Как убийца приручил дракона

      Втянувший Натаниэля в гонку викинг представился Эрнандесом. Пока последние зрители постепенно расходились, мужчина поведал ему о главном призе состязания в этом году — новой хижине, за которую так отчаянно боролся Кевин.       Натаниэль спросил почему тот не попросит вождя построить ему собственный дом, на что Эрнандес залился звонким смехом. В глазах викинга промелькнуло что-то похожее на гордость, когда он ответил: «Наш Кевин не такой».       Парню было плевать, что бы это не значало. Через пару дней его здесь уже не будет, а Кевин сможет распоряжаться своей хижиной как ему заблагорассудится.       Он изо всех сил старался сохранять невозмутимость, но внутри кипел гнев от того, что Эрнандес разрушил его план незаметно покинуть деревню. И пусть мужчина казался дружелюбным, а его открытая улыбка располагала к общению, Натаниэль не спешил менять своё мнение. За девятнадцать лет он успел усвоить, что самые опасные люди порой прячутся за добродушием, а необдуманное доверие может стоить жизни. Выработанная годами подозрительность не собиралась исчезать просто так. Даже после того, как викинг вернул ему сумку.       Юноша тщательно проверил свои скромные вещи: потёртую временем записную книгу, серебряный кинжал, угольную пудру, один комплект сменной одежды, целебные травы с полосками ткани. Краденые и заработанные деньги тоже никто не тронул. Убедившись, что всё на месте, он закинул сумку на плечо, крепко прижимая её к себе.       Заметив его хромоту, светловолосая женщина, спутница вождя, велела лекарям осмотреть ногу Натаниэля.       Вперёд вышел мужчина с лицом парня в медвежьей шкуре и велел ему сесть на скамью. Плечи у близнеца были не такими широкими, руки не такими сильными, а лицо недовольное, в отличие от бесстрастного выражения брата.       Натаниэль незаметно скосил взгляд на другого блондина, стоящего поодаль с Бетси и другой женщиной викингом. Он вёл непринуждённую беседу с девушкой, чьи локоны были окрашены в разные цвета. Натаниэлю стало интересно каким образом она добилась таких оттенков.       Будто почувствовав его взгляд, светловолосый парень повернул к нему голову. Натаниэль выдержал долгий зрительный контакт прежде чем ухмыльнуться уголком рта. Мужчина никак не отреагировал и отвернулся обратно к собеседнице.       — Эндрю уже успел попортить тебе кровь? — заговорил близнец.       — Что? — не понял Натаниэль.       Тот ещё сильнее свёл вместе светлые брови.       — Я спросил — Эндрю уже успел вывести тебя из себя? — повторил он, но не дал ответить и продолжил: — Ты не особенный. Он делает так со всеми.       Губы Натаниэля исказила кривая усмешка. Так его звали Эндрю. По мнению Натаниэля это имя как нельзя кстати подходило тому, кто носит шкуру белого медведя на спине.       — Вообще-то мы мило поболтали во время гонки, — близнец смерил его странным взглядом. — Ты пытаешься себя утешить или что?       — Чего? — вспылил тот. — Что за пургу, чёрт возьми, ты несёшь?       Натаниэль тихо рассмеялся.       — Неужели Эндрю ведёт себя с тобой как мудак, поэтому ты пытаешься внушить себе, что он такой со всеми?       Лекарь покраснел до самых ушей и уже было собирался разразиться гневной тирадой в ответ, когда его быстро оттащили в сторону. Перед Натаниэлем села пухлая девушка с золотисто-рыжими волосами и лицом, полностью усыпанным веснушками.       — Привет, — она улыбнулась и продолжила за близнеца толочь травы в ступке, — меня зовут Кейтлин. Извини за Аарона. Он становится сам не свой, когда заговаривают о брате. Не бери в голову. У них сложные отношения. Мне понравилось, как ты справился с драконами, — девушка довольно быстро наложила примочку, пока болтала обо всём на свете. Она как раз заканчивала перевязывать ногу Натаниэля, когда к ним подошла темнокожая участница гонки.       — Она права — ты потрясающе уложил драконов. Научишь меня потом делать также? Я тренирую новичков.       Натаниэль не хотел заводить ещё большее количество знакомств, но каждый так и намеревался поговорить с ним.       Он окинул помещение быстрым взглядом и замер. Натаниэль не слушал всё, что было дальше, потому что смотрел мимо девушки, как другие викинги вытаскивают с арены мёртвые туши драконов, оставляющие длинный кровавый след. Только сейчас он заметил, что к концу гонки не осталось ни одного живого, кроме Жуткой жути, запертой в клетке. Натаниэль безрезультатно постарался протолкнуть ком в горле и снова обратить внимание на разговор.       — Я — Даниэль, — она протянула руку, но Натаниэль поднял вверх две ладони, показывая насколько они были грязные. Девушка улыбнулась и опустила руку. — Ты нездешний, верно? Ваймак поручил мне показать тебе, где находятся купальни, а потом мы должны прийти на беседу в его хижину.       Он поморщился от выбора слов. Вести личный разговор с вождём ему не хотелось. Натаниэль уже достаточно наследил в этой деревне. Парень решил, что воспользуется моментом и растворится в толпе после принятия ванны.       — Это было бы кстати, — он ненадолго отвёл глаза в сторону, перебирая в голове простые имена. — Меня зовут Нил.       Даниэль преддожила поддержать его под локоть на пути к купальням, но Натаниэль отказался. По дороге Даниэль рассказывала историю Пала. Дома в деревне совсем новые — их постоянно приходится отстраивать после драконьих пожаров. С появлением Кевина жизнь изменилась: он организовал ежегодные драконьи гонки, которые привлекают множество зрителей и приносят деньги в Пал помимо торговли.       Даниэль поведала и о себе — она приёмная дочь вождя, который взял её под опеку ещё подростком. Жители деревни любят девушку, и она надеется когда-нибудь встать во главе поселения.       — Если ты хочешь стать вождём, почему не стремишься заручиться большей поддержкой жителей? — спросил Натаниэль. — Я видел, насколько ты сильна.       Даниэль поняла, что он говорит о гонке и о том, как воодушевлённо публика поддерживала Кевина. Она улыбнулась: «Мне не нужна эта победа — у меня уже есть дом и прекрасный муж в придачу».       Разговор коснулся жилища Кевина, и Даниэль рассмеялась: «Кевин может самостоятельно построить себе дом, если захочет. Просто он одержим победами из-за своего прошлого».       Натаниэль задумался. Он когда-то знал Кевина — человека, который всегда стремился стать лучше других, словно от этого зависела его жизнь.

***

      Натаниэль тщательно вымылся, стараясь не потревожить перевязь. Взгляд скользил мимо водной глади. Не хотелось видеть в отражении монстра с отцовским лицом.       Он принял ванну в одиночестве, потому что остальные уже успели посетить купальни, пока Натаниэль находился у лекарей. Это было к лучшему. Никто не видел, как следы от драконьего пламени переплетались с отметинами когтей, покрывая всё его тело.       Натаниэль вылез из воды и вынул из сумки мешочек с угольной пудрой. Пришлось потратить дополнительное время на поиск подходящей ёмкости для смешивания порошка с водой. Дождавшись, пока высохнут волосы, он надел сменную одежду, а старую затолкал на дно сумки. Завершая сборы, Натаниэль натянул поношенную обувь. В отличие от Эндрю, его сапоги были без тёплого меха, а в одном из них зияла дырка.       Без плаща было прохладно. Ветер забирался под рубаху холодными пальцами, хватал за щиколотки, обдувал лицо. Теперь Натаниэлю оставалось раздобыть теплую одежду и исчезнуть из этой деревни навсегда. Он вышел во двор и осмотрелся.       Что-то схватило его за шиворот рубахи и потянуло в тень. Парень врезался спиной в бревенчатую стену купален так, что из груи выбило дух. Мимолётное чувство контроля обстановки, владевшее им, моментально улетучилась, едва он смог дышать полной грудью. Пятна в глазах разбежались и на расстоянии вытянутой руки перед собой Натаниэль увидел бесстрастное лицо Эндрю. Он обнаружил, что зажат в угол двумя крепкими парнями. Позади Эндрю возвышался Кевин с невозмутимым взглядом. Натаниэль напрягся, приготовившись к драке.       В руке Эндрю блеснул нож, который он предостерегающе приставил к его горлу. Натаниэль догадался, что тот достал оружие из под чёрных полосок кожи, обматывающих его предплечья. Он попытался отпихнуть мужчину от себя, но викинг держал крепко.       — Смотри, Кевин, ещё один твой дружок, — томно протянул Эндрю. — Приятно познакомиться, Нил. Я думаю, это не твоё настоящее имя.       — Мне насрать, что ты думаешь, — прошипел Натаниэль. — Я Нил.       — А я ждал, что драконы съедят тебя во время гонки, но ты оказался до странности изворотливым, — продолжил Эндрю. Он изображал гримасы искусственных эмоций, которые не проступали на лице. Будто человека внутри не существовало.       — Хорошая странность, которая нам нужна, — подал голос Кевин.       Он принял важную стойку, скрестив руки на груди.       — В роли тренера новичков и участника гонок в следующем году.       — Нет, — сказал Натаниэль. — Ни за что! Какого чёрта?       — Кевин, — прервал его Эндрю, — мы пришли не за этим.       — Ты — может и нет. Нам нужен ещё один член команды для турнира.       Эндрю поцокал языком и снова обратил внимание на Натаниэля.       — Расскажи мне вот что: твой стиль боя напомнил Кевину о неприятном времяпровождении с семьёй. Есть большой шанс, что ты — один из людей его брата.       Натаниэль упёр в Кевина озадаченный взгляд и при лучшем рассмотрении его лица невольно ахнул. Это был тот самый Кевин. Маленький мальчик, вечно следующий за своим тщеславным братом по имени Рико. Кевин был одним из учеников восточных убийц драконов Ала.       Натаниэль не видел его уже почти восемь лет. Прошли годы с тех пор, как они находились на таком близком расстоянии друг от друга; с тех пор как на их глазах отец Натаниэля раскромсал живого верещащего дракона на сотню кровавых ошмётков в рамках урока драконей анатомии.       Он изменился во всём. И остался прежним. Тоже во всём, начиная с зелёных глаз под тёмной шевелюрой, заканчивая вытатуированными на левой скуле двумя вертикальными полосками, один вид на которые вызывал у Натаниэля приступ тошноты.       У Кевина они были ещё с детства, только намазанные углём. Он повторял за братом, у которого на щеке была всего одна полоска, означающая цифру один. Оба собирались стать известными убийцами драконов. И у них это получилось. Пока Натаниэль сидел в клетках, слуги в доме болтали о двух отважных воинах Ала.       Кевин не мог его узнать, это факт. Слишком много воды утекло, теперь между ними целая пропасть. Кроме того, Натаниэль вырос и маскировал рыжие волосы при помощи угольной пудры.       — Так-так, — сказал Эндрю. Уголок его рта слегка потянулся в сторону. Похоже это самое большое проявление эмоций, на которое он был способен. — Не удивление ли это было? Очень интересно.       — Ты должен быть в Але, — прошептал Натаниэль.       Он почувствовал, как лезвие ножа впилось в тонкую кожу на шее. Натаниэль поморщился.       — Он никуда не пойдёт, — неожиданно пустым серьёзным тоном сказал Эндрю.       — Почему ты здесь? — не унимался Натаниэль. — Как они тебя отпустили? — из него посыпались слова на диалекте восточных земель.       Кевин выдавил измученный возглас.       — Тебе этого знать не обязательно! — упрекнул он его.       — Ты прав, — согласился Натаниэль, — но от твоего ответа зависит останусь ли я в Пале.       — Ты — крыса, — озвучил вслух своё предположение Эндрю.       Карие глаза впились в его собственные. Подобно остро заточенному ножу, который мужчина сжимал в кулаке, глаза Эндрю пытались вскрыть правду в душе Натаниэля. Пронизывающий взгляд вызывал мурашки на затылке и приводил в бешенство.       — Иди к чёрту, — сквозь зубы процедил Натаниэль. — Я не крыса!       — Докажи, — фыркнул Эндрю. — Убеди меня. Иначе я перережу твою глотку прямо здесь и сейчас.       — Я ничего тебе не должен.       — Ты хочешь жить или нет?       — Ты не убьёшь меня, — Натаниэль недобро ухмыльнулся. — Я победитель. Моё отсутствие заметит вождь.       — Ты — беглец, — констатировал Эндрю, — чужак, приехавший на гонку. Никто не удивится, если мы скажем, что славный Нил вернулся туда, откуда пришёл, — Эндрю наклонился к его уху и прошептал: — А труп сожжём вместе с твоими любимыми драконами, — и сразу отстранился.       Натаниэль подавился возмущением. Как Эндрю заметил это слабое место? Неужели его привязанность к драконам так очевидна для посторонних? В отчаянии или в приступе безрассудства Натаниэль выпалил:       — Аарон не будет расстроен, что его брат станет убийцей?       — Ой-ой, промахнулся, — произнес Эндрю без тени эмоций, — мне плевать что Аарон думает обо мне. Но я услышал твой ответ. Ты хочешь умереть.       Натаниэль не понял, правда ли Эндрю собирался его убить или хотел только напугать. Лезвие ножа начало медленно входить в его глотку. Капля крови скрылась под рубахой и потекла вниз по груди.       Кевин издал протестующее мычание.       И в тот же момент со стороны тропы раздался грозный окрик Даниэль:       — Эндрю!       Клинок исчез, словно его никогда и не было. Только красная кровавая полоса на шее Натаниэля доказывала его существование.       — Я сказала показать Нилу дорогу к хижине Ваймака, а не на тот свет! — разъярённая девушка протопала к их группе и выдернула Натаниэля за руку из тени.       Как только они оказались на расстоянии нескольких шагов от карлика и его хозяина, Натаниэль стряхнул хватку Даниэль со своего запястья.       — Ты как? — спросила она, рассматривая его горло.       — В порядке, — Натаниэль стёр тыльной стороной руки кровь и вытер её о штанину.       — Нет, это не так, — настаивала Даниэль. — У тебя идёт кровь!       — Пустяк. Бывало и похуже, — Натаниэль встретил её упёртый взгляд. — Кто такой Ваймак?       — Мой отец, — хором ответили Кевин и Даниэль, а затем переглянулись, будто пытаясь убить друг-друга прищуренными взглядами.       Девушка нахмурилась.       — Идём. Эбби перевяжет твою рану, — она направилась дальше по дороге, затем обернулась и злобно зыркнула на Кевина и Эндрю. — Вы тоже с нами.       Натаниэль не стал спорить с ней. Он чертовски утомился после такого насыщенного дня. Он не считал порез чем-то серьёзным и уже планировал слинять до того, как ему предложат помощь. Проходя мимо, Эндрю грубо пихнул его плечом. Натаниэль фыркнул. Надо же, такой мелкий, а такой говнистый! Получается, Кевин — не единственная его проблема в этой деревне.       — Ну как, готов получить свою награду? — Даниэль постаралась разбавить напряжённую атмосферу и одарила его виноватым взглядом.       — Куда он без неё? У такого голодранца то денег на ночлег не будет, — сказал Кевин, шагая впереди всех.       Натаниэль осознал неведение Кевина почти с облегчением. Он не может узнать или спросить, что из их общего прошлого сохранилось у него в памяти. Не может предугадать, какая фраза или поступок заставит Кевина вспомнить его. А Эндрю всего-навсего психованный молокосос, Натаниэль, считай, среди таких вырос. Справиться с ним не составит труда, надо только оставаться начеку.       — Готов, — пробормотал Натаниэль себе под нос и пошёл за ними следом.