Корона дикой розы

      Раннее утро встречает наследного принца неприятными новостями. На окраине страны были обнаружены зачинщики бунта, которые с каждым днем подстрекали все больше народа ополчиться против власти. Чонгук отдал приказ своим людям, чтобы те доложили о происшествии королю, а сам наскоро собрался и выдвинулся в путь.       Путь был неблизок. Чтобы добраться до окраины государства, требовалось от четырех до пяти дней, из-за разбитых дорог и бесчисленных гор. Удивительно, но чтобы добраться до столицы Южного государства, достаточно двух дней из-за проложенной прямой дороги. А передвижение по собственным территориям занимает значительно больше времени, ведь путь проложен к северной части страны.       Чонгук, сидя верхом на вороном коне, покидает столицу. Его тревожит мысль, что оставлять дворец в то время, когда король строит свои алчные планы, не самое лучшее решение. Кто знает, что может произойти в совете за период его отсутствия. Однако игнорировать бунт непозволительно. Наследный принц намерен лично разобраться в ситуации.       Изучив положение в стране, он не удивляется тому, что люди начинают открыто выражать недовольство и объединяться против верховенства, контролирующего каждый их шаг. Народ восстал бы в любом случае, и цель принца – остановить эту волну, пока она не накрыла всех. Следующий шаг, который он планирует – выдвинуть на совете предложение о новых реформах. Он сам усердно составлял каждую из них, основываясь на изученных данных о жизни различных слоев народа.       Он поставит на кон свой титул, но добьется изменений, которые положительно повлияют на все сферы жизни.       Именно поэтому Чонгук не хочет допускать сейчас восстаний, которые могут превратиться в мятежи, где уже войско восстанет против власти. Он желает, чтобы народ доверился ему и дал возможность изменить судьбу государства.       Покинув дворец, в котором остался принц с Запада, Чонгук испытывает облегчение. Он не желает проводить время с этим омегой, даже если это будет так, как говорил изначально король. Гостевой прием иностранного гостя. Хильян показался ему человеком, с которым тяжело найти компромисс. Все его манеры, поверхностные взгляды и резкие слова говорят о том, что он не станет считаться с чужим мнением. Омега кажется неприятным и отталкивающим. Чонгук оценивает его как гостя, прибывшего с официальным визитом, но не может не отметить стервозный характер омеги.       Огромное облако, повисшее над принцем и его сопровождением, кажется мягким, подобно пуху. Именно так ощущает Чонгук свое освобождение от нежеланного брака. Что бы король ни предпринял, как бы ни извернулся, итог один. Наследный принц не сможет вступить в брак с этим омегой ни через два месяца, ни до конца жизни. Как объяснил хранитель союзов, отказ невозможно отменить или обжаловать. Даже если сам Чонгук вдруг передумает и захочет узаконить этот брак, это будет невозможно.       Больше мыслей возникает в гудящей голове при воспоминании о придворном. Чонгук понятия не имеет, как поступить с ним. Их греховность взаимна, и если слуга еще не ощущает ее с такой силой, как принц, то сам факт того, что взаимный интерес существует, загоняет Чонгука в ловушку.       Где искать выход, прежде чем он окончательно падет? Утонет в водовороте слуги, светлотой цвета рая, смотрящего в его лицо без страха. Вчера принц пытался найти веру в то, что его собственные глаза ослепли и помутнели, обманули его, когда он поймал ответный взгляд своего личного дурмана. Чонгук не отважился даже помыслить о подобном, однако это произошло: придворный открыто смотрел в ответ и, не сдержав ревностного порыва, скользнул тяжелым взором по их гостью.       Чонгук издает довольный хмык и подгоняет коня. Хотелось скорее завершить дела и вернуться во дворец. Время порознь должно развеять морок, и по приезде Чонгук сделает окончательный выбор.       Обречь себя и слугу, или отпустить.

***

      Чонгук накидывает капюшон на мокрые волосы и щурится от попадающих в глаза холодных капель затяжного дождя. Он возвращается в столицу спустя две с половиной недели. Большую часть этого времени заняла только дорога туда и обратно. Обратный путь растянулся на семь дней и ночей из-за обрушившейся непогоды. Скальные горы, через которые они возвращались, пришлось обходить другой дорогой, что замедлило их путь.       На усмирение бунта у него ушло пять дней. За это время он успел встретиться с зачинщиками, выслушать все их недовольства и наказал некоторых из них, чтобы другие не смели брать пример. Советы со старостами поселений, обход земель и встречи с народом отнимали у него все силы. У него не было времени на отдых, он все время выдвигался в путь по близлежащим территориям. Недолгий сон давал возможность немного восстановиться, после чего он снова брался за дела.       Когда перед ним открывают дворцовые ворота, тело покрывают рассекающие спину иглы, настолько он предвкушает встречу с единственным человеком. Единственный в своем роде дурман не покидал его голову все эти дни. Наследный принц признается самому себе, он соскучился по чувствам, тянущим его на дно.       Каждый миг скучал по своему мраку, по своей одури.       Наследный принц принял решение и сделал свой выбор.       Он согласен пасть.       И теперь все зависит от придворного: станет ли тот разделять с ним подобную участь или же не допустит большего и прекратит все на берегу.       Первым делом принц встречается с королем, коротко докладывает об обстановке на окраине страны, а затем покидает тронный зал и идет в кабинет. Он занимает себя делами до самого вечера, после чего приказывает приготовить купальню, желая увидеться с придворным в приватной обстановке, без лишних глаз и ушей.       Приняв ванну, где он некоторое время расслабляется в теплой воде и омывает себя сам, принц запахивает шелковый халат и коротко издает зов:       — Слуга.       Внутри все натягивается, сердце меняет привычный ритм, активно стуча в грудину. Его темный от природы взгляд опускается на лежащий на тумбе предмет, и он обещает себе позже испробовать его в действии.       Дверь открывается, и все его настроение в ту же секунду сменяется недовольством. Перед ним не тот, кого он ждет.       — Позови своего напарника, — отдает приказ немедля. Он не собирается искать причины того, чем его не устраивает этот слуга. Просто приказывает последовать его словам. Только альфа мнется и, прижав голову к груди в поклоне, не торопится с выполнением. — Сейчас же!       — Прошу прощения, Ваше Высочество, — кланяется еще ниже Усок, боясь поднять взгляд на разъяренного принца. — Его нет.       Стиснув зубы, Чонгук делает два широких шага ближе и требует объяснений:       — Что это значит?       Усок рассказывает все как есть, не утаивая ни одной детали.       — В то утро, когда Вы покинули дворец и отправились в дальний путь, я весь дворец обошел, — сглатывает он слюну и стискивает руки перед собой в крепкой хватке. — Только нигде не нашел его. Затем решил проверить его комнату, но там и вещей его не оказалось. Он покинул дворец, Ваше Высочество. Не предупредил никого и даже не забрал свое жалованье за отработанные дни.       Слова слуги бьют сильнее физических ударов. Все тело вмиг напрягается и столбенеет, а глаза испепеляют того, кто принес недобрые вести.       — Слуга самовольно покидает дворец и остается незамеченным? Это ты хочешь мне сказать? — ярость вырывается наружу и выплескивается на того, кто ни в чем не виноват.       — Я передал информацию главному слуге, и он опросил стражу, — трясущиеся плечи выдают его волнение. — Никто из них не видел, чтобы слуга покидал дворец, Ваше Высочество.       — Немедленно позови главного слугу ко мне в кабинет! — сжав ладонь до хруста пальцев, приказывает наследный принц.       — Как прикажете, Ваше Высочество, — Усок кланяется и быстрым шагом покидает купальню и огнем дышащего принца.       Рваными движениями Чонгук натягивает на себя чистую одежду и, собрав влажные волосы в пучок, покидает спальню.

***

      Кабинет принца наполнен сыростью, в нем до удушья некомфортно находиться, когда вызывают на ночь глядя. Главный слуга Ёк собирался уже отдаться объятиям сна, как его срочно позвал Его Высочество. Не спрашивая, в чем дело, он согласно кивнул передавшему приказ придворному альфе и, не теряя времени, привел себя в подобающий вид.       — Ваше Высочество, — сдержанным поклоном приветствует он вернувшегося принца. Ёк замечает по выражению лица Чонгука, как тот зол, и слегка подбирается, готовясь внимать сути слов принца.       Постукивая пальцами по твердой поверхности стола, Чонгук испепеляющим взглядом всматривается в человека, наделенного самым высоким рангом во дворце, отвечающего за все порядки и за каждого слугу, работающего на благо королевской семьи.       — Как слуга покинул дворец без вашего ведома? — режет каждым словом, как острием меча, не сводя с него взора.       Главный слуга знает только одного придворного, который за все время его службы внезапно исчез.       — Придворный слуга Ли испарился в ночи. К сожалению, я не смог уследить, — Чонгук прищуривается, когда слышит фамилию альфы, и отводит взгляд в сторону. У него не укладывается в голове, что тот, кто запал в его мысли и тело, смог вот так просто исчезнуть. — Мы проверили его комнату, но там не осталось и следа. Я не имею полномочий самовольно начинать поиски вне дворца, поэтому вынужден был смириться и начать искать ему замену.       — Смириться? — оглушает хлопком по столу принц. Он поднимает ледяной взгляд на главного слугу, сдерживая желание прогнать его прочь за то, что не сумел уследить за своими людьми. — Слуга тайно покидает дворец, проявляя немыслимое неуважение ко всей королевской семье, а ты предлагаешь смириться?       — Прошу прощения, Ваше Высочество, — Ёк и не предполагал, как уход юнца выглядит в глазах принца, поэтому спешит опустить голову.       — Из какой он семьи? Где они живут? Докладывай! — властно приказывает Его Высочество.       В голове у главного слуги пустота. Он сотрясается от осознания ужасающей ошибки, совершенной при выборе придворного.       — Он из знатной семьи Ли. Его зовут Ли Тэхён, — говорит он тот мизер деталей, которыми располагает. — Больше информации о нем у меня нет, Ваше Высочество.       — Ты приставил ко мне человека, о котором ничего не знал! — острая линия челюсти словно ранит на расстоянии, когда Чонгук стыдит промах Ёка. — В следующий раз возьмешь человека с улицы, главный слуга? — рявкает он, не испытывая жалости к побледневшему альфе.       — За него поручились, — спешит оправдаться Ёк, вспоминая королевского поставщика слуг. — Агент по подбору слуг дал свое одобрение, поэтому я не стал ничего проверять. Юнец появился во дворце в тот же день, и я не стал затягивать с формальностями.       — К завтрашнему утру найди агента и узнай о придворном всю информацию!       Оставшись один в кабинете, наследный принц стреляет молниями, глядя перед собой. Он подходит к окну и опирается руками о подоконник, свесив голову. Он пытается найти ответы, но для этого необходимо задать верные вопросы. Чонгук вспоминает, как в тот вечер перед отъездом на его зов никто не пришёл. И только сейчас понимает, что придворного уже тогда не было во дворце.

***

      — Что происходит? — омеги перешептываются по углам с самого утра, когда до них доходит слух о том, что наследный принц приказал отыскать сбежавшего слугу.       — Говорят, что Его Высочество желает найти и наказать его, — находятся с ответом слуги.       — Того самого новенького, который исчез в тот день? — к кругу приближаются еще несколько омег.       В коридоре, где собирается большая часть придворных, пустынно. Никто не разгоняет их, ведь главного слуги нет во дворце. Чимин стоит за поворотом и прислушивается к каждому слову. В нем разрастается паника: он понимает, что наследный принц не оставит все просто так. Он не переживает за южного принца, зная, что тот уже давно вернулся домой, в безопасное место. Все его волнения кроются в собственном наглом поступке, когда он решил проверить Его Высочество на ревность в саду.       «Никогда не бойся, иначе это с тобой обязательно случится», — так говорят мудрецы, и Чимину следовало бы к ним прислушаться. Только вот поздно. К вечеру того же дня его вызывает принц.       Колени готовы подогнуться, когда он впервые ступает в огромный кабинет. Он быстро осматривается, замечает горы документов и книг и останавливается посреди комнаты. На него смотрят так, словно готовы разорвать на части, а потом отнести к лекарю, чтобы тот исцелил его тело лишь для того, чтобы разорвать повторно с еще большим усердием.       Омега часто моргает, а затем, поджав пухлые губы в тонкую полоску, опускает взгляд в пол. Даже не предъявляя никаких обвинений, принц, должно быть, понимает, что он виноват.       — Какие отношения вас связывали с придворным Ли? — доносится до него стальной голос, от которого Чимин отшатывается на шаг.       Он сам виноват, что его подозревают в связи с Тэхёном, как омегу, заигрывающего с альфой. В то время это выглядело забавно, ведь многие омеги ему втайне завидовали, а некоторые проклинали. Однако немилость самого принца совсем не веселит, сводя тело судорогой.       — Он был мне другом, Ваше Высочество, — говорит он в прошедшем времени, чтобы принц не решил, что их связь все еще существует. Именно поэтому он просил Тэхёна не слать никаких писем. — Я познакомился с ним во дворце.       Чонгук звереет. Из него толчками вырывается мерзлое чувство ревности, когда он смотрит на этого омегу. Он не торопится верить словам, ведь перед глазами стоят моменты, когда он видел Тэхёна с этим омегой. Внутри когтями скребется раздражение.       — Что ты о нем знаешь? Говори все, — давит он, требует повиновения.       Чимин жует нижнюю губу, стараясь вспомнить что-то нейтральное, что не выдаст того, что Тэхён на самом деле является омегой.       — Он говорил, что родом не из нашей столицы, — начинает он говорить правду, не уточняя, что Тэхён из столицы другого государства. — Я не спрашивал, откуда именно, ведь плохо знаю наши земли. А он и не говорил. Мы общались на обычные темы, обсуждали книги, искусство, — ни словом не соврал. — Ах, — будто вспомнив о чем-то важном, Чимин переводит быстрый взгляд на принца, который настораживается. — Ему очень понравился королевский сад, поэтому мы часто там гуляли.       — Когда ты видел его в последний раз? — ощущая опасность в вопросе, Чимин боится ошибиться. Если он скажет, что видел его вечером от него не оставят и следа, посчитав, что он скрывает информацию. Поэтому он вспоминает случай в коридоре.       — В тот день, когда мы пересеклись с Вами в саду, Ваше Высочество, я видел его не в последний раз, — кивает он сам себе, решая, что поступает верно. Убрав от себя всякие подозрения. — Он нашел меня позже. Его вид был странным, словно он держал в себе что-то, чем не хотел делиться.       Перьевая ручка ломается под натиском сильных пальцев, Чонгук делает короткий вдох и хмурится. Возможно ли, что придворный сбежал после их разговора в спальне? Что, если он испугался и решил исчезнуть, лишь бы не пересекаться с ним вновь?       — О планируемом уходе предупреждал? — желая выведать все, спрашивает принц.       — Там, в коридоре, произошло еще кое-что, — Чимин уводит разговор в сторону.       — Что же?       Чонгук заинтересовано вслушивается в каждую крупицу информации. Главный слуга не принес никаких вестей. Сообщил лишь, что агента нет в стране, и его местонахождение неизвестно.       — Туда пришел наш гость, — сразу становится понятно, о ком речь. Омега с запада. — Он сказал, что искал нас, а именно Тэхёна, чтобы наказать за проявленное к нему неуважение в саду.       Ярость готова захлестнуть Чонгука, стоит об этом услышать. Хильян решил наводить порядки в его дворце за его спиной? Омега, ставший костью в горле, даже покинув государство, не дает принцу покоя.       — У нас с Тэхёном тогда получилось скрыться, поэтому он ничего не успел сделать. Прошу прощения за дважды проявленное неуважение к Вашему жениху, Ваше Высочество! — Чимин склоняется в глубоком поклоне.       — Он мне не жених! — слышать подобное невыносимо. Этому не бывать, и он об этом уже позаботился.       Растерявшись, омега ничего больше не говорит. Весь дворец гудел об этом, поэтому яростное несогласие принца приносит облегчение. Если у наследного принца получится, нога этого стервозного западного омеги больше не ступит во дворец. И это будет самой хорошей новостью за последнее время.       — На этом все, Ваше Высочество, — Чимин сказал все, что мог, и теперь в нем теплится надежда, что его отпустят.       — Дай знать, если вспомнишь что-то важное, — требовательно произносит принц. — Ступай.

***

      Покидая дворец в сопровождении чиновника по сведениям, Чонгук направляется в военный лагерь. Лошади ступают неспешным шагом рядом друг с другом, позволяя начать разговор. Юнги узнал о возращении принца еще три дня назад, но не успел нанести визит из-за срочного выезда из столицы. Им следовало обсудить полученную информацию, поэтому наследный принц, ввиду своей занятости, предложил альфе последовать за ним.       — Как твоя поездка в Южное государство? — Чонгук старается сосредоточиться на делах в последние дни. Он не оставил дело с придворным на самотек, а приказал своим людям найти его хоть из-под земли, дав наводку, что искать необходимо за пределами столицы, в каждой знатной семье с фамилией Ли. Он не сомневается, что найдет его.       — Король Лихбедии Ким Бомён покинул этот свет, Ваше Высочество, — сообщает Юнги печальную весть. Он вернулся из Южного государства не позднее, чем наследный принц вернулся из окраины столицы. Из-за срочного вызова по государственному делу Юнги не успел сообщить об этой новости даже королю.       Чонгук поджимает губы и отводит взгляд к небу, мысленно обращаясь к облаками. Он просит принять душу усопшего короля со всеми почестями. Принц не был знаком с Ким Бомёном лично, но был наслышан о его принципах ведения политики, которые прельщали его гораздо больше, чем порядки в собственном государстве.       — Когда он ушел в иной мир? — спрашивает Чонгук, желая понять, сколько уже времени на троне восседает наследник.       — Девятнадцатый день траура на сегодняшний день, — изрекает Юнги. — Ким Намджун официально взошел на престол в тот же день.       Как и полагается: когда король умирает, наследный принц занимает трон в тот же миг, не оставляя народ без правителя ни на секунду.       — Что насчет нашего дела? — напоминает Чонгук о цели визита Юнги в соседнее государство.       — Все готовятся к войне, — передает тот информацию, когда они приближаются к первой скалистой горе. — Народ шепчется лишь о том, что не допустит вторжения. Сейчас все государство погружено в траур, поэтому о подобных темах стараются не распространяться.       — Значит ли это, что они еще не в курсе отмены нашего похода? — если это так, к вопросу с предателем Чонгуку следует найти другой подход.       — Я был во многих местах, и нигде об этом не упомянули ни разу. — Таверны, рынки, приграничные территории, в каждом из этих мест считали, что Халимасан все еще готовит нападение. — Как обстоят дела здесь? — ответно интересуется Юнги.       Чонгук рассказывает о возникшем бунте и делится догадками, что подобные вспышки будут повторяться, если власть ничего не изменит. Затем сообщает о решении короля касаемо его брака, на что Юнги не может не среагировать.       — А говорили, что не собираетесь жениться, — он позволяет себе легкую улыбку. — А я говорил, что Вы раньше всех окольцуете омегу.       — Я не женюсь.       Голос Чонгука острый, как скалы, окружившие их со всех сторон.       — Пойдете против короля? Разве получится уйти от возложенной ответственности? Его Величество, должно быть, уже обо всем договорился, — проговаривает Юнги, уходя в свои мысли. Король Халимасана в сжатые сроки решил женить наследника, как только его убедили в слабости армии для похода.       — Мне пришлось отправиться в Дом брачных печатей и зафиксировать свой отказ.       Юнги приоткрывает рот от подобного заявления и решается озвучить догадку:       — Не думаете, что Его Величество хотел с помощью этого брака получить союзные войска и вместе пойти на Южное государство?       — Я знаю об этом. Только ничего не получится. Этого брака не будет, как и дополнительной поддержки. Совет, который состоится к концу следующей недели, все расставит на места, — Чонгук решает ускорить коня и бросает напоследок: — Я начну разбираться с внутренними порядками и предложу реформы.

***

      В кабинете наследного принца шуршат бумаги, которые он в последний раз проверяет. Он составил столько реформ, столько требовалось для упрощения жизни народа. К завтрашнему утру альфа должен быть готов. Именно там он проявит себя как истинный наследный принц. Совет, на котором он планирует изменить судьбу всего государства, является для него отправной точкой. Дальше все изменится.       — Ваше Высочество! — внутрь заходит один из стражников. Чонгук приподнимает бровь, но взгляда от бумаг не уводит. Он сосредоточен, желает проверить каждый расписанный пункт, чтобы в момент реализации никто не допустил ошибок. — Прибыли посланники. Они просят о встрече.       Чонгук молниеносно поднимает взгляд и велит впустить их. Он складывает разбросанные бумаги в одну стопку и откладывает их в нижний ящик, слегка хмурясь, когда в очередной раз замечает странное расположение своих вещей. Такое случалось с ним и раньше, только вот очередной случай заставляет сомневаться: разве может быть такое, что в его личных вещах кто-то копался?       — Докладывайте.       — Ваше Высочество! — приветствуют посланники принца и принимаются за отчет. — Мы проверили все придворные семьи Ли, запросив данные в реестре. — Разумеется, они не объезжали каждую семью с фамилией Ли, ведь на подобное им понадобились бы месяцы. Их путь был более краток, но тоже занял приличное время. — Искали Ли Тэхёна, альфу восемнадцати лет, проверив все записи, мы обнаружили несколько совпадений по имени и фамилии.       Второй посланник достает лист бумаги и начинает зачитывать:       — Ли Тэхён альфа зарегистрирован как фермер, возраст тридцать пять лет. Ли Тэхён омега – юноша, пятнадцать лет. Ли Тэхён, альфа – лекарь, шестьдесят лет. Ли Тэхён, альфа, двадцать семь лет, торговец, — сделав передышку, он переходит к последнему имени. — Ли Тэхён, омега, шесть лет.       После каждого имени дыхание затаивается. Хочется услышать хотя бы одно совпадение. Но все перечисленные люди и близко не подходят под характеристику человека, по которому ноет внутри каждый новый день с еще большей силой. Чонгук принимает список в руки и, перечитав все еще раз, поверженно прикрывает глаза.       — Также мы решили проверить и данные из столицы. После проверки не было выявлено ни одного совпадения, Ваше Высочество, — посланники кланяются и покидают кабинет.       Чонгук сжимает бумагу в руках и, откинувшись на спинку кресла, смотрит вверх. По телу проходит холодок, который мутит подобно тошноте, настолько ему не понравилась принесенная весть. Придворный исчез, словно в воду канул. Никто не видел и не знает, где он. Как такое возможно, что сам принц, у которого власти больше всех в стране, не считая короля, не может найти человека, укравшего его покой?

***

      Шум голосов министров и чиновников наполняет тронный зал. Собравшиеся разошлись во мнениях и, пока король и наследный принц не прибыли, позволяют себе крики и даже плевки в сторону друг друга. Хосок наблюдает за этим со стороны. Он не имеет привычки шептать недовольства за спиной правителей, поэтому не вмешивается. У него сложилось собственное мнение: он понимает, что принц как в воду глядел, когда говорил, что старых чиновников нужно заменить. Именно они прыгают выше головы, доказывая правоту лишь подобным себе.       Вчера Хосок пересекся с наследным принцем, узнал о его намерениях, которые счел разумными, и пообещал поддержку на сегодняшнем совете.       Наступает тишина, стоит тяжелой двери, овитой серебром, отвориться и впустить королевскую семью. Его Величество и Его Высочество занимают свои места. Король задает вопросы чиновникам, занимающим главные должности, и, выслушав каждого, дополняет каждую их речь своими замечаниями.       Закончив с последним докладом, король Чон Дамвон решает объявить о женитьбе сына. Наследный принц перед приходом сюда предупредил, что у него есть предложения, о которых он хотел сообщить на совете, поэтому король решает взять слово первым. В последнее время ему стало ясно одно: действия сына непредсказуемы. Он не может предугадать его следующий шаг, и как король видит в этом опасность, но как отец, скрепя зубами, признает силу принца.       — В интересах государства наследный принц Чон Чонгук вступит в брак, — объявляет король, не глядя на стиснувшего зубы сына. Чонгук явно хочет возразить, но сейчас он не имеет права перебить отца перед лицом совета.       Зал наполняется гулом, напоминающим пчелиный рой, насколько неожиданной стала новость для представителей власти. Хосок также не скрывает своего изумления: принц и словом не упомянул об этом.       — Во благо стабильности трона, я повелеваю устроить брак принца, на который даю свое согласие.       Не испытывая внутри прежней тревоги, Чонгук просто дает королю высказаться. Если бы он не застраховался от этого брака заранее, то скорее возник и вступил бы в дискуссию, но сейчас он лишь позволяет себе короткий смешок. Король слишком удивится, когда узнает, что женитьбе не бывать.       — Мудрое решение, Ваше Величество! — доносится от членов совета.       Широкая дверь отворяется, и внутрь ступает глашатай. Альфа держит в руках свернутый лист с символикой Южного государства. Королевское письмо Лихбедии, которое он, склонив колено, начинает зачитывать:       «Королю Халимасана Чон Дамвону от короля Лихбедии Ким Намджуна.       Пусть солнце светит ярко, как и наше будущее соседство. В знак уважения к престолу и ради укрепления мира уведомляю Вас о заключении Договора о неприкосновенности. Согласно условиям документа, подписанного наследником Халимасана, договор закрепляет обязательства наших держав о невмешательстве. В соответствии с обязательствами: Халимасан не имеет права угрожать войной, направлять войска на наши земли и нарушать границы Лихбедии. В случае нарушения пунктов договора шесть соседних держав, выступающих гарантами, вправе приступить к разделу и контролю территорий Халимасана. Ожидаю, что Ваша сторона будет смиренно выполнять пункты соглашения.       С наилучшими пожеланиями, Его Величество Ким Намджун».       Тишина в зале после прочтения письма красноречивее любых слов. Никто не мог вообразить, что Халимасан добровольно шагнет в подобную медную клетку. Шатнись, и страну распилят, не оставив и пыли.       Хосок расправляет плечи, словно пытаясь сбросить груз этих слов. Все войско теперь необходимо лишь для защиты, ведь на них может напасть любой из гарантов, в то время как каждый их шаг в сторону Лихбедии станет поводом для уничтожения Халимасана. Страну сгрызут, и следов не останется.       Чиновники и министры начинают бурно обсуждать новость о том, что предыдущий король Ким Бомён отошел в иной мир. Они понимают, что траур уже успел закончиться, ведь подобного рода письма не вручают в период скорби по королю. Но еще больше внимания привлекает известие о том, что договор заключил сам Его Высочество Чон Чонгук. Чиновники, преданные королю, все еще считают принца молодым для принятия решений такого масштаба, а потому бросают на него красноречивые взгляды.       Король багровеет от злобы, направленной на всех разом: на вестника, принесшего нелепые новости; на наследного принца, оказавшегося в них замешанным; и на покойного короля, который сорвал его планы по захвату территорий. Ким Бомён умер раньше, чем Дамвон успел нанести удар. Однако новость о том, что сын тайно заключил союз за его спиной, становится главной искрой в этом пожаре гнева.       Король переводит взгляд, полный пренебрежения, на собственного сына. Принц всегда выступал против этой войны, на каждом совете твердил о ее ненужности, прикрываясь внутренними проблемами государства. За последний месяц Чонгук часто выезжал из столицы, и Дамвон до боли стискивает руки на коленях, понимая: скорее всего, в одну из таких поездок сын и отправился в Южное государство, чтобы собственноручно загнать Халимасан в капкан. Теперь понятно, почему каждый жест и слово принца в последнее время становились все увереннее, он явно что-то скрывал.       Дамвон осознает, что сын займет престол в свое время, и с этой ошибкой ему придется справляться самостоятельно. Король краснеет от злости, ведь судьба государства теперь зависит от чужих земель. Он даже не задумывается о том, что все было бы в порядке, прекрати он посягать на чужие земли.       — Наследный принц, объяснись! — рявкает король, заставляя тишину вновь воцариться в тронном зале.       Чонгук срывается с места и резко выхватывает письмо из рук вестника. Он дважды пробегает глазами по тексту, и с каждым прочтением его взор наполняется блеском, способным испепелить бумагу. Становится ясно одно: новая власть Южного государства решила его подставить и очернить перед всем советом и королем. Он не может поверить, что методы Ким Намджуна настолько жалкие, что тот позволяет себе лгать в официальном письме.       Никакого договора о неприкосновенности Чонгук и в глаза не видел, а значит, там не могла стоять его печать. Он пользуется ею лично и всегда держит при себе, поэтому вариант с потерей исключен. Это невозможно.       Внутри закипает лава, когда он вчитывается в условия. Так умно и хитро с их стороны составить подобное соглашение. Только вот печати его стоять там не могло. Он бы никогда подобное не одобрил, даже если бы ему предложили ознакомиться с данным предложением официально. Это слишком небезопасно. Получалось так, что Лихбедия, вступившая в союз с Северным государством, в любой момент может напасть на них. А Халимасан теперь не имеет права даже войска к границе подтянуть. Защитить собственную страну не в праве.       Он сжимает письмо крепкой хваткой, еще немного и раскрошит в пыль. Стиснув челюсти, Чонгук поднимает прямой взгляд на короля, не колеблясь, смотрит в глаза человеку, готового вычеркнуть его из родословной.       — Я разберусь со всем лично, — звучит твердо.       Он не собирается оправдываться перед советом, это выглядело бы глупо. Он не имеет никакого отношения к этому договору, и чтобы доказать это, его слов будет недостаточно. Слова наследного принца не равносильны словам короля. Совет примет его оправдания за попытку ускользнуть, словно он пытается играть за их спинами, обманывает и при этом не желает принимать ответственность.       — Ступай к своему королю и передай следующее, — Чонгук оборачивается к глашатаю и стальным голосом проговаривает ответ на подобную клевету. — Наследный принц Халимасана требует встречи на границе через четыре дня. Пусть прибудет лично, не забыв прихватить договор, — на последнем слове хочется хмыкнуть, ведь его просто не существует, и он обещает спросить со всех за клевету.       Альфа-вестник, поклонившись, принимает устное послание и со скоростью ветра спешит назад. Если король решит согласиться на встречу, тот должен успеть прибыть на место в указанное время. Поэтому глашатай немедленно покидает столицу Халимасана.       Наследный принц покидает зал вслед за ним, не слыша разгневанных слов короля. В данный момент ему нечего сказать. Он и сам не знает, по какой причине его имя вообще указали в письме.       Чонгук направляется к конюшне и, оседлав коня, покидает дворец. Через три дня он выдвинется к границе, а сейчас намерен встретиться с человеком, которого возьмет с собой в этот путь.

***

      — Что случилось, Ваше Высочество? — Юнги удивлен видеть наследного принца в своей резиденции. Здесь Юнги иногда занимается рабочими делами.       Внутри стоит гробовая тишина. Юнги всегда действовал как одиночка, поэтому предпочитает жить подальше от людей. Наследный принц врывается в его рабочий кабинет быстрее выпущенной стрелы, стремящейся разорвать чье-то сердце. От его вида у Юнги что-то внутри обрывается.       — Ким Намджун решил оклеветать меня, — сообщает Чонгук, присаживаясь в кресло Юнги. Он зачесывает пальцами выбившуюся прядь и коротко вводит в суть письма южного короля. При этом он замечает, как альфа перед ним бледнеет и оседает на скамью. — Этого договора не существует, понимаешь?       Юнги сглатывает и переводит растерянный взгляд на стену. Слышать о том, как новый король начинает действовать волнительно. Неужели Ким Намджун настолько спешит загнать Халимасан в угол?       — А что, если он существует? — Юнги возвращает взор на принца, который даже не допускает такого варианта. — Что Вы тогда предпримете, Ваше Высочество?       — Моя печать всегда со мной. Это невозможно.       — Вы считаете, что сам король, на плечах которого ответственность за целое государство, станет так нагло врать? — Юнги не настаивает, но ему не понятно, почему принц не желает даже мысли допустить о правдивости слов Его Величества.       — Мне стоит переговорить с ним лично, — Чонгук потирает пульсирующие от напряжения виски. — Кто знает, может, его самого обвели вокруг пальца. Мы встретимся на границе через четыре дня, и я все выясню.       — Подумайте о моих словах, Ваше Высочество. Все может оказаться не так, как Вы думаете, — не унимается чиновник по сведениям, сея в голове принца сомнение. — Вдруг Вас кто-то предал, подставил? Вы и сами говорили мне, что подозреваете наличие шпиона.       Чонгук в этот раз не спешит отрицать. Он задумчиво сидит в кресле и мимолетно опускает взгляд. Перед глазами твердый пол из дерева и ящики с большим количеством смятых бумаг. Не отводя пристального взора от ящика, он вспоминает, что за последний месяц время от времени замечал: предметы в его кабинете находились не на своих местах. По телу проходит холодок, когда он сопоставляет это со словами Юнги.       В его кабинете кто-то был. Кто-то перебирал его личные вещи, оставляя после себя легкий беспорядок, который не сразу бросался в глаза. Он поднимает испепеляющий взгляд на Юнги и молча изучает его с ног до головы.       Юнги не смотрит в опасные глаза принца, поэтому поднимается с места и подходит ближе, опустив взор на книгу.       — Лезвием ножа всегда пронзают те, кто рядом, Ваше Высочество.       Юнги знает, о чем говорит. Он опытный лазутчик, повидавший разного, выполняя приказы своих временных заказчиков. Практически каждый приказывал следить за своими компаньонами, друзьями, соратниками и даже близкими. Предает всегда тот, кто находится плечом к плечу. Тот, кому вверяешь самое дорогое – доверие.       — Ты поедешь со мной.       Принц ставит соратника в известность и, не прощаясь, покидает резиденцию.

***

      Мрачность сада после затяжных дождей сменяется яркими лучами солнца, которые проникают в каждое окно. Только внутри самого дворца мрачно. Слуги стараются не ходить по коридорам, все они страшатся лишний раз показаться на глаза наследному принцу.       — Кто заходил в кабинет в мое отсутствие? — принц стоит посреди кабинета и меряет его шагами, вглядываясь в лица четверых стражников, вызванных на допрос. Тех самых, что должны были охранять его кабинет, и с чем явно не справились.       Чонгук часто уезжал из дворца на долгое время. Тот, кто был здесь, мог воспользоваться его отсутствием и пробраться внутрь именно тогда. Только вот он все еще не понимает, как это может быть связано с договором, ведь он никогда не оставлял свою печать здесь. Он не мог забыть ее, оставить на время, ведь пользовался ею не так часто, как можно было подумать. Она всегда висит у него на груди, поэтому он по-прежнему не допускает вариант, что ею могли воспользоваться.       — Никто, Ваше Высочество! — стражники даже убираться без наблюдения никому не позволяли. — Здесь были только придворные слуги, убирающие кабинет.       Наследный принц согласно кивает и отходит к окну. Процедура уборки всегда происходит под наблюдением. Слугам запрещено подходить к рабочему столу и тем более лезть в ящики. Все, чем они занимаются – моют полы и протирают пыль на окнах.       — Приведите ко мне каждого, кто здесь был.       Придворных слуг приводят быстро. Альфы встречаются взглядом с Его Высочеством и начинают дрожать еще до того, как он успевает задать первый вопрос. Чонгук дотошно выспрашивает, как проходила уборка, какие вещи трогали, где именно протирали пыль. Подозрения постепенно затухают, когда принц понимает, что ищет не там.       Вечер наступает стремительно. С такой же скоростью проходят и остальные дни. Наследный принц вместе с чиновником по сведениям и своей стражей выдвигается в путь.

***

      Каменная дорога сменяется горными тропами, и на всю округу разносится шум нескольких десятков копыт, оставляющих после себя поднявшуюся ввысь пыль. Наследный принц гонит коня во всю прыть, пока в его голове мысли никак в одну сложиться не могут. Он представляет все возможные варианты событий и старается быть готовым к каждому. Даже если этот договор каким-то загадочным образом существует, он не станет уходить от ответственности. Если кто-то и правда смог воспользоваться его личной печатью, это его ошибка, раз он это допустил.       Существование договора – вот о чем он думает больше всего. Именно ради этого состоится встреча. Он желает увидеть собственными глазами то, что очерняет его перед своими же людьми. Только существует ли он на самом деле? В этом принц сильно сомневается.       Они уже у границы. Все, что ему остается, это широко расправить плечи и поднять голову выше. Наследный принц уверен в своем положении, и подобная провокация не заставит его биться в истерике.       Внутри образовывается штиль, становится спокойно, когда он замечает, что у нужного места на белоснежном скакуне возвышается тот, кого он видел лишь однажды. Ким Намджун возмужал с их последней встречи. Королевские одежды сидят на нем как влитые, он истинное олицетворение титула короля. На его голове золотая корона с драгоценными камнями. На плечах накидка из белоснежной ткани, расшитая узорами из золотой нити. Чонгук замечает, что король прибыл в сопровождении около трех десятков стражников, и не может сдержать хмыка. Из каких помыслов король Ким печется о своей безопасности так отчаянно? Не потому ли, что прибыл на встречу с тем, чье имя опорочил?       — Рад видеть, Ваше Величество, — голос Чонгука тверд, он сохраняет беспристрастное выражение лица. Он не желает затягивать немое противостояние, а потому, первым приветствует короля, не спешиваясь. Они находятся друг против друга на расстоянии пяти метров. Никто из них не пересекает чужую границу. Стража рассредоточилась по всей ближайшей территории, готовая в любой момент защитить своих господ. Чонгук не удивится, если южный король привез с собой и лучников, затаившихся вдали. — Благодарю, что не отказали во встрече.       Намджун зло смотрит на наследника Халимасана, который осмелился просить о личной встрече. Все его тело сводит от раздражения. Прямо перед ним отпрыск того, кто столько лет держит их государство в страхе, угрожая войной бесчисленное количество раз. Внутри все стягивается от презрения и ненависти, настолько он не желает видеть человека перед собой. Сын своего отца не может быть другим, в это он верит всей душой.       Он не осматривает принца столь пристально, как осматривают его самого. Просто замечает, что наследник выглядит как темная туча, которая вот-вот разразится бурей и уничтожит мирные земли. Принц и есть эта буря, поэтому Намджун не испытывал и капли сомнений в принятом решении, когда задумал обвести его вокруг пальца. Этот договор, как бы не ставилась на нем печать, – их гарантия. Халимасан не понимает слов. Чужое правительство обезумело от жажды власти над их территорией, поэтому договор – единственное решение.       Намджун сжимает поводья, словно в любой момент ждет нападения или ловушки от западных людей, во главе которых стоит принц, которого он подставил.       Лихбедия ослабла в последние годы. Постоянные угрозы не могли не сказаться на народе, который с каждым годом терял веру в безопасное будущее страны. Рождаемость снизилась, ведь родители боялись, что в случае вторжения их плоть и кровь лишат жизни ударом меча. Также из страны начались массовые побеги. Альфы, возраст которых подходил для армии, сбегали, боясь смерти, ведь именно их в первую очередь отправили бы на защиту земель. Никто не желал погибать, каждый ценил свою жизнь как зеницу ока. Их никто не осуждал, но так продолжаться не могло. Намджун должен обезопасить государство от внешних угроз, с которыми не в состоянии справится в одиночку. Поэтому его не слишком заботят методы, которые он для этого использует.       Король считает, что должна торжествовать справедливость, и именно этим он занялся в первую очередь после кончины отца. Траур держали месяц, и за это время альфа вникал в государственные дела. Сидя в тронном зале, он провел несколько советов, на одном из которых подтвердил наличие подписанного договора о неприкосновенности с Халимасаном. Печать на документ он поставил лично еще в тот день, когда ныне покойный король вручил ее ему в руки. Отец не догадывался о замысле сына, ведь если бы узнал, не допустил бы подобного, считая их государство выше подобных интриг.       Весь совет Лихбедии подтвердит подлинность договора, и с этим никто не сможет спорить. Как бы наследный принц ни поступил, он не отменит того факта, что документ существует и официально задокументирован. Взгляд Намджуна прикован к лицу принца, когда он наконец решает поздороваться в ответ.       — Благодати вашим землям, Ваше Высочество, — он слегка втягивает щеки, отчего скулы кажутся острее лезвия меча. — С какой целью Вы хотели повидать меня?       Намджун мог не реагировать, не приезжать по первому зову, но это не в его интересах. Он прекрасно понимает, что сейчас чувствует наследник. Чон, должно быть, в ярости и не верит словам из письма. И Намджун поможет ему, продемонстрирует договор, который взял с собой. Более того, он заставит принца нести за него ответственность. Чем скорее наследник примет условия, тем быстрее наступит мир между их государствами.       — Вы привезли с собой то, что я просил? — Чонгук не собирается играть в любезности. Он ехал сюда не за этим. Чем быстрее он раскроет обман, тем скорее сможет выдвинуть обвинения.       Намджун кивает своему помощнику, человеку, которому доверяет государственные дела, и жестом велит передать договор представителю соседнего государства.       Юнги принимает документ и, подойдя к наследному принцу, поднимает его над собой обеими руками, склонив при этом голову.       Чонгук, не сводя глаз с короля, берет свиток и разворачивает его. Он опускает взгляд на текст и первым делом смотрит в угол, туда, где стоит его личная печать.       Кровь начинает менять свое течение, сердце пропускает удары, а дыхание замедляется. Принц внимательно вчитывается в текст. Все в точности как и в письме: те же условия, но расписаные более детально.       Он поднимает хмурое лицо на короля и мысленно задается множеством вопросов. Чонгук все еще сжимает бумагу в руках. Он знает, что печать поставлена не им, но не сможет доказать этого ни совету, ни отцу.       Принц стискивает зубы, его взгляд темнеет, он готов поглотить любого, бросить каждого, кто причастен к этому делу, в бездонную яму.       — Моя рука далека от Ваших дел, — прямо говорит он о догадке, что грязный трюк для достижения цели использовал сам Ким Намджун.       Намджун отпускает смешок, и его глаза не скрывают, что наследник все понял правильно.       — Для всего важен результат, принц, — король пожимает плечами. Он не собирается отрицать своего участия. — Государство вроде вашего никогда не внимает словам. Поэтому я предпочитаю действовать.       — Король Лихбедии впечатляет, — Чонгук проводит языком по нижней губе и едва заметно кивает. — Не успели взойти на трон, а уже так низко пали.       — Лучше упасть в глазах одного человека, чем обрекать свой народ на страшные войны. — Что бы о Намджуне ни думали, его люди будут благодарны за безопасность на долгие годы вперед. — Вам этого не понять, Ваше Высочество.       Чонгук напрягается всем телом, из последних сил сдерживая раздражение. Король Южного государства и понятия не имеет, как он на самом деле относится к происходящему. Намджун явно не знает, что Чонгук был единственным, кто открыто выступал против этой войны. Стало понятно одно: шпион докладывал королю лишь то, что тот хотел слышать, подпитывая его ненависть к соседнему государству.       — Раз уж Вы остались при своем, — Чонгук не отрицает договор и не пытается снять с себя причастия к нему. — Кто помог Вам в этом д…       Голос обрывается, когда собственные глаза скашиваются в бок, туда, где приближается белоснежный, под стать королевскому, конь. Сердцебиение ускоряется, а ранее сковавшие его тело цепи, начинают звенеть друг о друга, настольно его нутро желает сбросить наваждение. Он смотрит на всадника, который останавливается рядом с королем. Чонгук испепеляет его мрачным, смолистым взглядом, внутри разрываясь на части. Собственное сознание не верит в происходящее. Глаза рассматривают человека, которого он ранее считал своим туманом и пеленой. Того, кто казался настолько желанным и нужным, что ради него он принял решение опуститься ко дну. Человека, мутившего его разум и тело, парня назвавшего себя личным слугой, выходцем из семьи Ли.       Чонгук замирает, вглядывается в лучезарное лицо, но не получает ответного взгляда. Взгляд альфы задерживается на привлекательных, заколотых шпилькой, распущенных светлых волосах, к мягкости которых он когда-то хотел прикоснуться. Затем он опускается поверженной темнотой ниже и замечает, что ранее спрятанное за служебной одеждой слуги тело, настолько хрупкое и утонченное, что невозможно не видеть в нем омегу. Светлая рубашка из невесомой, переливающейся на ветру ткани увита кружевом и тонким воротником. Она сидит на нем легко, подчеркивает юную фигуру, но не скрывает осанки и сдержанности всего тела. Голубые брюки заправлены в высокие черные сапоги, а длинный светлый плащ развивается за спиной.       В голове вспышкой проносится воспоминание: тот единственный раз, когда они вдвоем сидели на вороном коне. Эта осанка, на которую невозможно было не обратить внимания, так и кричала, что являлась королевской.       Чонгук поджимает губы, едва не разомкнувшиеся от изумления. Личный придворный слуга-альфа Ли Тэхён оказался южным принцем-омегой Ким Тэхёном.       Его дурманит, доводит до возникновения боли в груди, когда он сопоставляет все произошедшее за последний месяц. Человек, который предал его, обманом проникнув во дворец и подписал договор, находится прямо перед ним, на территории чужого государства.       Ким Тэхён, претворяясь придворным, нашел способ подобраться к печати и исчез из дворца, никому ничего не сказав. Сбежал, как только получил необходимое. Внутри нарастает злость, его так просто провели. Чонгук обещает себе, что разберется с Тэхёном лично и сделает это прямо сейчас.       — Ваше Величество, — он возвращает к себе внимание короля. — Договор не обеспечит вашей стране должной безопасности. Рано или поздно его обжалуют, и тогда война станет неизбежной, — Чонгук толкается языком в щеку и смотрит перед собой на землю. — Я предлагаю решение проще. Оно обеспечит дальнейшее дружеское отношение между государствами на долгие годы.       Намджун понимает, что договор обжаловать сложно и на это необходимо много времени, но такая вероятность существует.       — И что Вы можете предложить? — идет он на торг.       — Брак. Я женюсь на нем.       Чонгук кивает в сторону принца Лихбедии и встречается с ним взглядом. Взгляд пленит и доводит до немоты в пальцах. Альфа выгибает бровь, не меняясь на лице, и омега поспешно прячет взволнованный взор.       — Что Вы несете! Я не желаю даже слышать об этом! — восклицает король, злясь дерзости принца. — Наследный принц вражеского государства, смеет просить о подобном? Какая наглость!       — Я не прошу, а ставлю Вас в известность, Ваше Величество. — Чонгук пожимает плечами и уверенно смотрит в покрытые яростью глаза короля. Не он это начал, не он начал играть грязными методами. Но если так поступает сам король, тогда разве ему нельзя? — И Его Светлость согласен с моим предложением.