Тень чужого света

Первый день в Академии Святого Владимира после двух лет бегства оказался именно таким, как описывалось в книгах: холодным, неуютным и полным осуждающих взглядов. Роза шла по главному коридору следом за Лиссой, стараясь не смотреть по сторонам слишком пристально. Она знала, что здесь каждая деталь важна, что за ней наблюдают — не только ученики и преподаватели, но и те, кто пожелает им с Лиссой зла. Виктор Дашков, например. Или Миа Ринальди. Но пока все было спокойно. Слишком спокойно. — Ты уверена, что хочешь пойти на завтрак? — тихо спросила Лисса, бросая на нее тревожный взгляд. — Врач сказал, что тебе нужно отдыхать. — Я не могу весь день лежать в постели, — ответила Роза, и это было чистой правдой. Каждая минута бездействия казалась ей украденной — она должна была учиться, тренироваться, встраиваться в этот мир так быстро, как только возможно. — К тому же, я хочу посмотреть, кто нас встретит. Лисса вздохнула, но спорить не стала. Столовая Академии оказалась огромным залом с высокими сводчатыми потолками, расписанными фресками на тему охоты на стригоев. Длинные столы были расставлены строгими рядами, и за каждым сидели ученики — морои с их аристократичной бледностью и дампиры, более смуглые, более жилистые, словно сама природа готовила их к роли защитников. Когда Роза и Лисса вошли, разговоры стихли. — Это они, — прошептал кто-то из-за ближайшего стола. — Драгомир и ее дампирка. — Сбежавшие принцессы вернулись. — Говорят, их нашли в каком-то притоне в Портленде. Роза стиснула зубы и заставила себя улыбнуться. Широко, дерзко — так, как улыбалась бы настоящая Роза Хэзевей. Она подняла руку в приветственном жесте и громко сказала: — Скучали без нас, ребята? Напряжение в зале треснуло, как лед под ударом молота. Кто-то фыркнул, кто-то покачал головой, но атмосфера явно разрядилась. Лисса толкнула ее локтем в бок, но в ее глазах мелькнула благодарность. Они сели за свободный стол в углу — подальше от королевских семей, поближе к выходу. Роза машинально оценила расположение дверей, количество возможных путей отхода, расстояние до оружия (у Лиссы, конечно, его не было, но несколько дампиров за соседними столами явно были при исполнении). Инстинкты, встроенные в тело Розы, работали на автомате, и это было… удобно. Пугающе удобно. — Роза? — Лисса коснулась ее руки. — Ты где-то витаешь. — Просто осматриваюсь, — ответила она, принимаясь за кашу, которую кто-то предусмотрительно поставил перед ними. Есть не хотелось, но тело требовало энергии. — Долго же мы здесь не были. — Два года, — тихо сказала Лисса. — Целых два года. В ее голосе слышалась тоска. Тоска по дому, которого у нее больше не было — ее семья погибла, родовое поместье перешло в руки дальних родственников, и единственным, что осталось от прошлой жизни, была Академия. И Роза. «И Кристиан Озера», — мысленно добавила попаданка. — «Но это позже». Она открыла рот, чтобы сказать что-то ободряющее, но замерла, почувствовав чужой взгляд. Тяжелый. Темный. Ощутимый почти физически. Роза медленно подняла глаза и встретилась с парой карих глаз, которые смотрели на нее с другого конца зала. Высокий. Широкоплечий. Темные волосы до плеч, смуглая кожа, легкая небритость, которая делала его похожим на разбойника из старых романов, которые он так любил читать. Он стоял у стены, скрестив руки на груди, и наблюдал за ней с выражением, которое невозможно было прочитать. Дмитрий Беликов. Сердце Розы пропустило удар. Это было не ее чувство. Ну, или не совсем ее. Тело реагировало на него так, словно он был магнитом, а она — куском металла. Пальцы сжались в кулаки под столом, дыхание перехватило. «Соберись», — приказала она себе. — «Ты взрослый человек. Ты не влюблена в него. Ты знаешь, что он твой учитель, что это неправильно, что в конце концов…» Что в конце концов он станет стригоем, и ей придется его убить. Но это будет потом. А сейчас он просто смотрел на нее, и в этом взгляде было что-то странное — не только суровость наставника, оценивающего свою проблемную ученицу. Было что-то еще. Беспокойство? Облегчение? Дмитрий первым отвел глаза и скрылся за дверью, ведущей в служебное крыло. — Это он, да? — тихо спросила Лисса, проследив за ее взглядом. — Тот страж, который нас нашел? — Да, — Роза заставила себя вернуться к еде. — Дмитрий Беликов. — Красивый, — заметила Лисса с легкой усмешкой. — Если тебе нравится типаж «суровый русский с трагическим прошлым». — Мне никто не нравится, — отрезала Роза, может быть, слишком резко. — Особенно стражи, которые считают меня безответственной дурой. Лисса подняла бровь, но комментировать не стала. Зато с другого конца стола к ним подошел парень — рыжеволосый, веснушчатый, с дружелюбной улыбкой, которая сразу выдавала в нем дампира. — Роза! — воскликнул он, плюхаясь на скамью напротив. — Ты вернулась! Я думал, ты не решишься показаться на глаза Кировой после всего, что устроила. — Мейсон, — имя всплыло из памяти Розы автоматически, и она растянула губы в улыбке. Мейсон Эшфорд — ее друг, потенциальный ухажер, парень, который погибнет во второй книге, если ничего не изменится. — Скучал по мне? — Безумно, — Мейсон просиял. — Тут без тебя стало слишком тихо. И скучно. Миа Ринальди теперь строит из себя королеву драмы, но это совсем не то. Роза хмыкнула. Миа — подружка Эрона, бывшего парня Лиссы, классическая стерва из подростковых романов. В книгах она была скорее досадной помехой, чем реальной угрозой. Но кто знает, как все обернется теперь? — Рассказывай, — сказала она, откидываясь на спинку стула. — Что изменилось за два года? — О, много чего, — Мейсон пододвинулся ближе и понизил голос. — Например, Кирова теперь требует, чтобы все дампиры сдавали нормативы каждый месяц, а не раз в семестр. И еще этот новый инструктор… Беликов, кажется. Русский. Говорят, он один из лучших стражей своего поколения. Убил больше стригоев, чем большинству из нас доведется увидеть за всю жизнь. Он говорил с восхищением, и Роза понимала почему. Дмитрий Беликов был легендой — даже в двадцать четыре года. Его репутация опережала его, и после первой книги она только укрепится. — Он будет тебя тренировать, — добавил Мейсон, и в его голосе послышались нотки сочувствия. — Слышал, как он разговаривал с Кировой. Сказал, что ты безнадежно отстала и что нужны дополнительные занятия. — Отлично, — Роза заставила себя усмехнуться. — Просто отлично. В глубине души она понимала, что это необходимо. Да, у нее была память и физическая подготовка Розы, но этого недостаточно. Она должна стать лучше. Сильнее. Умнее. Потому что если сюжет пойдет по известному пути, впереди ее ждут испытания, к которым оригинальная Роза была готова не до конца. А у нее есть преимущество. Она знает, что произойдет. — Мне нужно на тренировку, — сказала она, поднимаясь. — Лисс, ты со мной? — Я… — Лисса замялась, бросив взгляд в сторону, где сидела группка мороев. Среди них Роза заметила парня с пепельными волосами и тяжелым взглядом — Кристиан Озера, изгой, чьи родители добровольно стали стригоями. — Я, наверное, останусь здесь. Поговорю кое с кем. Роза проследила за ее взглядом и внутренне усмехнулась. Роман Лиссы и Кристиана начинался именно так — с взаимного интереса, который никто не хотел признавать. — Как хочешь, — сказала она, хлопнув Мейсона по плечу. — Увидимся. Она вышла из столовой быстрым шагом, чувствуя на себе провожающие взгляды. Два года — достаточный срок, чтобы забыть, как здесь все устроено. Но память Розы вела ее по коридорам, словно встроенный навигатор: направо, налево, через внутренний двор, к тренировочным залам. Она нашла его там. Дмитрий стоял посреди зала с учебным мечом в руке, и когда Роза вошла, он даже не обернулся. Просто сказал: — Ты опоздала на пятнадцать минут. — Меня не было в расписании, — парировала она, закрывая за собой дверь. — Теперь есть, — он повернулся, и их взгляды встретились снова. Вблизи он был еще более впечатляющим — высокий, поджарый, с руками, которые, как знала Роза, могли быть смертельно опасными и невероятно нежными одновременно. От этой мысли ей стало жарко, и она мысленно обругала себя за непрофессионализм. — Я Дмитрий Беликов. С сегодняшнего дня я твой наставник. Ты будешь тренироваться со мной каждый день, пока не догонишь своих сверстников. — И сколько, по-твоему, это займет? — спросила Роза, скрещивая руки на груди. Дмитрий окинул ее долгим, оценивающим взглядом — от лица до кончиков пальцев, и в этом взгляде не было ничего личного. Только холодный расчет профессионала. — Если будешь работать так же усердно, как убегала из Академии, — сказал он наконец, — то, возможно, несколько месяцев. Роза усмехнулась. В книгах она всегда восхищалась его самообладанием, его способностью сохранять маску невозмутимости при любых обстоятельствах. Теперь, оказавшись перед ним, она понимала почему. Дмитрий Беликов был живым воплощением дисциплины. Каждое его движение было выверено, каждый взгляд — рассчитан. И за этой ледяной внешностью скрывался человек, способный на глубокие чувства. Человек, который полюбит ее — Розу — так сильно, что это любовь переживет даже превращение в монстра. «Только не сейчас, — сказала она себе. — Сейчас ты должна думать о выживании». — Хорошо, — она шагнула вперед, принимая боевую стойку. — Покажи, чему ты собираешься меня учить. В глазах Дмитрия мелькнуло что-то — удивление? одобрение? — но он быстро скрыл это за привычной маской. — Возьми меч, — сказал он, кидая ей учебное оружие. Роза поймала его с лету, и это движение вышло у нее на удивление ловким. Тело помнило, что делать, даже если сознание все еще привыкало к новым возможностям. — Защищайся. Он атаковал без предупреждения. Первый удар Роза едва успела блокировать. Второй пришелся по корпусу, и она отлетела к стене, больно ударившись спиной. — Медленно, — прокомментировал Дмитрий, опуская меч. — Твоя реакция — как у новорожденного олененка. Два года без тренировок не прошли даром. Роза стиснула зубы и поднялась. Боль была настоящей, острой, и это отрезвляло. Она не в игре. Не в книге. Она здесь, и если не научится защищать себя — и Лиссу — то погибнет. — Еще раз, — сказала она, поднимая меч. В этот раз она сконцентрировалась. Вспомнила все, что знала о фехтовании из книг — не только из «Академии вампиров», но и из исторических романов, которые читала в прошлой жизни. Теоретические знания не заменят практики, но они дают преимущество. Понимание принципов. Умение просчитывать движения противника на шаг вперед. Дмитрий атаковал снова, и в этот раз Роза не просто блокировала — она уклонилась, сделала выпад и едва не коснулась его плеча острием меча. — Неплохо, — он отступил на шаг, и в его голосе впервые прозвучала нотка интереса. — Но недостаточно. — Я только начала, — ответила Роза, и в этот момент поняла, что улыбается. Настоящей улыбкой, не наигранной. Потому что, несмотря на страх, несмотря на боль, несмотря на абсурдность ситуации — это было захватывающе. Ощущать свое тело, которое двигалось быстрее, чем она привыкла. Видеть, как противник, который был легендой, смотрит на нее с новым интересом. Дмитрий кивнул, и в уголке его губ мелькнуло нечто, отдаленно напоминающее улыбку. — Посмотрим, что из тебя выйдет, Хэзевей. Они тренировались еще час — до тех пор, пока Роза не выдохлась окончательно. Каждый мускул горел, ладони покрылись волдырями от рукояти меча, но она не жаловалась. Не в ее характере — и не в характере того, кем она стала. — На сегодня достаточно, — сказал Дмитрий, когда она в очередной раз рухнула на мат. — Завтра в шесть утра. Не опаздывай. — А если я не приду? — выдохнула Роза, не в силах подняться. — Придешь, — ответил он, направляясь к выходу. — Ты не похожа на ту, кто сдается. Дверь за ним закрылась, и Роза осталась одна в пустом тренировочном зале. Она лежала на спине, глядя в потолок, и пыталась осмыслить происходящее. Дмитрий Беликов только что тренировал ее. Дмитрий Беликов сказал, что она не из тех, кто сдается. Дмитрий Беликов… был настоящим. Живым. Близким настолько, что она могла бы дотронуться до него. — Что ты делаешь, Алиса? — прошептала она в пустоту. — Что ты делаешь? Ответа не было. И, наверное, это было к лучшему. --- Остаток дня прошел в тумане. Лисса нашла ее в комнате через час после тренировки и сразу поняла, что что-то не так. — Ты выглядишь так, будто увидела призрака, — сказала она, садясь на кровать. — Или будто тебя переехал грузовик. Что случилось? — Тренировка с Беликовым, — Роза попыталась улыбнуться, но вышло не очень убедительно. — Он зверь. — Все стражи звери, — Лисса пожала плечами. — Это их работа. — Я знаю. Она знала больше, чем могла бы. Знала, что Дмитрий не просто зверь — он легенда. Знала, что через несколько месяцев они сблизятся настолько, что это станет опасно. Знала, что в конце второго курса она будет рыдать над его мертвым телом, превратившимся в стригоя. Знала, что отправится в Россию, чтобы убить его, и что это убийство сломает ее. Знала — и ничего не могла с этим сделать. — Роза, — Лисса наклонилась ближе, и в ее глазах засветилась магия. Дух. Та самая стихия, которая позволяла ей исцелять и… возвращать к жизни. — Ты в порядке? Я чувствую, что ты… не такая, как обычно. Словно ты пытаешься что-то скрыть. Роза замерла. Связь. Чертова связь, которая позволяла Лиссе чувствовать ее эмоции, а иногда и мысли. В книгах это было удобным сюжетным приемом. В реальности — смертельной опасностью для ее секрета. — Все нормально, Лисс, — сказала она, выпрямляясь. — Просто устала. И голодна. Пойдем поужинаем? Лисса смотрела на нее несколько секунд, и Роза чувствовала, как та пытается заглянуть глубже — в ее разум, в ее душу. Но связь была односторонней. Лисса могла чувствовать ее эмоции, но не могла читать мысли. По крайней мере, пока. — Хорошо, — подруга наконец кивнула, но в ее глазах осталось беспокойство. — Пойдем. Они поужинали в компании Мейсона и еще нескольких дампиров, которых Роза смутно помнила по воспоминаниям. Эдди Касл — будущий страж, верный и надежный. Мия Ринальди, которая сидела через несколько столов и бросала на них убийственные взгляды. Кристиан Озера — в одиночестве, как всегда. Ничего не изменилось. Сюжет шел своим чередом. Но Роза твердо решила: некоторые вещи изменятся. Она не позволит Мейсону умереть. Не позволит Лиссе пройти через все те страдания, которые выпали на ее долю в книгах. И Дмитрию… Дмитрию она поможет избежать участи, которая ждала его в конце третьей книги. Как? Она пока не знала. Но у нее было время. И знание будущего. А это, черт возьми, больше, чем было у оригинальной Розы. — Спокойной ночи, — сказала она, когда они с Лиссой вернулись в комнату. — Завтра рано вставать. — Тренировка с Беликовым? — Лисса уже лежала в постели, укутавшись в одеяло. — Ага. — Удачи, — подруга зевнула и закрыла глаза. — Постарайся не убить его на первой же неделе. Роза усмехнулась и повернулась к стене. «Если кто и будет убивать, — подумала она, — то это он. Или я. Или…» Она не стала додумывать. Сон пришел быстро — тяжелый, без сновидений. А утром, когда первые лучи солнца пробились сквозь шторы, она уже была на ногах. В тренировочном зале ее ждал Дмитрий с двумя мечами в руках. — Надеюсь, ты выспалась, Хэзевей, — сказал он, кидая ей оружие. — Сегодня будет сложнее. Роза поймала меч и улыбнулась. — Я готова. Она не была готова. Но это никогда не останавливало ни одну Розу Хэзевей — ни оригинальную, ни ту, что оказалась в ее теле. И это, наверное, было главным, что их объединяло.