Фальшивый парень для свадьбы бывшего

Минхо вышел из спортзала и некоторое время просто стоял на парковке, глядя в одну точку. Белый конверт всё ещё был зажат в руке. Он сунул его в рюкзак, достал телефон и уставился на экран. Кому можно позвонить в час ночи? Только одному человеку. — Сынмин, — сказал Минхо в трубку, даже не поздоровавшись. — Ты не спишь? — Теперь нет, — голос Ким Сынмина был сонным и раздражённым. — И судя по твоему тону, ты либо кого-то убил, либо собрался сделать это. Я угадал? — Мне нужно с тобой поговорить. — Вау. Какая честь. Ли Минхо звонит мне в час ночи, чтобы поговорить о чувствах. — Сынмин зевнул. — Приезжай. Ты знаешь адрес. Кофе не забудь. Дорогой. Минхо вздохнул и поехал в квартиру Сынмина — в район, где сам никогда не смог бы снять даже студию. Дорогой дом, охрана на входе, подземный паркинг. Сынмин встречал его на пороге квартиры в шёлковом халате, с чашкой зелёного чая и таким видом, будто весь мир был его личной комедией. — Ты выглядишь как говно, — констатировал бета, зевая, и пропуская его внутрь. — Проходи, раздевайся. Кофе привёз? Минхо молча протянул пакет с двумя стаканчиками. Сынмин взял свой, понюхал, скривился. — Это не «Co&Co». — А ты хотел, чтобы я разбудил бариста в час ночи? — огрызнулся Минхо. — Пей давай. Сынмин фыркнул, но сделал глоток. — Ладно, можешь жить, — Сынмин забрал свой кофе, плюхнулся в кресло и уставился на Минхо. — Рассказывай. Что на этот раз? Отказали на собеседовании? Или ты снова кого-то послал нахуй и теперь жалеешь? — И то, и другое, — Минхо сел на диван, сжал свой стакан. — И ещё кое-что. — Интригуешь. Минхо молчал целую минуту. Потом вытащил из рюкзака белый конверт и бросил его на журнальный столик. Сынмин поднял бровь, взял конверт, прочитал имя получателя. Потом вскрыл, достал приглашение. Читал долго. С каждой секундой его лицо становилось всё более саркастичным. — Свадьба Хан Джисона и Хван Хенджина, — прочитал он вслух, будто проверяя, не привиделось ли ему. — Бывшего твоего? Который щекастый Хан Джисон? — Да. — И он пригласил тебя. — Да. Сынмин отложил приглашение, отпил кофе и посмотрел на Минхо долгим взглядом. — И ты, конечно, послал его нахуй. Минхо промолчал. Сынмин поставил стакан. — Минхо. — Я сказал, что приду. — Ты... — Сынмин прикрыл глаза. — Ты сказал, что придёшь. На свадьбу твоего бывшего, который бросил тебя два года назад ради какого-то Хенджина. — Да. — И ты пришёл ко мне в час ночи, чтобы я сказал тебе, что это хорошая идея? — Чтобы ты сказал мне, что делать, — сжав зубы, еле произнес Минхо. Сынмин помолчал. Потом улыбнулся — той самой кривой, саркастической улыбкой, которая могла означать что угодно: от сочувствия до откровенного издевательства. — Ну, во-первых, — начал он, — ты идиот. Во-вторых... — он снова взял приглашение и повертел его в пальцах. — Если ты идёшь, то идёшь не один. Ты же понимаешь? Прийти одному — это позор… — Я сказал ему, что у меня есть парень, — перебил его Минхо. Сынмин замер. — Что ты сделал? — Сказал, что у меня есть парень, — повторил Минхо. — И что я приду с ним. На несколько секунд в квартире воцарилась тишина. Сынмин смотрел на Минхо с выражением, которое сложно было описать — смесь восхищения, ужаса и чистейшего сарказма. — Ты... — он не договорил. Потом рассмеялся. — Господи, Минхо. Ты врешь бывшему про несуществующего парня, чтобы спасти лицо, а потом приходишь ко мне за советом. У тебя есть месяц, чтобы найти человека, который согласится изображать твоего молодого человека на свадьбе твоего бывшего альфы. — Знаю. — Ты знаешь, как это звучит? — Знаю. — Это звучит как начало катастрофы, — Сынмин откинулся в кресле. — Или как очень хорошая дорама. Пока не знаю, что из этого. — Помоги, — выдавил Минхо. Сынмин прищурился. — Ты просишь помощи у меня? У Ким Сынмина, который считает романтику переоценённой, а свадьбы — лучшим доказательством того, что людям нечем заняться? — Ты мой друг. — Я твой единственный друг, который не бросил тебя после того, как ты стал невыносимым, — поправил Сынмин. — Ладно. Есть идеи, где взять парня за этот срок? — Ни одной. — Конечно, нет. — Сынмин вздохнул, потянулся за телефоном. — Значит, будем искать. Но имей в виду, Минхо. Если ты приведёшь на эту свадьбу какого-нибудь уличного кота в дешёвом костюме, я сделаю вид, что мы не знакомы. — Ты тоже придёшь? — А ты сомневался? — Сынмин усмехнулся. — Пропустить такое шоу? Ни за что. Я возьму попкорн, лучший костюм и приду под руку с Чанбином. Буду сидеть в первом ряду и наслаждаться твоим страданием. Минхо хотел обидеться, но не смог. Потому что Сынмин был единственным, кто остался рядом. И даже его сарказм был лучше, чем пустота. — Спасибо, — тихо сказал Минхо. — Не благодари. Ты должен мне кофе. Дорогой. До конца жизни, — Сынмин уже листал телефон. — Так. Есть у нас кто-то... нормальный... одинокий... с чувством юмора... и с лицом, которое не испугается твоего холодного взгляда. — Я не такой уж страшный. — Ты пугаешь даже мою охрану, Минхо. — Это не я. Это мой взгляд. — Вот видишь, ты сам подтверждаешь. Минхо закрыл лицо руками. Внутри всё ещё выло, но теперь — хоть немного — к вою примешалось что-то тёплое. *** За семь дней Минхо вымотался так, будто каждый день проводил по три спарринга с чемпионами тяжёлого веса. Поиски «парня на один вечер» оказались хуже любых собеседований. Сынмин подошёл к вопросу с присущей ему методичностью — составил список, разделил на категории, присвоил каждому кандидату рейтинг от «абсолютно нет» до «ещё можно попробовать». — У нас месяц, — сказал он в первый вечер, сидя за ноутбуком в своей идеально чистой гостиной. — Это мало. Поэтому я исключаю всё, что требует раскачки. Никаких «присмотреться», никаких «понять друг друга». Нам нужен готовый продукт. — Ты говоришь о людях, — устало заметил Минхо. — Я говорю о решении твоей проблемы, — поправил Сынмин, даже не подняв головы. — Итак, категория первая: твои бывшие. — У меня нет бывших, кроме Джисона. — Поздравляю, ты моногамен и скучен. Категория закрыта. Они перебирали знакомых. Сынмин предлагал кандидатов, Минхо отказывал. Слишком высокий, слишком низкий, слишком громкий, слишком тихий, слишком похож на Джисона, совсем не похож на Джисона, есть девушка, нет девушки но есть парень, переезжает через месяц, работает в той же компании, где Джисон. — Ты придирчив, как невеста на выданье, — заметил Сынмин где-то на третий день. — Я не хочу, чтобы это выглядело фальшиво. — Это и так фальшиво, Минхо. Ты врёшь бывшему про парня, которого не существует. Вся ситуация — один большой фальшивый спектакль. Нам просто нужно, чтобы зритель поверил. — Я не хочу краснеть. — Тогда не надо было врать про парня. Иди один и скажи: «Я соврал, у меня никого нет, я всё ещё одинок и несчастен, поздравляю со свадьбой». Минхо замолчал. Сынмин вздохнул. — Так и думал. Четвертый день. Приложение для знакомств. Сынмин зарегистрировал его без спроса. — Это унизительно, — сказал Минхо, глядя на свою анкету. — Твоя жизнь — унижение последние два года, — парировал Сынмин. — Это хотя бы с пользой. Он сам выбрал фото — Минхо в спортзале, с каплями пота на лице и злым взглядом. Сам написал текст: «Ищу парня на один вечер. Свадьба бывшего. Буду признателен. Оплата ужином и компенсация морального ущерба». — Ты издеваешься? — Минхо прочитал и замер. — Честность — лучшая политика, — пожал плечами Сынмин. — Кто согласится на такое, тот либо психически неуравновешен, либо достаточно харизматичен, чтобы тебе подойти. За два дня написали четырнадцать человек. — Четырнадцать! — Сынмин выглядел довольным. — Ты популярен. — Четырнадцать идиотов, которые готовы пойти на свадьбу с незнакомым омегой. — Или четырнадцать человек с чувством юмора. Минхо пролистал анкеты. Первый — слишком навязчивый. Второй — слишком молодой. Третий — слишком старый. Четвёртый прислал фотографию своего кота и спросил, можно ли с котом. — А этого хотя бы рассмотри. Кот, кстати, ничего. — Сынмин ткнул пальцем в экран. — Ты же котов любишь. Напиши ему. Минхо не написал. Шестой день. Офлайн-поиски. — Ты должен ходить в места, где есть люди, — объяснял Сынмин по телефону, пока Минхо шёл из спортзала домой. — Бары, кафе, парки. Не стесняйся. Улыбайся. — Я не умею улыбаться. — Тогда хотя бы не убивай никого взглядом. Минхо зашёл в кофейню. Купил американо. Сел за столик. Огляделся. Рядом сидел парень. Симпатичный. Примерно его возраста. Читал книгу. — Вот и подойди к нему, — заявил Сынмин в наушнике. — Скажи что-нибудь. — Что сказать? — «Привет, у меня нет парня, а через месяц свадьба бывшего, не хочешь меня спасти?» — Ты идиот. — Тогда хотя бы спроси, который час. Минхо встал. Сделал шаг. Парень поднял голову, посмотрел на Минхо — и побледнел. Быстро собрал вещи и вышел. — Он убежал, — констатировал Минхо. — Я так и подумал. — В голосе Сынмина слышалась усталость. — Минхо, ты что, смотрел на него своим «чемпионским» взглядом? — Я просто смотрел. — Вот именно. Седьмой день. Итоги. Минхо сидел в квартире Сынмина, уставившись в стену. — Ни одного, — сказал он глухо. — Ни одного человека, который согласился бы пойти со мной. — Четырнадцать человек написали в приложении, — напомнил Сынмин. — Я напоминаю, что создал тебе профиль. — Иди нахуй с ним и с напоминанием. Все отсеялись. Третий оказался женат. Пятый — альфа, который хотел «настоящих отношений». Седьмой прислал фото члена. Девятый... — Ладно-ладно, — перебил Сынмин. — Я понял. Люди — отстой. — Что мне делать? — Минхо посмотрел на друга. В его глазах впервые за эту неделю не было злости. Только усталость. — Осталось всего три недели. Я не могу прийти один. Я сказал, что у меня есть парень. Если я приду один, Джисон поймёт, что я соврал. Он пожалеет меня. Я буду жалким. — А если не придёшь? — Он подумает, что мне всё ещё больно. — А тебе всё ещё больно? — спросил Сынмин тихо. Минхо промолчал. Сынмин отложил телефон. Посмотрел на друга долгим взглядом — без сарказма, без усмешки. — Знаешь, — сказал он, — есть ещё один вариант. — Какой? — Я знаю, что это не лучший вариант, но я думаю, я знаю с кем ты можешь пойти. Минхо поднял голову. — Кто? — Я знаю, что тебе не понравится, но он согласен. — Кто, Сынмин? Сынмин помолчал секунду. Потом выдохнул: — Единственный, кто бесит тебя сильнее, чем Джисон. Бан Кристофер Чан. Минхо замер. — Ты издеваешься. — Ни капли. — Ты о этом самоуверенном придурке? Которого... — Которого ты один раз победил, но обычно у вас была ничья — кивнул Сынмин. — на ринге. Четыре года назад. Чемпионат области. Ты взял золото, он — серебро. И он до сих пор это помнит. — Нет, — глухо сказал Минхо. — Мы ненавидим друг друга. — Вы не ненавидите, — поправил Сынмин. — Вы профессионально недолюбливаете. Это другое. — Он альфа. — Да. — Высокомерный. — Кто-бы говорил. — Самоуверенный. — А ты нет? — Почему он? — спросил Минхо. — Ты мог предложить кого угодно. Почему именно Бан Чан? Сынмин откинулся в кресле и долго смотрел на него. — Потому что он единственный, кто тебя не боится, — сказал он наконец. — И единственный, кто не смотрит на тебя как на омегу. Ты для него — соперник. Равный. Ты победил его на ринге, и он это уважает. Он не будет жалеть тебя, Минхо. Он будет смотреть на тебя с вызовом. И именно это тебе сейчас нужно. Не жалость. Не попытки «понять и простить». А кто-то, кто скажет: «Ты справишься, потому что ты сильный». Минхо молчал. — И ещё, — добавил Сынмин, усмехнувшись. — Он, кажется, единственный, кто не обращает внимания на твой холодный взгляд. Я ему написал, а он мне: «А, этот колючий засранец? Скажи ему, что я согласен. Мне всегда было интересно, что у него там под маской». Минхо закатил глаза. — Он так и сказал? — Почти. Я немного приукрасил. Сынмин подмигнул. Минхо отвернулся к окну, но внутри стало чуть теплее. — Какого чёрта ты ему написал? И откуда у тебя его номер? — А что мне оставалось? — Сынмин развёл руками. — Ты отшил всех нормальных кандидатов. Четырнадцать человек из приложения, троих я лично нашёл среди знакомых, двоих — на работе. Ты всем отказал. Или они от тебя сбежали. Осталось меньше месяца, Минхо. У тебя нет выбора. — Есть выбор. Пойти одному. — И признаться, что ты соврал? Что у тебя никого нет? Что Джисон был прав, когда сказал, что в тебя невозможно влюбиться? Старший дёрнулся, будто от пощёчины. Сынмин тут же смягчился. — Прости, — сказал он тише. — Это было грубо. Но это правда. Ты не хочешь выглядеть слабым перед Джисоном. Я понимаю. Поэтому... Чан — это вариант. Неидеальный, дурацкий, почти безумный. Но вариант. Минхо сжал челюсть. — Почему он согласился? — Говорит, что должен тебе должок. — Какой? — Не сказал. — Сынмин пожал плечами. — Может, до сих пор помнит, как ты его уделал. И хочет доказать, что он лучше. Или просто любит драму. Он же альфа. Им иногда нужно чувствовать себя нужными. Минхо молчал долгую минуту. Перед глазами стояла картина: ринг, четыре года назад, последний раунд. Чан — раскаченный, сильный, уверенный в своей победе. И Минхо — быстрый, злой, голодный до победы. Удар в корпус, уклонение, ещё удар. Чан падает. Судья поднимает руку Минхо. Они тогда не обменялись рукопожатием. Чан просто посмотрел на него долгим взглядом и ушёл с ринга, даже не оглянувшись. — Назначь встречу, — сказал Минхо наконец. Сынмин поднял бровь. — Серьёзно? — Серьёзно. Но если он будет вести себя как мудак, я уйду. — Это я уже слышал, — усмехнулся Сынмин. — Вы двое — просто пара упрямых баранов. Ладно. Я уже на деле назначил. Завтра в семь. Кофейня «Co&Co». Не опаздывай. И постарайся не убить своего «парня» до свадьбы. Минхо закатил глаза. — Не убивать — не обещаю. Приду — обещаю. Сынмин усмехнулся. — Великодушно. — Я называю это «ты уже всё решил за меня». Наверное, ещё когда ему звонил. Сынмин промолчал. Только отпил кофе. Минхо отвернулся к окну. — В следующий раз просто скажи, что у меня выбора нет. Не строй из себя доброго самаритянина и не вселяй в меня надежду. — А она у тебя была? — тихо спросил Сынмин. Минхо не ответил. Взял рюкзак и направился к двери. — Завтра в семь, — бросил на прощание. — Я приду. Дверь закрылась. Сынмин остался сидеть в кресле, глядя на пустой стакан Минхо. — Будто выбор есть, — сказал он сам себе и усмехнулся. P.S. Это часть — просто о том, как друзья, которые рядом, пытаются вытащить. Даже когда ты молчишь. Даже когда ты злой. Даже когда сам не веришь, что из этого можно выйти. Спасибо каждому из моих, что не оставляете меня. Вы знаете, кто вы.