Thief (2014): Рубиновый Конклав

— Ладно, мы немного отвлеклись... — Кевин мягко кашлянул, возвращая беседу в деловое русло. — Я обещал ответить на твои вопросы, Гарретт. Полагаю, сейчас самое подходящее время. Гарретт глубоко вдохнул. Вечер подходил к концу, а главный вопрос так и висел в воздухе. Они выполнили свою часть сделки — он был жив, более-менее цел и даже получил... неожиданный 'подарок'. Перед финалом оставалась всего пара решающих вопросов. Рубин горел на пальце, переливаясь в свете свечей. — Этот ‘друг’... — спросил он негромко, — что он такое? Ножки стула со слабым скрипом оторвались от пола. Брок завёл руки за голову, уставившись куда-то вверх. — Осколок чего-то древнего, кого мы называем Ирори, — Кевин отложил чашку и переплёл пальцы на столе. — Коллективное сознание тысяч людей, их опыт, воля, память. Он черпает силу в созидании, не только носителей, но и всех остальных. Руки слегка разжались, плавно повели в воздухе, будто очерчивая невидимые узоры. — В упорстве кузнеца, доводящего клинок до ума. В радости художника, видящего мир иначе. В стремлении учёного, ищущего ответ. Даже... — он чуть усмехнулся, — в удачной сделке торговца. Всех, кто когда-либо создавал что-то с любовью и мастерством. Имя отозвалось где-то в глубинах памяти, как отголосок старых легенд, которые он слышал в детстве от Королевы Попрошаек. Теперь они обретали новый, пугающе реальный смысл. "И все они в моей голове..." — А взамен... — дополнила Айрис, не отрываясь от бумаги, — он усиливает то, что уже есть в тебе. Видение связей, понимание систем, интуицию... — она едва заметно вздохнула. — У каждого это проявляется по-своему. — Но иногда... — Кевин бросил быстрый взгляд на Брока, — то, в чём мы отчаянно нуждались для полноценной жизни. Плавное качание стула прекратилось. Взгляд, до этого блуждавший по потолку, стал тяжелее. "В чём же ты так отчаянно нуждался, солдат? Спокойствие? Контроль?" Мотнув головой, тот невесело усмехнулся в бороду, возвращаясь к рутине: — Проще говоря — старый привереда, который вечно ворчит, если шестерёнки хоть чуть скрипят. Айрис тихо фыркнула, и тут же закусила губу. Кевин же покачал головой, потирая переносицу. — Похоже, мы с ним найдём общий язык, — в уголках его глаз обозначились морщинки. Гарретт отставил чашку, чувствуя вес кольца на пальце. "Ты это увидел во мне?" В глубине сознания, тише шёпота, мелькнул щекотливый смешок, почти как одобрение. Он скрестил руки на груди, пытаясь определить, что каждый из них приобрёл от этого союза. Кевин — врач, видящий системы и последствия. Айрис — художник, запечатлевающая моменты и намерения. Брок... вероятно, силён в чем-то более прямолинейном, в упорстве и умении ломать препятствия? И он сам... вор, видящий слабости и возможности. Такие разные, но объединённые чем-то общим. "Говорят о нём не как о инструменте, а как о партнёре. Почти члене семьи. Странно." — И что вы сделаете с заказчиком, когда найдёте его? — он внимательно следил за реакцией троицы. От ответа зависело слишком многое. — Для начала будет диалог. Всегда лучше начинать именно с него, — Кевин грустно, самоиронично улыбнулся. — Проясним его мотивы, как много он о нас знает и что это за человек. Возможно всё можно решить обычными переговорами или взаимовыгодным шантажом. Врач облокотился о спинку стула, глубоко вздохнув. Руки протянулись к чашке, но пить он не стал. — Если же он опасен, — чашка задумчиво поворачивалась в руках, — постараемся изолировать в тюрьме... на худой конец, если этот человек будет наподобие Альдуса, влиятельный и одержимый... Кевин осёкся, отодвигая блюдце, словно выныривая из глубоких вод. — Обезвредим угрозу, — тихо закончил за него Брок. — Каким именно способом, будет ясно из обстоятельств... но я тоже не горю желанием проливать кровь. Наша цель не в мести, а безопасности. Гарретт едва заметно кивнул, больше для себя, чем для них. Тени от свечей колыхались на белой скатерти. Слова звучали разумно, но он знал, как легко они оказываются ширмой для чего-то иного. Особенно когда речь шла о власти. Айрис отметила, как его губы слегка приоткрылись, пока он мысленно взвешивал варианты, ища зацепки. Вопросов у него было ещё много, но один жёг больше остальных. — Почему заказчик хотел именно её кольцо? — вор кивнул в сторону своей руки, где рубин мерцал приглушённым светом. Воздух в столовой застыл. Тишина стала такой густой, что можно было различить стук собственного сердца. Эта маленькая деталь ударила сильнее, чем он ожидал. Кевин перевёл взгляд на Айрис, и в этом мгновенном молчаливом обмене промелькнула целая буря тревоги и переоценки обстановки. — Значит кто-то знал... — прошептала она. Широко раскрытые глаза метнулись к Броку. — Твою жеж мать... — негромко выдохнул тот. Расслабленная поза исчезла, сменившись полной собранностью. — Это меняет расклад. Мысли Гарретта неслись с бешеной скоростью. "Заказчик знал, у кого именно брать. Знал о духе, о Конклаве. И о том, что Айрис — его часть. И хотел заполучить его именно с её руки. Почему?" — И что именно он знал? — Гарретт впился взглядом в Айрис, которая прижала к себе блокнот. Вопрос повис в воздухе, напряжённый и острый. Он посмотрел на Кевина. — Что в нём такого особенного? — Он... единственный... — Айрис сказала это так тихо, что слова почти потонули в треске камина.   ... "Что?" Пальцы провели по скатерти, но он даже не заметил этого. Гарретт посмотрел на Айрис, затем на её руку, отмечая теперь уже очевидную разницу. Потом на Кевина. На Брока. На их кольца. Всё вставало на свои места. Рубин на его руке горел изнутри, живой, пульсирующей энергией, в отличие от их, обычных, пусть и искусно сделанных камней. Он выкрал сердце организации. Источник их силы. Их 'друга'. Он откинулся на спинку стула, пытаясь осмыслить масштаб происходящего. Боль в спине тут же напомнила о себе, но теперь она казалась лишь мелким неудобством. "Надеялись на случайность. А оказалось — прицельный удар." — Мы менялись им между собой постоянно, — голос Кевина притих, став от этого ещё весомее, — для безопасности, для конспирации, в зависимости от нужд. Но твой заказчик вычислил именно тот момент, когда рубин был на её руке. Брок не изменился в позе, но напряжение в нём стало ощутимым, как натянутая тетива. — И этот кто-то знал: если его украсть и надеть без подготовки, — он смотрел прямо на Гарретта, в его низком голосе сквозила сталь, — это убьёт. А заказчик получит труп с перстнем, который можно будет забрать без лишних вопросов... Холодная волна прокатилась по спине. Он вспомнил предупреждение Айрис в ванной, её испуганные глаза. Слова Кевина в камере. "Они правда пытались спасти меня?" Брок медленно протянул ладонь к Гарретту. — Дай-ка перстень. Пора кое-что прояснить. "Доверяют друг другу настолько, что передают, как обычную безделушку." Мысль о том, чтобы снять его, вызвала лёгкий, почти инстинктивный протест. В глубине сознания шевельнулось что-то тёплое, успокаивающее. Гарретт глубоко вздохнул и положил перстень в ладонь Брока. Восприятие стало менее острым, словно кто-то набросил на всё полупрозрачную ткань. Он моргнул, давая глазам привыкнуть. Присутствие духа, ставшее за этот вечер почти привычным фоном, не исчезло, но отдалилось, оставив лишь отголосок. "Так вот каково это... быть просто собой." — Смотри не потеряй, — пробормотал он, и в голосе прозвучала отнюдь не шутка. — Боишься, что украду? — хмыкнул Брок, впрочем, быстро вернув себе серьёзность. — Ты сейчас немного ослаб, но всё ещё лучше прежнего. Так мы в основном и живём. Но стоит кольцу оказаться снятым... Он позволил рубину упасть на стол. Звук был негромким, но отозвался в сознании оглушительной тишиной. Пустота. Она накатила мгновенно, сметая всё на своём пути. Цвета, детали, всё поблекло, потеряло смысл. Мир снова стал таким, каким он знал его всю жизнь. Гарретт схватился за край стола. Это было хуже, чем в тюрьме. Хуже, чем боль. Это было... ничто. Полное отсутствие чего-то жизненно важного. Та тихая, тёплая уверенность, что жила в нём с момента слияния, та нить, что связывала его с чем-то большим — оборвалась, оставив после себя зияющую брешь. Его взгляд метнулся к Айрис, прижимавшей блокнот. Мертвенная бледность, дрожь в руках... Он видел это. Теперь понимал. "Так вот что она... они чувствовали..." — Гарретт сглотнул комок в горле, и глубоко задышал, пытаясь совладать с внезапной слабостью. Рука Брока, бросившая кольцо, тоже слегка подрагивала. Он сжал её в кулак. — Его снимают только для посвящения, — голос прозвучал глубже, с лёгкой хрипотцой. — Занимает день-два, очень редко три... Если же это затягивается, значит что-то не так... Либо кольцо украли, либо носителя убили. Тогда мы становимся слишком простой мишенью.   Кевин поднёс чашку к губам и отпил большой глоток кофе, прикрыв глаза. — Твой заказчик — не просто досадная помеха. В этой игре на кону наши жизни, — грустно прояснил он. — Довольно... — сказал Гарретт почти шёпотом, отводя взгляд. — Я понял. Брок снова взял перстень. Волна облегчения разлилась по телу, приглаживая вставшие дыбом волосы. Возвращение было не таким шокирующим, как потеря, но всё же заметным. Пространство снова обрело краски и чёткость, пусть и не такие ослепительные, как с кольцом. Тепло, исходящее от камина, казалось, проникало глубже, напоминая о связи, которая теперь существовала между ними даже на расстоянии. — Со временем к этому привыкаешь. — Брок надел кольцо на руку, слегка разогнув ободок. — Первый раз самый болезненный. Дальше – проще. Гарретт молча кивнул, не в силах подобрать слов. "Привыкнуть, что твоя безопасность теперь у другого? Сомневаюсь." Привстав, Кевин долил ему кофе, потом наполнил свою чашку. Айрис протянула Броку сломанный карандаш. Тот лишь вздохнул, доставая из-за пояса кинжал. В тишине зазвучал ровный, методичный скрежет. Лезвие плавно скользило по дереву. Стружка падала на пол. "Тихо и буднично. С риском потерять всё в любой момент," — Гарретт по-новому взглянул на троицу, впервые осознав всю глубину доверия, которое ему оказали. — "Ловушка без щелчка... хуже не придумаешь." Горячая чашка с кофе снова согрела ладони. Насыщенный, терпкий вкус прочищал сознание, возвращая его к простым, человеческим ощущениям. И в этой простоте была своя ценность. — Ну что ж, — голос Айрис прозвучал нарочито буднично. — Теперь вы официально приняты в наш клуб избранных. Поздравляю. Гарретт фыркнул. "Клуб избранных... С ежегодными порками и обязательными головокружениями," — он слегка склонил голову в ответ. — "Похоже, я наконец-то вступил в приличное общество." Слегка поджав губы, Айрис поправила складки платья. Глаза, пробежав по сервировке, невольно устремились к рубину, который переливался спокойным уверенным огнём, вернувшись на знакомое место. — Надеюсь, наши будущие собрания будут менее наглядными? Мои нервы не железные. — Зависит от него — буркнул Брок, указав кивком в сторону Гарретта. — Ты получил все ответы? Повисла пауза, достаточно долгая, чтобы принять решение. Никто не торопил. Вопросов, по правде говоря, оставалось ещё много. О природе духа, о его прошлом, о том, как именно они все оказались связаны... Но главное стало ясно. Цена ошибки и уровень угрозы. Он покачал головой, в глазах мелькнуло что-то тёмное. Бассо был бы против. Но Бассо не сидел за этим столом. — Я не знаю имени, — голос прозвучал твёрже, чем он ожидал. — Заказ поступил через моего... посредника. Мне нужно время, чтобы выяснить больше. Тяжесть с плеч свалилась куда-то внутрь. Следующий шаг был за ними. — Ну... хоть честно... — Брок горько усмехнулся, прикрыв глаза. Карандаш лёг на стол с тихим стуком, лезвие кинжала бесшумно скользнуло в ножны за поясом. Через секунду его голос прозвучал чётко и собранно: — Айрис, Кевин, составьте список всех посещений. Особенно когда Айрис была ведущей. Раз не вышло просто, будем вычислять методично. И отдельно всех, кто знал из наших. А ты, — он посмотрел на Гарретта. — Постарайся всё же узнать имя, пока твой ‘посредник’ единственная ниточка, которая... Стул задрожал, откатываясь назад, Брок не глядя, схватился за изголовье, не дав тому упасть. — Мы идём. Сейчас. "Нет. Только не это." Представить Брока в подвале Бассо — всё равно что привести волка в овчарню. Гарретт тоже встал. Трость упёрлась в пол. Он не позволит им вломиться в его мир с сапогами и вопросами. — Ты не пойдёшь. — Брок, помилуй, — Кевин приподнялся с места, и с едва слышным нажимом продолжил. — Мы доверяем Гарретту. Если он хочет... — Дело не в доверии, — обрубил Брок, проводя ладонью по волосам. — Если заказчик знал о перстне, узнает и об аресте. Значит, постарается устранить свидетеля. — Но мы не давали текст в газетах. — Кевин аккуратно облокотился о стол. — И стражников попросили... — А они всё равно, что помело. Думаешь станут молчать? — он вновь повернулся к Гарретту. — Слушай, я не трону твоего друга, ясно? Но я пойду с тобой. — Я справлюсь сам. Твоё присутствие его только спугнёт. Опасение было понятным, но Гарретт был не готов привести к Бассо одного из новых хозяев города из-за возможной угрозы. — Джентльмены, я вижу небольшое недопонимание, — блокнот лёг на стол. — Брок, скажи, почему ты так уверен в опасности, почему предлагаешь идти сейчас и что собираешься делать. Брок кивнул, задумчиво постучав костяшками по столу. Потом показал перстень на пальце. — Я могу просчитывать риски. Чую опасность. Сейчас она очень остра... — он опустил голову, словно признавая его право. — Доведу тебя до места. Внутрь не пойду, но буду рядом, если что-то пойдёт не так. Холодная волна прошла по спине, сжимая желудок в узел. "Если рубин даёт ему это..." Сопротивление таяло под напором холодной логики. Бассо мог быть в реальной опасности. А он был сейчас не в лучшей форме, чтобы отразить нападение в одиночку. Гарретт с трудом выдохнул. — Ладно, — произнёс он наконец, пальцы сжались на рукоятке трости. — Но только до двери. И твоя униформа остаётся здесь. — Олдейл или острова? — Брок направился к выходу, на ходу расстёгивая жилет. — Стоунмаркет, — бросил Гарретт, направляясь следом. «Хромой Буррик» ждал. И, похоже, прогулка будет интересной, как и разговор со старым другом, который вряд ли обрадуется такому повороту событий. — Удачи, — тихо пожелал Кевин им вслед.