Felidae

Глянцевые брошюрки на журнальном столике рассказывают о профилактике глистов и витаминках для собак. Людей в приемной ветклиники было совсем немного, отчего было отчетливо слышно как монотонно вещает диктор из телевизора о жизни львов в дикой саванне. Львы на экране обходили свои владения, не подозревая, что за ними из пластиковой переноски наблюдает крошечный сородич, одним своим видом говоря, что окажись он там — он бы стал главой прайда. Эйрион уже перестал ломиться наружу, осознав, что решетчатая дверца не поддается настойчивым ударам лапками, и теперь сверлил телевизор недовольным взглядом. Он ненавидел переноски с той же страстью, с какой презирал всякие нежности, когда его пытались взять на руки или погладить, ненавидел, когда утренний сон хозяина длился дольше положенного, ненавидел видеть пустое дно своей миски, и еще ненавидел визиты Матариса, — отношения с младшим братом хозяина не заладились с первого знакомства, — но больше всего, Эйрион ненавидел походы к ветеринару. Валарр смотрел на это надутое белое недоразумение, притаившееся за решеткой, и искренне не понимал, как оно умудрялось выживать на улице, пока два месяца назад он не подобрал его в подворотне. — Это ради нашего общего с тобой блага, — негромко вздохнул он и провел пальцем по дверце, но кот в ответ дернул лапкой, выпустив когти. Царапаться он любил едва ли не больше, чем ненавидеть все что его раздражало, и многочисленные царапины на руках и ногах Валарра были тому живым и весьма болезненным доказательством. Дверь в приемную отворилась с тихим тиканьем автоматического замка, и порог размеренной походкой переступил другой кот. Его густая шерсть темно-каштанового окраса лоснилась под светом люминесцентных ламп. Он шел на коротком черном поводке, пристегнутом к изящному кожаному ошейнику, ничуть не смущаясь обстановки ветеринарной клиники. Его хозяин прошел вглубь зала и сел через одно место от Валарра. Кот, не дожидаясь приглашения, ловко запрыгнул ему на колени и устроившись поудобнее, принялся ритмично мять передними лапами плотную ткань хозяйских джинсов, прежде чем свернуться на них клубком. Эйрион, запертый в своей переноске, такого соседства не оценил и недовольно зашипел, прижав уши к голове. Сородич рядом окинул его коротким взглядом, в котором не было ни тени агрессии, и сложил голову на передние лапы, принявшись смотреть на него с ленивым безразличием, пока белый предпринял новые попытки перегрызть решетку. — Эйрион, где твои манеры? — Валарр неловко улыбнулся, чувствуя, как на них начинают оборачиваться другие посетители. Пытаясь утихомирить питомца, он осторожно подхватил переноску и переставил её со своих колен на пустующее сиденье рядом. — Вы это мне? — хозяин темно-каштанового кота, который так не понравился Эйриону, обернулся к Валарру. — А? — тот растерянно моргнул. — Откуда вы знаете мое имя? — в голосе соседа послышалось искреннее недоумение пополам с настороженностью. Валарр на секунду завис, переводя взгляд с лица незнакомца на своего беснующегося в переноске кота, и медленно выгнул бровь: — Я, так-то, к коту обращался. Между ними повисло неловкое молчание, прерываемое дикторскими вставками о том, что львята учатся полноценно рычать лишь к двухлетнему возрасту. В контексте яростных попыток кота прогрызть металлическую решетку, эта информация прозвучала как издевка, потому что белый «лев» Валарра явно освоил искусство запугивания гораздо раньше. — Хорошее имя для кота, — первым заговорил незнакомец, нарушая затянувшуюся паузу. Он посмотрел на переноску уже без подозрения. — Мне тоже нравится, — кивнул Валарр, искоса взглянув на своего питомца. Эйрион немного затих, но все же не переставал шипеть. — А вашего как зовут? Мужчина чуть склонил голову набок и почесал своего любимца за белым ушком, на что он отозвался довольным мурчанием и доверчиво прильнул к теплой ладони. — Валарр, — издал смешок Эйрион-человек. — Имя придумал не я, а заводчики. У него там какая-то супер крутая родословная и имя должно быть соответствующим, хотя, честно говоря, я бы назвал его просто Лентяем. Валарр издал короткий смешок, уткнувшись взглядом в пол. Он решил пока не озвучивать, что концентрация тезок на квадратный метр только что превысила допустимую норму. — Почему именно «Лентяем»? — Все, что он делает — это спит, ест и болеет. Собственно, из-за последнего мы и здесь, — ответил Эйрион, а кот-Валарр, как будто бы отвечая, мяукнул и несильно прикусил палец хозяина. — А вы тут почему с Эйрионом? Валарр снова посмотрел на свою переноску. Белый кот угрюмо уставился в одну точку, словно предчувствуя, что сегодняшний день не принесет ему ничего хорошего. — У нас все проще, — вздохнул Валарр, стараясь не встречаться глазами с котом, чтобы не чувствовать вины. — Его просто пора кастрировать.