Метки
Описание
Рейн Нельсон — сын президента, богатый мальчик с мягким характером, которого родители называют «солнышко». Будет ли оно светить?
Примечания
Некоторые главы могут быть длиннее, чем другие.
Тгк: https://t.me/labubububunu
Посвящение
Благодарна Сакуши Минджия, с которым мы вместе придумали эту вселенную, и всем, кто слушал про нее.
Часть 1 Глава 1. «То, с чего все началось»
01 мая 2026, 10:27
Огромный небоскреб. Главный кабинет предприятия «Richard Industries». Я не знал еще тогда, что они замышляют, родители меня оберегали. Они не рассказывали мне о многом.
— Не получилось надавить через транс-наркомана – получится через сынка! — предложил статный высокий мужчина лет пятидесяти, с зализанными седыми волосами.
— Сынок еще наивен и доверчив, — кивнула головой женщина-брюнетка, жена, модель, бизнесвумен, — Билл Нельсон... Когда-то отказал мне в любви. Когда-то посмел выбрать не меня, а псевдо-мужчину. Так еще и президентом стал. Он поплатится за все, что сделал нам...
Они говорили о моем отце. Мужчина с седыми волосами — Ричард Уотсон, бывший партнер моего отца по бизнесу, его жена — Шарлотта Уотсон. И они выбрали мстить. Мстить за то, в чем мой отец не виноват.
Я единственный и любимый сын президента США Билла Нельсона, а также Кесседи Нельсона — его мужа. Был ли я счастлив среди такого большого количества денег, власти, влияния?
Я проснулся не от будильника, а от того, что родители пришли ко мне.
— Рейни.. Вставай, солнышко, — папа Кесседи пришел разбудить меня сам. Он редко будил меня сам, потому что был занят модельным бизнесом. У него были красивые пятна по всему телу — витилиго, а также гетерохромия. Я всегда гордился, что мой отец — модель. Но каким было мое счастье, когда меня разбудил не будильник, а именно он.
Я открыл глаза. Рядом стоял еще и Билл Нельсон — мой папа, который президент. Увидеть его в своей комнате для меня была теперь еще бóльшая редкость, он был занят встречами, переговорами.
— В школу? — зевнул я. — Опять решили отдать? Признаюсь, на домашнем обучении было лучше.
— Мы решили отдать тебя в обычную школу, — заявил Билл.
— Серьезно?! Но как же...
— За свою безопасность не беспокойся, Рейни. Я нанял охрану, которая будет следить за тобой незаметно. После твоего опыта в частной школе, в твои детские годы... Я понял, что дети влиятельных родителей не смогут быть твоими друзьями. Ты слишком мягок для них, Рейн. И я хочу, чтобы моего сына окружали те люди, которые не смотрят на его статус.
— Спасибо... Большое. — я обнял родителей.
Я понимал, что со своим мягким характером я нигде не выживу. Тем более, мне уже семнадцать, я — старшеклассник, уже скоро — выпускник. Это мой последний год, а потом придется идти в университет, где будет еще хуже.
Я не сказал об этом родителям, не хотел расстраивать: они стараются ради меня.
Мы спустились вниз, завтракать.
— Горничная опять положила моему Рейну обычную пасту вместо пасты с перепелиными яйцами. Будет уволена, — пронеслось из уст папы Билла. Его взгляд похолоднел.
— Папа, не надо! Я сам попросил такую пасту! — я соврал. С перепелиными яйцами была моя любимая. Но я не хотел, чтобы папа Билл увольнял кого-то из-за простой случайности.
Кесседи молчал, он одобрительно кивнул мне: это означало, что я молодец.
— Хорошо, Рейни. Твой выбор, — ответил Билл, а затем встал, — Я должен идти. У меня сегодня важная встреча. В школу поедешь на частном лимузине, папа Кесседи поедет с тобой. Будь умничкой!
Папа Билл потрепал меня по голове, поцеловал папу Кесседи в щеку и ушел. Я остался со вторым отцом.
Выросший в Польше, в бедности, в буллинге со стороны сверстников, Кесседи иногда не понимал Билла, который вырос в роскоши и всегда жил в ней. Даже я не представляю, как они так сблизились. Поэтому Кесседи искренне хотел, чтобы я жил, как обычный ребенок, хоть часто и не получалось. Я мог искренне делиться с Кесседи секретами, зная, что Билл ничего не узнает.
—Ну что, победитель, готов к обычной школе? — спросил он меня, легко потянув за щеку и подав мою сумку.
— Конечно, готов, пап!
Кесседи положил мне руку на плечо.
— Мы выросли в разных условиях, Рейни. Но знаешь что нас объеднияет? Что нас двоих гнобили. Тебя — в начальной школе, меня — всю жизнь. Но я справился. Справишься и ты. Удачи тебе, такое солнышко как ты не должны гнобить.
Для Кесседи я всегда был солнышком. Ясным, светлым. Он видел во мне себя, но нас различало многое: во-первых, я вырос, имея все, во-вторых, за меня в начальной школе заступился Билл, уволив и лишив связей родителей моих обидчиков. И в-третьих: я никогда не сталкивался с чувством, что я «не в своем теле», в отличии от Кесседи. Он трансгендерный мужчина, за что многие в мире его не любят.
Нам открыли двери к парадному выходу на улицу. Кесседи провел меня на улицу, к лимузину, и дал водителю знак, чтобы тот уехал, а сам повел меня к собственной машине. Она не выглядела пафосно, как все, на которых я когда-либо ездил.
— Мы немного ослушаемся папу Билла. Залезай, Рейни! Сейчас повезу тебя сам.
Кесседи — удивительный человек. Муж президента, бывшая модель, так еще и водить умеет. Я только потом, когда подумал, понял, зачем все это: он боялся, что меня загнобят из-за моего статуса, мол «слишком пафосный».
— Какая крутая машина! — воскликнул я, как маленький ребенок. — Папа, а ты что, водить умеешь? Как ты научился?
— Да, я сдавал на права после нашей с Биллом свадьбы. Эту машину он мне подарил перед ней... — Кесседи выехал, посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что никого на дороге нет, и свернул направо, в направлении к школе.
По дороге он болтал со мной, как лучший друг.
— Вот представь: мы летим на частном самолете, Билл еще не президент, всего лишь влиятельный бизнесмен... Он еще и коробочку мне бархатную предлагает. Я не стал открывать, поэтому это сделал он сам. А там... Ключи от дорогущей тогда машины! И сколько бы Билл не предлагал мне купить новую, я ни за что не соглашаюсь: постоянно катаюсь на этой малышке.
— А ты не боишься, что в один момент тебя специально собьют недоброжелатели? Это же небезопасно, ты ездишь без охраны.
— Рейни, не будь занудой, как Билл! На меня столько раз покушались, но после того, как Билл их отпугнул... Они уже не знают, чего ожидать.
Папа Кесседи был моим юношеским кумиром. Бесбашенный, опасный, достигший всего с нуля. Я восхищался им.
За окном проносились школьники, ученики начальных классов.
— Не догонишь, не догонишь!
— Ты вода!
И я вспоминал себя, у которого не было друзей в детстве. И только сейчас, в старших классах, появилась возможность оторваться.
Кесседи высадил меня у школы.
— Давай, беги, Рейн! И помни, что мы с Биллом всегда будем тобой гордиться! — он улыбнулся мне. Я кивнул и побежал.
Шагая по ступенькам, я слышал, как меня узнавали:
— Ого! Это он?
— Да, сын президента...
Я старался не обращать внимания. Я был полон надежд, что меня наконец начнут принимать таким, какой я есть: обычным человеком.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.