Навечно

Оставив последний поцелуй на губах мужа, Леон медленно отстранился. Правой рукой он нежно поглаживал его мягкие волосы, мелко дрожа, понимая, что должен уйти. Обручальное кольцо на его пальце блестело в тусклом лунном свете, пробивающемся сквозь тонкие занавески, словно напоминание о их крепкой связи. Быстро спрятав руку под кожаную перчатку, он пытался скрыть черные отметины, что распространялись по его телу словно тени. Он испытывал вину за то, что посмел прикоснуться к здоровой коже мужа, боясь, что может заразить его, просто находясь с ним в одной комнате. Мысленно он снова извинялся за то, что эгоистично украл поцелуй, которого не заслуживал. Сердце бешено колотилось, когда он осторожно сделал шаг назад, больше не в силах сдерживать крик, который так отчаянно рвался наружу.   – Прости меня... — это был едва различимый шепот, который его любимый человек явно не услышит. Произнеся эти слова, Леон бросился прочь. Спускаясь по лестнице на второй этаж, с трудом сдерживая жалкие рыдания, он искал любой предлог, чтобы вернуться. Разбудить Криса от снотворного, которое он подмешал ему в кофе пару часов назад. И сказать, как же сильно он, блять, любит этого идиота. Того идиота, который любил его так же сильно. А может, даже сильнее. Очень много было всего, что Леон так и не успел ему сказать, опасаясь, что он этого никогда не поймет. И вот Леон, схватив приготовленную у двери дорожную сумку, торопливо направился к припаркованному у входа "Порше". Он пытался как можно быстрее запихнуть эту чертову сумку на заднее сиденье, одновременно доставая ключи. Это оказалось непростой задачей, ведь легкие словно предали его в самый неподходящий момент. – Сука... Опираясь на машину и падая на левое колено, Леон внезапно не смог закончить фразу, когда его прервала острая боль в животе. Задыхаясь, словно весь воздух внезапно выбили из легких, он сгорбился. Дрожащей рукой он инстинктивно обнял себя, словно пытаясь укрыться от окружающего мира. На темный асфальт хлынула кровь. Вот то, что ты заслужил, ублюдок. – Заткнись... – очень тихо прохрипел Леон, проклиная голос в своей голове, что не давал ему покоя с того самого момента, как он решил покинуть Криса. Он не желал посреди ночи превращаться в какого-то отвратительного монстра, нападая на своего мужа, не в силах себя контролировать. Нет уж, спасибо. – Черт возьми... — выругался он, поднимаясь и наступая на следы крови, открывая дверь в автомобиль. Сев в купленный им давным-давно "Порше", он вытащил ключи из кармана и вставил их в замок зажигания. – Все хорошо... всё в порядке... — прохрипел голос в темноте. Лунный свет, проникающий сквозь окна, освещал его страдальческое выражение лица. Холодный, успокаивающий воздух снаружи кружился, разбрасывая листья по двору дома, который он считал особняком. Но для Криса это был "маленький скромный домик", как он любил говорить. Он передал ключи Леону, обняв его со спины. Нежно поцеловав тогда ещё чистую кожу на шее, он объявил это свадебным подарком своему мужу. Разумеется, Леон отблагодарил его в тот же вечер. Тяжело дыша, Леон пытался успокоиться. Эти интимные моменты напоминали ему об идеальной жизни, которую он мог бы прожить с Крисом. О многих вещах, которые им еще предстояло сделать. Чувство вины терзало его за каждый поцелуй до того момента как он узнал, что заражен. Болезнь медленно, со временем, разъедала его тело. Не заводя машину, он на мгновение прислонился к подголовнику. Руки в кожанных перчатках сжались вокруг горла, жжение от рвоты всё не утихало. Возможно, так его организм дает понять, какой же он отвратительный человек. Вероятно потому, что он существует. Безжизненные глаза не могли сдержать слез, которые текли по щекам и падали на черную кожаную куртку, которую он так любил. Подарок от Криса на его последний день рождения, выглядящий на нем так же хорошо, как и объятия его мужа. Опаляя ухо горячим дыханием, тот прошептал: "С днем ​​рождения, любимый". Как только они добрались до спальни, куртка тут же была снята, чтобы устроить следующий сюрприз. С горьким смешком Леон завел двигатель. Его сердце болезнено сжималось от мысли о том, что его невезение всегда найдет способ все испортить и окончательно уничтожить то единственное, что он так трепетно и нежно любил. "Возможно, ты этого заслужил" – пронеслось в его голове. – "За то, что не спас их." .... – Заткнись. Бросив последний взгляд на свой дом, глаза Леона потускнели, в них не осталось желания жить. Он нажал педаль газа, уезжая как можно быстрее, опасаясь, что Крис проснется и вытащит его из машины, больше никогда не отпуская, попутно проклиная его за ту глупость, которую он собирался совершить. Но к сожалению, это было необходимо. Так будет лучше. На данный момент Шерри казалась последней нитью, удерживающей его в этом мире. Он продолжал жить с надеждой на то, что сможет найти лекарство. Он не имел права покинуть этот мир, даже не попытавшись излечить её. Маленькую девочку, которую он с Клэр спасли в ту ужасную ночь. – Шерри, приём. — сказал он, постукивая по скрытому наушнику за своими слегка седеющими волосами.   – Леон? Улыбнувшись знакомому голосу, он прибавил скорость, крепче сжимая руль. – Да, это я… – Ты в порядке? Ты... кхм... неважно. Извини. Леон вздохнул и не осмелился ответить. Холод в его сердце становился все сильнее. Обычно он чувствовал его лишь тогда, когда его отправляли на задание. Он лишал себя человечности, превращаясь в оружие, которым, казалось, ему всегда суждено было стать.   – У меня есть для тебя кое-что. — сказала она, быстро сменив тему. С ее стороны послышался тихий звук печатания, а экран в его машине загорелся. GPS отслеживал последний известный случай, связанный с "черными отметинами".–Я нашла отчет о другом теле, предположительно жертве вируса. И… Леона чуть не вывернуло наизнанку, когда она произнесла название этого мертвого, давно забытого города. – Подтверждено, что он из Ракун-Сити.. Стиснув зубы, он поблагодарил её за информацию, пообещав сообщить ей новости как можно скорее.   Но перед этим он почувствовал что-то странное в животе.