Не забывай, ты ещё не победил!

— Воксии, — сладко проворковал Валентино. — Тебе нравится моя новая звезда? — с гордостью указал Валентино на своего очаровательного маленького пленника, который, раскрасневшись, тяжело дышал, прижавшись к сцене. Вельветт, наблюдавшая со стороны, нахмурилась, увидев выражение лица Вокса, когда он разглядывал их пленника. Он, судя по всему, был готов убивать. Аластор лежал, прижавшись к паутине, его щеки были красными, а оленьи уши прижались к голове. Аластор напевал себе под нос, пока один из помощников Валентино расстегивал ему рубашку. — Черт, босс, он ранен… Ассистент замер, увидев ужасную ангельскую рану на груди Аластора, в то время как кулаки Вокса дрожали по бокам. — Ну и что? Это сексуально, это нормально… АХ! — ахнул Валентино, когда Вокс схватил его за воротник. — Mi amor, у меня съёмки, у нас нет на это времени!~ — Валентино, на пару слов. Голос Вокса был особенно искажён помехами, из-за чего становился низким, с хрипотцой — тем самым, который Валентино так обожал… когда он не был направлен на него. Потому что это означало: Вокс в бешенстве. И что такого вообще сделал Валентино, чтобы так его разозлить? Мотылёк надулся, когда Вокс пооволок его в одну из ближайших гримерных и захлопнул дверь. Вельветт подняла одну бровь. — Ой-ой-ой-ОЙ-ОЙ-АААА-ЧЕРТ- ААА- БЛЯ - О- ЛАДНО Актеры избегали зрительного контакта и неловко стояли, пока их босс кричал из расположенной неподалеку гримерной, а Вельветт хлопнула себя по лбу.  — АААА! СТОП! НЕТ- А-ХА-АААААА! ВОКСИ, ПОЖАЛУЙСТА! Энджел Даст так и не смог найти в себе ни капли сочувствия к своему боссу. Вельветт уставилась на дверь, в которую они вдвоем скрылись, затем откашлялась и, извинившись, быстро ушла. Энджел осторожно опустился на колени рядом с Аластором, застегивая ему рубашку. — AY DIOS MIO! НЕ ЭТО! АХИХА-АААХ БЛЯ! ОКЕЙ! ОКЕЙ! НЕЕЕЕЕТ! Громкие протесты Валентино продолжались. — Э-эй. Ты... ты будешь в порядке. Это пройдет примерно через час-два, — сказал Энджелдаст, и Аластор моргнул, а затем разразился смехом. — Паук. — твёрдо сказал Аластор, трижды погладив Энджела Даста по голове. — Буп, — Аластор прижал палец к носу Энджела. — Еба-а тебя развезло Порнозвезда почесал затылок. — Ладно, может быть, три или четыре часа. Он огляделся. Теперь он мог отвезти Аластора обратно в отель. Вокс явно был занят с Валентино, а Вельветт уже ушла. Никто из актеров и глазом не моргнул бы, если бы он сказал, что собирается повеселиться со своим новым партнером по съемочной площадке. — Мы с улыбашкой будем репетировать! Энджел соблазнительно подмигнул своим коллегам, поднимая Аластора на ноги. Аластор пошатнулся, пытаясь удержаться на ногах, и был вынужден опереться на Энджела. По крайней мере, это не смутило Радио-демона, который заметил интересные узоры в розовых прядях волос Энджела.  — ААА! СТОП! НЕТ- А-ХА-ААААА! ЧЁРТ ВОЗЬМИ! ТОЛЬКО НЕ ТАК! ВИШНЯ! ВИШНЯ, ЧЁРТОВА ВИШНЯ! ВОКС, ЭТО СТОП-СЛОВО- АААААА - ДА, ЭТО ТАК! МЫ ИЗМЕНИЛИ ЕГО НА ПРОШЛОЙ НЕДЕЛЕ - ДА, МЫ ИЗМЕНИЛИ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ! Энджел тихо выругался. — Время на исходе, извини Он извинился перед Аластором, затем поднял худощавого демона на плечо и как можно быстрее, стараясь не выглядеть подозрительно, направился к двери. Пот выступил у него на лбу, когда он протиснулся в дверь и выбежал на улицу. — Черт возьми… Я сделал это! — недоверчиво рассмеялся Энджел Даст, поправляя Аластора на своем плече, который захихикал и ткнул пальцем в одно из сердечек на спине Энджела. Энджел повернулся, чтобы начать долгий путь обратно в отель, но перед ним ударила молния. — Куда, чёрт возьми, ты собрался с моей собственностью? — прорычал Вокс, экран заглючил, а от его плеч вырвался электрический разряд. — Бля, я... я не...  Провода обвились вокруг Аластора, оттащили его от Энджела и заставили встать на колени прямо перед Воксом.  — Ха! — промычал Аластор, глядя на Вокса слишком яркими глазами. На лице Аластора появилось мягкое выражение, когда он уставился на своего заклятого врага, который нахмурился, глядя на него сверху вниз.  — Я не… не… не убивайте меня… я просто пытался его защитить, понятно? Он обкурился в хлам! Многие грешники воспользуются этим, так что… просто позвольте мне отвести его в безопасное место? Голос Энджела дрогнул.  — Убирайся отсюда нахуй, пока я не передумал оставлять тебя в живых! — рявкнул Вокс, его голос исказился помехами. Энджел с сожалением посмотрел на Аластора, поправил пальто и ушел, несколько раз оглядываясь через плечо. Вокс подождал, пока Энджел Даст не скрылся из виду, прежде чем поднять Аластора на ноги. Аластор покачивался, хихикая не понятно с чего, и Вокс резко остановился. — ...ебать. Вокс дернул за шнур, притягивая Аластора ближе. Олень на поводке . Он дернул еще раз, жестом предлагая Аластору следовать за ним, но Аластор лишь постучал пальцем по экрану телевизора Вокса. — Ты не против? — Тук-тук. Улыбка Аластора стала шире. — …Кто там? Аластор наклонился вперед, его губы встретились с губами Вокса в целомудренном, нежном поцелуе. Вокс тут же замерцал, белые шум заскрипел из его динамика, а черно-белые пиксели замерцали по всему экрану. Аластор тихо застонал, прижимаясь к нему, его кожа блестела от пота, поскольку гормоны Вала, похожие на наркотики, сделали свое дело.  Это возбуждало шлюх Вала, делало их глупыми, легко сбивающимися с толку и покорными. Вокс никогда не предполагал, что он использует это на Аласторе. Это было не правильно . Вокс отстранился и глубоко вздохнул, его лицо мгновенно вернулось на место, когда Аластор покачнулся, потеряв равновесие, его обычное выражение лица стало затуманенным, а щеки покрылись румянцем. — Черт возьми! Вокс схватил Аластора и снова, словно невесту, нес радиодемона в своей башне по этажам. Он отнес Аластора в свою комнату, которую они делили с Валентино. Он отпустил Аластора и положил его на кровать, после чего сделал несколько шагов назад, словно Аластор был бомбой, готовой взорваться. — Мя-я-ягкое. Аластор сжал в кулаке одно из одеял. Вокс тяжело взохнул, наблюдая за происходящим. Это было совершенно неправильно. Аластор, человек который так безжалостно отверг его, отказавшись быть партнёром, повернулся и поцеловал его. Весь румяный, явно разгорячённый и взволнованный, он лежал и тяжело дышал на чужой кровати. В самых тёмных уголках сознания Вокса шептал голос: возьми его. Возьми его, прямо здесь и сейчас. В жизни нужно было брать всё что он хотел. Всё, что ему нужно было сделать, это взять то, чего он хочет. Вокс стиснул зубы и сел за свой стол, подальше от Аластора, проклиная себя при этом. Были границы, которые даже он не стал бы переступать. — Кажется, я понял, — промычал Аластор, проводя кончиками пальцев по губам. — Понял что? — Почему люди целуются? — спросил Аластор.  Вокс моргнул, ошеломленный. — Что? — Я никогда раньше никого не целовал, — признался Аластор, облизнув губы. — Никогда не хотел до этого момента. Аластор застонал, слегка задыхаясь, на его лбу начали выступать капельки пота. — Это приятно. — Это, наверное, потому что Вал тебе в лицо выдул эту дрянь. Она выветрится. Вокс был в смятении. Он был первым поцелуем Аластора? Не может быть. Он знал, что Аластор в целом очень замкнут, и да, он никогда не видел, чтобы у Аластора был партнёр, но... наверняка у радиодемона хотя бы была какая-нибудь возлюбленная при жизни. Наверняка? Видимо, нет. На этот раз Вокс был просто ошеломлен. — Жарко, — простонал Аластор и начал тянуть себя за рубашку.  — Прекращай, — сказал Вокс. И без того было плохо, что похотливый Аластор извивался на его кровати, задыхаясь и пытаясь его поцеловать. Он даже не знал, сможет ли его собственная психика выдержать сейчас Аластора без рубашки. Вокс покраснел, мысленно ругая себя. Он не хотел Аластора. Аластор был врагом! Он просто хотел причинить ему боль и заставить его страдать! Вот и всё! — Но мне жарко! — фыркнул Аластор, снимая рубашку и швыряя её на пол, а Вокс тихо выругался. Он так и не овладел искусством обманывать самого себя, не правда ли? Он очень хотел Аластора . — Надень её обратно.  — Нет. Аластор плюхнулся обратно на кровать, тихонько хихикая.  — Сейчас же. — А то что-о-о? Собираешься снова меня отшлёпать? Аластор злорадно ухмыльнулся, лежа на простынях Вокса, и насторожил уши. — Обещаю, если ты это сделаешь, я буду плохим!~ Вокс фыркнул и молча признал, что, скорее всего, Ал останется без рубашки до конца вечера. Он закинул ноги на стол, откинулся назад и попытался смотреть на что угодно, только не на полуголого Аластора. Это было проблематично. Несмотря на все его усилия, его взгляд был прикован к демону-оленю.  — Знаешь, я тебя недооценил, — промычал Аластор, постукивая когтями по подушке Вокса.  — Эм? — ошеломлённо воскликнул Вокс. — Я думал, ты уже стал сильнее. Аластор перевернулся на живот, замахал ногами в воздухе и уставился на Вокса испепеляющим взглядом. — Да пошёл ты нахуй, — фыркнул Вокс.  — На это ушло семьдесят лет, — сказал Аластор. — Но ты наконец-то приближаешься к цели. — Я уже её достиг. Я тебя победил, не так ли? — прошипел Вокс. Аластор разразился смехом, почти таким же ужасным, как когда Вокс предложил ему стать его напарником. Красный демон завыл от смеха, уголки его глаз наполнились слезами, когда он ударил кулаком по кровати Вокса.  — Ты думаешь, ты меня победил? Аластор вытер глаза и злорадно рассмеялся. — Я позволил тебе победить, идиот. Я добровольно стал твоим пленником. Вокс стиснул зубы. — Да, чтобы спасти свою жалкую жизнь! — Детка, ты никогда не представлял для меня опасности и никогда не будешь представлять, — подмигнул Аластор, а Вокс низко зарычал. — Думаешь, я слишком слаб? Вокс поднялся, кулаки дрожали по бокам, ярость отразилась в каждом пикселе его экрана. — Я победил тебя! Я захватил тебя! Ты мой пленник! Ты мой чертов раб! Я могу убить тебя прямо сейчас, если захочу! Аластор лишь злорадно захихикал, его лицо покраснело, и он задрожал от смеха. Вокс яростно зарычал и направился к нему.  — Ты мог бы, но не будешь. — Аластор поднял на него взгляд.  — А почему бы и нет? — прорычал Вокс, схватив Аластора за подбородок. — Потому что я тебе слишком нравлюсь, — сказал Аластор так, будто это было самым очевидным в мире, и Вокс замер, почувствовав, будто его только что ударили под дых.  — Н-нравишься ты?! Я тебя, блять, ненавижу! Вокс покраснел, и ему это ужасно не нравилось. Он осторожно отпустил подбородок Аластора, избегая самодовольного выражения лица демона-оленя. — Обычно мне не нравятся твои прикосновения, — тихо признался Аластор, в его голосе слышалось неестественное вожделение. — Но на этот раз… Сделай это снова. — Что? Это? — Вокс схватился за подбородок, и Аластор замурлыкал. Вокс вздрогнул, отпустил его и сделал несколько шагов назад. — Сука. — Разве это не то, чего ты всегда хотел? — поддразнил Аластор, медленно проводя пальцем по своей груди. — Ты жаждал меня с того самого дня, как мы встретились. — Пошёл ты нахуй. Вокс сделал ещё один шаг назад. Это говорил уже не Аластор. Это говорил наркотик в нём. Потребность. Неутолимое желание, которое он вживлял в каждую свою жертву. Он видел, как шлюхи Вала умоляли, просили и убивали, чтобы их трахнули, находясь под таким кайфом.  — Просто… заткнись. Вокс провел ладонями по лицу. — Заткнись. — Почему бы тебе не заткнуть меня?~ Аластор облизнул губы, а Вокс отвернулся, его лицо залило румянцем. — Нет, — твердо ответил Вокс. — Жаль, — промычал Аластор. — Мне нравится, когда ты ставишь меня на место. Глаза Вокса расширились от недоверия. Это всего лишь наркотики, мысленно сказал он себе, игнорируя невероятную эрекцию. Это было какое-то жестокое наказание с небес; так и должно быть. Аластор так издевается над ним. Неужели было бы неправильно поддаться и трахнуть его прямо сейчас? Очевидно, радиодемон этого хотел, даже если это было вызвано наркотическим опьянением. Вокс глубоко вздохнул, собираясь с духом. Если сегодня был первый поцелуй Аластора, то логично предположить, что Аластор был девственником. Вокс закрыл лицо ладонями и завыл. Он действительно заслужил награду за всё это. Его единственное доброе дело за год: не воспользоваться Аластором. Он будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь, не так ли? — Ну же, ты никогда раньше не стеснялся, почему бы тебе не подойти сюда и не поставить меня на место! — Довольно! — Вокс прерывисто вздохнул. — Ты будешь со мной играть или нет? Аластор надулся, лежа на кровати, а Вокс тихо зарычал, прежде чем отвернуться и вернуться к своему столу.  — Слаба-а-ак, — прошипел Аластор, а Вокс закрыл глаза, игнорируя его.  — ...Ты постоянно меня трогаешь, и мне это ужасно не нравится. Почему ты не хочешь прикоснуться ко мне сейчас, когда я этого хочу? Вокс не дал ответа, так как дверь распахнулась, и ворвался Валентино. — Me castigó por un estúpido ciervo. — пробормотал Валентино себе под нос, прежде чем с одинаковой злостью посмотрел на Вокса и Аластора. — Угх. Зачем он здесь?! — сердито жестом указал Валентино на Аластора. Аластор лишь помахал рукой. — Потому что ты его накачал, и теперь мне придётся за ним присматривать, — сказал Вокс, таким тоном словно объяснял это маленькому ребёнку. — Присматривай за ним где угодно, только не здесь! — Я буду держать его там, где мне угодно, — сказал Вокс, и Валентино, прищурив глаза, отвернулся. — Я с тобой не разговариваю! — фыркнул Валентино, скрестив сразу все руки. Вокс закатил глаза. — Тогда не разговаривай со мной из другой комнаты. Он привык к истерикам Валентино и вполне ожидал очередной после того, как избил его до полусмерти бутафорским стэком в гримерке.   — ¡Estupido imbécil! ¿Por qué eres tan cruel conmigo si no me lo merezco? — разглагольствовал Валентино, вскидывая руки вверх. — Что он сказал? — Аластор с любопытством поднял голову. — Понятия не имею, — пожал плечами Вокс.  — Пошёл ты нахуй! Валентино вскинул руки вверх и, хлопнув дверью, ушёл. Вокс взглянул на дверь, затем на Аластора.  — Черт. Сиди тут! — приказал он, прежде чем броситься вслед за своим парнем. — Вал! — Уходи! Валентино, находившийся на полпути по коридору, прищурился и отвернулся. — Вал. Детка, ну же. Ты же знаешь, я ненавижу, когда мы ссоримся. Вокс догнал его и нежно погладил Валентино по щеке.  — ХМФХ. — Валентино снова отвернулся.  — Тино. Вокс схватил Вала за бедра и прижал задницу мотылька к своему стоячему члену. — Мы же говорили о том, что ты можешь и чего не можешь делать с нашим пленником. Это не моя вина, что ты нарушил правила. Валентино прижался к нему, медленно потираясь о Вокса, отчего телевизионный демон тихо застонал. — Не стоило быть таким злым, — надулся Вал.  — Я… я знаю, я немного увлекся… Вокс лизнул шею Валентино, и демон-мотылек чуть не растаял от его прикосновения. — Позволь мне загладить свою вину. — Немного? Ты засунул ручку мне в… — Шш. Вокс развернул его и жадно поцеловал, изливая всю свою похоть и разочарование, вызванные Аластором, на Валентино. Вал застонал, прижимаясь к нему, языки сплетались в танце, каждый из них боролся за первенство. — Можно мне присоединиться? Вокс вскрикнул, когда Аластор обнял его и Валентино за плечи, выскользнув из тени, словно демон, которым он по факту и был. — Ну, не вижу причин, почему бы и нет, — коварно усмехнулся Вал, в то время как от Вокса исходили электрические разряды, отскакивающие волнами, а экран покрывало статическое электричество. — Нет! — крикнул Вокс. — Возвращайся в комнату! Его лицо мгновенно вернулось в нормальное состояние. Затуманенные, полные похоти глаза Аластора метались между Воксом и Валентино, после чего он широко улыбнулся. — Ну ладно. Развлекусь сам. Аластор растворился в своей тени на полу и, мелькнув, исчез в коридоре. — Возвращайся сюда! Вокс щелкнул пальцами, материализуя цепь, связавшую Ала после сделки. На запястьях Аластора появились светящиеся серебряные наручники, которые затем резко дернули его назад, вытащив Аластора из тени и заставив его оказаться в объятиях Вокса. Вокс крепко схватил Аластора за плечи, слегка отступив назад, когда тот попытался прижаться к нему.  — Почему мы не можем переспать с ним? — проныл Вал. — Он сам напрашивается, Папочка.   — Потому что он Радио-демон, и это что-то да значит. Есть границы, которые мы не можем переступать с другими Оверлордами, и это одна из них. — Конечно можем! — засмеялся Вал. — Он наш. Мы можем делать с ним все, что захотим, помнишь? — Я сказал нет! — Уф, да ладно! — Валентино вскинул руки. — Ты и твой дурацкий план. Ты и твой дурацкий олень! Это уже надоело, Вокс! — Он слишком жалок для этого. Аластор с ухмылкой повернул голову, глядя на Валентино. — Но ты же не жалкий, правда? Нет, ты дашь мне то, что я прошу, и даже больше, не так ли? — Завались. Провода Вокса обмотались вокруг лица Аластора, затыкая ему рот.  — Нахуй всё это! Наслаждайся игрушкой, которую ты не трогаешь! Валентино посеменил прочь, выкрикивая что-то на испанском.  Вокс раздраженно вздохнул, а затем в ответ на мерзкую ухмылку Аластора нахмурился.  — Я к тебе, блядь, даже не прикоснусь, так что тебя ждёт долгая ночь, ублюдок. *** Когда Аластор очнулся, у него болело всё тело. Зрение было затуманено, голова кружилась, а живот крутило. Он упал с кровати и понял, что это не его кровать, а кровать Вокса.  Ёбаный в рот... Что… что случилось прошлой ночью? Он застонал и бросился в ближайшую ванную, чтобы вырвать, при этом розовая слюна стекала с его подбородка. Черт бы его побрал, этот Мотылек! Он… он его накачал наркотиками, не так ли?! Аластор тяжело дышал и приводил себя в порядок, сердце бешено колотилось в груди. Силы большинства Оверлордов на него не действовали. Гипноз Вокса, к примеру, тоже не причинял ему вреда. Он не ожидал, что дар Валентино сработает. Аластор провел пальцами по лицу, глубоко вздохнув. Его воспоминания были смутными. Он помнил, как Энджел Даст пытался вытащить его, помнил, как целовал Вокса? О боже, нет. Аластор в ужасе закрыл лицо руками, чувствуя, что его снова тошнит.  Он поцеловал Вокса. Он поцеловал Вокса. Зачем Валентино вообще надо было его накачивать? Наркотик сделал его таким... другим. Таким нуждающимся. Что ещё он сделал? Он смутно помнил, как Вокс нёс его в свою комнату. Он помнил, как лежал на простынях Вокса. Аластор сжал кулаки в ярости, всё его тело дрожало. О, он убьёт этот ёбаный ящик с картинками. Он разорвёт его на части, провод за проводом, медленно. Он ворвался обратно в комнату Вокса в поисках доказательств того, что ещё произошло прошлой ночью, любой подсказки, чтобы заполнить пробелы. К чёрту его план. К чёрту сделку. Он собирался разорвать Вокса на части настолько основательно, что тот никогда не соберётся обратно. Из угла комнаты послышался тихий храп, и Аластор замер на месте, его ярость мгновенно улетучилась.  Вокс спал. На диване. Аластор смотрел на своего старого приятеля, тихонько похрапывающего, свернувшегося калачиком на маленьком черном диване. Во сне он выглядел обезоруживающе невинным: маленькая белая буква «Z» летала на черном экране его лица, перескакивая из угла в угол. Аластор сел на кровать, обхватив голову руками, и сделал глубокий вдох. Если бы они с Воксом... тогда Вокс не спал бы на диване. Он был бы в постели с Аластором, ожидая момента, чтобы позлорадствовать. Аластор ломал голову, пытаясь вспомнить хоть что-то. Спустя двадцать минут ему удалось собрать воедино большую часть событий ночи, к своему ужасу. Он помнил, как нагло приставал к Воксу. Он был таким наглым. Даже развратным. Аластор закрыл лицо руками, благодарный за то, что Вокс еще спит и что ни один из его слуг или помошников еще не вошел в комнату этим утром.  Он не мог поверить, что говорил такое. Он не мог поверить, что хотел такого. Эта неестественная дымка оставляла в нем чувство пустоты, оскорбленности и грязи. Аластор обнял себя руками. — Ну-ну. Похоже, принц недотрога проснулся. Ты выглядишь ужасно. Голос Вокса, только что проснувшегося, дрожал словно настраивая динамики и это прервало внутренний монолог Аластора. Аластор фальшиво усмехнулся, посмотрел через комнату на своего заклятого врага. Под его пиксельными глазами были такие же пиксельные мешки.  — Что, нечего сказать? А прошлой ночью у тебя язык отлично работал, — проворчал Вокс, поднимаясь и потягиваясь, проклиная тот факт, что выбрал маленький диванчик который не раскладывается, а не что-то побольше. Аластор ничего не ответил, лишь молча смотрел на Вокса. — …У меня что-то на лице? — нахмурился Вокс, подняв одну бровь, глядя на Аластора. — Или ты потерял голос, когда в сотый раз кричал, что я — вялая шлюха без яиц, чтобы трахнуть тебя? — бесстрастно спросил Вокс. Аластор отвернулся, прижав уши к голове и сжав кулаки. Вокс не упустил из виду легкую дрожь в плечах своего соперника. — Вал больше так не сделает. Вокс неловко откашлялся. — Этого не должно было случиться, и этого больше не повторится. Аластор по-прежнему молчал, опустив глаза, с дрожащей улыбкой. Вокс нахмурился, непривычный к такому молчанию со стороны своего пленника.  — ...Так почему же ты спас меня? Девяносто лет назад. Когда мы встретились? — тихо спросил Вокс. Слова Аластора, сказанные им накануне, не давали ему покоя.  В тот момент, когда Вокс был уверен, что никогда не получит ответа, Аластор наконец встретился с ним взглядом, выражение его лица было нечитаемым. *** 90 лет назад Аластор охотился за этим человеком уже некоторое время. Его звали «Глушитель», и не без причины. Этот безумный псих каким-то образом заполучил в свои руки ангельское оружие. Нечто древнее, из дворца самого Люцифера, украденное десятилетия назад. Используя украденное ангельское оружие, Глушитель обнаружил, что оно способно навсегда убить грешника, чего не способен был сделать практически никто. А вот этого? Этого допустить было нельзя.  Уничтожить кого-либо навсегда было талантом, созданным исключительно для него, Радио-демона. Аластор уже некоторое время охотился на «Глушителя». Это был слабый, жалкий дурак, чей взгляд был нацелен на новоприбывших в ад душ. Это было отвратительно. Конечно, он успешно набирал невообразимое количество Душ; его целью были грешники не сильнее младенца. Каждая новая душа, попавшая в ад, была слабой, растерянной и напуганной. Легкая добыча. И новые души всегда попадали в ад в районе старого порта, поэтому Аластор охотился здесь.  — Слезь с меня, уёбище!   Аластор замер, насторожив уши, когда грешник закричал от боли, его голос… был другим. Как у Аластора. Словно звучал из динамика. Этого было достаточно, чтобы заинтересовать Аластора, и он пошел в сторону криков. Кровь залила переулок, в котором оказался Аластор. Серый демон, похожий на паука, впивался когтями в жилистые внутренности телевизионного демона, который жалобно кричал, когда его одновременно терзали шесть рук. Провода, внутренности, кровь повсюду. Аластор мог признать: «Это будет интересная добыча». Демон-паук наклонил голову набок, глаза его были красными и широко раскрытыми, он дрожал от безумного хохота, пока его когти разрывали внутренности телевизионного демона. — На этом, пожалуй, достаточно, м? — Один из чёрных, теневых щупалец Аластора щёлкнул по демону-пауку, сбросив его с новоиспечённого грешника, словно тряпичную куклу. Аластор осторожно обошёл клубок проводов и внутренностей, улыбаясь своей цели. Это, может быть, и не «Глушитель», но это был новый грешник, и Аластор действительно ненавидел демонов, которые выбирали лёгкую добычу. Никакого спортивного духа. Такой слабости не место на той вершине, к которой Аластор так упорно стремился. Телевизор зарыдал, медленно отползая назад, всхлипывая и задыхаясь от боли и крови, пока Аластор вставал между двумя демонами.  — Твои крики станут любимой мелодией моих передач! — промурлыкал Аластор, обвивая паука тремя теневыми щупальцами. Он быстро с ним расправился — чтобы этот телевизор не умер и не возродился где-нибудь в менее удачливом месте. Его когти разрывали Душу демона на части, его крики были такими бодрящими и восхитительными, что Аластору стало грустно, когда они прекратились. От грешника не осталось ничего, кроме кусков одежды, крови и плоти, когти Аластора были покрыты ихором. Он повернулся, чтобы посмотреть на скулящего телевизионного демона, который тащился по грязи улицы с всё ещё вываливающимися внутренностями. Аластор цокнул языком и шагнул вперед. — Н-нет! — взвизгнул он и слабо пнул Аластора. — Всё будет хорошо, малыш. Аластор вытащил телевизор из грязи, прижав его к стене. — Будет больно только на мгновение. Аластор замурлыкал, прежде чем его когти перерезали вываливающиеся изнутри наружу внутренности и провода. Телевизор завыл, голос исказился, экран залился радужными красками. Аластор фыркнул себе под нос, крутя пальцем, пока зеленая нить зашивала открытую рану на животе другого демона. Демон на мгновение засветился зеленым, пока Аластор делал все возможное, чтобы обработать рану. — Я… благодарю вас… Телевизор тяжело сглотнул, недоверчиво глядя на Аластора. ***  Сегодняшний день. — Ну так? — потребовал ответа Вокс.  Аластор посмотрел на Вокса, его ухмылка постепенно становилась шире. Он мог сказать Воксу, что спас его, потому что тот был слаб и жалок. Благотворительный поступок демона в хорошем настроении. Но... Вокс не воспользовался им, когда тот так напористо приставал к нему прошлой ночью. Поэтому Аластор сказал ему правду. — Мне понравилось, как ты кричишь, — тихо признался Аластор, и у Вокса произошёл сбой, выражение его лица и вспышки молний пробежали по всему телу. — Что? — Я спас тебя, потому что мне нравится, как ты кричишь, — повторил Аластор, и Вокс снова заглючил. — В ту ночь я охотился на Глушителя. Он не тот, кто на тебя нападал, но… — Аластор пожал плечами. — Я хотел снова услышать твои крики. И это, вероятно, было бы невозможно, если бы я оставил тебя на его милость, не так ли? Поэтому я спас тебя, взял тебя под свою опеку на некоторое время, чтобы подготовить тебя к аду, поставить на ноги… чтобы я мог снова услышать твои крики… и снова… и снова. — Я тебя, блять, ненавижу. Вокс скрестил руки, ярость отразилась в каждом пикселе. Аластор чудовищно ухмыльнулся, изо рта у него пошла чёрная пена. — Милый, мне было бы ужасно скучно без тебя. Вокс тяжело сглотнул, кулаки дрожали по бокам, когда он поднялся. Он поправил одежду и направился к двери, избегая взгляда Аластора. Аластору нравились его крики, да? Ну, он бы, блядь, заставил Аластора кричать. О, он бы пожалел! Он бы... — Вокс? — Что?! Вокс сердито посмотрел на Аластора, который молча наблюдал за ним. — Спасибо, — голос Аластора звучал неуверенно. — За то, что ты сделал прошлой ночью. — Аластор сглотнул. — ...Или, скорее, за то, чего ты не сделал. Вокс несколько мгновений стоял в полном оцепенении. — …ну да ладно. Я не животное. И как будто мне нужна твоя тощая задница? Вокс закатил глаза, притворившись, что лжет. Улыбка Аластора смягчилась. — Пойдем. Я умираю от голода. Ты, наверное, тоже. Давай найдем тебе кого-нибудь поесть».