Попались в капкан

      Для Лили Эванс кошмар начался ещё на её третьем году обучения в Хогвартсе. Когда казалось, что размеренная жизнь плавно текла, наполненная лишь самым необходимым — учебой и друзьями, — за ней весьма неумело и до жути часто стал бегать один назойливый мальчишка.       Джеймс Поттер.       Эванс точно знала, даже была уверена, что это лишь такой способ у него порезвиться. Он часто задирал её друга Северуса просто ни за что. Не менее часто — и даже больше — устраивал розыгрыши со своими друзьями-мародёрами. Не единожды срывал уроки, хулиганил и почти всё всегда сходило ему с рук. Он даже её иногда любил задевать! Не слишком серьёзно, но всё же.       Лили была уверена, что все эти фальшивые ухаживания Поттера и попытки привлечь её внимание были ничем иным, как его личным желанием привлечь такое же внимание к себе. Ему такое всегда нравилось. Джеймс и без шума — это уже не Джеймс.       Поэтому Лили даже не воспринимала всерьёз его слова о какой-то там «любви».       Какая в их возрасте вообще «любовь»?       Для гриффиндорки это чувство было олицетворением чего-то прекрасного, нежного, чувственного. Оба партнёра обязательно должны уважать друг друга, а не искать причины задеть буквально на ровном месте, как это делал Поттер.       Этот дурак совершенно ничего не знал о том, что такое «любовь». У него было своё понятие об этом чувстве. Изощрённое, мальчишеское. У Джеймса не было ни капли серьёзности к этому слову. У него была только любовь к розыгрышам, что совсем не одно и то же с настоящим её смыслом. А у Лили данное чувство и близко не было расположено к шуткам.       Из чего вытекал вывод: Лили и Джеймс не подходят друг другу. Они слишком разные. Просто как океан и воздух. Как день и ночь. Как два человека с абсолютно других полюсов, различных во всём — и своим местонахождением, и климатом. Ведь если Лили была персонификацией тихой гавани, то Джеймс — это ураган в чистом виде. Её умиротворённости не место там, где происходят разрушения. И близко нет. Да и далеко тоже.       Имелось столько причин, почему Джеймс не подходил Лили Эванс. Но сам Поттер придерживался правила «противоположности притягиваются». Ирония, правда, была в том, что своим поведением и действиями он только больше отталкивал однокурсницу.       Его бесконечные попытки позвать её на свидание были всегда грубо отклонены. И всегда на публику. Всегда в те моменты, когда кто-то обязательно находился рядом. Джеймс именно такие «удачные» моменты и искал. Будто он и правда верил, что Лили такое по душе. На самом же деле Эванс готова была прибить Поттера в такие моменты.       Девушка все ещё помнила тот самый день, когда всё началось. Помнила, как на станции «Кингс-Кросс» в начале года она чисто случайно повстречала на своём пути занозу Поттера. Но тот уже тогда стал к ней как-то странно относиться. Не как раньше.       Не было больше регулярных подколов, что она дружит с Нюниусом, однако к самому Северусу задирки продолжались (и после этого Джеймс ещё имел наглость продолжать настаивать на своих чувствах к Лили, обращаясь так с её другом!).       Поттер не оставлял Снейпа в покое, даже когда тот был рядом с ней. Лили была огорчена, и своего взгляда она не скрывала, направляя его на надоедливого мальчишку, приправляя иглами злости.       Была целая сотня причин, чтобы не терпеть Джеймса Поттера — задиру всея Хогвартса.       Лили находила свою отдушину во всей этой суматохе и бегствах от однокурсника в одном: она знала, кому можно выговориться по любому поводу. У неё имелся такой человек, который был целиком на её стороне.       Вечерние посиделки с подругой где-нибудь на улице, в коридоре на подоконниках, в туалетах буквально спасали её от срывов. Если бы не эта поддержка — Мерлин свидетель, сколько раз Лили уже набросилась бы на гриффиндорца, чтобы поколотить его своей школьной сумкой.       Она застревала с подругой где угодно, лишь бы подальше от тех мест, куда мог наведаться случайно или намеренно Поттер. Порой он словно специально искал её персону, а Лили никак не могла понять, как ему это удаётся. Магия, не иначе.       Фэррон Беннет являлась той самой подругой, которая была просто замечательными ушами для слушания и ртом для поддержки. Она принадлежала вовсе не гриффиндорскому факультету. Напротив — Пуффендуй.       Лили познакомилась с ней год назад, когда их поставили в пару на Зельеварении. Они тогда довольно неплохо сработались, что в итоге покидали класс за беседой. Так у них и затянулось.       Фэррон и выслушает, и подбодрит, и вместе с рыжеволосой куда-нибудь пошлёт Поттера. Естественно, не серьёзно, а лишь для того, чтобы Лили была хоть немного удовлетворена. Для пуффендуйки это ничего не значило, но для Лили — ещё как.       Как-то у них всё закрутилось-завертелось, что они сдружились. Сдружились причём сильно — до титула лучших подруг. Девушки общались и по сей день. Им уже стукнуло обеим по четырнадцать, и они вот-вот должны были закончить свой четвёртый курс. Оставались какие-то месяцы и экзамены.       Солнце медленно уходило за горизонт и, пока ещё не стемнело, подруги предпочли скоротать время на улице, под их деревом. Они облюбовали его ещё зимой, найдя сначала в нём этакое укрытие, когда играли в снежки, а потом стали туда наведываться чаще. Так и вышло, что у них появилось своё место.       Фэррон расположилась полулёжа-полусидя под кронами листвы. Она всё ещё была в школьной форме и даже мантию не сняла, несмотря на тёплую погоду. В руках девушка крутила продолговатую деревянную трубочку, подаренную отцом. При определённых взмахах та могла нарисовать в воздухе фантом какого-то незначительного существа. Бабочка, там, или кролик, скачущий по ветру.       Она исподлобья поглядывала на разбушевавшуюся подругу, пока та мельтешила перед ней, ругаясь на Поттера за то, что тот такой надоедливый, словно вредные пикси.       Пуффендуйка только тихонько усмехалась с её красного лица и праведной злости. Лили в самом деле со стороны выглядела очень забавно. Немудрено, почему она привлекла такого баламута, как Поттер. Её подруга была настоящим загляденьем уже в таком юном возрасте. Пусть сама Эванс и не верила в искренность однокурсника, зато вот Фэррон действительно замечала, как сверкают глаза Джеймса. Тот загорался словно гирлянда в рождественскую ночь, лишь только услышав имя рыжеволосой или когда воочию видел её.       — Почему так сложно понять, что он мне неприятен?! Я же ему прямо об этом говорила и уже не одну сотню раз! Почему он такой глупый?!       — Может, потому что влюблён? — с кроткой смешливой улыбкой спросила Фэррон. — Брось, Лили, кажется, он по-настоящему влюбился в тебя. Я в жизни не видела парня с такой настойчивостью. Он всеми силами, похоже, пытается добиться твоего расположения.       — Нет в его чувствах ничего настоящего! — вспыхнула она подобно спичке, а её пламя обожгло краснотой щёки Лили. — Он просто шутит! И я ни за что не поверю, что он всерьёз это всё делает! — Под конец Лили выдохлась и упала рядом с подругой. Её пыл на глазах заметно погас.       — Стало легче? — по-доброму спросила Беннет, продолжая крутить в руках трубочку. Пару раз она поглядывала на её кончик, в голове пытаясь представить, что бы ей такого сотворить. Она уже перепробовала всё. В самом деле всё, желая ещё в первые дни подарка узнать, как он работает.       — Ну вот что мне делать, чтобы он отстал? — почти с безнадёжностью спросила Лили. А потом её глаза внезапно зажглись в нехорошей эмоции, словно она вспомнила ещё причину для продолжения вспыльчивости. Похоже, так оно и было. — И прекратил слать мне чуть ли не каждый день всё подряд!       — Что сегодня? — поинтересовалась Фэррон, повернув голову к Эванс.       — Прислал мне книгу, — фыркнула Лили, а брови пуффендуйки в удивлении на бурную отчего-то реакцию взметнулись ввысь.       — Ты же любишь книги. Разве нет?       — Не когда книга — это любовный роман, а на внутренней стороне корешка написано: «Главные герои — это мы с тобой»! — Лили скривила нос, морщась от воспоминания.       Фэррон расхохоталась, откидываясь на ствол дерева. Лили пихнула её, возмущённо распахнув рот.       — Это не смешно!       — Нет, Лилс, это ещё как смешно! Додумался же! — все ещё смеялась девушка, смотря на ветви дерева над головой. — Такими темпами мог к тебе с обручальным кольцом прийти, — проговорила она в качестве шутки, но едва не схлопотала от подруги, вовремя увернувшись и сопровождая всё более громким смехом.       — Не смешно, — повторила та угрюмо.       — Да ладно тебе, Лилс, — поднялась она снова, садясь по-турецки. — Может, у него это со временем пройдёт. Ну, знаешь, надоест ему вечно отказы получать и он решит забыть о тебе, — пожала плечами Беннет. Она, конечно, не особо верила в такой исход, зная настырность Поттера, но для ушей Лили это были приятные слова. Воодушевляющие.       — Было бы славно, — вяло проговорила Лили, ложась на зелёную траву и смотря на небо. — Только этого можно ждать вечность.       Фэррон задумчиво вытянула губы, смотря вперёд, на горизонт. Пальцы замерли, прекращая крутить трубку. Мысли занялись другими думами: как решить проблему Лили, чтобы раз и навсегда, а главное — эффективно. Потому что против Джеймса только радикальные методы и помогут.       Размышляла, что бы можно было такого сотворить, дабы Поттер наверняка отвязался от Эванс. Потерял интерес — это, конечно, что-то за гранью фантастики на данный момент, но начать с чего-то надо было.       — Вот бы он сам понял всё, — сказала неожиданно Лили, вырывая подругу из мыслей. Та насупилась, в негодовании переведя взор.       — То есть?       — Ну, чтобы он понял меня. Возможно, тоже начал беситься, раздражаться, когда ему надоедают с одним и тем же на постоянной основе, — перечисляла Лили. — Знаешь, чтобы просто побывал на моём месте, — с печальным вздохом закончила Эванс, не заметив, как глаза Фэррон загорелись.       Вот оно! То, что и было нужно!       — Лили, ты ведь права! — с широкой улыбкой проговорила девушка, заставляя подругу вздрогнуть. Эванс посмотрела сразу же с недоумением. — Можно и правда поставить его на твоё место!       — Каким образом? — нахмурилась гриффиндорка, привстав на локтях. Но в зелёных глазах заиграла искра любопытства.       Фэррон немного поёрзала на месте, словно осенившая её задумка перетекла в конечности, не давая им с этой самой секунды покоя. Её голубые глаза горели настоящим воодушевлением, которое она была не в силах погасить. Да и зачем? Наоборот здорово, что теперь у неё есть то, что будет её двигать до самого конца.       — Предположим, что у него тоже появится такой поклонник, который будет ему не по душе. Ну или просто бесить, как ты того хочешь. Можно будет делать всё то же самое, что он делает тебе. Возможно, так он действительно встанет на твоё место и оставит в покое.       На осознание всей реплики подруги у Лили ушла ровно минута, а после она посмотрела на неё уже вспыхнувшими глазами, распахнув оные. Её губы сложились сначала в букве «о», а потом расплылась в улыбке.       — Думаешь, это сработает?.. — спросила Эванс, не желая звучать так радостно и неуверенно одновременно, но что вышло.       Поттер — это ведь Поттер. Его, кажется, не выведет из себя ничего и никто, кроме Снейпа. Но жертвовать другом ради достижения своих целей она точно не станет. Лили не такая.       — Уверена! — Беннет подскочила на ноги. — Лили, да это же гениально!       Эванс поднялась следом за ней.       — Как мы это сделаем? Кого возьмём в добровольцы? Ведь мало девушек в Хогвартсе будут готовы напрямую лезть к нему на постоянной основе. Такие, конечно, находятся, — фыркнула она уже с неудовольствием, — но вряд ли согласятся на нашу идею. Так кто? — хмыкнула она скептично.       — Я, — торжественно ответила Беннет, растягивая губы в широкой белозубой улыбке. А брови Лили поползли вверх от удивления.       — Ты хочешь побыть добровольцем? — скепсис смешался в девичьем голове с недоверчивостью. Потом Лили не сдержала смешка, а тот почти перерос в хихиканье.       — Теперь тебе смешно? — прищурилась Фэррон. — С чего бы?       — Не знаю… как-то у меня в голове это не укладывается. Чтобы ты ухаживала за Джеймсом… Мерлин! — она не выдержала звучания этого абсурда и во весь голос расхохоталась. Теперь ей было не так угрюмо, как минутами ранее.       Пришёл черед пуффендуйки пихать Лили, чтобы та угомонилась.       — Да ладно тебе! По мне, так звучит вполне неплохо. Я в том плане, что задумка провести Поттера неплоха, — поправила она саму себя, замечая многозначительный взгляд Эванс. — Сама посуди, будут ли у Джеймса время и возможности одаривать тебя приглашениями на те же свидания, если самого постоянно будут звать на них? Просто… скажем, не посещая их лично.       — И как ты собралась провернуть это? Устроить свидание вслепую, вглухую, внемую? Чтобы он уж точно ничего не понял.       — Хватит тебе смеяться! — притворно возмутилась Фэррон, но сама не сдержала улыбки, глядя на хохочущую Лили. — Придумаю что-нибудь. Начать можно с чего-то безобидного же. Так сказать, ввести его в дело постепенно. Плавно отвлечь его мысли от тебя, чтобы он ничего не заподозрил.       А вот тут Лили уже и сама призадумалась, увидя в этом зерно логики.       Если Фэррон и правда готова потратить своё время на такое… Если на это уйдут месяцы…       — Что, ты прямо готова заняться этим, даже если придётся пожертвовать годами? — вслух выразила свои мысли рыжеволосая. — Вдруг взаправду затянется на несколько лет? — она скривилась. Ей самой не нравилась идея того, чтобы Поттер бегал за ней ещё парочку годков, но она пока не видела иных выходов, как отвязаться от доставучего однокурсника.       — Затянется и затянется. Неплохое времяпрепровождение в моменты скуки. Я же не собираюсь уделять ему всю свою жизнь. Так, периоды, — пожала Фэррон плечами, сведя брови к переносице в выражении «я-не-вижу-весомых-аргументов-для-отказа». — Я люблю веселье, когда оно не причиняет никому вреда. Сделаю всё максимально аккуратно и скрытно. Так, чтобы он ничего не понял.       — То есть анонимно? — уточнила Лили, постепенно ловя её полноценную задумку.       — Угу, — кивнула головой пуффендуйка. — Он не сможет быстро от меня отвязаться, если не будет знать, кто его тайный поклонник. Будем всё делать осторожно, чтобы нигде не проколоться. И в этом уже будешь помогать мне ты. А то, зная меня, я могу ему в какой-то момент по глупости прямо обо всём сказать.       — Ты можешь, — слегка улыбнулась Лили, соглашаясь с такой чертой подруги, как болтливость там, где не нужно. — Но идея теперь и мне кажется заманчивой. Вдруг и правда сработает, — пожала она плечами.       — Я почему-то верю, что да.       — Даже если и так, то я готова помогать тебе хоть с чем угодно и сколько угодно, — решительно заявила Лили.       — Отлично. Потому что времени и правда скорее всего понадобится немало. В таком деле лучше не торопиться.       Лили согласно кивнула, а потом вдруг усмехнулась, что, естественно, заметила и Беннет.       — Что ещё такое?       Гриффиндорка усмехнулась громче, мотая головой.       — Да вот уже представляю, как ты тайно будешь с ним флиртовать, дарить что-то. Просто вести себя как маньяк.       — Эй! Во-первых, я не маньяк! — возразила Фэррон, но Эванс только посмеялась. — Во-вторых, я же не буду ничем злоупотреблять или как-то обижать его. Прости, конечно, но я слишком добрая натура. Просто и безобидно.       — Ну хорошо, — согласилась Эванс. — Я это переживу, — пошутила она с усмешкой, которую скопировала и Беннет.       — Предлагают назвать эту операцию «Всё наоборот», — заявила Фэррон с преувеличенно важным видом, вынуждая подругу прыснуть вновь. — Ну что такое? Уверяю тебя, это будет легендарно! Сами Мародёры, когда узнают, будут ещё восхищаться нами. — Фэррон задумалась. — Хм, а ведь это крутой стимул — получить похвалу от популярных парней в школе. Чёрт, Лили, мы реально станем легендами!       Лили покачала головой с улыбкой, снова зайдясь в громком смехе. Её не волновала возможная популярность и признание тех, от кого она наоборот хотела отстраниться. Но то, как на это смотрела Фэррон, забавляло получше, чем даже самая удачная — она никому и никогда не признается в этом — шутка тех самых Мародёров.       Фэррон была таким искренним и открытым человеком, что сама Эванс тянулась к ней просто всем, чем только можно. Беннет была отзывчивой, доброй и веселой. А ещё периодами она бывала гиперактивной.       Кто-то может рассуждать, что ей бы подошёл больше Гриффиндор за столь безрассудный нрав, но нет. Фэррон была очень трудолюбива и добра ко всем, а потому ей изначально была выстлана прямая дорога к барсукам. Ведь там она нашла себе ещё друзей и вторую семью. Тех людей, которые к ней тепло относятся, потому что они все за одного.       А различные идеи, задумки и просто какие-то мысли пуффендуйки всегда были интересны Лили. Девушки хоть и отличались, но тут их «притянуло» друг к другу.       Чего нельзя сказать про Джеймса и Лили.       Эванс порой слушала подругу с предыханием, активно принимая участие в обсуждении той или иной темы. Причём обе делали это с толикой восторга, по-настоящему втягиваясь в разговоры. Лили действительно находила в этом истинное удовольствие.       Поэтому-то она и поняла, что Фэррон Беннет может стаь её лучшей подругой.       Сама Беннет внезапно взмахнула своей трубкой, и в воздухе прорисовался образ ястреба — величественного и очень красивого. Лили не сдержала восхищённого вздоха.       — Пусть это будет символ нашего дела. Кто знает, может, взмах его крыльев послужит нам удачей, — проговорила Фэррон, пряча трубку в карман мантии.       Лили кивнула.       — Так, а теперь нам надо придумывать, что, когда и как делать, — хлопнула решительно в ладони пуффендуйка, направляясь обратно к замку. Лили пристроилась рядом. — Он может понять быстро, что это я, если начнёт методом логического выбора искать. Я ведь твоя подруга, а всё то, что я собираюсь ему присылать, явно даст ему понять со временем, что это несерьёзно.       — Ещё мы собираемся брать в учёт все его фишки по отношению ко мне, чтобы перекрутить их в обратную сторону, — добавила Лили.       — В том числе. Надо будет постараться тянуть время, не терять его интерес и не попадаться под подозрения. Иначе всё слетит, а потом проблемы у нас будут у двоих.       — Я уже вижу это, — фыркнула рыжеволосая. — Назойливая фанатка и её подружка-гений.       — Злой гений, — поправила её Фэррон. — Что есть, — усмехнулась она. — Как бы нас после такого на смех не подняли во всей школе за такие фокусы романтические. Купидоны, наверное, от наших планов своими стрелами застрелились бы.       Лили не сдержала смешка.       — Но Поттер всё равно может вернуться к тому, с чего всё началось, — хмуро подметила Лили, понурив слегка голову.       Фэррон, посмотрев на неё, кивнула самой себе, но согласилась с высказыванием.       — Не исключено. Однако, может, он всё же хоть немного извлечёт для себя. Поймет, что надо делать небольшие перерывы. Желательно, конечно, оставить тебя в покое, но это уже за гранью реальности на данный момент.       — Очень вдохновляюще звучит, — буркнула Лили.       — Но мы будем стремиться к этому. Ради этого же всё и затевается, — добавила поспешно Беннет, чтобы не так сильно огорчать подругу напоминанием, насколько ситуация отчаянная перед настырностью одного парня. — Мы с тобой постараемся всё сделать чисто и аккуратно.       — А если это в самом деле затянется на слишком долго? Ты серьёзна была, когда сказала, что готова потратить на это… года? — спросила вдруг Лили с недоверием.       Обе девушки уже зашли в сам замок и шли теперь по коридорам, пока не натыкаясь ни на одного студента. Это и весьма кстати — меньше шанс, что кто-нибудь ненароком подслушает их великие планы.       — Наверное, да. Я пока не вижу проблем с этим. Со временем всё равно будем придумывать что-то новенькое, а там, глядишь, и технику невидимок отточим до совершенства. Да и я ведь пообещала тебя, что помогу.       — Эта да. Но вдруг придётся и правда ждать слишком долго? — вопрошала гриффиндорка, складывая руки на груди в некой задумчивости. Она прикидывала уже варианты, к чему всё это может по итогу привести. Ей было интересно взглянуть на различные исходы. Да и лучше заранее продумать всё, чтобы избежать раскрытия их тайных личностей.       Джеймс хоть и дурак, но всё же умный. Кто знает, сколько ему может потребоваться, чтобы вывести их на чистую воду.       — Ничего страшного, — простодушно отозвалась Фэррон, пожимая одним плечом. — В конце концов, я ведь ему будут только отправлять всё тайно. Его реакция и всё остальное — это второстепенно. Это не должно как-то мешать моей личной жизни или быть препятствием. Нужно просто держать ситуацию под контролем.       — Тогда предлагаю завтра где-нибудь встретиться в уединённом месте и начать думать, что делать, — предложила Лили, озираясь по сторонам, как только они попали в людный коридор. А ещё тут висели картины, которые были ещё теми сплетниками. Лили их не винила, ведь что ещё делать, когда ваша жизнь заключена в полотне?       Эванс стала думать над местом встреч, отвлекаясь от мыслей о том, как их ловят в самом начале пути. Будет, конечно, обидно. Всё-таки, уже столько грандиозных задумок образовалось в головах двух мстительных ведьмочек.       — Какой-нибудь заброшенный кабинет найдём. Делов-то, — отмахнулась от этого Фэррон, не видя вообще никаких проблем. Найти уединённое место в Хогвартсе — это почти то же самое, что отыскать белую кошку среди дня — проще некуда.       Лили вернулась после этих слов к мыслям о том, что же из этого всего получится? Ведь начиная с этого дня они начнут путь к тому, чтобы избавиться от Поттера в своём окружении и зажить спокойно.       Даже если сам Джеймс и не подозревал, какие планы у девушек на него.       Но оттого это обещало стать ещё веселее.