Возлюбленная

      Снег медленно сыпался на густой лес. Ветер в этот день будто исчез и оставил после себя лишь тишину. Сырая трава мялась под подошвой его сапог, а оружие, перекинутое через плечо, было на предохранителе. Тёмно-зелёное пальто с чёрным меховым воротником ласкало скулы, а шапка-ушанка защищала от падающих с веток высоких деревьев капель. Чонгук ранним утром отправился на охоту в сопровождении своей собаки, которая куда-то подевалась в очередной раз. Вдруг тишину прервал лай собаки, а вскоре чей-то крик. Обернувшись, ему навстречу выбежала собака.       — Послышалось ли мне? — взяв собаку на поводок, Чонгук вышел ближе к дороге и отодвинул еловую ветку. Он увидел знакомое ему поместье, а неподалёку лежащую на снегу девочку в чёрной шубе и вязаной шапке. Он бы уже хотел побежать на помощь, но заметил бегущего к ней мистера Роя — хозяина поместья.       — Голубушка моя! — воскликнул дед. — Внученька золотая, как ты? Дрянная лошадь!       — Внученька? — подумал про себя мужчина, прячущийся за деревом. — Бам? Ты что, лошадь напугал!? — ругая пса, что прижал уши, Чонгук дёрнул поводок и быстрым шагом направился в сторону своего дома.

***

      Чонгук встал с колена и, улыбнувшись женщине в ответ, в поклоне произнес: «Мне нужно покинуть вас ненадолго, моя новоиспеченная супруга вот-вот должна прибыть, нужно ее встретить», — не дождавшись ответа, он исчез в толпе гостей, оставив у Лизаветы незабываемое впечатление.       Еще долго всматриваясь в сторону, в которую ушел Чонгук, девочка сидела за своим столом и молча ждала его возвращения. В центре зала люди кружились в вальсе, смеялись и, держа в руках бокалы вина, позабыли меру воспитания. Незамужние женщины охотились за выгодной партией для себя, а кто-то уже и для своих детей. Нагло флиртовали и максимально показывали свои достоинства. Среди них была мадам Капоне, она была в разводе дважды и дважды вдова. И вот в очередной вечер, когда собираются все сливки общества, она, как всегда, в попытке найти себе богатого спутника, нарядилась, будто является причиной торжества. Молодой кавалер, что бегал за её юбкой весь вечер, явно был незрелым в ухаживании за такими дамами, как она. А сама мадам Капоне и не против поиграть с чувствами несчастного, то и дело смело играя своим бюстом у него перед носом и веером распространяя свои самые дорогие духи.       Время шло, а люди, из-за которых все тут собрались, все не появлялись. Лиза устала сидеть в этом душном, прокуренном месте и вышла на террасу, что выходила на задний двор. Музыка стихла моментально, мысли стали громче. Встав на носочки, девочка сложила на перила руки, а затем на них — подбородок. Ночные фонари освещали небольшой лабиринт, в центре которого находилась статуя, а под балконом стала слышна чья-то ссора.       — Я не выйду туда, пока мое платье не станет снова чистым! — женский недовольный тон, переходящий в истерику, привлек внимание любопытных детских глаз.       — Бог с тобой, Мелисса, я устал слушать весь день, как ты стонешь от недовольства! — прозвучал уже знакомый басистый голос с раздражением.       — Меня не волнует, ты мой муж, а твоя жена должна быть краше всех!       Лиза высунулась головой между перилами и нагло подглядывала за парой со второго этажа.       — Если ты моя жена, ты должна меня слушать! Будь покорна и выйди уже к людям, все тебя только и ждут, — одетый в шубу Чонгук взялся за голову и ходил из стороны в сторону, переживая подступающий нервный срыв, — вот портная уже подвязала твой подол, ничего не видно!       Платье было просто восхитительного фасона с пышными рукавами, высоким воротом и вышивкой на рукавах, что свисали почти до земли. Атласная пышная юбка цвета топлёного молока и фата метров пять в длину собрались под ногами у невесты. Платье мечты любой девочки, так назвала его Лиза в тот момент. Хозяйка платья активно по воздуху жестикулировала руками, трудно было не заметить все украшения, навешанные на запястья: браслеты из жемчуга и камни на пальцах.       Женщина в белом одеянии, выдохнув, с улыбкой вошла в помещение, а Чонгук остался на месте, закурив сигару. Он хотел поскорее закончить этот день и, делая глубокую затяжку, опрокинув голову назад, выдохнул с закрытыми глазами. Постояв так несколько мгновений, он открыл глаза, и их взгляды столкнулись. Прищурившись, он всмотрелся в силуэт и узнал в нём Лиззи.       — Давно ты тут? — делая затяжку, тот отошёл подальше.       — Примерно с того момента, когда Вы почти уговорили ее перестать выть, она, кстати... И вправду невыносима, — Лиза захохотала, бестактно указав на недостатки его выбора.       — Прошу простить меня, юная леди, знал бы, что по земле ходит похожая красота, как вы, может быть, и женился именно на ней, — вскинув бровь, он улыбнулся, сдавливая сигарету меж зубов.       Лиза опешила. Не понимая, как реагировать на такую дерзость, она с красными то ли от прохлады, то ли от смущения щеками развернулась и ушла в дом. Оставшись в одиночестве на улице, парень поспешил докурить и, бросив окурок, вернулся к гостям.       Лиза, простояв в стороне все торжество и смотря, как молодожёнов окружали люди, незаметно для остальных не сводила свой взгляд с Чонгука. Её чистое сердце в своей детской наивности йокнуло в один момент и не отпускало по сей момент. Он, не обращая внимание на неё, общался о чем-то своем и смеялся в кругу своих, возможно, друзей. В толпе незнакомцев она столкнулась с девочкой с двумя косами. Они были почти одного возраста и сразу нашли общий язык. Позабыв свой душевный трепет, она переключилась на своего нового друга, после чего до конца вечера и в будущем стали не разлей вода.

***

      Неделю спустя после торжества, Лизавета ранним утром шагала по тропе сквозь лужи к дому своей новой подруге. Ее звали Настасья. Подойдя к большому поместью, что окружали слуги, выполнявшие уборку территории, её окликнули.       — Лиззи! Привет! — девчачий голос привлек внимание, и Лиза обернулась.       — Я как раз хотела идти за тобой, хорошо, что ты пришла! Сейчас я провожу свою сестру и её мужа, и мы можем пойти погулять, — Настасья подошла скорым шагом и крепко обняла Лизу. В тот же момент входная дверь открылась, и на пороге появилась уже знакомая ей женщина. Это была та самая, в белом платье неделю назад. А из-за её спины появился Чонгук.       — Лиззи! Ты какими судьбами тут? — он вышел вперед с сумками и с улыбкой не сводил взгляд с девочки.       — Я... Пришла к Настасье, она моя лучшая подруга... А Вы, господин Чон, живёте разве здесь? - она в расстроенных чувствах поменялась в лице, поджала губы.       — Ну как тебе сказать, здесь жила моя Мелисса, вот мы переезжаем в другой город. Настасья — чудесная девочка, я рад, что ты нашла себе здесь друзей, кроме меня.       — Друзей... Кроме меня? — подумала она про себя. — Ты был мне другом?       Лиза повернула голову в сторону девочки и только сейчас поняла, что Настасья — это младшая сестра Мелиссы.       — Чонгук, ты все мои вещи собрал? - Мелисса крикнула с дома мужу, а тот, дойдя до машины, крикнул ей в ответ:       — Зачем столько тебе вещей с собой, я куплю тебе новые в Париже!       Лиза долго смотрела на него, а пальцы в варежках между собой сжимались в кулачки.       — Чонгук... — Лиза подошла к нему и тихо прошептала: — Ты вернёшься?       Он присел к ней на одно колено и, погладив по шапке, ответил:       — Маловероятно, красавица. Мы уезжаем туда жить, и, возможно, сюда будет приезжать моя жена, но не я.       — Но почему?!       Чонгук в растерянности даже не знал, что ей ответить, ведь никто еще так явно не проявлял свою привязанность к нему. Хотя они встретились ней единожды, этот ребенок оставил впечатление, что у неё будет прекрасное будущее, заставляя часто вспоминать о ней.       — Ну, я... — он не хотел давать ей пустых обещаний и надежд.       Их прервала Мелисса, полностью укутанная в шубу и меховую шапку: — Я готова!       Чонгук переключил внимание на жену и, встав с колена, открыл ей дверь.       Он молча уехал, оставив между ними молчание и лишь улыбку с его стороны.

Глава 2

      Шли недели, месяцы и годы. Зима сменялась весной, весна переходила в очередное лето в десятый раз с того момента, когда Лизавета в последний раз видела его. Жизнь изменилась, как и сами люди. Девушку стороной не обошло взросление, смена личностных достоинств и воспитание. Черты лица стали чётче, походка — женственней, а голос — спокойней. Чёрный корсет, надетый на белую рубашку с чёрной длинной юбкой из шелка, — это был её обычный наряд. Волосы, распущенные, мирно лежали на плечах, спускаясь ниже груди, и лишь лёгкий летний ветер мог потревожить их. Очередной стебель алой розы был укорочен и поставлен в вазу из керамики. Там собрался целый букет из сада, который был выращен бабушкой и самой Лизой. Стоя в белой беседке, слегка заросшей плющом, Лиза задумалась о чем-то своём, а рядом в кресле-качалке сидела её бабушка с книгой в руках. На столике рядом остывал чай, а свежее любимое печенье Лизы манило своим запахом.       — О чем задумалась? — прервала тишину бабушка.       — Бабуль, да пуста моя голова... Я просто не выспалась совсем, — тяжело выдохнула девушка.       — Голова пуста, говоришь, девятнадцать лет, а в голове лишь пустота? — с улыбкой бабушка закрыла книгу и положила её на столик.       — Ну ты ведь поняла, к чему я говорю, Настасья скоро должна прийти, — Лиза обтряхнула опавшие с стеблей цветов ворсинки, а затем продолжила их срезать, — Мы договаривались сегодня покататься на лошадях.       — Настасья уже обручена?       — Нет, ба.       — Вам обеим пора, не так ли? — подняв бровь, женщина закрыла глаза, продолжая качаться.       — Не появился такой ещё.       — Какой «такой»?       — Не появился такой ещё, который сможет мое сердц... — услышав шорох скошенной травы, Лиза подняла голову на звук и потерялась.       Из-за угла поместья вышла мужская фигура в сопровождении с Настасьей. До боли знакомый мужчина, одетый в свободную белую рубашку и светлые брюки, с улыбкой направлялся прямо к беседке. Одна рука была в кармане, вторая свободно качалась при ходьбе. В то мгновенье Лизавета выронила из руки розу и застыла, словно мраморная статуя. Та самая улыбка, что была десять лет назад, снова вернула девушку в то холодное прощальное утро. С ними был ещё один, светло-русый парень с кучерявыми прядями.       — Ты тоже его видишь, Лизи! — бабушка подскочила и направилась навстречу неожиданным посетителям.       — Лиза, смотри, кто приехал к нам! — Настасья помахала подруге, не заметив из-за ослепляющего солнца, что её вовсе не заметили.       — Прошу простить меня, — Чонгук крепко обнял женщину.       — Не извиняйся, сынок, Лиза, подойди же!       Девушка опешила и, очнувшись от слов бабушки, медленно спустилась по лесенкам беседки, ступая по траве босыми ногами. Чонгук сразу обратил внимание на неё и, освободившись от объятий, обошел женщину и подошёл к Лизе. Они стояли очень близко друг к другу, а зрачки теперь уже зрелого мужчины расширились, почти скрывая карие радужки. Он медленно глазами осмотрел стоящую перед ним повзрослевшую Лизавету и вдохнул. В этот момент его сердце спустя столько лет впервые дрогнуло, а биение звучало в ушах.       — Лиза...       Ветер поднялся вверх, перекинув волосы девушки на одно плечо. Аромат роз, исходящий от нее, пустил мурашки.       — Здравствуйте, господин Чонгук, — она произнесла это громко, чтобы услышали это все.       Он, не ожидая, будто очнулся, в момент, когда к нему подошёл еще один незнакомец, который вместо молчания сразу поклонился и протянул свою руку. Лиза протянула ему свою в ответ, и кучерявый поцеловал её.       — Будем знакомы, миледи. Я Ким Тэхён, приехал вместе с графом из Лондона, он не говорил, что в его окружении есть настолько возмутительно милые собеседницы, как вы.       Чонгук опустил взгляд, а затем, придя в себя, снова улыбнулся и повел себя как ни в чем не бывало.       — Меня зовут Лизавета, но для Вас могу быть Лиззи, — смутившись, девушка хихикнула себе в ладонь.       Брюнета колко задели слова Лизы на ее ответ Тэхёну.       — Давайте все рассядемся и выпьем чай, — бабушка хлопнула в ладоши, и все обратили на неё внимание.

***

      Рассевшись, все о чем-то рассуждали и смеялись, но две пары глаз, сидя друг против друга, буквально пялились друг на друга. Лиза смотрела на Чонгука, а тот в ответ на неё. Она обратила внимание на его руку, что держала чашку чая: на его безымянном пальце все так же светилось кольцо. Лиза в стыде опустила глаза, оценивая свои антиморальные мысли. Сидевший рядом с ним Тэхён делал вид, что не замечает взгляда, который не перепутаешь ни с чем другим. Он слегка задел ногу своего товарища, но тот дёрнулся и слегка разлил чай себе на брюки.       Лиза захихикала, взглянув на Тэхёна, а тот в ответ подмигнул.       — Настасья, Лиза, вы собирались сегодня на прогулку? — бабушка отвлекала внучку от смеха.       — А, да, и в самом деле. Настя, пойдем, — Лиза обошла стол и, подняв подругу, быстро увела ее.       — Эй, да что с тобой?       — Зачем он приехал? — Лиза шла впереди Настасьи.       — Ну, мне сестра написала, что у них что-то случилось там, и он...       — Написала? Он приехал один, что ли?       — Сестра осталась дома, мои племянники, к сожалению, тоже не приехали... — надув губы, Настасья догнала Лизу и начала идти с ней вровень.

      Лиза отвернулась в сторону, пытаясь скрыть свою довольную улыбку, прикусывая нижнюю губу.