Солнечные осколки.

Когда я зашел в класс, все были удивлены, однако никто не подошел ко мне. Я слышал насмешки и шепот за спиной, так как сидел на первой парте, но я не реагировал: думал, что сделаю хуже. Я знал, что одно мое слово может разрушить жизнь человека. Билл часто «убирал» тех, кто просто мне «не нравился»: портил им репутацию, делал так, чтобы они не смогли устроиться на работу. Я не хотел им такой же судьбы. Поэтому я просто рисовал. Решил нарисовать тихого мальчика с задней парты, который не сразу бросился мне в глаза. Он носил серую толстовку, которая была вся в заплатках, старый свитер, дырявые брюки... Очки, растрепанные волосы. Я заметил его, когда меня кто-то с ним сравнил. — Он как Джейк, только с деньгами! — парень с темными волосами в крутой одежде указал на того с задней парты. Я решил нарисовать этого человека с необычной внешностью. Подумал: может, раз нас сравнили, мы станем друзьями? Зашла учительница. Ее лицо было бледным, напуганным. — Класс, познакомьтесь... — она подозвала меня рукой. — Это господин Рейн Элиот Нельсон, ваш новый одноклассник. — Че сразу господин? Дофига важный? — спросил тот самый парень с темными волосами. — Дэрок, пожалуйста, тише, — учительница сказала тому парню и повернулась ко мне. — Мистер Рейн, идите на свое место. — Можно просто Рейн, — улыбнулся я. На уроке они перестали говорить что-либо в мою сторону, я больше не слышал свое имя из их уст. Но я слышал, как они прикалывались над тем мальчиком с задней парты — Джейком. — Джейк, когда дерьмо снова чистить? — Джейк, можно у тебя покурить? А, точно, ты же «из хороших»! Ты не куришь! Учительница этого не замечала, а я молчал, так как думал, что сделаю хуже. На перемене я ужасно проголодался и решил зайти в буфет, тогда я впервые в жизни увидел очередь. Ученики школы накладывали себе в поднос еду и платили — каждый по очереди. Я стоял за Джейком. Дошла очередь и до Джейка. — С вас два доллара, — устало буркнула продавщица. — У меня только один... Я верну вам завтра... — Знаю я твое «верну»! Каждый день просишь! Дэрок, тот парень с черными волосами, вдруг выскочил из-за стола, со словами: — Смотрите какой выблядок нашелся! Еще и долг не возвращает! Все рассмеялись, а Джейк опустил голову вниз. Я вспомнил, как надо мной точно так же смеялись в начальной школе. Не из-за бедности — из-за того, что я «президентский сынок». Я не был виноват в этом, как и Джейк не виноват в том, что так получилось. Но за меня заступился тот, кто сильнее — папа Билл. А за Джейка никто. — Я заплачу за него, — вдруг сказал я, когда Джейк уже уходил, а до меня дошла очередь. Все удивленно посмотрели, но спорить никто не стал. — Что ты хотел взять? — спросил я у Джейка, остановив его рукой. — Бургер, картошку и маленькую колу... — Ему, пожалуйста, два бургера, картошку и большой стакан колы. Все за мой счет, — сказал я продавщице. Она удивленно посмотрела на меня, но спорить не стала. Взяла деньги. — А вам что, мистер Нельсон? — вдруг спросила она у меня. — Мне... — тут я забыл, что хотел заказать. — Подумайте, господин Нельсон. Ко мне относились иначе из-за моего статуса. Мне разрешали задержать очередь. Но я так не хотел. — Я ничего не буду, — сказал я, несмотря на свой голод. — Не хочу задерживать тех, кто хотел поесть. Перемена скоро закончится. — Но господин Нельсон! Она кричала мне вслед, но я ушел с Джейком. — Зачем ты это сделал? — спросил меня Джейк, смотря как бы с презрением. — Потому что я сам сталкивался с этим. — С чем? С бедностью? Вы, Нельсоны, не знаете... — Нет. С травлей, с буллингом. Просто за меня заступились в свое время, а за тебя – нет. Вот я и решил заступиться, заодно и заплатил. — Не нужно меня жалеть! По-твоему, я жалкий сопляк, который не может за себя постоять?! Я промолчал. Возможно, он и правда жалкий сопляк, который не может за себя постоять. Но дело в том, что я такой же. Просто у меня есть деньги, связи, отец-президент, а у него нет. Джейк ушел от меня, но я видел, как он ел то, что я ему купил. Я решил подойти к нему, попросить прощения. Уж очень я хотел с ним подружиться, потому что он сейчас проходит через то же, что когда-то проходил я. — Прости меня, — сказал я на следующей перемене, дотронувшись до его плеча, пока он читал новую тему по геометрии, — я не должен был жалеть тебя. Просто больно смотреть на то, как эти мрази тебя ломают. — Ты прав. Они меня ломают, — ответил Джейк, — И за меня не могут заступиться. У тебя есть те, кто могут. — Я могу заступаться! — Знаток, тогда лучше помоги с темой по геометрии. А то я вообще полный ноль. Я помог, так как понимал геометрию. Я объяснил ему самые простые теоремы, в которых он, оказывается, путался. Как можно было не знать, что квадрат гипотенузы равен сумме квадратов катетов в старших классах?! Но ладно, я могу его понять. С его положением не до образования. После всех уроков я протянул ему рисунок: тот самый, который я рисовал еще в начале дня. — Это я? — спросил Джейк. — Не нравится? — Красиво. Реалистично. Спасибо, мистер Рейн. — Просто Рейн. — Бывай, просто Рейн.       Джейк ушел, пожав мне руку. Я понял, что заслужить доверие — непросто. Привыкший к тому, что каждый с ходу был ко мне добр, я немного отчаялся. Этот день был непростым. Но я справился. И я буду бороться за то, чтобы дружить именно с Джейком.