полосе. Визг тормозов. И больше ничего. «Скорая?» — подумала она, пытаясь открыть глаза. — «Неужели выжила?» Но когда веки подчинились, Алиса поняла: это не больница. Над ней нависал потолок из старого, потемневшего от времени дерева. Воздух пах свечами, пылью и чем-то сладковатым — цветами? Ладаном? Сбоку доносилось тихое, прерывистое дыхание. Алиса повернула голову и увидела девушку. Ту самую, которую никогда не должна была увидеть в реальности. Длинные светлые волосы разметались по подушке, словно река жидкого золота. Бледная, почти фарфоровая кожа. Изумрудные глаза, распахнутые в тревоге. Девушка сидела на краю кровати, сжимая руку Алисы с такой силой, словно боялась, что та исчезнет. — Роза? — голос девушки дрожал. — Роза, ты меня слышишь? Пожалуйста, очнись… Роза. Алиса моргнула. Медленно, очень медленно, как если бы ее мозг пытался загрузить файл с поврежденного носителя, в сознание хлынула информация. И это была не ее информация. Это были чужие воспоминания — яркие, болезненно четкие, словно выжженные на внутренней стороне век. Автомобильная авария. Смерть. Воскрешение. Связь. Лисса. Роза Хэзевей. Академия вампиров. — …мать сейчас придет, я уже послала за ней, — продолжала шептать Лисса. — Ты пробыла без сознания почти сутки, я так испугалась, я думала… — Лисса, — голос, который вышел из горла Алисы, был чужим. Низким, с хрипотцой, совершенно не похожим на ее обычный голос. Она села на кровати, и длинные темные волосы упали на плечи — не ее волосы, не ее плечи. Рука сама потянулась к лицу. Миндалевидный разрез глаз. Смуглая кожа. Все правильно — так и должна была выглядеть Роза Хэзевей, семнадцатилетняя дампирка, бунтарка, будущий страж. — Роза? — Лисса склонила голову, и в ее глазах мелькнула тень беспокойства. — Ты странно смотришь. Что-то не так? — Все в порядке, — ответ Алисы прозвучал слишком быстро, слишком механически. — Голова просто… кружится. Лисса сжала ее руку крепче, и Алиса физически ощутила, как тепло разливается по венам. Лечебная магия? Или просто дружеское участие? В книгах Мид все было иначе — проще, линейнее. Но сейчас, оказавшись внутри этой истории, Алиса поняла: реальность (если это можно было назвать реальностью) была куда сложнее. Она не просто попала в тело Розы. Она стала Розой. Память девушки лежала в ее сознании, как открытая книга: детство в Академии, первые тренировки, побег с Лиссой два года назад, жизнь на улицах Портленда, постоянный страх, что их найдут… И вот они нашли. Два дня назад. Дмитрий Беликов. При одной мысли о нем по телу пробежала дрожь — и это была не ее, Алисина реакция. Это тело помнило его. Оно отзывалось на его образ так, словно он был вырезан в самой ДНК. «Черт, — подумала Алиса. — Черт, черт, черт». Она читала все шесть книг. Она знала, чем это закончится. Знает ли? С ее появлением сюжет может измениться, но базовые правила этого мира останутся прежними. Морои, дампиры, стригои. Академия Святого Владимира. И она — Роза Хэзевей — должна стать стражем для Лиссы, последней из рода Драгомиров. — Я в порядке, Лисс, — повторила Алиса уже спокойнее, выпрямляясь. — Честно. Просто удар был сильным. Она оглядела комнату. Стены из грубого камня, узкое окно с тяжелыми шторами, простая, но добротная мебель. В углу — стойка с тренировочными кинжалами. Значит, они все еще в Академии, в комнате Розы. — Тебе нужно поесть, — Лисса поднялась с кровати, но не выпустила ее руки. — Я принесу что-нибудь. И Джанин… твоя мать сказала, что зайдет, как только освободится. Джанин Хэзевей. Железная леди. Страж, который воспитал себя сам и вырастил дочь в лучших традициях суровости и дисциплины. В книгах их отношения с Розой были… сложными. Алиса надеялась, что встроенная память поможет ей не спалить свой секрет при первой же встрече. — Хорошо, — кивнула она, стараясь говорить как можно естественнее. — Спасибо, Лисс. Когда дверь за подругой закрылась, Алиса — нет, теперь уже Роза — позволила себе рухнуть обратно на подушку и уставиться в потолок. «Ты попала в книгу, — сказала она себе. — Ты — персонаж серии романов, которую перечитывала раз десять. Ты — Роза Хэзевей, и у тебя есть связь с принцессой-моройкой, ты должна научиться убивать стригоев и, возможно, влюбиться в своего инструктора, который старше тебя на семь лет и который…» Который появится с минуты на минуту, чтобы проверить, как себя чувствует его проблемная подопечная. Роза глубоко вздохнула. — Ладно, — прошептала она. — Ты умная, ты сильная и ты знаешь сюжет наперед. Ты справишься. Главное — чтобы никто не узнал, что она не та, за кого себя выдает. Потому что в мире, где существует магия духа и ментальные связи, секреты могут стоить жизни. А она не собиралась умирать во второй раз.