Тень чужого света

Прошёл месяц после ареста Виктора Дашкова. Академия постепенно возвращалась к привычной жизни — ученики перестали шушукаться в коридорах, преподаватели снова улыбались, стражи расслабили контроль. Но Роза знала: тишина обманчива. Следующая буря уже собиралась на горизонте. Она стояла у окна в своей комнате и смотрела, как первый снег укрывает землю белым одеялом. Ноябрь вступил в свои права, и воздух пах морозом и свежестью — тем особенным запахом, который бывает только перед большой зимой. — Ты сегодня какая-то задумчивая, — Лисса сидела на кровати, листая какой-то журнал. — Опять думаешь о будущем? — Всегда, — ответила Роза, не оборачиваясь. — Лисс, ты когда-нибудь задумывалась о том, что будет после Академии? — Иногда, — подруга отложила журнал. — Но стараюсь не думать. Слишком страшно. — А надо думать, — Роза повернулась к ней. — Ты — принцесса. Скоро тебе придётся взять на себя ответственность за целый народ. — Не дави на меня, — Лисса вздохнула. — Я и так боюсь. — Я не давлю, — Роза подошла и села рядом. — Я просто хочу, чтобы ты была готова. — Готова к чему? — К тому, что однажды я могу уйти, — тихо сказала Роза. — Не сейчас. Не скоро. Но однажды. Лисса побледнела. — Ты уйдёшь? — прошептала она. — Бросишь меня? — Никогда не брошу, — Роза взяла её за руку. — Но я не бессмертна. Я страж. Моя работа — рисковать жизнью. — Тогда я запрещаю тебе рисковать, — Лисса сжала её пальцы. — Я принцесса. Я могу. — Не можешь, — Роза покачала головой. — Никто не может запретить судьбе делать своё дело. — Ты слишком много говоришь о судьбе в последнее время, — Лисса нахмурилась. — Это из-за Беликова? Роза промолчала, но Лисса и так знала ответ. — Ты боишься, что он станет стригоем, — сказала подруга. — Как предсказывал Виктор. — Боюсь, — призналась Роза. — Каждую ночь мне снится один и тот же сон — он с красными глазами, а я не могу его спасти. — Это просто сон, — Лисса обняла её. — Сны не всегда сбываются. — А если сбудется? — Тогда мы будем бороться, — твёрдо сказала Лисса. — Вместе. Ты, я, Дмитрий. Мы семья. А семья не сдаётся. Роза посмотрела на подругу и впервые за долгое время почувствовала, как внутри что-то отпускает. — Спасибо, — прошептала она. — Ты — моя опора. — А ты — моя, — улыбнулась Лисса. — Всегда. --- После обеда Роза отправилась на тренировку. Дмитрий ждал её в зале, и когда она вошла, подошёл к ней. — Сегодня особенный день, — сказал он. — Какой? — Твой первый спарринг без ограничений, — он указал на стойку с оружием. — Выбирай. Роза подошла к стойке и взяла два серебряных кинжала — лёгких, острых, идеально сбалансированных. — Готова? — спросил Дмитрий, беря учебный меч. — Всегда, — ответила она, принимая боевую стойку. Они атаковали одновременно. Дмитрий был быстрее, сильнее, опытнее — но Роза знала его слабые места. Она уклонялась, ныряла, контратаковала, и каждый её удар был точным, выверенным, смертельным. — Ты прогрессируешь, — сказал он, блокируя её выпад. — Но этого недостаточно. — Знаю, — ответила она, делая ложный выпад и уходя в сторону. Они сражались десять минут, двадцать, полчаса. Роза не сдавалась, хотя силы уже были на исходе. Она чувствовала, как мышцы горят, как дыхание сбивается, как пот заливает глаза. — Сдавайся, — сказал Дмитрий, прижимая её к стене. — Никогда, — выдохнула она и, используя его вес против него же, перебросила его через бедро. Дмитрий рухнул на маты, и Роза нависла над ним с кинжалом у горла. — Ты мертв, — сказала она, тяжело дыша. Он смотрел на неё снизу вверх, и в его глазах горел огонь — не страх, не злость, а восхищение. — Ты не перестаёшь меня удивлять, — сказал он. — Это моя работа, — она убрала кинжал и протянула ему руку. Он взял её за руку, но не встал — потянул на себя, и Роза упала на него, уткнувшись лицом в его грудь. — Дмитрий! — возмутилась она. — Что ты делаешь? — Наслаждаюсь моментом, — ответил он, обнимая её. — Пока можно. Она хотела возмутиться, но вместо этого расслабилась и прижалась к нему. — Ты опасен, — прошептала она. — Ты тоже, — он поцеловал её в макушку. — Поэтому мы идеально подходим друг другу. Они лежали на матах, обнявшись, и Роза чувствовала, как время замедляется. Никто не входил в зал, никто не мешал — только они вдвоём в этом маленьком мире, который создали для себя. — Дмитрий, — сказала она. — Что будет, когда кто-то узнает? — Не узнает, — ответил он. — Мы слишком осторожны. — А если всё же узнают? — Тогда я уйду из Академии, — он погладил её по спине. — Найду другую работу. Буду ждать тебя. — Ты не должен жертвовать карьерой ради меня, — она подняла голову и посмотрела на него. — А я и не жертвую, — он покачал головой. — Я выбираю. Выбираю тебя. Роза почувствовала, как слёзы подступают к глазам. — Я не заслуживаю тебя, — прошептала она. — Это мне решать, — он провёл пальцами по её щеке. — А я решил, что заслуживаешь. Он поцеловал её — нежно, медленно, словно хотел запомнить вкус её губ навсегда. И она отвечала, чувствуя, как сердце разрывается от любви и страха одновременно. — Я люблю тебя, — сказала она, когда они оторвались друг от друга. — Я тоже, — ответил он. — Очень сильно. Они лежали на матах, обнявшись, и Роза чувствовала, как мир снова обретает равновесие. Было страшно. Было больно. Было почти безнадёжно. Но у неё был он. И этого было достаточно. --- Вечером Роза снова встретилась с Кристианом в старой библиотеке. Он выглядел лучше, чем месяц назад — тени под глазами исчезли, взгляд стал спокойнее, даже улыбка появилась. — Ты сегодня сияешь, — заметил он. — Что случилось? — Ничего особенного, — ответила Роза, садясь напротив. — Просто хороший день. — Хороший день с Беликовым? Она покраснела, и Кристиан усмехнулся. — Я не слепой, — сказал он. — И не глупый. Я вижу, как вы смотрите друг на друга. — И ты не осуждаешь? — Нет, — он покачал головой. — Любовь не выбирают. Она приходит сама. И с ней ничего не поделаешь. Роза посмотрела на него долгим взглядом. — Ты мудр не по годам, — сказала она. — Я много страдал, — ответил он. — Страдание делает мудрым. Или убивает. — Что спасло тебя? — Лисса, — он улыбнулся. — И ты. Вы не дали мне умереть. Роза взяла его за руку. — Ты нам как брат, Кристиан. Никогда не забывай об этом. — Не забуду, — он сжал её пальцы. — Обещаю. Они посидели в тишине, и Роза чувствовала, как напряжение отпускает. Кристиан был тем, кто понимал её без слов — потому что сам прошёл через ад и выжил. — Кристиан, — сказала она. — Ты веришь в судьбу? — Нет, — он покачал головой. — Я верю в выбор. Каждый сам решает, кем стать. — А если выбор уже сделан за тебя? — Тогда нужно сделать новый, — твёрдо сказал он. — Переписать судьбу заново. Роза улыбнулась. — Ты прав, — сказала она. — Спасибо. Она встала и направилась к выходу. — Роза, — окликнул её Кристиан. — Береги себя. Ты нужна многим. — Постараюсь, — ответила она и вышла в коридор. --- Ночью Роза снова стояла у окна и смотрела на луну. Снегопад закончился, и земля блестела под лунным светом, как алмазная пыль. — Ты не спишь, — голос Дмитрия раздался сзади. Она обернулась. Он стоял в дверях, мокрый после патрулирования, и смотрел на неё с тревогой. — Не могу, — ответила она. — Мысли мешают. — Какие? — О будущем, — она подошла к нему. — О нас. — Что именно? — Сможем ли мы быть вместе, — она коснулась его лица. — Или судьба разлучит нас. — Судьба — не приговор, — он взял её за руку. — Мы сами решаем свою судьбу. — Ты веришь в это? — Верю, — он прижал её к себе. — Потому что если не верить, то незачем жить. Она обняла его в ответ, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с её. — Дмитрий, — прошептала она. — Что бы ни случилось, помни: я люблю тебя. — Помню, — ответил он. — Всегда буду помнить. Они стояли в коридоре, обнявшись, и Роза чувствовала, как время замирает. Будущее было туманным, полным опасностей и неопределённости. Но у неё был он. И этого было достаточно. Навсегда.