Фарфор

Когда заиграла музыка, ты сделал то, чего никто не ожидал. Вместо того чтобы сидеть в углу, ты мягко подтолкнул Тома и Гарри друг к другу. ​— Потанцуйте, — прошептал ты на парселтанге, и в твоих ярко-голубых глазах блеснуло озорство. — Смерть хочет увидеть, как лев и змея склоняются друг перед другом. ​— Мы не можем... — начал было Гарри, краснея. ​— Можете, — отрезал ты, и твоя чувствительность подсказала тебе, что сейчас идеальный момент. — Если вы не сделаете этого, я упаду в обморок прямо здесь, и вам придется нести меня в Больничное крыло через весь зал. Вам ведь этого не хочется? ​Том Реддл усмехнулся. Он понимал твою игру. Он понимал, что эта «куколка» манипулирует ими с легкостью опытного кукловода. Он протянул руку Гарри. — Пойдем, Поттер. Наше сокровище не терпит отказов. ​Весь зал замер, когда два самых сильных мага школы вышли в центр круга. Это был не просто танец — это была демонстрация силы и единства. А ты, «лениво» откинувшись на спинку предложенного Абраксасом кресла, наблюдал за ними, попивая холодный сок. ​Вальбурга и Орион Блэк стояли неподалеку, не скрывая восхищения. — Он гениален, — прошептала Вальбурга, глядя на тебя. — Он объединил их, даже не вставая с места. ​В какой-то момент Том и Гарри оказались так близко друг к другу, что их магия начала резонировать, создавая вокруг них видимое серебристое свечение. Они смотрели друг другу в глаза, и в этом взгляде было всё: от былой ненависти до зарождающейся, пугающей одержимости. ​Ты закрыл глаза, чувствуя, как нити их судеб окончательно сплелись в тугой узел. — Вот так... — прошептал ты в пустоту, где тебя слышала только Смерть. — Теперь они никогда не отпустят друг друга. И никогда не отпустят меня. ​Ты чувствовал себя абсолютно счастливым в своей хрупкости. Тебе не нужно было сражаться — у тебя теперь были два Лорда, которые сделают это за тебя.

***

Когда музыка в зале Слизнорта наконец затихла, Том и Гарри все еще стояли в центре круга, не в силах разорвать контакт. Их магия, сплетенная твоим коротким приказом на парселтанге, продолжала пульсировать единым ритмом. ​Ты наблюдал за ними, лениво прихлебывая ледяной напиток, пока Абраксас Малфой обмахивал тебя веером, боясь, что ты перегреешься от избытка чужих эмоций. ​— Помогите мне встать, — прошептал ты, и твой голос, хоть и тихий, мгновенно заставил Тома и Гарри очнуться. ​Они подошли к тебе одновременно. Гарри Певерелл подхватил тебя под левую руку, Том Реддл — под правую. В ту секунду, когда они оба коснулись тебя, по залу прошла видимая волна холода. Ты стал заземлением для их перегруженной магии. Твои ярко-голубые глаза на мгновение стали абсолютно белыми, а черно-белые кудри зашевелились, будто от невидимого ветра. ​— Уходим, — отрезал Том, игнорируя восторженные возгласы Слизнорта. — Ему плохо.

***

Как только за вами закрылись двери ваших покоев, ты просто перестал держаться на ногах. Твоя чувствительность сыграла с тобой злую шутку: пропустив через себя их объединенную силу, ты чувствовал себя так, будто тебя выпили досуха. ​Гарри бережно уложил тебя на огромную кровать, застеленную шелками. Том, чей взгляд горел нездоровым, лихорадочным блеском, сорвал с себя парадный галстук. ​— Что ты с нами сделал? — голос Реддла дрожал от смеси ярости и восхищения. — Я чувствую его, Певерелл! Я чувствую каждое движение мыслей твоего брата, как свои собственные! ​Гарри Певерелл тяжело опустился на край кровати, закрыв лицо руками. — Это... это пугает, Том. Я чувствую твою жажду власти. Она такая горькая. Но за ней... — Гарри поднял взгляд на тебя, — за ней я чувствую такую же одержимость им, как и у меня. ​Ты лениво улыбнулся, и на твоих бледных щеках проступили милые веснушки. Ты выглядел как победившая в войне избалованная принцесса. ​— Смерть сказала, что вы двое — это две половины одного меча, — прошипел ты на парселтанге, растягивая слова. — Меча, который должен принадлежать мне. Теперь вы не сможете ненавидеть друг друга, не чувствуя боли. И не сможете любить меня по отдельности. ​Ты потянул их обоих за руки, заставляя лечь рядом. Ты оказался посередине — маленькое, хрупкое «сокровище» между двумя опаснейшими хищниками столетия. ​— Мне лениво смотреть, как вы боретесь за моё внимание, — прошептал ты, засыпая. — Теперь вы будете делить его. И делить друг друга. ​Том Реддл долго смотрел на Гарри через твою голову. Впервые в жизни он не видел в ком-то конкурента. Он видел продолжение самого себя, освященное твоей связью со Смертью. Он протянул руку и накрыл ладонь Гарри, которая покоилась на твоем плече. ​— Пусть будет так, — выдохнул Том. — Если это цена за то, чтобы наше «фарфоровое сокровище» никогда не разбилось... я согласен. ​В ту ночь Дамблдор, стоя у окна своей башни, почувствовал, как в подземельях родилось нечто, что он уже не сможет контролировать. Лев и Змея больше не охотились друг на друга. Они вместе охраняли свое Божество.