Ее война, его религия.

Музыка к главе:

Megalomaniac - KMFDM

Toxic - Mushmellow

Июнь, 2001 год. Четыре месяца. Четыре ебаных месяца Гермиона собирала информацию по крупицам, чтобы разобраться с тем, что планируется или уже происходит в министерстве. Спойлер: ничего она не нашла. Для начала она проверила досье сотрудников с общим доступом для всего Министерства. Никаких Лилит, Эви, Грэми. Вообще ничего, пусто. Из этого можно сделать два вывода: либо это их ненастоящие имена, либо все почищено в целях безопасности. В общем, полный пиздец, пора действовать ушками. После разговора неизвестных ей Лилит и Эви в туалете, Гермиона стала прислушиваться ко всем разговорам, которые проходили на работе, а не как обычно отключаться, утопать в своем сознании и кивать на автомате, если разговор ведут с ней. Теперь она слышала всех и каждого. Она слушала даже пустые рассказы о выходных, надеясь, что кто-то ляпнет лишнее. Но ничего. Совсем ничего! Иногда ее ухо ловило странные перешёптывания между коллегами во время обеда, в лифте, на этаже. К большому сожалению, это были лишь сплетни, по типу тех, кто у кого брал в рот и когда. Но и эту информацию Гермиона впитывала в себя словно губка. Она даже решилась на серьезный и рискованный шаг. Попросить у Гарри мантию-невидимку. Пиздец? Да, наверное. Гарри, конечно же, ничего не дал. После того, как он увидел ее агрессивный всплеск эмоций в коридоре на этаже, он стал следить за ее состоянием. Не очевидно, он просто наблюдал. Гарри, как истинный аврор, видел, что Гермиона часто стала чаще покидать рабочее место, стала пристально слушать разговоры коллег. Пусть для всех остальных ничего не изменилось, но Гарри все замечал. Он знал ее лучше всех, так, что все изменения он видел. И либо Гермиона стала оправляться после войны, либо что-то произошло. Когда она подошла к Гарри с невероятно аргументированной историей, как сильно ей нужна мантия и просьбой дать ей ее, Гарри отказался. Ну, этого стоило ожидать. — Извини, но нет. Я не могу дать тебе мантию. — Но почему? Гарри, она правда мне нужна! — Гермиона, потому что это не совсем законно. Тогда Гермиона коротко кивнула и ушла. Больше она не просила. Было бы слишком странно, и Гарри начал бы что-то подозревать, а ей не нужны были лишние руки в ее деле. И да, Гарри верно подметил, что Гермиона часто отсутствовала на своем рабочем месте. Да, действуем теперь не только ушками, но и ножками. За эти четыре месяца она стала ходить по другим отделам, подслушивая коллег. Это же не запрещено. Дик Кинг, к счастью, ничего ей не говорил. Видимо, после случая с рассказом о диарее, он вообще старался ее не трогать. Во всяком случае, работа всегда делалась вовремя, отчеты и документы лежали у него всегда к сроку. Благодаря ее частым прогулкам по этажам других отделов, Гермиона узнала, что в Министерстве работают ее бывшие однокурсники, в том числе и с других факультетов. Например, Теодор Нотт работает в отделе тайн вместе с Адрианом Пьюси, Блейз Забини в отделе магических происшествий и катастроф, Захария Смит в отделе магического транспорта, Дин Томас, Симус Финниган, Ханна Аббот работают бок о бок в отделе международного магического сотрудничества. Но это еще не все! Дафна Гринграсс вместе с сестрой Асторией помогают в отделе регулирования магических популяций и контроля над ними, а Джастин Финч-Флетчли работает одним из многих помощников Министра Магии Кингсли. Когда Гермиона встречала старых знакомых, ей на секунду становилось…стыдно? Она не знает, чем занимаются ее бывшие друзья, перестала следить за змеями после выпуска. Нет, это не стыд. Это ее личное упущение, что ей было все равно все это время. Что интересно, она ни разу не замечала Драко Малфоя. Потом, проверив общий доступ к досье сотрудников, Гермиона нашла его. Колдография. Имя: Драко Люциус Малфой Пол: мужской Дата рождения: 05.06.1980 Рост: 180 см Род: чистокровный Образование: школа Хогвартс, факультет Слизерин Особые приметы: черная метка на левом предплечье Отдел: Магического правопорядка, Управление мракоборцев Должность: Специалист по поиску и нахождению правонарушений Дата приема на работу: 22.07.2000 Дата увольнения: 22.09.2000 Причина увольнения: по собственному желанию На колдографии, как на документы, размером три на четыре, был не тот Драко Малфой, которого она помнила еще до войны. Хоть он и веселился на дополнительном году обучения, он явно морально повзрослел. Это читалось на его лице. Что этому послужило, точно было сложно понять, тут сразу несколько причин: ему приказали убить Дамблдора, он привел ПСов в школу, отца посадили в Азкабан, безносый был в поместье день и ночь, на руке грязное клеймо того же ПСа. Хах, ну, возможно, что все вместе. На колдо был парень двадцати лет, с холодными серыми глазами. Вспышка на живом фото даже не заставила его моргнуть. По небольшой части фото снизу можно было заметить, что Драко Малфой был в костюме, в черном костюме. Не таком дорогом, какой он носил на последних курсах школы, но, в целом, неплохой. Наверное, чтобы не сильно выделяться среди обычных и честных трудяг. Гермиона щелкнула указательным пальцем по его носу, но, как и ожидалось, люди, изображенные на колдографиях, не чувствуют боли. «Уж тебя-то не заебывало ходить в костюме, мудак.» Ее взгляд метнулся на надпись «по собственному желанию». Она приподняла бровь, ожидая, что конкретный ответ об его увольнении выльется черными чернилами на пергаменте, но ничего не происходило, кроме вспышек колдоаппарата на зачарованной картинке, которая неустанно повторялась. А потом пришло осознание. Взгляд метнулся выше на несколько строк: «Должность: Специалист по поиску и нахождению правонарушений». «Какого хера?» Драко-самый-молодой-Пожиратель-смерти-Малфой работал в ее отделе. Работал на ее этаже. Работал ищейкой. Не ее, просто ищейкой. Он устроился через пару недель после ее устройства и отработал всего три месяца. Почему он изъявил желание уйти? Зарплаты не хватало? Ха-ха, смешно. Не нравилась должность? Мог бы перевестись. Его обязательное условие для исправления? Такого не было озвучено, только обучение последнего курса. Женился и посвятил себя семье? Бред, весь магический Лондон жужжал бы об этом. Хуйня? Полнейшая хуйня. Ладно, пусть живет. Он не высовывается в любом случае, его досье не скрыто, значит, скрывать ему нечего. А если это такой хитроумный план? Гермиона ударила себя по голове за слишком быстрые мысли, собираясь руководствоваться логикой. Она еще раз посмотрела на колдо Малфоя. Сдержанный взгляд. Вспышка. Острые черты лица. Вспышка. Расслабленные губы. Вспышка. Она щелкнула его еще раз указательным пальцем, но уже по лбу. Вспышка. «Пошел в пизду.» Вспышка. Она убрала досье. Драко Малфой идет в пизду. Сейчас есть дела важнее. Ладно, пора и дальше работать мозгочками, ушками и ножками. Больше всего ей нравилось прогуливаться по отделу тайн. Да, у нее был доступ. Да, она им неприкрыто пользовалась. Да, она не принимала гадкие, по ее мнению, прозвища по типу героини войны и золотой девочки, но сейчас она могла ими пользоваться. Сейчас это имело ценность, а на войне все средства хороши. Ох! Отдел тайн. Гермиона не могла не смаковать воспоминания в своей все еще слегка больной голове, как на пятом году обучения ПСы чуть не убили ее тут вместе с остальной командой под названием «Отряд Дамблдора». Да, было позорно. Да, было опасно. Да, был пиздец. Она часто думала, смогла бы она одна сейчас выстоять против фанаток безносого психопата. Если да, то что изменилось бы? Закончилась бы война раньше? Была бы война? Остался бы тогда жить Сириус? Была бы она тогда той, кем была раньше? Ответ на последний вопрос весьма спорный. Не произойди войны, она не стала бы такой, какая есть сейчас. Соответственно, не смогла бы победить, поэтому этот вопрос отметается. А вот воспоминания о Сириусе неприятно отзывались в душе. Ей было искренне его жаль. Сириус не жил совсем. В 16 лет сбежал от семьи, отвергнут ею. В 21 год посажен за решетку. Выйдя на свободу, был «живым» два года и погиб в бою от руки безумной кузины Беллатрисы. Гермиона жалела его. Сириус был тем самым взрослым, которому самому была необходима родительская фигура. О, мы затронули Беллатрису. Безумная сука, которая пытала Гермиону. Ее «Круциатус» иногда напоминал о себе легкими судорогами по телу Гермионы, но она уже давно привыкла к ним, принимая как должное и напоминание, которое она не имела права забывать. Да, если бы Гермиона и хотела, то точно не смогла бы забыть то, что с ней произошло в Малфой-временное-пристанище-для-любителя-геноцида-Мэноре, шрамик на предплечье не давал забывать ничего. Упс, я отвлекалась. Мы работаем ножками! И вот, Гермиона снова здесь, в отделе Тайн. Сейчас активно идет обед, на который она благополучно не пошла. Есть не хотелось, да и нечего там делать, она ни разу не выловила из обедов ничего важного. А вот почти пустующий отдел Тайн – это другое дело. Можно просмотреть пустующие рабочие столы. В любом случае, она мыслила пессимистично, особо не надеясь на удачу найти хоть какие-то зацепки. Но нужно пользоваться любой возможностью! Гермиона прогуливалась по мраморным коридорам отдела, наблюдая за коллегами, которые остались работать. Здесь не было коврового покрытия, как в Аврорате, на ее этаже, поэтому цокот каблуков, причем не только ее, гулом разносились по всему этажу, и, к удивлению Гермионы, это никому не мешало. Она завернула за угол и почти столкнулась с тем, с кем не хотелось бы. — О! Гермиона Грейнджер собственной персоной, мое почтение. Добро пожаловать на мой этаж. Теодор-с-его-психикой-все-в-порядке-Нотт встретил ее с фирменной широкой улыбкой и слегка фамильярным тоном. Да, она видела его и раньше, как и всех других знакомых, работающих в Министерстве. Но каждый раз у нее получалось избегать каких-либо разговоров, встреч и неловких моментов. Видимо сегодня Бог, Мерлин (или кто там в конце концов?!) покинули ее. Придется вести неловкие и непринужденные беседы. В то время, когда Теодор Нотт встретил ее широкой белоснежной улыбкой, она сама ответила ему потухшим взглядом и опущенными уголками губ. Он был одет в строгий серый костюм-тройка в микроскопическую сеточку, серый галстук в тон и черные оксфорды. Идеальный костюм, идеальная улыбка. Лицо его было свежим, будто он постоянно ходит на СПА или просто наслаждается жизнью. Темно-шоколадные кудри, которые Гермиона помнила еще со школы, были аккуратно уложены и слегка лезли на брови. Симпатично. Брови все равно было видно, они были широкими, но при этом имели форму, а не просто были зарослями. Карие глаза цвета молочного шоколада, почти такие же, как у нее, смотрели на нее с нечитаемым для Гермионы выражением. Россыпь родинок украшала его лицо, создавая еще более человечную версию бывшего говнюка. На запястье красовались красивые дорогие часы, почему-то магловские Rolex, от чего Гермиона даже слегка вскинула бровь от удивления. Папочка-Пожиратель явно не одобрил бы моду у сынка. От него приятно пахло хер знает чем. Гермиона не парфюмер и в нотах не разбирается. Аромат был тяжелый, но не типичный мужицкий. Очень похоже на то, чем она пользуется сама, что-то из черного перца или табака. В руках Тео держал папку с документами и прижал ее к груди сильнее после своего приветствия. — Здравствуй, Нотт. – Она ответила сухо, все также смотря беспристрастно на него, сохраняя эмоции в себе. Тео, кажется, даже не заметил ее сухости, и продолжил говорить с воодушевлением. — Я заметил, что ты часто бываешь у нас. Планируешь к нам перебраться? В Аврорате совсем скучно? Тео говорил легко, свободно, совершенно не скованно. Когда он говорил, было ощущение, что освещение в коридоре – это его рук дело, точнее, его улыбки. Гермиона поражалась его легкости, будто его отец не убивал ни в чем неповинных людей, таких, как она сама. Теодор должен забиться в угол и умолять о прощении своей фамилии и рода, но вместо этого он спокойно общается с ней, улыбается и смотрит в глаза. Немыслимо. — Нет и нет. – Коротко ответила Гермиона на оба вопроса Тео. — О, ладно, извини. Неправильно понял. Тео немного помялся и продолжил, но уже не так задорно, но все с той же улыбкой. — А вообще, как дела? Гермиона приподняла бровь, не пытаясь скрыть удивление от его вопроса. — Зачем тебе знать? Этим вопросом Гермиона точно поставила его в тупик. Она заметила, как глаза Тео немного забегали по ее лицу, а по итогу он вообще отвернулся. На его лице пропала улыбка, он слегка нахмурился, и между бровями образовалась складочка. Мыслительный процесс, отлично. «Гермиона Джин Грейнджер, ты конченая дура, возьми себя в руки и нормально веди беседу!» Он откашлялся. Скорее всего, Тео не привык к тому, что с ним грубо общаются. По всем известным данным, Теодор Нотт не был смешан с ПСами, но из-за папулика к нему в любом случае было особое отношение, как и ко всем другим детишкам фанатичных родителей. Но Тео был другим, он умел располагать к себе людей. Тео повернул голову на нее. Его лицо было сосредоточенным, не мальчишеским, а готовым вести взрослые диалоги. Складка между бровями никуда не ушла, и он начал. — Я… ээ… Гермиона, я не особо понимаю, что не так. Мы в школе даже и не общались, поэтому, повторюсь, я не особо понимаю, чем заслужил такой тон с твоей стороны. Если ты видишь во мне врага, то мне прискорбно это осознавать… «Ебучая ты дебилка, возьми себя в руки! Это шанс узнать что-то! Засунь свой гадкий язвительный тон в пизду и поговори с ним нормально! Будь, блять, умнее!» Тео продолжал. — … и если это из-за моего отца, то я его никогда не поддерживал. Но если я когда-то тебя обидел, и это личная обида, прошу сказать мне сейчас. «Пиздец, ну и болтает.» Гермиона продолжила смотреть на него холодным взглядом, но в моменте проморгалась, натянув улыбку, отчего глаза перестали быть такими «мертвыми». — Прости, Теодор. Просто неважно себя чувствую, я не хотела грубить. Хорошо дела, нормально. Твои как? «Молодец, умнейшая ведьма столетия! Можешь ведь, когда хочешь!» Видимо, Тео почувствовал облегчение, потому как расплылся в улыбке и немного сильнее поджал папку к себе. «Спроси потом что за папка, Грейнджер.» — О, я отлично! Работаю, знаешь, искупляю грехи отца. – Тео тихо хохотнул. – Меня тут по началу не сильно радовали, но я смог к себе расположить, и теперь, не по своему скромному мнению, являюсь душой отдела. На словах «искупляю грехи отца» Гермиона почти дернулась. Хотелось нестерпимо ударить Тео по зубам, но она просто кивала и улыбалась. Тео продолжал. — Все еще не нашел «ту самую», поэтому торчу здесь с утра до вечера и домой возвращаюсь только поспать. Часто бываю в командировках… «Да ты неплохо справляешься, истинная актриса!» — Я не жалуюсь, мне здесь очень нравится, ни разу не пожалел с отделом. В общем, тут действительно хочется работать. «Ну наконец-то, блять!» — Рада за тебя, Теодор. Гермиона изобразила самую милую улыбку, которую только могла сейчас показать Тео. Знаете, не всегда получается искренне улыбаться, когда в голове ты кроешь хуями своего собеседника. Теодор улыбнулся в ответ, он явно желал продолжать диалог. — Ох, спасибо! А у тебя как дела в Аврорате? Сейчас, вроде, тихо, после свержения Сама-Знаешь-Кого не без твоей помощи, конечно. «Не без моей помощи? Ты ахуел?» — Ага, да, сейчас тихо, но все равно работа есть. – Гермиона взглянула на папку, которую Тео так крепко держал в руках. – А что у тебя за папка? Тайна? Знаешь, как подобает твоему отделу. Она улыбнулась и прикусила губу. Идиотская шутка. Играть дурочку ей всегда было тяжело, но сейчас она старалась изо всех сил. Ее добавочный вопрос «Тайна?» сделал ее интерес невинным, чтобы Тео не думал, что она роется во всем специально. В общем, Тео не должен ни о чем догадываться. Тео опустил голову вниз на папку и отлепил ее от своего тела. — Папка? Да ничего интересного. Очередной отчет. Никаких тайн. Он поднял голову, и взгляд упал на Гермиону. Тео улыбался. — Хочешь узнать? Он протянул папку ей в руки, широко улыбаясь. Глаза Гермионы округлились, и она замотала руками в отрицающем жесте. «Какого хера ты делаешь, Нотт?! Это проверка?» — О, нет, нет. Я просто спросила. – Она стала неловко улыбаться и даже отступила на полшага назад, сохраняя пространство. — Мне нельзя такое знать. Не будь Гермиона волшебницей, она бы подала свои документы в какой-нибудь актерский университет. Стала бы сниматься во второсортных рекламах, а потом, может быть, в нишевом кино, негодуя над тем, что ее талант не признают. Но конкретно сейчас она размахивает руками перед Теодором Ноттом, боясь попасть в ловушку. Но как же хочется схватить эту папку у него из рук и… — Да ладно тебе. – Он широко улыбнулся и прямо перед ней открыл папку. Ее глаза округлились. – Всего лишь отчет о разрушениях отдела Тайн в 1996 году несколькими учениками. Даже не представляю кто это был. Она застыла, вглядываясь в отчет. И правда. — И зачем тебе это? – Гермиона продолжала сканировать отчет, пытаясь найти что-то интересное для себя, но этот отчет не имел для нее никакого веса. — Не поверишь, но до сих пор идет подсчет потерь. – Он пожал плечами, продолжая широко улыбаться. Гермиона оторвалась от чтива и взглянула на Тео. — И большие потери? — А вот тут я уже не могу передать тебе точные цифры, Гермиона Грейнджер. «Ладно, хорошо. Это уже не так важно, в любом случае.» — Надеюсь, после 1996 в отделе Тайн было тихо. Она поджала губы, играя нервозность и неловкость из-за своего прошлого, смотря Тео прямо в глаза. — О! Поверь, сейчас все спокойно, волноваться не о чем. Казалось, Тео запрограммирован улыбаться, и ему явно это нравилось. «Да почему ты все время лыбишься?!» — А все потому, что отдел в хороших руках! – Гермиона игриво похихикала. Нет, все-таки роль дурочки она ненавидела всей душой. «Боже, я потом проблююсь.» — Большое спасибо! Знаешь, очень приятно это слушать от главной разрушительницы. Они оба засмеялись. Он искренне, она неловко и фальшиво. — Ладно, мне пора, а то ты меня заболтал. Я еще хочу дойти до зала заклинаний. — Постарайся в этот раз ничего не разрушить, ладно? — Только ради того, чтобы ты не занимался новым отчетом по новым потерям. Мягкая улыбка. Мурлыкающий тембр. Игривый взгляд. Ох уж этот рабочий, ни к чему не обязывающий, типичный, легкий флирт. Только сейчас он фальшивый. Гермиона обошла Тео и уже сделала шаг в сторону по коридору, куда направлялась до столкновения с ним. Раздался цокотее каблуков. — А что, придумала новые заклинания и хочешь протестировать? – Раздался веселый голос Тео уже позади нее. Гермиона встала. Эта информация не была такой открытой, чтобы Теодор-откуда-он-блять-знает-Нотт был в курсе того, что она создавала заклинания. Об этом точно не печатали в газетах. «Откуда ты знаешь, блядина?» — О? Откуда ты знаешь? – Она повернулась к нему всем телом. На лице была мягкая улыбка, но внутри она уже использовала на нем весь топ своих любимых заклинаний. — Да вся верхушка в курсе. Все передали нам, точнее, отделу Тайн. Как-то наткнулся в документах, удивился, почему-то запомнил. У тебя крутые заклинания, к слову. Теодор опустил уголки губ вниз, приподнял бровь и одобрительно кивнул. — О, здорово. Не думала, что это передали. — В отделе Тайн нет тайн, Гермиона. Он снова широко улыбнулся и наклонил голову. Теперь он еще и смотрел исподлобья. Как психопат. «Блять, что происходит?» Гермиона почувствовала, как мурашки начали расползаться у нее по шее. Давно такого не было. Давно она не испытывала страх, даже самую малую ее долю. А Теодор Нотт почему-то подействовал на нее. Весь такой с широкой улыбкой, любезный и чертовски симпатичный. Он похож на Теда Банди. Какова вероятность, что он повторяет судьбу уже известного психопата? Забавно, у них одно имя. Тески. Теодор Нотт-Банди. Звучит. Кажется Тео заметил эту затянувшуюся паузу. Он еще и проницательный. — Прости, я шучу! Снова широкая улыбка. — Мы тут все так шутим, что в отделе Тайн нет тайн. Мерлин, прости! «Так, Тед Банди, не еби мне мозги.» Они оба засмеялись. Снова он искренне, а она снова неловко и фальшиво. — Все в норме, Теодор. Просто удивилась. «Уходи, Грейнджер!» Гермиона поджала губы в натянутой улыбке и вновь повернулась к коридору, куда держала путь ранее. — Гермиона, стой. – Его голос, снова веселый, раздался в тишине коридора. «Да блять!» Она повернулась. — Не прощу себе, если не спрошу. Не хочешь сходить попить кофе как-нибудь? Просто предлагаю, не настаиваю. Широкая улыбка. Красивые кудри темно-шоколадного цвета. Веселые глаза. Уверенная поза. Какова вероятность, что Теодор Нотт – это еще один Тед Банди? Низкая. Пиздецки низкая. И вот причины: 1. Он слишком известен. Его быстро поймают. 2. Он работает в Министерстве. Его быстро поймают. 3. Он смотрел на нее на дополнительном курсе в Хоге. Если бы хотел убить, сделал бы это давно. «Я нравлюсь Теодору Нотту.» Пиздецки низкая, но никогда не равна нулю. — Я подумаю, хорошо? Приемлемый ответ, ни к чему не обязывает. Она улыбнулась. Он улыбнулся. Цок. Цок. Цок. Они все дальше отдалялись друг от друга. Цок. Цок. Цок. В ее все еще слегка больной голове возникла таблица. Цок. Цок. Цок. «Встреча с Теодором Ноттом: плюсы, минусы, вопросы.» Цок. Цок. Цок. «Плюсы: 1. Есть возможность узнать чуть больше об отделе Тайн. 2. Расспросить про Драко Малфоя под предлогом того, что он работал в моем отделе. Они ведь еще общаются? 3. Он может случайно проболтаться о том, что происходит, если что-то знает, и если что-то происходит. 4. Возможный секс.» Цок. Цок. Цок. «Минусы: 1. Возможное мое убийство, если он все же новый Тед Банди. 2. Потраченное время впустую, если он ничего не знает. 3. Возможный секс, насильственный или нет. 4.Слишком дырявые «плюсы» этой встречи.» Цок. Цок. Цок. «Вопросы: 1. Какого хера? 2. Тео заметил, что я часто бываю на его этаже, хотя сама я видела его пару раз. Он следил? 3. Он всегда знал, что я работаю в Аврорате? 4. Он действительно взял отчет по разрушению отдела Тайн 1996 года для работы, а не для собственного пользования? 5. Он меня проверял? 6. Его лицо – это маска или реальность? 7. Он действительно случайно нашел информацию по моим заклинаниям? 8. Он врал мне сейчас? 9. Если врал, то в чем и почему? 10. Я ему нравлюсь?» Вопросов слишком много! «В пизду!»