You Looked at Me and Somehow Saw Good

— Но ты назвал его «Майкл»! С каких это пор вы так сблизились, а? — возмутился Дин уже, кажется, в десятый раз. — Я же сказал, я не заметил, как это сказал. Само вырвалось. Но я никогда не обращаюсь к нему так в лицо, — устало повторил Адам, уже, наверное, в двадцатый раз. Вообще, приглашение поужинать с Сэмом и Дином в эти выходные его даже обрадовало. Он переписывался с Кевином время от времени, и пусть они ещё не стали настоящими друзьями, всё равно было приятно иметь кого-то, с кем можно регулярно поговорить. Хотя часть его всё ещё хотела бы так же общаться и с начальником, но после той переписки про суп ничего подобного больше не повторялось. А теперь вот он сидел, и всё его хорошее настроение испарилось, старший брат допрашивал его из-за того, что он случайно назвал босса по имени при Сэме. Будто это что-то значило! Адам мысленно пообещал себе, что в следующий раз подольёт депиляционный крем в шампунь Сэма. Единственный свет в оконце — Сэм привёл Эйлин, и Адам с приятным удивлением обнаружил, что она действительно такая же милая и живая, как он и рассказывал. — Может, потому что он уважает своего начальника и называет его по имени, а не «жопомордой», как ты? — парировала Эйлин, активно жестикулируя. Адам быстро понял, что Сэм старается лучше понимать язык жестов, поэтому она часто жестикулировала свои слова, даже если окружающие её не понимали. О да, Адаму она определённо нравилась. Дин фыркнул и с силой воткнул вилку в стейк. — Он и есть жопоморда. Удивительно, что ты до сих пор не уволился. Я до сих пор злюсь на Каса за то, что он вообще позволил Майклу тебя забрать, — пробурчал он с полным ртом картошки. Адам даже не стал указывать на то, что Дин только что сам назвал мистера Новака по имени. Спорить с ним - всё равно что разговаривать со стеной. Он закатил глаза. — У Кастиэля не было выбора. И вообще, Майкл не такой уж плохой. Он нормально ко мне относится. Почему ты его так ненавидишь, кстати? Ты ведь никогда толком не объяснял. — Потому что он козёл! — А ты уверен, что первым не был козлом ты? — спокойно заметила Эйлин. Рядом с ней Сэм только ухмыльнулся, явно соглашаясь. — Да не, он просто мудак, поверь. Кас его, конечно, любит, брат всё-таки, но даже он считает, что Майкл слишком апатичен ко всем вокруг, — продолжил Дин. Адам покачал головой и тяжело вздохнул. С Дином всё всегда ходило по кругу. Серьёзно, он не был уверен, что когда-либо встречал кого-то более упрямого, чем Дин Винчестер. — И кто из нас работает на него уже несколько месяцев? Я, а не ты. И я говорю, что он не апатичный, он просто сдержанный и хочет, чтобы всё делалось правильно. А ты постоянно халтуришь, вот он на тебя и орёт. Это не его вина, — заявил Адам, указывая вилкой на брата. — Если бы не я, ты бы вообще с ним не познакомился! — огрызнулся Дин, будто это было аргументом. — И что? При чём здесь это вообще? Сомневаюсь, что Кастиэль настолько поливает грязью собственного брата, что ты считаешь своим долгом каждый раз его оскорблять, — простонал Адам. Спорить с Дином — это как биться о кирпичную стену. Только эта стена ещё и орёт в ответ. — Нет, у Каса есть дела поважнее, чем строить свою жизнь вокруг Майкла. В отличие от некоторых, — отрезал Дин. Адам резко покраснел. Он и так изо всех сил пытался отрицать тот факт, что, похоже, влюбляется в своего генерального директора, ему только не хватало, чтобы кто-то ещё намекал на это вслух. — Какого черта это вообще значит?! — огрызнулся он. — Так, всё, хватит, вы двое. Успокойтесь, пока мы вас не заставили мириться, — вмешался Сэм, поднимая руки в примирительном жесте. — Серьёзно, вы вообще можете поговорить о чём-то другом? Последние месяцы я только это от вас и слышу. Это только сильнее разозлило Адама. Теперь жар поднялся к ушам уже от злости. — Ты не слышал от нас ничего другого, потому что вам обоим, по большому счёту, на меня плевать. Я здесь сейчас только потому, что случайно встретил тебя на работе, и тебе, видимо, стало меня жалко, вот ты и позвал поесть. А так вы даже не отвечаете ни на мои звонки, ни на сообщения. Ты вообще заметил, что я в последнее время перестал вам писать? — раздражённо выпалил он. Он согласился прийти сюда впервые за несколько месяцев не для того, чтобы его в чём-то обвиняли. Тем более братья, которые почти не находят для него времени. Это было… обидно. Дин и Сэм одновременно замолчали и уставились на него так, будто у него выросли ещё две головы. Эйлин тоже выглядела удивлённой, но в её взгляде больше читалась обеспокоенность и, возможно, понимание. Адам не винил её: они только что познакомились, и до этого момента она вела себя отлично. Так что, если уж на то пошло, он был почти уверен, что позже она устроит братьям разнос за это. — Адам, — начал Сэм осторожно, — мы не пытаемся тебя игнорировать. Просто мы заняты. У нас обоих очень требовательная работа, так что иногда мы пропускаем сообщения или звонки. Адам закатил глаза. «Иногда», ага. Но спорить с Винчестерами — дело почти безнадёжное, а он уже был слишком вымотан, чтобы снова ввязываться. — Да, конечно. Как скажешь, — бросил он. Он вовсе не согласился, но решил оставить это так. Постепенно разговор за столом вернулся к более безопасным темам: отношения Сэма и Эйлин, как они познакомились на работе, а затем — планы Дина и Кастиэля на выходные. Старший брат, конечно, никогда бы этого не признал, но Адам не мог не задуматься, может, именно в этот раз кто-то из них наконец сделает первый шаг. Только вот радоваться этому сейчас совсем не получалось. Не после того, как они только что поссорились. И потом… если они действительно начнут встречаться, он останется единственным братом без пары. Он даже не искал отношений, но это всё равно болезненно отдавалось где-то внутри. Он ушёл почти сразу после ужина, отказавшись остаться на фильм. Никто его особо не удерживал, только Эйлин мягко сказала: — Было приятно познакомиться. В следующий раз посидим подольше, хорошо? К тому времени, как Адам добрался домой, уже начинало темнеть. Он принял душ, переоделся и с тяжёлым вздохом рухнул в кровать. Было ещё не так поздно, но он чувствовал себя слишком выжатым, чтобы об этом думать. Он лениво пролистывал случайные видео, ничего толком не цепляло, пока не остановился на одном. Информационный ролик, наполненный яркими изображениями и символикой, был посвящён архангелу Михаилу. На экране сменяли друг друга образы высокого, величественного воина, поражающего врагов огромным мечом или копьём. Могущественный ангел добра. Истребитель зла. Яростный защитник и вершитель справедливости. Кадры сменялись один за другим, каждый не менее впечатляющий, чем предыдущий, а голос за кадром рассказывал об истории почитания архангела Михаила и символике его образа. И вдруг Адам обнаружил, что уже выбирается из постели, чтобы схватить свой блокнот и ручку. Вернувшись обратно, он устроился поудобнее, положив блокнот на колени. Он уже давно не рисовал ничего, кроме городских пейзажей вокруг. Они, конечно, были красивыми, но со временем начинали надоедать. Иногда он делал мелкие наброски, но ничего серьёзного — ничего, что действительно зацепило бы его и вызвало вдохновение. До этого момента. Адам начал быстро набрасывать линии, используя изображения из видео как референсы. Постепенно на странице появился высокий мужчина с поднятым мечом, а под его ногой извивалось змееподобное существо. Он даже потратил время на штриховку, вместо того чтобы оставить рисунок в виде обычного небрежного наброска. Когда он закончил, он откинулся назад и посмотрел на страницу. Рисунок занимал весь лист — тёмный, контрастный на фоне белой бумаги. Архангел Михаил словно смотрел прямо на него. И вместе с этим в груди начало подниматься новое, не дающее покоя чувство. Майкл… его назвали в честь архангела? Может, Дин и прав? Может, его мысли слишком часто крутятся вокруг начальника. Но ему было всё равно. Более того, сама мысль о том, чтобы написать Майклу, вызвала внутри тёплое, странно приятное ощущение, и он уже тянулся к телефону. Это был риск, он это понимал. Одно дело, более непринуждённо общаться, когда речь шла о помощи и супе. И совсем другое, написать ему просто так, вне работы, без причины. Это всего лишь влюблённость. Пройдёт, он был уверен. Но прошло так много времени с тех пор, как он чувствовал что-то подобное… так разве плохо позволить себе немного? В худшем случае Майкл просто поставит границу и скажет держать общение строго профессиональным. И Адам, конечно, поймёт намёк. Даже мысль об этом неприятно кольнула, но не настолько, чтобы остановить его. Он открыл переписку и быстро набрал сообщение. AM [8:11 PM]: «Вас назвали в честь архангела Михаила?» Он отложил телефон и снова взял блокнот. На следующей странице, рядом с первым рисунком, он начал выводить лицо — сильное, красивое, с лёгкой ухоженной щетиной. Если бы он рисовал в цвете, глаза были бы пронзительно голубыми. Телефон рядом завибрировал. Адам сглотнул, чувствуя, как к горлу подкатывает тревога. Он боялся, что Майкл поставит его на место и напомнит о границах. Но когда он рискнул посмотреть, ответ оказался совсем другим. MN [8:17 PM]: «Да, назвали. Меня и моих братьев в честь ангелов. Почему вы спрашиваете?» Это был куда лучший ответ, чем он ожидал! AM [8:19 PM]: «Я увидел видео про него и решил его нарисовать. Вот и стало интересно. Надеюсь, я вас не отвлекаю, извините» Он прекрасно знал, насколько его начальник занят даже в выходные и вне офиса. Казалось, Майкл вообще никогда не «выключается» из рабочего режима, и иногда Адаму даже становилось его немного жаль. Ему бы отдыхать побольше… но он был упрям как чёрт. Впрочем, Адам и сам кое-что об этом знал. MN [8:20 PM]: «Всё в порядке. На самом деле я сейчас на семейном ужине, и вы как раз спасаете меня от необходимости слушать рассказ Габриэля о его очередном романе. Так что, по сути, вы избавляете меня от желания потом “промыть уши отбеливателем”.» Адам громко рассмеялся — так, что даже испугался, что соседи могут услышать. И прежде чем он успел ответить, пришло ещё одно сообщение. MN [8:21 PM]: «Могу я посмотреть ваш рисунок?» Ну да, этого стоило ожидать. AM [8:21 PM]: «конечно, секунду» Он быстро сделал фото своего наброска и, немного нервничая, отправил. Он не привык показывать свои работы — ни тексты, ни рисунки. Но по какой-то причине с Майклом это ощущалось… нормально. Хотя в животе всё равно неприятно сжималось от мысли: а вдруг ему не понравится? AM [8:22 PM]: «это просто набросок, не особо хороший, но вроде нормально получилось» Он начал постукивать пальцами по странице, на которой так и не закончил второй рисунок. Взгляд упал на лицо, архангел Михаил… но где-то глубоко внутри он знал: черты этого лица вдохновлены вовсе не старинными картинами. Нет, у этого ангела были дорогие костюмы, идеально уложенные волосы и пронзительно голубые глаза. Телефон снова завибрировал. MN [8:25 PM]: «Адам, рисунок замечательный. Вы слишком недооцениваете свои способности.» MN [8:25 PM]: «Моим братьям и сёстрам стал интересен наш разговор. Могу ли я показать им вашу работу?» О. Этого он не ожидал. Кастиэль ведь тоже там, да? Адам только сейчас осознал это, и вместе с этим пришло понимание двух вещей. Во-первых, Кастиэль узнает, что он написал Майклу с совершенно нерабочим вопросом. А во-вторых… Дин узнает об этом примерно через 0.3 секунды, и потом ему придётся это выслушивать. Отлично. Но отступать было уже поздно. К тому же… ему даже стало немного любопытно, что скажут остальные. В том числе Кас. AM [8:26 PM]: «да, конечно. спасибо, что спросили» То, что он вообще спросил разрешения, оказалось неожиданно милым. Прошло несколько минут, ответа не было. Может, им и правда было не особо интересно, и разговор просто ушёл в другую сторону? Он постарался не расстраиваться. Вместо этого он снова взялся за блокнот. Под лицом он начал набрасывать ещё один рисунок, на этот раз грубый контур демона: склизкое тело, чешуя, уродливое выражение. Он настолько увлёкся, что вздрогнул, когда телефон вдруг зазвонил. Он бросил взгляд на экран, наполовину ожидая увидеть имя Дина, готового на него наорать, если Кас уже всё рассказал. Но вместо этого на экране высветилось: «Mr. M Novak». Что?.. Адам резко схватил телефон с одеяла и нажал «принять», даже не успев подумать. — А-алло?.. — неуверенно произнёс он, не до конца понимая, должно ли это вообще происходить. Вдруг это случайный звонок? — Эй, малой! Что, решил очаровать моего старшего братца рисунками его небесного тёзки? — раздался в трубке незнакомый голос, звучащий подозрительно весело. Адам мгновенно вспыхнул. Флиртовать с Майклом вообще не входило в его планы! — Кто это? — вместо оправданий спросил он, чувствуя, что иначе сейчас просто начнёт нести чушь. — Габриэль! — Гейб! Верни мой телефон, что ты делаешь? Люк, убери руки! С каких пор ты помогаешь ему с его идиотскими… — голос Майкла утонул в чужом смехе, который, по всей видимости, принадлежал тому самому Люку. — Должен сказать, малой, ты неплохо рисуешь. Ты сказал, это просто набросок? Чёрт… я бы посмотрел, что ещё ты умеешь делать своими руками, — продолжил Габриэль. Адам покраснел ещё сильнее. — Ч-что?.. — Габриэль! — теперь голос Майкла был уже совсем близко, за которым последовала возня. Адам на секунду задумался, не сбросить ли звонок, пока это не превратилось в полный хаос… но не успел. — Адам, прошу прощения за моего идиота-брата и его выходки. Я не думал, что показ вашего рисунка закончится тем, что Габриэль украдёт мой телефон и позвонит вам. Приношу свои искренние извинения, — в голосе Майкла слышалась усталость и раздражение, которых Адам раньше почти не слышал. Он звучал… более живым. Более настоящим. — Скажи ему, пусть меня тоже нарисует! — донеслось издалека. Майкл издал что-то среднее между стоном и рыком, и от этого звука Адаму срочно пришлось немного поменять положение на кровати. — В последний раз повторяю, он не меня рисовал, Габриэль. Он рисовал архангела, — отрезал Майкл тоном, явно намекающим, что объяснять это ему пришлось уже не впервые за вечер. Адам понятия не имел, как вообще реагировать на всё происходящее, поэтому просто пробормотал: — Всё нормально, мистер Новак. Правда, я не против. Эм… вам правда понравился рисунок? — Да, очень. Как я уже говорил, у вас действительно есть талант. Габриэль и Люк тоже оценили, просто не способны вести себя достаточно взросло, чтобы это признать, — сухо заметил он. — И, разумеется, Рафаэль и Кастиэль тоже были впечатлены. Кажется, я упоминал, что Рафаэль интересуется искусством? Он особенно отметил, насколько точно вы передали символику. Меня это тоже впечатлило. Адам не был уверен, что один набросок заслуживает такого количества похвалы, но спорить он точно не собирался. Особенно когда эти слова говорил Майкл. Он бы с радостью принял любую крупицу одобрения от него. — Правда? Я очень рад это слышать, сэр. На заднем фоне всё ещё слышались голоса и движение, но уже не так громко. — Я вас не отвлекаю от семейного ужина? — поспешил спросить он. Шум немного утих, видимо, Майкл где-то уединился. — Нет, вовсе нет. Мы уже закончили, как раз когда вы прислали рисунок. И, как я говорил, вы спасли меня от необходимости слушать рассказ Габриэля о его очередном «завоевании», — последнее слово он произнёс с явным отвращением. — О. Похоже, Кастиэль тоже взялся за телефон. Скорее всего, пишет вашему брату. Не удивляйтесь, если он перескажет ему всё, что произошло сегодня, как показывает практика, он делится с ним почти всем. — Это неправда, — вмешался голос Кастиэля, на удивление спокойный и расслабленный. — Разве? — сухо отозвался Майкл. — Этот парень ходит за тобой так, будто ты вытащил его из самого ада. Адам фыркнул. — Не будь жопоголовым, — элегантно отозвался Кастиэль. И этого оказалось достаточно, чтобы плотина окончательно прорвалась. Адам громко рассмеялся прямо в трубку. Это та самая могущественная семья Новаков, которая управляет NovakOn и всей своей империей? Такой взгляд в их личную жизнь оказался куда более откровенным, чем он мог представить. Он знал только Майкла и Кастиэля, но слышать, как они общаются между собой… это было совсем не то, что он ожидал. И уж точно он никогда бы не подумал услышать слово «жопоголовый» из уст Кастиэля. Когда смех немного утих, он понял, что на том конце Майкл тоже тихо смеётся. Адам чуть ближе прижал телефон к уху, будто хотел поймать каждую ноту этого звука. — Я вас не задерживаю, Адам? — неожиданно спросил Майкл. Адам быстро покачал головой, будто тот мог это увидеть. — Нет, не особо. Я только что вернулся со своего семейного ужина, но, похоже, у вас он проходит куда лучше, чем у меня. — Правда? — с интересом спросил Майкл. — Почему вы так считаете? Адам уже открыл рот, готовый вывалить всё — про братьев, которые игнорируют его сообщения, и про то, что при редких разговорах всё сводится к ним самим или к их нелюбви к Майклу, но вовремя остановился. Кастиэль ведь всё ещё рядом. И вполне мог всё передать Дину. — Я… могу рассказать позже? — вместо этого сказал он. К счастью, Майкл понимающе хмыкнул. Адам почти видел, как тот бросает взгляд на Кастиэля. — Разумеется, — спокойно согласился он и без лишних вопросов сменил тему. — В таком случае, если это не затруднит, мне было бы интересно узнать больше о вашем творчестве. Адам тихо рассмеялся. — Я не особо занимаюсь искусством всерьёз. Просто иногда рисую в блокноте, вот и всё. Но… вашему брату правда понравилось бы, если бы я нарисовал архангела Гавриила? — О, он был бы в восторге. Любой повод потешить его эго — уже праздник, — ответил Майкл, проигнорировав возмущённое «эй!» где-то на фоне. — Ну, если ему понравится, я могу. Вообще, можно и других ангелов — Рафаэля, Кастиэля… хотя я не уверен, за что он отвечает. — Кастиэль — ангел четверга, — невозмутимо пояснил Майкл. — Серьёзно? — Адам моргнул. — Немного… неожиданно. Дайте угадаю, он родился в четверг? Майкл снова тихо рассмеялся. — Да, именно так. — Хм. Забавно. Значит, Гавриил, Рафаэль, Кастиэль… и Люк? Я думал, Люк — это ученик, а не ангел? — Так и есть. Мы называем его Люком как прозвище. Его настоящее имя — Люцифер. — Люцифер?! — Адам чуть не поперхнулся словами. На этот раз Майкл рассмеялся громче. — Да, выбор наших родителей был… интересным. Поэтому мы и не используем это имя в повседневной жизни. — Ну да, логично, учитывая остальные имена, — пробормотал Адам. — Ладно, с этим можно работать. Хоть будет что рисовать, кроме небоскрёбов. — О? Вид с моего этажа вам уже недостаточно интересен, мистер Миллиган? — спросил Майкл, но в его голосе слышалась лёгкая насмешка. — Нет-нет, вид потрясающий. Просто я давно не рисовал ничего другого. Ангелы — отличная практика, — поспешил заверить Адам. — Хорошо. Надеюсь, вы покажете мне свои работы, когда закончите. И, если вы не против, уверен, моим братьям тоже будет интересно увидеть их «ангельские версии», — заметил Майкл. Адам на секунду задумался, правда ли им это будет интересно, или это просто вежливость. Но Майкл не был из тех, кто говорит что-то просто так. Он всегда говорил то, что действительно имел в виду. Так почему сейчас должно быть иначе? — Да будет так, — усмехнулся Адам себе под нос, просто радуясь тому, что вообще может вот так разговаривать с Майклом. Он никогда не слышал его таким… расслабленным. Майкл снова тихо рассмеялся, но затем на фоне послышался чей-то приглушённый голос. — Адам, боюсь, мне пора. Спасибо, что поделились своим рисунком. Буду рад увидеть ещё. И, как всегда, увидимся в понедельник, — сказал Майкл. — Конечно, мистер Новак. Спасибо, что уделили мне время. Увидимся в понедельник. До свидания, — ответил Адам. Ему очень хотелось, чтобы этот разговор мог продолжаться всю ночь, но он прекрасно понимал, что у такого человека, как Майкл, вряд ли бывает столько свободного времени. — До свидания, Адам. На следующее утро, когда Адам занёс Майклу кофе, тот поднял на него взгляд, в глазах мелькнуло любопытство. Едва заметное, как и все его эмоции, но Адам уже настолько привык улавливать малейшие изменения, что сразу это заметил. — У вас найдётся минутка, мистер Миллиган? Адам кивнул и сел в кресло напротив. — У меня есть всё время, которое вы мне дадите, сэр. Едва заметная тень улыбки на губах Майкла подсказала — шутка зашла. — Отлично. Не успели ли вы поработать ещё над ангелами? — спросил он, бросив взгляд на сумку через плечо Адама. Значит, ему действительно интересно. Адам даже не был уверен, поднимет ли Майкл эту тему снова. — Я поискал немного вдохновения… начал с Гавриила. Думаю, дам ему трубу как основной символ. По-моему, это больше всего подходит вашему брату, — признался он. Любопытство в глазах Майкла слегка изменилось. — И почему же? — Потому что он такой же громкий, как труба. Как и в прошлый раз, смех Майкла прозвучал неожиданно — коротко, резко — и Адам снова поймал себя на том, как приятно это слышать. Но он всё же догадывался, что разговор не совсем об этом. — Без обид, сэр, но… вы ведь не ради этого хотели поговорить? — осторожно спросил он. Майкл стал мягче в последнее время, но оставался тем же трудоголиком, который не одобрял пустую болтовню в рабочее время. — Нет, — признался тот. — Хотя мне и правда было интересно. Я хотел узнать… готовы ли вы рассказать о том, о чём не захотели говорить по телефону на днях? — А… — Адам замялся. Он почти забыл об этом. И уж точно не думал, что Майкл запомнит. — Вы не обязаны делиться, если не хотите, — спокойно добавил Майкл, заметив его нерешительность. — Но мне показалось, что вам хотелось об этом поговорить, просто… не при тех слушателях. Конечно. Он снова всё понял. Стоит ли бояться того, что Майкл читает его, как открытую книгу? Впрочем, в его работе это неудивительно, умение распознавать людей, их эмоции, ложь… Всё это просто переносилось и в обычное общение. — Нет, всё нормально, — вздохнул Адам. Он держал в руках бумажный стаканчик с кофе, лениво проводя пальцем по логотипу. — Да… я ездил к Сэму и Дину. Я не был у них с тех пор, как съехал — почти год. Наконец познакомился с девушкой Сэма, Эйлин. Она классная, но… Он замолчал. — Но? — мягко подтолкнул Майкл. Его голубые глаза были полностью сосредоточены на Адаме и ни на чём больше. Это внимание было почти подавляющим. Быть настолько замеченным… особенно таким человеком, как генеральный директор NovakOn. Адам тихо выдохнул. — Но… не знаю. Дин в последнее время просто ведёт себя как полный придурок. С тех пор как я начал работать у вас. Думаю, он всё ещё бесится из-за того, что я больше не работаю на Кастиэля… ну, то есть мистера Новака, — буркнул Адам, но продолжил. — И с этим я ещё могу как-то справляться. Это раздражает, но не это главное. Больше всего бесит, что ни один из них больше меня никуда не зовёт и почти не отвечает ни на звонки, ни на сообщения. Разве что раз в сто лет. Меня вообще позвали на ужин только потому, что я увидел Сэма на работе, когда вы отправили меня, и сам начал разговор про его девушку! Он раздражённо вскинул руку, но тут же весь запал исчез, и он обмяк в кресле. — Простите, мистер Новак. Это глупо. Я просто трачу ваше время, жалуясь на дурацкие семейные проблемы, — тихо добавил он. Но Майкл слегка наклонил голову и посмотрел на него так, будто перед ним было нечто важное, ценное. И Адам не знал, куда себя деть под этим взглядом. — Это не глупо. Семейные отношения часто бывают сложными. Но меня настораживает, что ваши братья, судя по всему, не включают вас в свою жизнь так, как должны, — спокойно сказал Майкл. Наверное, для человека, у которого семья собирается вместе каждую неделю, это действительно звучало странно. Адам даже представить не мог, чтобы у него с братьями было что-то подобное. — Сэм и Дин заняты. У них нет времени нянчиться со мной. И вообще, я и до них прекрасно справлялся, ещё до того, как узнал об их существовании. Всё нормально, — проворчал он. Майкл чуть прищурился. — Вы всегда имеете привычку оправдывать чужое плохое поведение? — Чего? — Адам поднял взгляд. — Я спросил: вы всегда… — Нет, я услышал. Просто… о чём вы вообще? — перебил он, потому что правда не понял, к чему это. Майкл, к его удивлению, никак не отреагировал на перебивание. — Вы оправдываете там, где в этом нет необходимости. Ваши братья — хороший пример. Вы сами сказали, что давно с ними не общались. Они ведь не так далеко, верно? Оба работают здесь. И живут, насколько я понимаю, тоже неподалёку, раз каждый день ездят на работу. И при этом вы продолжаете говорить, что они не отвечают вам, потому что «заняты». Это и есть оправдание, Адам. Вы не несёте ответственности за чужие поступки, значит, вам не нужно их оправдывать. Лицо Майкла оставалось таким же каменным, как обычно, но в складке его бровей появилась резкость, которой раньше не было. Он был… недоволен. И Адам… просто не знал, что сказать. Он смотрел на него широко раскрытыми глазами, всё ещё пытаясь осмыслить услышанное. Это был тот самый Майкл — строгий, прямолинейный, не терпящий ерунды. К счастью, Майкл, похоже, понял, что Адам сейчас не в состоянии сразу ответить. — Вы понимаете, о чём я говорю? — спросил он уже мягче. Голос стал спокойнее, хотя выражение лица почти не изменилось. — Я… не знаю, — честно признался Адам. — Это нормально, — сразу ответил Майкл. — Просто подумайте над моими словами, хорошо? Вы не обязаны нести на себе груз чужих ошибок. Чужие поступки не определяют вас как человека. С этим вы можете согласиться? Адам никогда не слышал, чтобы Майкл говорил так. Мягко, но при этом уверенно, без тени сомнения. И он явно сам верил в каждое слово. Но принять это всё равно было сложно. — Я… наверное? — тихо выдавил он. Лицо Майкла стало чуть жёстче. Едва заметно, что Адам почти не уловил это. Но всё же уловил. И от этого внутри стало неуютно. — Не думайте, что то, что ваши братья, или кто-либо ещё, не делают свою часть, как-то связано с вами. То, что вы не занимаетe в их жизни столько места, сколько могли бы, это их потеря, Адам. Вам не нужно соглашаться со мной, я не буду вас заставлять, вы явно чувствуете себя некомфортно, — он сделал паузу, и это само по себе было странно. Майкл Новак не колебался. Никогда. Наконец он тихо вздохнул. — Я не буду настаивать. Просто… подумайте об этом. И знайте: то, что я говорю, — правда. Вы не глупый человек, и вы заслуживаете, чтобы рядом с вами были люди, которым вы небезразличны. И мне жаль, что, судя по всему, этими людьми не являются ваши старшие братья. Адам видел, как дрожат его руки, хотя сам почти этого не чувствовал. Слова Майкла звучали в голове, как гул колокола — громко, отчётливо, но не оседали. Не до конца. Прошло ещё несколько напряжённых секунд тишины, и Майкл снова вздохнул. — Всё в порядке, Адам. Возьмите паузу, вернитесь к себе. Я буду здесь, когда будете готовы. И… простите, если заставил вас чувствовать себя неловко. Это не было моей целью. — Вы не...— начал Адам, но осёкся, встретив строгий взгляд. — Больше никаких оправданий за других, Адам. Хорошо? Это касается и меня. А теперь идите. Я уже отправил вам задачи на сегодня, приступите, когда будете готовы. Тон не был жёстким, но спорить с ним было невозможно. Адам лишь медленно кивнул и вышел из кабинета. Позже, когда он уже пришёл в себя, Майкл снова вызвал его. Они оба сделали вид, будто ничего не произошло и, честно говоря, Адам был этому только рад. Он не был уверен, что выдержал бы второй разговор на ту же тему за один день. — У меня сегодня встреча. Возьмите ноутбук и подойдите в малую переговорную через пятнадцать минут. Адаму не нужно было повторять дважды, он поспешил выполнить поручение. Как обычно, он устроился чуть позади Майкла у торца стола. Но в этот раз в комнате был ещё один человек — молодой парень, едва ли старше двадцати с небольшим, с ноутбуком на коленях. Он сидел за Кастиэлем. Тот что-то тихо обсуждал с человеком рядом, но Адам краем глаза заметил, что Кас время от времени бросает на него и на Майкла любопытные взгляды. И неудивительно. Наверное, он задавался вопросом, почему Майкл вообще уделил Адаму столько внимания на семейном ужине. Сама встреча оказалась такой же скучной и формальной, как и большинство. Спустя полтора часа всё закончилось, и Адам закрыл ноутбук, убрав его в чехол. Он был благодарен, что Дин не присутствовал, Кастиэль, конечно, странно на него поглядывал, но хотя бы не злился молча, как наверняка сделал бы Дин. Люди в костюмах начали расходиться, каждый по своим делам. В комнате остались только Кастиэль, Майкл… и тот самый молодой парень. Догадаться, кто это, было несложно. — Привет, ты, должно быть, новый ассистент Кастиэля? — подошёл к нему Адам. Честно говоря, было странно видеть кого-то моложе себя в этом офисе. К Кевину он ещё только привыкал, хотя они и переписывались. В остальном же большинство его коллег были значительно старше. Парень поднял взгляд и широко улыбнулся, и чем-то напомнил Адаму большого, немного нескладного плюшевого медведя. — Привет! Да, это я. Можешь звать меня Алфи, — он протянул руку, и Адам сразу пожал её. — Приятно познакомиться. Ну как тебе работа? Мистер Новак не такой уж страшный, правда? — ухмыльнулся Адам. Алфи, к удивлению, засиял ещё сильнее. — Он очень добрый! Работы много, но мне нравится. Ты ведь раньше работал с ним, да? Адам коротко кивнул. — Ага. Но пару месяцев назад меня перевели сюда. И, честно, мне нравится. Вместо ожидаемого «как ты вообще можешь такое говорить», Алфи просто радостно кивнул. — Это здорово! Наверное, ты можешь многому меня научить. Я всё ещё разбираюсь во всём. Адам поймал себя на том, что улыбка у парня заразительная, и невольно улыбнулся в ответ. — Да без проблем. Если будет время, помогу. Или давай я дам тебе свой номер. Пиши, если что, постараюсь ответить. Он подождал, пока Алфи достанет телефон, и продиктовал номер. Тот убрал телефон в карман и хлопнул Адама по плечу. — Спасибо! Правда, спасибо. Там внизу немного одиноко… почти ни с кем не поговоришь, кроме как о таблицах и документах. Так что я очень ценю, что ты готов помочь. Адам только усмехнулся. — Поверь, я понимаю. Пиши в любое время. — Обязательно! И… может, как-нибудь выберемся куда-нибудь? Я бы хотел завести тут друзей, а я почти никого не знаю. Слушай, а ты думаешь... — он вдруг осёкся и перевёл взгляд куда-то за спину Адама. Тот моргнул, не понимая, что случилось, пока не услышал, как кто-то тихо прочистил горло прямо позади. Адам обернулся. Майкл. Стоял, как всегда, с безупречно спокойным лицом и смотрел прямо на руку Алфи, всё ещё лежащую у Адама на плече. Алфи тут же отдёрнул её и начал сбивчиво что-то лепетать. Это уже был не просто нервный человек, это было что-то куда хуже. Адам решил его спасти. — В любом случае, было приятно познакомиться. Уверен, ещё увидимся, — сказал он, заметив, как Кастиэль подходит к Алфи. — И рад видеть вас, мистер Новак. Кастиэль положил руку на плечо Алфи и тихо отправил его подождать у лифта. Тот с готовностью кивнул, бросил на Майкла последний нервный взгляд и буквально сбежал. — Обязательно нужно так его пугать, Майкл? — вздохнул Кастиэль, проводя рукой по волосам. Майкл шагнул вперёд, становясь рядом с Адамом. — Я ничего не сделал. Адам усмехнулся. Кастиэль — нет. — Ага. Он хороший парень, не доводи его до инфаркта раньше времени, ладно? Не у всех получается найти такого ассистента, как Адам, с первого раза, — Кастиэль бросил на него взгляд. Адам неловко усмехнулся. Ему почему-то показалось, что это было сказано не столько искренне, сколько с намёком, будто Кастиэль пытался выудить реакцию Майкла. И, судя по его взгляду, он явно не верил, что между ними «ничего нет». — Я ничего ему не сделал, Кастиэль. И если это твоя попытка вернуть Адама обратно к себе, боюсь, я не готов его отпускать, — спокойно сказал Майкл. Адам почувствовал, как снова начинает краснеть. — В этом нет необходимости, сэр. Мне и здесь хорошо. И Кастиэль, и Майкл посмотрели на него — и оба, похоже, остались довольны ответом. — Жаль, конечно, я скучаю по тебе на нашем этаже, Адам. Но если тебе лучше с моим братом… кто я такой, чтобы тебя от него отбирать? — улыбка Кастиэля была слишком широкой, чтобы быть просто дружелюбной. И что-то в его словах звучало… слишком лично. Но нет. Он ведь не мог иметь в виду… это? — Мне пора. Увидимся позже, — Кастиэль кивнул и вышел, явно направляясь проверить, не развалился ли его новый ассистент после одного взгляда Майкла. Когда они остались вдвоём, Адам посмотрел на Майкла и поймал его взгляд. Но на этот раз это уже не пугало. Он улыбнулся и кивнул в сторону двери. — Нам стоит вернуться к работе. Я сейчас просмотрю заметки и сразу отправлю вам. Он уже собирался уходить, но остановился, обернулся и ухмыльнулся шире: — И надеюсь, вы не напугали бедного Алфи до увольнения. Губы Майкла чуть дрогнули. — Я почти ничего не сделал. Однако мне не нравится, когда кто-то, любой, касается вас без вашего согласия. А, вот в чём дело. Но… неужели он ревновал? Нет. Конечно нет. Просто… заботливый начальник. — Хотелось бы, чтобы больше людей думали так же, — признался Адам. Хотя, если честно, в случае Алфи это было просто дружеское прикосновение. Но ему всё равно нравилось слышать, как Майкл звучит… защищающе. — Ладно, я тогда займусь делом, мистер Н. Майкл кивнул и направился к своему кабинету, оставляя Адама за работой.