A Quiet Little Seedling

Все уселись в круг на полу в гостиной. Дэн потянула его к себе и усадила между собой и Мэттом, пока Рене раздавала всем рюмки. — Э-э, я не пью, — сказал Нил. — Ничего, я тоже. Будем пить газировку. — Рене улыбнулась и продолжила раздавать рюмки. Мэтт и Дэн наливали себе шнапс. Оглядевшись, Нил заметил, что каждый выбрал себе какой-нибудь крепкий напиток. — Есть, что скрывать? — спросил Эндрю. Только через пару секунд Нил понял, что вопрос адресован ему. — Нет, — солгал он, но у него появилось ощущение, что Эндрю видит его насквозь. Нил не хотел оказаться правым и почувствовал дикое желание стереть этот глупый блеск у Эндрю в глазах. Он посмотрел вокруг и заметил у Эллисон бутылку текилы, решив ее и выбрать, поскольку содержание алкоголя в ней было выше, чем в шнапсе. — Можно? — спросил он. Она пожала плечами и протянула ему бутылку. — Ты не должен ничего доказывать, — прошептала Дэн, наливая ему шот и возвращая бутылку Эллисон. Мэтт с любопытством за ними наблюдал. Казалось, никто из присутствующих не замечал растущего напряжения между ними с Эндрю — все остальные болтали друг с другом, готовясь к игре. — Я и не доказываю. Просто хочу расслабиться. Дэн кинула на него скептический взгляд, но промолчала. Эндрю же, напротив, слегка ухмыльнулся, и Нилу захотелось лишь одного: убрать эту ухмылку с его лица или сбить ее — без разницы. Нил наклонился к Дэн и шепотом спросил: — Как в это играть? Она прыснула, покачала головой и прошептала в ответ: — Каждый по очереди говорит: «я никогда не делал что-то». Если ты это делал, то пьешь. Если нет, не пей. Когда придет твоя очередь говорить «я никогда не…», ты должен сказать что-то, чего правда не делал, иначе тебе придется выпить. Тот, кто быстрее всех напьется, проигрывает. — Как-то несправедливо, мы ведь пьем не одно и то же. — У нас у всех разный уровень толерантности к алкоголю. К тому же, это весело. — Раз уж мы празднуем день рождения Кевина, — сказал Ники, когда все сели и наполнили свои рюмки выбранными напитками, — может, он и начнет? Кевин нахмурился, но встал и откашлялся, явно не слишком расстроенный тем, что ему приходится быть первым. — Я никогда в жизни не съедал целую коробку мороженого за один раз. — Это подло, Дэй, — сказал Эндрю, залпом выпивая свой шот. За ним выпила Эллисон, а следом Джереми. — Тяжелое расставание, — пояснила Эллисон. — А у меня нет оправдания, — засмеялся Джереми. — Надо что-то объяснять? — снова прошептал Нил, наклонившись к Дэн. — Нет. Некоторые делают это по желанию, но это не обязательно. Он кивнул. Это было хорошо, ведь если не нужно ничего объяснять, то и лгать не обязательно. Он не хотел давать Эндрю еще больше поводов для подозрений, чем у него уже было. Следующий ход был Джереми, так как он сидел справа от Кевина. — Я никогда не жульничал в карточных играх. Нил в шоке наблюдал, как каждый из присутствующих выпил и засмеялся. — Теперь понятно, почему я все время проигрывал, — воскликнул Джереми, когда Жан притянул его к себе и поцеловал в щеку. Нилу стало интересно, все ли пары здесь такие тактильные, как они. Через некоторое время смех и разговоры утихли, и настала очередь следующего. — Я никогда не вреза́лся в стеклянную дверь, — сказал Жан. Ники, Мэтт и Рене выпили, и раздался взрыв хохота. Нил невольно ощутил укол зависти. Все, кто сейчас здесь сидел, очень давно дружили между собой. Они говорили все это не просто так, а с целью заставить кого-то другого выпить, потому что хорошо знали друг друга. Нил же по-настоящему не знал ни единой блядской души из этой компании. И вдруг он забеспокоился о том, что, черт возьми, ему говорить, когда до него дойдет очередь. — Это было всего один раз! — крикнул Ники в ответ на чью-то шутку, которую Нил пропустил, задумавшись. — Меньше надо было пялиться на задницу своего парня, выходя из моей кофейни, — заметила Дэн. — Но у него такая классная задница, — сказал он, глядя на Эрика, который самодовольно улыбнулся ему в ответ. Нил увидел, как Эрик приобнимает Ники одной рукой, и понял, что Жан с Джереми определенно здесь не единственные, кому присуща тактильность. Все затихли, и Рене произнесла: — Я никогда не говорила свободно на другом языке. Эндрю, Аарон, Ники, Эрик, Жан, Джереми и Кевин выпили по шоту. Никто, казалось, не удивился, и Нилу стало интересно, на скольких языках они говорят, помимо очевидного английского и немецкого, который он слышал ранее. Жан явно говорил по-французски, судя по его акценту и предмету, который он преподавал. А поскольку Джереми был с Жаном, то легко предположить, что он тоже знал этот язык. Что касается Кевина, Нил понятия не имел, какой второй язык он знает. Все начали о чем-то болтать, поэтому Нил, выпивая до дна, не думал, что кто-то обратит на него внимание. — Нил! — взвизгнул Ники, который, казалось, был немного более восприимчив к алкоголю, чем остальные, выпившие те же самые 3 шота. — Ты знаешь второй язык? — Да, — ответил Нил, не вдаваясь в подробности, и налил себе следующий шот. Ники хотел начать расспрашивать, но Эрик сжал его руку и слегка покачал головой. Ники нахмурился, но все же замолчал. Нил отчаянно пытался игнорировать взгляд Эндрю, который, казалось, сжигает его заживо. — Итак, — начала Эллисон. — Что же мне сказать, чтобы Кейтлин и Дэн увеличили свой счет? — Что бы ты ни сказала, тебе, скорее всего, тоже придется выпить, — засмеялась Кейтлин. — Я готова пойти на эту жертву. — Она огляделась, слегка задумавшись, и улыбнулась. — Я никогда не называла важного для меня человека ласковым прозвищем. — Да ладно! — удивились некоторые. — Удар ниже пояса! — упрекнул Мэтт, выпивая, и все остальные в комнате, кроме Нила и Эндрю, тоже выпили. — Интересно, — сказала Эллисон, окинув Нила взглядом. Любопытство с ее стороны почему-то не так напрягало, как со стороны Эндрю. Может, из-за ее кокетливой манеры общения, которую Нил попросту игнорировал. — Ладно, хватит об этом, пора переходить к более грязным секретикам, — сказал Мэтт. — Не в этом смысле! — поправил он, услышав вокруг притворные возгласы недовольства. Мэтт посмотрел на Дэн, Кейтлин и Нила, которые пока что выпили меньше всех. У Нила возникло ощущение, что Мэтт что-то задумал насчет него. — Я никогда не говорил: «я в порядке» при температуре 39. Нил нахмурился, но выпил. В отличие от остальных, которые начали обсуждать то, как некоторые из них ведут себя как дети, когда болеют. Настала очередь Нила, но он так и не придумал, что говорить с тех пор как понял, что совершенно ничего не знает об этих людях. Еще одна проблема заключалась в том, что Нил обязательно должен был сказать что-то такое, чтобы не пить самому. Поскольку у него не было жизненного опыта, который можно было бы считать нормальным, он не знал, что говорить, но тут к нему внезапно пришла идея. Он много раз слышал, как Мэтт и Ники обсуждали то, чем занимались до начала отношений с Дэн и Эриком соответственно. Он начал говорить как раз в тот момент, когда в гостиной снова воцарилась тишина. — У меня никогда не было секса на одну ночь, — сказал Нил. Все присутствующие выпили. Именно этого он и хотел, но ему все равно стало немного неловко. Секс на одну ночь и секс вообще — это две разные вещи, и никто в этой комнате не должен узнать, что у него никогда не было ни того, ни другого. Это вновь заставило его почувствовать, как сильно от отличается от остальных. Зачем он вообще сюда пришел? Круговорот сомнений внутри него никак не унимался, но тут пришла очередь следующего. — У меня никогда не заканчивался бензин во время езды, — сказала Дэн, одарив Кейтлин озорной улыбкой. — Вот засранка, — рассмеялась Кейтлин, выпивая свой шот вместе с Эллисон и Ники. Нилу с трудом удалось заставить себя выпить, пытаясь отогнать неприятное воспоминание. — Нил, ты реально забывал заправиться? — спросил Ники со смехом. — Ага, — ответил он, отрешенно уставившись на пустую рюмку в руках, зависшую над коленями, и изо всех сил пытаясь не вспоминать. Страх, охвативший его, когда машина заглохла посреди пустыни, и им пришлось остановиться на обочине. Тьма, окутавшая их, пока из-за холма позади них не выглянули фары. Мэри хотела бежать, но Нил не понимал, какой в этом смысл. Смерть в пустыне или смерть от рук отца. Казалось, других вариантов не было. Нил часто думал о том, не стало ли его секундное промедление перед тем, как броситься вслед за матерью по песку, причиной того, что их поймали. Причиной того, что ему пришлось смотреть, как его мать умирает прямо у него на глазах. Это он во всем виноват, не так ли? Кто-то ткнул Нила в бок, и он моргнул, выныривая из воспоминаний в реальность. — Ты нормально? — шепотом спросил Мэтт, наполняя его рюмку. — Угу, — ответил Нил. Во рту немного пересохло. Он откашлялся и глянул на остальных, радуясь, что никто, похоже, не заметил, как он боролся с нахлынувшими воспоминаниями. Никто, кроме Эндрю, который смотрел на него, слегка склонив голову, словно Нил был пазлом, который он не мог собрать, и чем больше кусочков ему давали, тем запутаннее он становился. Нил отвел взгляд и выпрямился. Он не собирался поддаваться этим воспоминаниям, по крайней мере, до тех пор, пока не окажется в безопасности у себя дома. Следующим был Эрик: — Меня никогда не арестовывали за нарушения закона. Эндрю и Рене выпили, и Нил на мгновение уставился на нее, потрясенный этим открытием. Рене нарушила закон? И попалась на этом? Нил тоже выпил, стараясь не думать о том, какую же хуйню могла сотворить Рене. — Нил, ты нарушал закон? — спросил Ники с тем же недоверием, которое Нил испытывал к Рене. Нил промолчал, откашлявшись, и начал наполнять свою рюмку текилой Эллисон, надеясь, что никто не станет зацикливаться на этой теме, и ему не придется ничего объяснять. Однако тут же почувствовал на себе пристальный взгляд одного блондина. К счастью, все отвлеклись на обсуждения того, насколько глупыми бывают законы, а некоторые из них просто созданы для того, чтобы их нарушать, например, ограничение скорости. Он рискнул поднять глаза и увидел, как Эндрю потянулся к своему кузену и схватил его за рубашку. Ники резко отшатнулся назад от внезапного рывка, и Нил заметил, как Эндрю что-то шепчет Ники, несмотря на то, что их частично загораживали тела Кейтлин и Аарона. Никто из присутствующих, казалось, не обращал на них внимания. Ники сел обратно и встретил его взгляд, нахмурившись, от чего у Нила в животе поселилась тянущая тревога. Это не предвещало ничего хорошего. Неприятное чувство усилилось, когда Эндрю точно так же притянул к себе Аарона и что-то ему прошептал. Дэн шикнула на остальных, заставив замолчать, и они продолжили игру. Ники отвел от Нила взгляд и сказал: — Я никогда не знал три языка. Никто не притронулся к выпивке. Нил понимал, что знание нескольких языков само по себе не должно вызывать подозрений, в отличие от причины, по которой он их выучил. Нил выпил свой шот, не отрывая взгляда от Эндрю. Все резко замолчали, и в воздухе повисло напряжение. Настала очередь Кейтлин, и она сказала, глядя прямо на Эллисон: — Я никогда в жизни не использовала фальшивые документы. — Пошла ты нахуй, — добродушно рассмеялась Эллисон, выпивая свой шот. Следом за ней выпили Джереми, Рене и, наконец, Нил. Следующим был Аарон, и Нил изо всех сил сдерживал желание притихнуть и спрятаться, будто это могло бы спасти его от чего-то, что задумал Эндрю. — Никогда в жизни не получал наследства, — сказал Аарон. Нил нахмурился, но не стал выпивать. Деньги, которые он получил после смерти родителей, нельзя было назвать наследством. Ему просто повезло, хоть он и не понимал, почему его имя фигурировало в документах отца, если Натан планировал убить Нила вместе с матерью, как только они посмеют сбежать. Эллисон и Эрик были единственными, кто выпил, а Эндрю не отрывал от Нила взгляд. Казалось, напряжение между ними заполонило собой весь воздух, поскольку никто не начал болтать, как после предыдущих «я никогда не». Некоторые перешептывались между собой, но все взгляды были прикованы к их противостоянию. Следующей была очередь Эндрю, и Нила начало мутить. — Я никогда не зарабатывал денег нечестным путем, — заявил Эндрю. Нил кинул на него испепеляющий взгляд и выпил свой шот, краем глаза заметив, как Рене выпивает свой. Он был уверен, что игра наконец-то закончилась, ведь еще один раунд — и некоторые из них рисковали бы получить алкогольное отравление. Кевин попытался встать, вероятно, чтобы разрядить обстановку, но Эндрю остановил его, не отрывая взгляд от Нила. Все вокруг замерли, и было слышно лишь тяжелое дыхание. — Я никогда намеренно не причинял кому-то телесных повреждений. Никто из присутствующих даже не пошевелился, ясно осознавая, что вопрос адресован Нилу и только Нилу. Он взял бутылку текилы, налил себе шот и выпил, надеясь, что Эндрю на этом закончит. Напиток был горьким, старые воспоминания грозили захлестнуть его, но он пытался сосредоточиться на человеке, которого, без сомнения, ненавидел. — Еще что-нибудь? — спросил он, потому что точно не собирался сейчас отступать. Эндрю со злобной улыбкой произнес: — Меня никогда не пытали. Нил не понимал, как это возможно при таком количестве выпитого, но ощутил холодную дрожь. Именно пытки — не драка, не несчастный случай. Эндрю каким-то образом догадался, что шрамы Нила были нанесены кем-то с намерением причинить как можно больше боли за короткий промежуток времени. Или, может, он просто угадал. В любом случае, он попал точно в цель. Нил взял бутылку текилы, в которой оставалось еще как минимум на два-три шота, и выпил до дна прямо из горла́. Как только он попытался подняться, алкоголь дал о себе знать, и он слегка пошатнулся. Ему нужно было уйти отсюда, но не раньше, чем он бросит бутылку вместе с рюмкой к ногам Эндрю и насмешливо откланяется. Эндрю даже не дрогнул, лишь смотрел на Нила, как будто получил что-то большее, чем просто ответ. Нила тут же осенило, и он побледнел. Эндрю задал свой последний вопрос по-немецки, и теперь знал, на каком еще языке говорит Нил. Ярость забурлила внутри, словно желчь. Как Эндрю догадался, какие вопросы задавать? Все это было случайностью, или Эндрю знал о Ниле больше, чем следовало? — Иди нахуй, — выплюнул Нил, разворачиваясь и выходя из комнаты. Алкоголь ударил в кровь, заставляя спотыкаться в коридоре на пути к выходу. Не успел он начать натягивать куртку, как чья-то крупная рука схватила его за плечо. Страх парализовал все тело, и он резко отпрянул, вырываясь из чужой хватки и отпрыгивая как можно дальше. Он неправильно рассчитал расстояние до стены и врезался в нее. На короткий миг Нилу показалось, что перед ним Натан, но потом он разглядел татуировки в племенном стиле и глаза, которые не были льдисто-голубыми, как его собственные. — Я не сделаю тебе больно, — примирительным тоном сказал Ваймак. — Знаю, — ответил Нил как можно резче и злее, но голос предательски дрожал. — Ключи. — Ваймак протянул руку, и Нил растерянно на нее уставился. — Что? — Ты не сядешь за руль в таком состоянии. Ключи. — Я и не собирался, — сказал Нил. И это правда, ведь он совсем забыл, что приехал на машине, и планировал устроить пробежку до дома, даже если это будет больше похоже на пьяное ковыляние. Он почувствовал, как собственная рука лезет в карман и нащупывает ключи, но не сделал ни единого движения, чтобы вытащить их. Ваймак не понимал, чего требует от Нила. — Отдай ключи, а то я насильно вытащу их из твоего кармана. Я не против, чтобы вы все напивались, но я против того, чтобы вы садились за руль, даже если считаете себя достаточно трезвыми. — Голос Ваймака вновь заставил Нила почувствовать ледяной страх. Если он снова скажет Ваймаку «нет», что будет означать это «насильно»? Сможет ли Нил быстро среагировать и убежать от него в таком состоянии? Прежде чем он успел придумать, что делать, из коридора вышел Мэтт и встал рядом с Ваймаком. — Нил, — сказал он. — Пожалуйста, отдай ключи. — Я не собирался ехать, — сказал Нил дрожащим от эмоций голосом. Он не хотел отдавать их. Они были вещью, которая доказывала, что ему что-то принадлежит. Что он существует. Ключ от его квартиры. Ключ от его магазина. Ключ от его машины. То, о чем он даже не смел мечтать. Он работал ради них. Он заработал их. Это была не ложь, купленная за деньги, а правда, которую он обрел. У него не должно было так щипать в глазах. Нил не плакал. Но он и не пил специально, чтобы напиться. Он помотал головой и вытер лицо. — Нет. Ваймак шагнул вперед. Нил сжался от страха и не мог пошевелиться; рефлекторно закрыл глаза, ожидая неизбежной боли. И ждал. Но боли не было. — Нил, — услышал он тихий голос Рене. Он открыл глаза и увидел ее стоящей сбоку от Мэтта, а самого Ваймака нигде не было видно. Напряжение слегка отпустило, и он удержался на ногах только благодаря стене, к которой прислонился. — Мы всего лишь хотим убедиться, что ты в безопасности. Можешь отдать Мэтту свои ключи? Он спрячет их у себя, и ты заберешь их утром. Ты доверяешь Мэтту? Проще всего было ответить «нет», но это означало солгать, чего ему не позволял сделать затуманенный алкоголем рассудок. — Д-да, — ответил он. Дрожащей рукой вытащил ключи. Три ключа от трех вещей, которые делали его реальным. До этой минуты он не осознавал, насколько сильно от них зависит, и как хорошо он помнит каждую выемку на каждом из них. Мэтт бережно положил свою руку поверх его, привлекая взгляд Нила. — Это все, что у меня есть, — прошептал он. — Я их сберегу, — пообещал Мэтт. Наконец сдавшись, Нил ослабил хватку, и Мэтт забрал их себе. — Я не собирался садиться за руль, — тихо произнес он. — Я тебе верю. Но ты сегодня слишком много выпил, и было бы безответственно отправлять тебя домой одного. Поэтому мы хотим отвести тебя наверх в гостевую спальню, чтобы ты отдохнул, и алкоголь выветрился. Нил покачал головой. — Я не хочу оставаться. — Я знаю, но мы с Дэн будем рядом. Мы проследим, чтобы ты пил достаточно воды и не задохнулся, хорошо? А как проснешься утром, сразу уйдешь. Нилу эта идея не очень понравилась, но он понимал, что не может даже стоять, не прислонившись к стенке. Поэтому он кивнул, не в силах больше сопротивляться. — Я не уверен, что смогу долго удерживать себя вертикально, — сказал он и заметил легкую улыбку на лице друга. Мэтт обхватил Нила за талию, пока тот вцепился в его футболку, чтобы не упасть. После этого все как-то расплылось. Секунду назад он был в прихожей, а теперь уже сидел на кровати в какой-то комнате, без куртки и разутый, а Мэтт подносил к его губам бутылку с водой и уговаривал попить. Нил жадно пил, удивляясь, почему его так мучает жажда. — Это все, что я смог найти, но ему это будет велико, — услышал он голос Кевина позади Мэтта. — Все в порядке, — тихо сказала Дэн, и Нил попытался вспомнить, давно ли она тут стоит. — Он просто поспит в этом и, надеюсь, его не стошнит. — Если это случится, пусть заберет себе. — Дэн тихонько рассмеялась, но замолчала, когда Кевин прошептал: — С ним точно все будет нормально? — Он тебя слышит, — сказал Нил, но был почти уверен, что прозвучал невнятно из-за алкоголя и воды, стекающей у него изо рта прямо на рубашку. — Пожалуйста, сначала допей, потом говори, — велел Мэтт. — Просто мимо рта попало, ничего страшного. — У тебя уже была вода во рту, — пробормотал он. — Скажите, если понадобится что-нибудь еще, — сказал Кевин. — Обязательно, — ответила Дэн, и дверь щелкнула, закрываясь. — Пойдем, надо переодеться. — Она стояла слева от Мэтта, глядя на Нила сверху вниз, словно он был маленьким ребенком, а не взрослым мужчиной. — Нет, — затряс Нил головой. — Тебе станет полегче, если ты снимешь эти джинсы. — Нет, — повторил он, мотая головой, от чего она вновь закружилась, и он закрыл глаза, пытаясь унять это ощущение. — Вы не должны этого видеть. — Мы не собираемся за тобой подглядывать, — сказал Мэтт. — Мы просто хотим, чтобы ты переоделся на ночь, а то вдруг тебя вырвет, и ты испачкаешь свои единственные чистые вещи. — Нет. Вы не должны видеть то, что он сделал. — Если бы он хоть немного соображал, он, возможно, испугался бы произносить это вслух, но алкоголь развязал ему мысли и рот. — Ты о чем, Нил? — недоуменно спросила Дэн. — Кто что сделал? Нил снова затряс головой, отчего головокружение усилилось, а живот скрутило. Единственное, что его удерживало, — это край футболки Мэтта, зажатый в собственном кулаке. Он не помнил, чтобы снова за него хватался, а может, вообще не отпускал. — Он делал мне больно. Он хотел сделать со мной то же, что и с ней. — Что… — начала Дэн. — Нет, — перебил ее Мэтт. — Это говорит не он, а алкоголь. Мы не должны позволять ему ничего рассказывать. Это не его решение. Ответа не последовало, и когда Нил наконец открыл глаза, то увидел Дэн, грустно смотрящую на него сверху. — В чем дело? — спросил он, нахмурившись. — Ни в чем, — ответила она, выдавив улыбку и вытирая глаза. — Я что-то сделал не так? — спросил он, едва узнав собственный голос, прозвучавший слишком жалобно. — Нет, милый. Нет. — На этот раз Дэн улыбнулась немного более искренне. Она вложила стопку вещей ему в руки. — Мы сейчас отвернемся, чтобы ты мог переодеться. Мы не будем смотреть. — Обещаете? — Да, обещаем, — сказал Мэтт. — Окей, — ответил он. Мэтт попытался отступить, но Нил продолжал за него хвататься. — Тебе придется отпустить меня, чтобы я смог отойти, — сказал Мэтт. Нил нахмурился, глядя на собственный кулак, вцепившийся в Мэтта. Он не мог объяснить, почему не хочет отпускать его, почему ему нужно что-то осязаемое взамен своих ключей. Видимо, он что-то пробормотал вслух, потому что Мэтт вытащил связку ключей из кармана. Он выбрал ключ от магазина, снял его с кольца, затем отцепил руку Нила от своей футболки и вложил ключ ему в ладонь. Он посмотрел на знакомый предмет, и от жгучего ощущения металла на ладони вновь защипало в глазах. Он вспомнил тот день, когда Рене взяла у него ключ, чтобы раскрасить. Первые несколько недель совместной работы он чувствовал себя неловко и неуверенно рядом с ней. Затем она спросила его мнение насчет того, какое растение люди незаслуженно обходят стороной. Формально он так и не ответил на ее вопрос, но углубился в рассуждения о сорняках, которые тоже являются растениями, но растут там, где никто не хочет их видеть. Казалось несправедливым навешивать на них ярлык с негативным оттенком только потому, что кому-то не нравится их присутствие на своем участке. Неделю спустя она взяла у него ключ и сказала, что когда он говорил о растениях, то напоминал ей подсолнухи, таким ярким и счастливым он выглядел, обсуждая эту тему. Это воспоминание немного согрело его сердце, и он слегка улыбнулся, глядя на ключ. У него был магазин, и у него работали люди, которым он был интересен. Он видел это в разрисованном ключе, в персональном фартуке и в том, как Мэтт заботился о Ниле прямо сейчас. — Ладно, — прошептал он скорее себе, чем Мэтту. Вскоре они с Дэн встали у двери, повернувшись к нему спиной. Нил встал с кровати, но комната завертелась, и его внезапно накрыла тошнота. — Меня сейчас вырвет. — Окей, мы можем повернуться? Мэтт отведет тебя в ванную, — предложила Дэн. — Можете. — Они оба обернулись, и Мэтт подскочил к нему, взяв за руку, после чего вывел из комнаты через коридор в ванную. Мэтт забрал у Нила сменную одежду как раз перед тем, как тот упал на колени перед унитазом, все еще крепко сжимая ключ в кулаке. Его желудок сжался, словно понял, где они находятся, и вскоре все содержимое оказалось в унитазе. Он не знал, сколько времени просидел там, извергая все до последней капли, и даже больше. Но рука, поглаживающая его спину, дарила такую поддержку, какой он никогда раньше не испытывал, и это немного облегчало ситуацию. Когда спазмы в желудке наконец утихли, он прислонил голову к руке, лежащей на краю унитаза, и попытался отдышаться. Он чуть не уснул, но ощутил, как кто-то осторожно трясет его за плечо. — Ты же не хочешь тут заснуть, дружище, — сказал Мэтт. — Мне нехорошо, — простонал Нил. — Это была ужасная идея. — Рад видеть, что ты почти оклемался. Давай, поднимем тебя с пола. Мэтт поставил его на ноги и сунул ему в руки ополаскиватель для рта. Когда Нил прополоскал рот, ему дали бутылку воды и сказали пить столько, сколько влезет. После этого Мэтт снова дал Нилу сменную одежду. — Как думаешь, сможешь переодеться? Нил покачал головой. Комната все еще кружилась и, казалось, увеличивалась всякий раз, когда он отвечал невербально. Он когда-нибудь привыкнет. — Ты хочешь лечь в том, что на тебе сейчас? — Нил снова покачал головой. Ладно, может, и не привыкнет. Лишь крепкая рука Мэтта удерживала его на ногах. — Я могу помочь тебе, но не могу обещать, что ничего не увижу. Хоть и постараюсь не смотреть. — Ты больше не захочешь со мной дружить, — тихо сказал Нил, избегая его взгляда. — Ничего подобного, обещаю. — Ты этого не знаешь. Ты меня не знаешь. — Я знаю достаточно. Что бы ни случилось в твоем прошлом, это не изменит того, кто ты есть сейчас. А мне нравится, какой ты сейчас. Нил тяжело вздохнул, вспомнив, как Рене говорила что-то подобное. — Если перестанет нравиться, это нормально. — Ничего не изменится. Обещаю тебе, Нил. Его немного повело. Тело казалось невероятно тяжелым, и все, чего он хотел, это лечь спать. — Ладно, — прошептал он. — Тогда помоги мне. — Хорошо, — ответил Мэтт. — Давай сначала верх. Я помогу, если застрянешь. Не выпуская ключ из руки, Нил схватил подол своей рубашки и потянул его вверх. Он долго возился и несколько раз застревал, не в силах справиться с этим. Мэтт помогал, чем мог, особенно когда Нил, пытаясь надеть чистую футболку, случайно сунул голову в пройму. Когда же он наконец надел ее как следует, она практически поглотила его целиком, оказавшись больше всех тех оверсайз-футболок, в которых он привык спать. — Кто, блядь, этот великан? Мэтт рассмеялся и покачал головой. — Это вещи Кевина. — Фу. Мэтт снова рассмеялся. — Что ж, теперь джинсы. Просто сними их, а я помогу тебе надеть спортивки. — Просишь снять штаны, а еще даже не сводил поужинать, — пробормотал Нил. Мэтт покачал головой, но продолжал улыбаться. — Я постараюсь аккуратно, но все равно не хочу, чтобы ты упал и ударился головой. Давай, снимай. — Нил застонал, но сделал, как ему было сказано. Расстегнуть и стащить их было легко, а вот вылезти из штанин оказалось той еще задачей, и Мэтту пришлось остановить его, встать на колени и помочь выпутать из них ноги. Футболка была такой длинной, что прикрывала даже трусы, поэтому, хоть и было неловко, что Мэтт стоял перед ним на коленях и засовывал его ноги в спортивки, по крайней мере, между лицом Мэтта и пахом Нила было больше слоев ткани, чем одни тонкие трусы. Одевшись, Нил почувствовал себя лучше. Мозг был все еще одурманен, но ему больше не казалось, что его стошнит от малейшего движения. Даже комната вращалась уже не так быстро, как раньше. В спальне Дэн разложила на полу надувной матрас. Нил попытался лечь туда, но Мэтт развернул его и подтолкнул к кровати, рядом с которой Дэн поставила мусорное ведро, бутылку с водой и пузырек аспирина. — Будешь спать на кровати. Ложись на бок. Ведро на случай, если опять будет рвота. Аспирин выпьешь утром, — велела Дэн. — Спасибо, — ответил он, свернувшись на кровати и даже не потрудившись забраться под одеяло. Он пиздец как устал. Глаза закрылись еще до того, как голова коснулась подушки. Он сжал кулак, и ребристый краешек ключа впился в ладонь, успокаивая его и настраивая на сон. Мэтт и Дэн что-то сказали друг другу, или, может, ему, но он не расслышал и не стал переспрашивать. Реальность уже уплывала, когда матрас рядом прогнулся, и чья-то маленькая рука откинула ему волосы с лица. Он довольно промычал, нежное прикосновение оказалось приятнее, чем можно было ожидать. Когда тонкие пальцы пробежались по прядям его волос, он больше не мог бороться со сном и проиграл.

* * *

[author_naj] Он придрк [ajosephm] что? [author_naj] Он придуррк [ajosephm] ты пьяный? [author_naj] Сам ты пьяный [ajosephm] надеюсь тебе будет стыдно когда ты прочитаешь это утром.