Эхо сквозь время | Echoes Across Time

Точка зрения Фенлин Три недели в Убежище, а я всё ещё чувствовала, что недостаточно продвинулась, чтобы выйти за безопасные стены этих укреплений. Я знала: Кассандра уже спрашивала Соласа о моих успехах, но мне он ничего не говорил. Может, не хотел давить. Кто разберёт этого непостижимого эльфа. Стараясь не терять сосредоточенность, я чувствовала, как пот стекает по спине, пока продолжала удерживать барьер, а он бросал в меня ледяные сферы — одну за другой, словно заправский питчер. Я знала, что он намеренно, медленно разрушает мой барьер, проверяя, как долго я смогу продержать его. Я почувствовала, как ноги скользнули назад от очередного удара, закрыла глаза и притянула Тень ближе, пытаясь отразить его атаки. Три… четыре… пять… Дерьмо. БАХ! Я приземлилась на спину, тяжело дыша и приходя в себя после ледяного шара на скорости сто миль в час, врезавшегося в грудь, — или мне так показалось. Я потёрла место удара и уже чувствовала, что там будет синяк, чуть выше правой груди. — Попробуй снова, — спокойно сказал он, ожидая, пока я встану. Он серьёзно?

***

Точка зрения Соласа Солас спрятал улыбку, увидев грубый жест в свою сторону, пока она устало не опустила руку обратно на живот. Он медленно подошёл к ней, наблюдая за её закрытыми глазами и частыми вздохами. Теперь, приблизившись, он заметил капли пота на лбу и чёрные волосы, прилипшие к щеке, выбившиеся из косы. У него перехватило дыхание, — подумал он и быстро отогнал эту мысль. Я не позволю себе таких мыслей, — напомнил он себе в десятый раз за сегодня, убирая посох в крепление за спиной. Он присел рядом, глядя на её неподвижность, и, покачав головой, решил, что перерыв действительно необходим.

***

Точка зрения Фенлин — Давай пообедаем, — мягко сказал он рядом со мной. Я приоткрыла один глаз и с подозрением посмотрела на него. — Ты не просто так это говоришь, чтобы я поднялась, правда? — спросила я, игнорируя маленький камень, впивающийся в спину. Этот камень был куда лучше, чем пульсирующий синяк на груди. Солас усмехнулся и покачал головой, а затем встал и протянул мне руку. — Нет, леталлан [сородич]¹. Мы можем продолжить занятия после еды. Я с минуту смотрела на его протянутую руку, вздохнула и взяла её, приготовившись к мгновенному всплеску ощущений от тепла его ладони в моей. Приняв его помощь, чтобы встать, я отряхнулась и искоса посмотрела на него. — Почему мне кажется, что тебе нравится меня мучить? — спросила я дразняще и заметила лёгкое подёргивание его губ. — Это было бы бессмысленно, — просто сказал он, сложив руки за спиной и придав лицу равнодушное выражение. — Да, было бы… но это не значит, что тебе не нравится, — сказала я с лёгкой усмешкой, снова потирая место над грудью. Солас с минуту смотрел на меня, а затем перевёл взгляд на ворота Убежища. — Уверяю тебя, Фенлин, я не мучаю тебя, — легко сказал он. Это он так думает. Но вместо того, чтобы сказать это вслух, я покачала головой. — Ах… но ты не сказал, что тебе это не нравится, — заметила я и направилась к таверне. Краем глаза я увидела, как он слегка покачал головой, позволяя улыбке мелькнуть, прежде чем спрятать её, и последовал за мной, вскоре поравнявшись. — Мне нравится делиться с тобой знаниями. Ты проявляешь любопытство к тому, что я знаю, и стремишься к совершенству. Это весьма похвально. Я на мгновение взглянула на него, удивлённая, что он вообще хвалит, — он делал это так редко. Меня охватила головокружительная гордость, и я забыла о собственном языке. — Почему ты решил изучать Тень, Солас? Как только вопрос сорвался с губ, мне захотелось втянуть его обратно, как макаронину. Он не любит говорить о себе, и меня это не должно волновать, — напомнила я себе… снова. — Там, где я вырос, мало что могло заинтересовать молодого человека, особенно одарённого магией. Но когда я спал, духи Тени показывали мне чудеса, о которых я не мог и мечтать. Я дорожил своими снами; бодрствование, пребывание вне Тени, стало тягостным. Я слышала и чувствовала его честность и была уверена, что он видит удивление на моём лице от того, что он вообще ответил. Я не могла поверить, что он ответил, — и замолчала, когда мы вошли в таверну. Я заметила, что Варрика нет, и обрадовалась этому: если мистер Таинственный был настроен говорить, у меня имелось ещё больше вопросов. Я выбрала столик у окна, подальше от основной массы людей, и села. Флисса подошла к нам, поставила пару элей и сказала, что обед скоро принесут. Поблагодарив её, я смотрела, как он делает маленький глоток, и нервно закусила губу, прежде чем с головой уйти в новые вопросы. Если он замкнётся, я просто переключу тему на то, что мне нужно улучшить. — Духи действительно только и ждут, чтобы соблазнить слабого мечтателя, как только тот попадает в Тень, — как пытается убедить меня Кассандра? Солас улыбнулся и покачал головой, явно наслаждаясь этим разговором. Это было довольно неожиданно — у меня никогда не возникало впечатления, что ему нравится со мной разговаривать. — Не больше, чем яблоко просит, чтобы его съели. Я научился защищаться от более… агрессивных духов и безопасно взаимодействовать с остальными. Я научился управлять своими снами в полном сознании. Мне так много хотелось исследовать — узнать, — сказал он и сделал ещё один глоток эля. Я наблюдала за задумчивым выражением его лица, пока он говорил, и его аура лучилась удовольствием от того, что он делится со мной воспоминаниями. Было красиво видеть, как она меняется, когда он рассказывает. Это делало его… доступным. Отбросив собственные тяжёлые мысли, я отпила эля и продолжила. — Я так понимаю, ты не всю жизнь провёл во снах, — заметила я, мягко подталкивая его продолжать. Солас усмехнулся и покачал головой. — Нет, в конце концов я не смог находить новые области в Тени. Его смех защекотал мои чувства, и сердце забилось быстрее. Я нервно отпила эля, с минуту посмотрела в кружку, а затем подняла голову, чтобы поблагодарить Флиссу, когда она принесла нам миски с сытной тушёной бараниной. Я смотрела, как он откусывает кусочек, и чувствовала лёгкое очарование от самого действия — как он просто кладёт еду в рот. Сосредоточься, чёрт возьми, — напомнила я себе. — Почему у тебя закончились места для поисков? Разве Тень не бесконечна? — спросила я, прежде чем откусить кусочек своего рагу, — обнаружив, что сосредоточиться легче, когда жуёшь. Наши взгляды встретились: мой — любопытный, его — вопрошающий. Он отвёл глаза, сосредоточился на моём вопросе, а затем на мне. — Ну… по двум причинам. Во-первых, Тень отражает мир вокруг. Если бы я не путешествовал, я никогда не нашёл бы ничего нового. Во-вторых, Тень отражает и ограничена нашим воображением. Чтобы находить интересные места, нужно быть интересным. Я смотрела, как он откусывает ещё кусочек, и тщательно обдумывала его слова, жуя картошку. Наконец, я улыбнулась и указала на него ложкой. — Поэтому ты здесь? С Инквизицией? Он отрицательно покачал головой, положил ложку в миску и взял меня в плен своим взглядом. — Я присоединился к Инквизиции, потому что всем нам угрожала страшная опасность. Если наши враги уничтожат мир, мне негде будет приклонить голову, мечтая о Тени. Вот почему я присоединился, а не причина, по которой я остался. Любопытно. Я задержала его взгляд ещё на мгновение, прежде чем он наконец отпустил меня, и я откусила кусочек рагу, задумчиво жуя. Проглотив, я решила не спрашивать, почему он решил остаться, — я догадывалась, что ответ как-то связан с Якорем на моей руке. Вместо этого я улыбнулась ему: — Если это тебя устраивает, и это делает тебя счастливым, то удачи. Солас с минуту смотрел на меня, явно удивлённый моим лёгким принятием его доводов, и откинулся на спинку стула, держа свой эль. — Спасибо. Честно говоря, мне больше нравилось познавать жизнь, чем искать Тень. Я проглотила еду и нервно посмотрела на него, размышляя, к чему может привести этот разговор. Я не смогла остановиться и должна была спросить. — Правда? И как же? — Ты тренируешь свою волю, чтобы контролировать магию, которую ещё не до конца понимаешь. Ты сопротивляешься одержимости агрессивными духами, даже будучи новичком. Твоя непоколебимая сосредоточенность — приятный побочный эффект. Ты выбрала путь, шаги которого тебе не неприятны, потому что он ведёт тебя к месту назначения, которое тебе нравится. Как и я, — ответил он. Не может быть, чтобы он на самом деле флиртовал со мной. Я с минуту смотрела на него, покачала головой и рассмеялась. — Непоколебимая сосредоточенность, серьёзно? Солас улыбнулся мне так, как я никогда раньше не видела, — и я почувствовала, как сердце ухнуло сквозь пол таверны на холодную землю внизу. Его голос стал гуще и глубже, окутывая меня, как шёлковые простыни, скользящие по обнажённой коже. — Полагаю… мне ещё предстоит увидеть, как её сломят. Думаю, это зрелище было бы… захватывающим. О боже, он… флиртует со мной. И вот они — бешеные бабочки в животе. Я оторвала от него взгляд, уставилась в миску с рагу, быстро запихнула в рот ещё один кусок, чувствуя, как предательский румянец заливает щёки и нагревает кончики ушей. Больше не было сказано ни слова, пока мы молча доедали остатки еды. Я заметила, что он смотрит на меня с совершенно другим выражением, и теперь я не была уверена, что делать. Он может быть обманщиком, — напомнила я себе. Он скажет всё, что нужно, лишь бы Якорь оставался в поле его зрения, — напомнила я себе снова, и всё же мне было трудно не наслаждаться теми тёплыми чувствами, которые он вызвал во мне своими словами. Я прочистила горло, отодвинула миску и допила остатки эля. — Что ж, будем надеяться, что эта сосредоточенность не даст мне снова приземлиться на задницу. Ты готов? — спросила я. Солас легко улыбнулся моей внезапной нервозности и кивнул. — Да, леталлан. Давай продолжим работу над твоим барьером.

***

Когда наши тренировки на сегодня закончились, я поняла, что Солас доволен моим магическим прогрессом, и почувствовала некоторое удовлетворение, когда мы возвращались в Убежище с тренировочного поля. — Завтра мы продолжим наступательной магией. Твой прогресс впечатляет — настолько, что мы должны быть готовы выехать к Перекрёстку к концу недели. Я остановилась и с удивлением посмотрела на него — вместо того ужаса, который чувствовала внутри. — Ты правда так думаешь? Солас кивнул, и я снова пошла рядом с ним. — Да. Ты превзошла мои ожидания. Твоя сосредоточенность на подготовке похвальна. Я уверен, что ты готова. Мы, конечно, продолжим уроки в пути, но я считаю, что применение полученных знаний на практике поможет. Я шла рядом и чувствовала, как напрягается живот от его слов. Мне придётся убивать людей. Живых людей… которые будут пытаться убить меня. Почувствовав дрожь, пронзившую душу, я остановилась и посмотрела на Соласа. — Меня раньше никогда не заставляли убивать, — тихо сказала я. Солас положил руку мне на плечо, утешая. Его глаза изучали моё лицо. Должно быть, он видел ту мягкость, страх и печаль, которые, как я чувствовала, исходили из самой моей сути, — потому что я заметила, как он вздрогнул, и, очевидно, это причинило ему боль. Я знала, что он видит, как я не хочу этого делать… не хочу брать на себя ответственность за жизнь и смерть, ложащуюся на мои руки и совесть. — Я не буду лгать тебе, леталлан. Это не просто. Каждый из нас находит свой путь, чтобы справиться с этим и принять то, что должно быть сделано. Я не скажу, что ты не будешь колебаться… потому что ты, скорее всего, будешь. Я могу лишь предложить тебе свою поддержку и дать знать, что если я понадоблюсь тебе, — я буду рядом. Я не могла отвести от него взгляд, не в этот единственный момент. В этот единственный миг я могла забыть, что он не тот, за кого себя выдаёт. Что единственная причина, по которой он дружелюбен со мной, — это потому, что я нужна ему, чтобы исправить его ошибку. На один момент я могла поверить, что он действительно заботится обо мне. Я повернулась к нему и долго смотрела в его глаза, позволяя его ободряющим словам омыть меня, а также мою тревогу и даже страх перед тем, что от меня ожидают. Я знала, что не могу обнять его… не физически, но мне нужно было, чтобы он знал. Чтобы он понял, что его слова значат для меня всё. Я закрыла глаза, сосредоточилась на своей ауре и вытолкнула её наружу, чтобы окружить его. Обнять его единственным доступным мне способом.

***

Точка зрения Соласа Солас застыл в изумлении, когда почувствовал, что её аура внезапно окружила его. Он быстро понял, что она делает, и в груди разлилось мягкое тепло — он позволил своей собственной ауре обнять её в ответ. Он чувствовал её доброе отношение к нему в этом маленьком жесте, и это удивило его. Он не заслуживал такого чувства. Не от кого-то настолько… чистого духом. Однако он не мог оттолкнуть её сердечную привязанность, которая успокаивала его внезапное отвращение к себе и к ситуации, в которую он её втянул. Он смотрел на неё в тишине, и слишком быстро её янтарные глаза медленно открылись, чтобы посмотреть на него. Дыхание замерло у него в груди от её доверчивого взгляда. — Спасибо, — мягко сказала она и повернулась к тропинке, ведущей к её хижине.

***

Точка зрения Фенлин Я не могу больше сосредоточиться на этих рунах, — поняла я, когда поймала себя на том, что читаю одно и то же предложение дважды. Я выглянула в маленькое окошко — снег всё ещё падал. Мы должны были выезжать завтра, и меня трясло от нервов. Я уронила книгу на грудь и уставилась в деревянный потолок. Пальцы нервно отбивали по обложке быстрый стаккато. — Мне нужно выйти отсюда, — сказала я вслух, спихнула книгу и скатилась с кровати. Схватив куртку и просунув руки в рукава, я распахнула дверь хижины и направилась к таверне. Варрик точно должен быть там, — сказала я себе, шагая быстрее, пытаясь спастись от пронизывающего холода. Я быстро распахнула дверь таверны, чтобы попасть в тёплое помещение, и заметила Варрика в дальнем углу. Благослови его Создатель, он рядом с камином, — подумала я, помахав ему, когда он поднял взгляд. Я подошла к его столу, и он жестом пригласил меня сесть, а затем начал перекладывать бумаги перед собой. — Что это всё? — с любопытством спросила я. — Книга, над которой я работал до того, как всё это дерьмо случилось, — сказал он. Подошла Флисса, и я заказала пару элей, сунув ей несколько медяков. Я снова взглянула на Варрика, который деловито перекладывал бумаги, и заметила одну с рисунком. Я постучала по ней и посмотрела на него. — Можно? — Конечно, — сказал он, и я вытащила рисунок из быстро двигающихся бумаг. Это был простой набросок меча, лежащего поверх щита. — Ты это нарисовал? — спросила я. Варрик рассмеялся и покачал головой. — Нет, я пишу. Я не художник, — быстро сказал он и отпил эля. Я улыбнулась и покачала головой. — Писательство — это замечательная форма искусства, Варрик. Ты направляешь читателей, чтобы они сами рисовали картину в голове. Иногда это важнее, чем физический рисунок. — Я снова посмотрела на рисунок. — Хотя, думаю, он выглядел бы лучше, если бы меч и щит были прислонены к стене, а не просто лежали плашмя. Им нужно измерение, способ выделиться. Варрик теперь смотрел на меня с любопытством. — Я не знал, что ты умеешь рисовать. Я улыбнулась, прежде чем сделать глоток эля. — Это то, чем я занималась, как ты сказал, «до того, как всё это дерьмо случилось». — Полагаю, ты не захочешь мне показать, — сказал он дразняще. Я с минуту ровно смотрела на него, потом пожала плечами. — Я могу нарисовать практически что угодно. Так чего ты хочешь? — Я не привередлив, давай, — сказал он, откидываясь к стене. Я притянула к себе лист его чистой бумаги и взяла одно из перьев. Варрик пододвинул ко мне бутылочку с чернилами, и я благодарно ему улыбнулась. Я мельком взглянула на него, а затем закрыла глаза, чтобы запечатлеть в памяти картину: Варрик, прислонившийся к стене в полном расслаблении. Снова открыв глаза, я начала рисовать то, что всё ещё отчётливо стояло перед внутренним взором.

***

Точка зрения Соласа Солас направился к таверне в поисках обеда и ощутил её ауру, как только спустился с последней ступеньки. Он с любопытством огляделся, но на улице было слишком холодно, чтобы она могла там находиться, — и её аура усилилась, когда он приблизился к дверям таверны. Быстро войдя в тёплое помещение, он увидел её в дальнем углу с Варриком, спиной к нему. С того места, где он стоял, казалось, что мастер Тетрас дремлет у стены, а когда он подошёл, её аура тепло скользнула по его собственной — и было трудно не улыбнуться.

***

Точка зрения Фенлин — Савхалла [привет]², Солас, — сказала я, продолжая рисовать Варрика. Я почувствовала, как он подходит ближе и заглядывает через плечо. Я увидела, как его глаза расширились в явном удивлении от подробного рисунка мастера Тетраса, над которым я работала. — Я не знал, что ты художница, леталлан, — сказал он, садясь рядом. Я подула на чернила, стараясь не размазать их, и потянулась за кружкой эля. Варрик открыл глаза и взглянул на меня. — Я уже могу посмотреть? Я улыбнулась ему и протянула листок. Варрик уставился на него с удивлением, издав тихий восхищённый свист, и наконец поднял взгляд на меня. — Ты не против, если я оставлю это себе? — Твоя бумага, твои чернила, Варрик — наслаждайся, — сказала я с широкой улыбкой. А затем посмотрела на Соласа, который сидел ближе ко мне, чем я считала нужным. — Ты рисуешь, Солас? — спросила я, хотя знала ответ, и попыталась игнорировать лёгкое покалывание на коже в том месте, где наши колени соприкасались. — Немного, — уклончиво сказал он, намазывая мёд на толстый ломоть хлеба из корзины на столе. Я видела, как он с трудом сдерживает улыбку, когда почувствовал вспышку моего раздражения в моей ауре, и откусил кусочек. Я отвела взгляд и попыталась скрыть досаду. Немного?! Ну ладно, индюк, если ты так хочешь играть, то и я умею. Я взяла ещё один лист бумаги Варрика и начала рисовать средневековый щит, прислонённый к стене, как описывала ранее. Я просто не буду обращать внимания на совершенно раздражающего эльфа, сидящего рядом, и буду рисовать. Я закончила черновой набросок меча и щита, подула на него, чтобы высушить чернила, и протянула Варрику. — Вот что я имела в виду раньше. Варрик посмотрел на рисунок и понимающе кивнул. — Теперь я вижу, что ты имела в виду. Так он производит гораздо большее впечатление. — Вот именно, — ответила я, улыбнувшись ему, и закрыла его чернильницу пробкой. Затем подняла куртку и встала. — Спасибо за компанию, Варрик. Увидимся позже.

***

¹ Lethallan — сородич (эльвен). ² Savhalla — привет (эльвен).