Сондер

      Третья четверть. Десятый класс. Февраль. За окном кружит снег, небольшой минус, солнце проглядывает сквозь тучи. В кабинете относительно тихо, впрочем, на уроках алгебры всегда так было. — Здрасте, извините за опоздание! — Чего опаздываем, Яцкевич? Ну, проходи давай. На родном третьем ряду, на родных четвёртых и пятых партах всегда сидела та самая четвёрка друзей. Но до десятого класса компания их была больше — они занимали почти весь ряд. Илья сел на последнюю парту к Саше Ермолаеву, который смотрел на него непонимающим взглядом. Впереди сидели Лёша и Парадеевич, которые моментально повернулись к задней парте, когда он успел только положить тетрадь с пеналом. — Ты куда делся? — начал «опросник» Лёша. — Почему даже ничего не сказал? — возмутился Парадеевич. — Что такого случилось, что ты на алгебру опоздал на 15 минут, хотя обычно ты боишься опоздать даже на 5 минут? — подметил Саша Ермолаев. — Да ничего не случилось, забейте, — отрезал явно поникший Илья. — Деревяшкин и Парадеев, — повысила голос учительница, — будьте добры, сядьте нормально. Со своим другом на перемене поговорите. Или за дверью. Ребята отвернулись и притихли. Преподавательница продолжила вести урок, но Илья вовсе не слушал. Он черкал что-то на клочке бумаги, тряся ногой под партой. Саша Ермолаев посмотрел на него и тяжело выдохнул. — Илюх, — обратился шёпотом брюнет, склоняя голову поближе к соседу, — ты серьезно? «Забейте»? Что случилось? Парень взглянул на него, но тут же опустил взгляд. Вопросы за вопросами явно капали на и без того неспокойные нервы. — Я знаю, что не ты, не Лёха не отстанете. Ничего такого правда не случилось, просто… — он притих, но потом посмотрел в глаза Саше, — это такой бред. Не хочу это обсуждать даже. — Илья, — как тот и сказал, Лёха не отстал. Он чуть качнул стул, чтобы быть ближе к задней парте, так же как и сидящий рядом Парадеевич. — Говори давай. — Ну, Кристина опять звонила, мы опять поругались. Ничего необычного нахуй, — выпалил русый. Кристина — его девушка. Встречаются они не сильно долго, но в последнее время всё пошло под откос. Как все говорят: «мы слишком разные». Никто не хочет обвинять кого-то или брать вину на себя. — Опять? — нахмурив брови, произнёс Лёша. Илья кивнул, на что тот поднял брови и покачал головой. — И почему? — поинтересовался блондин, будто не знал, что не услышит ничего нового. — Ну, типа я не звоню, не интересуюсь, хотя мне навязываться тоже нельзя, — он вздохнул, — как обычно. — И что ты думаешь на этот счёт? — задал витиеватый вопрос Фрама. — В смысле? — Ты собираешься что-то менять? Или тебя всё устраивает? Парень посмотрел на собеседника, хлопая глазами. Он обдумывал ответ, но их дружеские посиделки были прерваны. — Четвёртая и пятая парта, я вам мешаю? — У «четвёртой и пятой парты» в голове возник ответ «да». — Я понять не могу, с какой целью вы попёрлись в десятый класс, вам тут нечего делать. Единственного, кого я могу понять, — это Яцкевича. И я думаю, что тройка в четверти ему не нужна, но единицу перекрыть он не сможет, — говоря последнюю фразу, она перевела взгляд на него самого. — Я права? Тот снова кивнул, снова отвечая на вопрос. Хотелось уже расплакаться и убежать домой. Этот день по ощущениям уже не спасти… Из уважения к Илье вся четвёрка заткнулась, только Лёша с Парадеевичем что-то обсуждали, не привлекая внимания. Саша Ермолаев пододвинул к Илье записку, зная, что тот говорить сейчас явно не будет. «Пока тебя не было, мы решили сегодня встретиться в 5 возле Сани, он возьмёт те самые санки, и мы пойдём к горке. Ты с нами?» Ну, или этот день ещё можно спасти. Илья наконец улыбнулся, передавая записку с ответом на вопрос, который хотя бы не расстраивает. «Конечно»

***

Со временем стало прохладнее, но это ощущалось только теми, кто стоял на месте. Да и приятная компания греет душу лучше любого солнечного луча. — Ну ты долбаёб что ли, зачем!!! — вскрикнул Илья, когда ему в лицо прилетел хороший снежок. — Я не в лицо хотел, клянусь! — смеясь, ответил Саша. — Где санки? Где Лёша?! — появился из-за угла Парадеев. — Я тут, а за санки я не отвечаю! — Ты совсем охренел? Если они опять разъебались, то я не знаю, что я сделаю! — Ну мы опять починим, Сашенька, не ссы. Ну, а если они потерялись… — Да ну, в смысле потерялись? — разочаровался Фрама, а Парадееву уже нечего было сказать. Шатен развёл руками. — Да ну, Лёха, серьёзно? Клянись! — подключился к диалогу Илья, смеясь от абсурдности.       Санки были «те самые», потому что пережили легендарные моменты, были разрисованы всей компанией, а прошлой зимой Фрама с уехавшим сейчас в родной город Данилом (и косвенно Лёшей) совершенно случайно их сломали. Будучи совершенно случайно нетрезвыми, Лёша совершенно случайно поспорил, что Гориллыч не сможет поднять санки с сидящим в них человеком. Саша, защищая своего кента, выпивший больше всех, стал тем самым сидящим человеком. В санках. Не подняв их даже от земли, они услышали хруст, обратили на него внимание и прогнали двух дебилов куда подальше. — Клянусь, я понятия не имею, где они могут быть. — Лёш, я тебя когда-нибудь убью, обещаю. — Подожди, а где ты их оставил? — Да, пацаны, Лёха сто процентов завозит, — Фрама всё же не поверил в такое представление. — Ладно-ладно, я примерно знаю, где они, но не точно. — В смысле? — Я в малолеток каких-то случайно врезался, и мне пришлось дать их в прокат, чтобы остаться невиновным… Лёша виновато почесал затылок, опустив голову. — Ещё лучше, — вздохнул Парадеевич. — Да, реально! — поддержал Илья. — Эти малолетки вообще собираются их назад возвращать? — Ну, парни, чего вы так пессимистично настроены? Обещали вернуть. На горизонте показались двое девочек, на вид второклассниц, везущих за собой старенькие деревянные исписанные санки. — Забирайте вот это вот, — вскинув бровь, сообщила одна из них. — Ты должен быть очень рад, что всё обошлось. Если бы они не были, — вторая девочка нахмурилась и посмотрела на деревянное чудо, — такие, мы бы их себе забрали. — Мия! — первая толкнула вторую плечом. — Что? — Всё, идём отсюда. Они ушли. — Чего им санки не понравились? — сказал Лёша, присевший на корточки осмотреть отданный предмет. Сзади прилетел снежок. — Э, белобрысый, ты охренел? — Я — нет. Я же никаким девочкам легендарные санки не отдавал! Теперь снежок полетел в Саню. — Вот я бы никому не отдавал, даже под дулом пистолета, — сказал брюнет. Ещё один снежок — в Лёху. — Да конечно! — ответил он и кинул во Фраму комок снега, уже войдя в азарт. — И двое против одного нечестно! — Почему двое? Вот и Илья подоспел. Да чтоб тебя! Алексей, не твой день. Уже бедного обстреляли, так ещё и второклассниц сбил… — Нет, подождите, — Ермолаев, видимо, одумался, глядя на уже сдавшегося друга. — Мы же братья, чего мы все против нашего кореша идём? — Вот, хоть один умный человек среди вас! — обрадовался шатен. — Спасибо, — не успел он договорить, как ему в лицо прилетел снежок. — Так давайте каждый сам за себя! — выдал счастливый Илья. — Илюх, — сказал пострадавший, параллельно кашляя, — ну ты мне прямо в рот попал! — Это месть, — проговорил русый и рассмеялся. Даже несчастному Лёше стало смешно. Ну а Парадеевичу от смеха плохо стало ещё тогда, когда они все против кореша были и тот упал. После этого началась беспощадная борьба…

***

Илья, Лёша и Саня сидели в подъезде Парадеевича, ожидая, пока тот занесёт санки на место. Первые двое сидели на предпоследних ступеньках, а последний ходил из стороны в сторону напротив двери подъезда. Все мокрые, замёрзшие. Но по домам идти никто не хотел. — Сань, не маячь перед глазами, — попросил Лёша, и тот остановился. — Давайте, когда белобрысый вернётся, очень сильно попросимся к нему в гости. — Я за, — согласился Илья, пытаясь очистить перчатки от льдинок. — А то на улицу возвращаться вообще не хочется. … — Саня, ну я твою мать ебал! — ненадолго просьба Лёши сработала. В это время послышался звук лифта, в котором приехал Парадеевич. — Ну сколько можно туда-сюда! — Ты это про чью? — решил уточнить подошедший блондин. — Фрамы! — Да Лёха, ты совсем в край охренел? — Ну а чё ты ходишь туда-сюда? Я ж тебя сто пятьсот раз попросил прекратить! — он встал и подошёл к нему, размахивая руками. — Один раз ты меня попросил! — Хватит в моём доме орать, пошлите, — он уже подошёл к двери, как те, кто спорил, хором сказали его имя. — Пошли к тебе, пожалуйста-пожалуйста! — попросил Саша, сложив ладоши. — Да, пожалуйста-припожалуйста! — Не-не-не, в другой раз. — Там такой ветер, что просто ужас! — подхватил Илья, который до сих пор сидел на ступеньках. — У меня мать дома, так что всё, — отрезал Саша. — Давайте к другому кому-нибудь пойдём. — Ко мне нельзя, — сразу сказал русый. — Во-первых, потому что у меня все скоро будут, во-вторых, мне прошлого раза хватило. — Ко мне тоже нельзя, — сообщил брюнет. — У меня мама сегодня дома. Да и до меня идти дальше всех. — Ээ, а до меня тоже далеко идти! — проговорил последний. — Да не говори ерунды, до тебя от моего дома дорога минут десять. — Пацаны, ну… — Лёша отчего-то совсем не хотел вести друзей к себе. — Лёх, мы у тебя не будем свинарник устраивать, клянусь! Ты ж наш кореш, — произнёс брюнет, после чего сразу рассмеялся. — Не, ну по факту, из всех присутствующих ты самый оптимальный вариант, — решил добить Илья. — Всё, ладно, сдаюсь. Только без свинства, реально!

***

Квартира Лёши была небольшая, но довольно уютная. Конечно, не с дорогим новомодным белым ремонтом, как, например, у Ильи, а с типичным, непримечательным, но всё же. Сначала они говорили ни о чём, потом решили поиграть в дурака — так договорились ещё на пути к дому. После трёх побед Парадеевича Лёха, будучи в дураках, психанул, и карты отошли на второй план. Потом из-за одной истории в телеграме понеслись сплетни, которые в итоге оказались больше, чем просто сплетни, а Фрама ненамеренно подвёл это к более глубоким и душевным разговорам. Проговорив на кухне несколько часов, время прошло незаметно. — Подождите, пацаны, а сколько сейчас? — тревожно выпалил Илья. — Ээ, 21:32, — глядя в экран телефона, сказал Фрама. — Мне уже закругляться надо. Ровно в 40 я уйду. — А чё так? — спросил Лёша. — У меня отец дома уже. Если он узнает, что я после комендантского часа шляюсь, он мне голову открутит! — Аа, — кивнул он, но потом что-то в расслабленном выражении лица поменялось. — Подождите, сейчас уже десять почти?! — увидев подтверждение на рядом лежащем телефоне, он расстроенно цокнул. — Тогда вы с Илюхой вместе уходите. Мать в десять припрётся. Саши огорчились, а для Ильи это был подарок судьбы — он уже настроился топать до дома в полном одиночестве. Наступили намеченные 40 минут, и по команде Ильи все пошли в коридор. Прощаясь с Корешем (за этот вечер эта кликуха к нему прилипла) ещё минут пять, они всё-таки вышли из дома. Илье и Фраме было в одну сторону, а Саше — в другую, так что с ним попрощались через несколько минут. Стоя на светофоре, Илья приподнял голову, глядя на летящие снежинки, а Саша смотрел на него. Улыбнувшись, он достал из сумки небольшую старенькую камеру и щёлкнул. — Сааня! — немного капризно воскликнул парень, заметив «папарацци». Саша довольно посмеялся и подошёл поближе, чтобы показать, что он там нафоткал. — Ну красиво же получилось, чего ты сразу «Саня»! — Конечно красиво, не зря ж ты укротитель кадров. — Он тихо посмеялся, глядя на экранчик камеры, а потом перевёл взгляд на светофор. — Пошли, зелёный уже. Они шли пару минут в тишине, которая не давила. Каждый был погружён в свои мысли. — Я до сих пор в ахуе, как мы с одной истории всё разогнали, — кареглазый вспомнил вечерние сплетни. — Ага, — послышалось от Саши, которого выдернули из личных мыслей. — Я не думал, что они даже знакомы! — Да я тоже, — спустя несколько секунд он наткнулся на ещё одно воспоминание. — Саш, кстати, а чё у тебя мама сегодня дома? Она же обычно пашет как не в себя на работе. Или ты просто не хотел, чтоб мы к тебе пошли? — Нет. Она чёт чувствует себя не очень. Приболела может, хрен знает. — Ой, кошмар, главное, чтоб хуже не стало… — Да она чудо-женщина, ничё с ней не случится! — Ну дай бог, — сквозь смех сказал Илья. Покопавшись в воспоминаниях, он вспомнил ещё один фрагмент из дня. — Блин… — Че такое? — Да вспомнил… Че мне с Кристиной делать? Вот ты у меня спрашивал, собираюсь ли я что-то менять, а я сам не знаю! — Да ну, Илюх, всё ты сам знаешь. — Я серьёзно не знаю! — Ну насколько тебе эти отношения нужны? — Что ты хочешь мне предложить, чтоб я её бросил? — Ну, ты ж просишь совета. Илья выдохнул. — Я прошу совета, чтобы сохранить отношения! — Слушай, Илюш, я хочу тебе как лучше — и ты это знаешь! — Я не хочу опять выслушивать про то, как нам плохо обоим в этих отношениях, какая Кристина и всё это. — А зачем ты тогда спрашиваешь совет именно у меня? — Потому что, — Илья сам до конца не знал. — Потому что ты мой лучший друг? Саша поднял брови и улыбнулся. — Илья, ты сведёшь меня с ума. — Буду стараться изо всех сил. Они оба рассмеялись, и былое напряжение ушло. Дойдя до нужного двора, они попрощались и разошлись по домам.