Звёздочка

— Махито, ты совсем уже двинулась? — Сатору больно пихает её в плечо. — Ай! Да что такого-то? — девчонка обиженно дует губы. — Я ведь просто сказала, что он симпатичный. — Кто симпатичный? — Сугуру подсаживается к ним. Суббота после пьянки кажется удивительно спокойной. Его отпустили к друзьям в тот самый китайский ресторанчик на углу. Даже в шумном зале их компания была слишком заметной. — Твой наёмник, — фыркает Сатору. — Я прошу тебя, не называй его так, — устало отзывается Сугуру. — А, может, он и вправду наёмник? Весь такой из себя опасный бандит, — Махито весело подмигивает. — А что, это сексуально. — Да твою ж мать, Махито, это не сексуально. В твоей тупой голове когда-нибудь сохранится информация, что если мужик тебе в отцы годится и от него пахнет дорогими проблемами — это не повод прыгать с ним в койку? — Тору, отстань от неё. Давайте просто поедим. — Вот-вот. Послушай умного человека! — Да вы оба ведётесь на этого старика, — Сатору начинает медленно закипать. — А на кого мне вестись? На тебя, что ли? — Сугуру реагирует на упрёк насмешкой. — Мог бы и на меня, между прочим. Я бы ни за что тебя не ударил. — А меня — девушку — бить, значит, можно? — возмутилась Махито. — Ты недоразумение, а не девушка. — Боже мой, да помолчите вы оба. Голова болит, — Сугуру устало морщится.

***

— Эй, тебя подкинуть? Махито удивлённо созерцает незнакомую машину со знакомым «шкафом в кожанке» на водительском. — Чего застыла? Хочу поговорить с тобой о Сугуру. — У него ещё две пары. — Садись, не бойся, — Тодзи наклоняется, чтобы открыть ей дверь пассажирского. Махито невольно оглядывается, но садится. Ничего ж ведь не будет? Они просто поговорят. — Почему со мной? Есть ведь Тору. А я это… Проблемная. — Не вижу никаких проблем, — Тодзи усмехается. — Все видят, — бурчит она. — Значит, не туда смотрят. Хочешь прокатиться с ветерком? — А что, можно? — разноцветные глаза девчонки загораются неподдельным интересом. — Без вопросов. Они возвращаются немного позже обычного. Сугуру ждёт возле кофейни. Он сначала не понимает, почему Махито выскакивает из машины Тодзи, только завидев его. Не замечает её состояния и размазанной помады в уголке губ. Осознание приходит позже. Когда браслет внезапно расстёгивается, и в его поисках, под передним пассажирским, Сугуру внезапно нащупывает явно женские трусики. Он достаёт из-под сиденья кружева, так удачно спутавшиеся с цепочкой, и рассоединяет их. Бельё кажется знакомым. — Ты что, с ней?.. — Сугуру становится дурно от собственного голоса. — О чём ты, звёздочка? — мужчина делает вид, что не замечает находку, хотя прекрасно помнит, с кого это снимал. — Ты переспал с моей подругой? — Значит, она не твоя подруга. Дома поговорим. Сугуру дрожит. То ли от боли, то ли от ненависти к самому себе. Он прячет бельё в сумку и вновь надевает браслет на руку. В этот раз золото не холодит кожу, а словно тянет вниз, но он не обращает внимания. Дома лучше не становится. Стены давят, даже находиться здесь не хочется, но идти больше некуда. Теперь ему вспомнились слова Мегуми о том, что он всего лишь очередная потаскушка в жизни его отца. И сколько их таких было? — Я же сказал, мы поговорим, — повторяет Тодзи уже в прихожей, снимая куртку так спокойно, будто ничего не случилось. Сугуру всё ещё стоит с сумкой в руках. Бельё внутри кажется тяжелее учебников, тяжелее браслета, тяжелее собственного тела. — Она моя подруга. — Была бы подругой — не полезла бы ко мне. — А ты? Тодзи оборачивается. Не злится. Вот это почему-то хуже всего. — А я что? — Ты знал, кто она мне. — Знал. Сугуру ждёт продолжения. Объяснения. Хоть чего-нибудь, за что можно зацепиться. Но Тодзи молчит, будто сказанного достаточно. — Почему? — Потому что она захотела. — А если я захочу так? Например, с Наоей. В семье же всё общее? — ядовито шипит Сугуру. — Тогда результат твоих решений очень быстро тебя разочарует, звёздочка моя, — с ленивой улыбкой отвечает Тодзи. — «Твоя»? Брось, — смеётся иронично. — Слишком уж много звёзд сегодня зажглось на твоём небе. — Сугуру, прекращай, — этот ледяной тон уже звучит как угроза. По спине пробегают мурашки. Сугуру замирает, понимая, что сейчас ходит по охуенно тонкому льду. — Иди сюда, — Тодзи подзывает почти ласково. — Нет. Тодзи смотрит на него долго. Потом вдруг выдыхает и садится на край кровати. — Я не собираюсь тебя терять из-за глупой девчонки. — Не из-за неё. — Тогда из-за чего? Сугуру смотрит на браслет. — Из-за того, что я впервые понял, как это выглядит со стороны.

***

— Забери, ты забыла, — Сугуру протягивает Махито непрозрачный пакетик в столовой. Девчонка заглядывает внутрь и неумолимо краснеет. Сугуру понимает, сколько удовольствия ему бы принесло вывалить эти кружевные трусики перед ней при полной аудитории, особенно перед Сатору, но он ещё не настолько жесток. — Ты расскажешь Сатору? — спрашивает она. — А ты боишься Сатору или стыдишься меня? Махито открывает рот. Закрывает. — Я не думала, что ты так… Ну… — Что я человек? — Не надо так. — А как надо? Как надо, Махито? — Я не хотела, — Махито мотает головой, опустив взгляд. — Я правда не хотела, чтобы это всё закончилось так. — А как тогда? Чтобы я присоединился третьим или похвалил тебя за старания? Идиотка, — Сугуру морщится от отвращения. — Он пригласил меня поговорить, а потом… Сказал, что я классная. Не проблема, не идиотка, просто… Прости меня, — Махито тихо всхлипывает и выбегает из столовой. Сугуру замирает. Неужели так мало надо для счастья? Неужели так мало надо было ему самому почти год назад? Чтобы просто признали? Просто любили? А любили ли? — Что у вас тут за цирк происходит? — над ухом раздаётся голос Сатору. — Куда она унеслась? — Не спрашивай, — Сугуру и сам уже готов расплакаться, но только не на виду у всех. — Я могу заночевать у тебя сегодня? — А твой долбоёб против не будет? — Я спрашиваю разрешения у тебя, а не у него. — Оставайся, конечно. Столько, сколько тебе понадобится. Сугуру и вправду остаётся. Отпрашивается с последней пары, чтобы уехать вместе с Сатору. Ему плевать на Махито, плевать на проблемы дома. Пусть хотя бы сегодня всё будет хорошо. Он отключает телефон ещё возле университета. В усадьбе клана Годжо непривычно холодно. Это не похоже на маленькую двушку в новостройке. Огромная территория осенью быстро отсыревает даже в тёплые дни. Сугуру кутается в плед, сидя возле раздвижных дверей. На улице стеной льёт дождь. Рядом стоит Сатору, нервно сжимая пальцами телефон. — Что там? — Сугуру устало прикрывает глаза, но старается не засыпать. — Махито. Она звонила мне раз десять, а теперь сама не отвечает. Написала, чтобы я позвонил как можно быстрее, что хочет сказать что-то важное, — Сатору ещё раз смотрит на экран телефона. — Она скажет тебе, что переспала с Тодзи, — Сугуру морщит нос. — Что ты только что сказал? — Что слышал. Махито переспала с ним. — Сугуру, ты совсем больной? Она с ним переспала? Может, он с ней? Это ей девятнадцать в прошлом месяце стукнуло, а не ему. — Она должна была понимать, куда лезет! — А ты? Ты понимал, куда лез? В восемнадцать лечь в койку к сорокалетнему мужику, у которого только что жена умерла. Ты достаточно взрослый был? Сугуру замирает. Слова застревают комом в горле. Становится по-настоящему больно. Чем ведь он сам от Махито отличается? Цветом волос? Ей, блондинке, хоть глупость можно было простить. — Что молчишь? Тебе сказать нечего, взрослый ты наш? — Сатору пихает замершего друга в плечо. — Так чего на неё взъелся? — Заткнись, — шипит почти с ненавистью. — Ты не лучше её, Сугуру, только потому, что был первым. Ты просто был очередным. — Заткнись! — бросается из-под пледа и выбивает из рук чёртов телефон под дождь. Сатору матерится и пытается спасти устройство, но ему уже ничем не поможешь. Он смотрит на Сугуру, который просто тихо всхлипывает в углу, и внезапно решает его обнять, забив на гаджет. — Прости. Прости меня, Сугуру. Я столько гадостей тебе наговорил… — Ты прав, — потухшим голосом отзывается Сугуру и вытирает слёзы. Он включает собственный телефон и пытается звонить Махито. Недоступна. Кажется, не так должны вести себя люди, жаждущие разговора. Снова звонок. Снова недоступна. — Тору, с ней что-то случилось, — нехотя выговаривает эту мысль вслух. — Может, телефон под дождём сдох? Позвони её родителям. Долгие гудки. Мать Махито реагирует раздражением, словно на очередную проблему, но становится ясно одно: Махито домой не возвращалась. Только среди всех пропущенных от неё вдруг всплывает сообщение от Тодзи: «Откуда тебя забрать, звёздочка?»