Без всяких экивоков

У Серёжи корпорация на тысячу сотрудников, запойная работа по восемнадцать часов в сутки, куча денег, которые он не умеет тратить на себя, и нервный тик, быстро пропадающий от поцелуев в висок. У Игоря ненормированный рабочий день, открытые отношения с зарплатой и едой, коллекция зубных щеток в шкафчике (просто чтобы помнить, кто тут был главным альфа-самцом на раёне; когда-то; лет десять назад) и бабочки в животе от Серёжиной рассеянной улыбки. Игорю не хочется спугнуть вот это эфемерное, зыбкое, как мираж, ощущение приземленными хотелками, тем более что не хотеть очень легко, он давно научился отвлекаться от плотского. Не трудно и уточнять по пять раз, когда Серёжа опять делает что-то, что выглядит как непрозрачный намёк, потому что на первое же, в крайнем случае третье уточнение выясняется, что ни на что Серёжа не намекал и вообще знать не знал, что его могут понять в этом смысле. Юля с Димой укатываются со смеху, узнавая об очередной двусмысленной ситуации, которую Сережа опять создал совершенно нечаянно, по простоте душевной. Игорь не рассказывает обо всех, но некоторые случаются в присутствии свидетелей, и по реакции Игоря свидетели понимают, насколько это для него стало нормальным. Подкалывают его, перешептываются, хихикают. Игорь снисходительно пожимает плечами. Осуждения от них он ни разу не слышал. Юля вообще, кажется, умиляется с Серёжиных ляпов даже больше, чем сам Игорь. Дима просто развлекается. Вздыхает и закатывает глаза один только Олег, да и то больше как мамочка, которой стыдно за любимого сына перед его же невестой. Например, в тот раз, когда они все впятером провели два дня и три ночи на настоящем, отреставрированном для туристических рейсов линкоре начала 20 века. Совместить графики было почти нереальной задачей, но они справились (в основном, за счет того, что Юля и Серёжа иногда могли работать везде, где было электричество и интернет, а Олег – везде, где был Сережа), поэтому не стали всё отменять в последний момент, за полчаса до отплытия, когда выяснилось, что под "четырехместной каютой с иллюминатором" туроператор подразумевал тесную каморку с двумя двухъярусными койками. И с иллюминатором, да. Нормальные номера с нормальными кроватями (красочно отфотканные для сайта) носили название "комната с окном", а кто же, скажите, пожалуйста, предпочтет комнату с окном каюте с иллюминатором, покупая билеты на настоящий линкор 1905 года? Игорь, Олег и Дима немедленно согласились, что, конечно, никто, и иллюминатор в их каюте – высший класс, всю жизнь мечтали в такой смотреть. Надулась только Юля, которой досталась шикарная одноместная комната вообще без прорезей в наружный мир. В остальном всё было прекрасно: погода не подвела, кормили вкусно, развлекательной программой не досаждали, так что и на неудобные спальни жаловаться не хотелось. Только за ужином в первый полный день Серёжа громко, перекрикивая фоновый ресторанный шум, попросил: — Игорь! Пока не забыл... Давай ты сегодня сверху будешь? Я хотел поработать пару часов перед сном, а снизу с ноутом удобнее. Почему-то именно в этот момент за ближайшими столиками притихли. — Конечно, дорогой! — нарочито внятно и зычно откликнулся Игорь. — Как скажешь, буду сегодня сверху. Юля первая закашлялась, пряча смех, и тишина вокруг них тоже всколыхнулась кашлем, шорохом и смешками, как перед концертом в зрительном зале. Серёжа оглянулся сначала на захрюкавшего Диму, потом на Олега, мученически прикрывшего глаза рукой. Растерянно пролепетал: — Я что-то не то сказал? — Всё хорошо, Серёж, — улыбнулся Игорь, но тот уже успел оценить обстановку, осознать, что ляпнул, и покраснеть до ушей. — Я имел в виду, что кровати... В смысле, чтобы ты лег на верхнюю кровать, потому что… — Серый... — простонал Олег. — Ради бога, не объясняй. Просто сделай вид, что пошутил. — Я пошутил, — послушно повторил Серёжа. Так сосредоточенно, будто выступал перед целым стадионом критиков. — Но я же правда только имел в виду… Олег посмотрел в потолок с выражением лица "я не с ним, я его вообще не знаю", Юля, всё ещё подхихикивая, подлезла ему под бок и начала что-то нашептывать в ухо, Дима вооружился ложечкой и занялся ягодно-полосатым творожным десертом, предварительно сфоткав его с трёх ракурсов. Игорь раньше думал, что так сильно любить невозможно, но вот, пожалуйста. Удивительно, как сердце вмещает столько чувств. Здорово было бы сейчас обнять Серёжу, чмокнуть в нос и ещё раз повторить, что всё в порядке, но не в наполненном же людьми ресторанном зале. Так что пришлось ограничиться малым: подмигнуть, улыбнуться, дождаться ответной улыбки – и доесть уже наконец отбивную, пока излишне расторопные официанты не унесли тарелку. *** Недели три после плавания Серёжа переживал свой провал, пытался следить за словами и хотя бы на людях не вести себя как смолянка, впервые оказавшаяся в обществе мужчин. Потом подуспокоился и забил. Он и сам, между прочим, мужчина! Просто не любит все эти сальные шуточки, которыми нормальные люди учатся перекидываться еще в подростковом возрасте, делая первые шаги в мир флирта. Двусмысленности и скабрезности хороши, когда их есть с кем разделить. Когда шутка — не просто шутка, а намек на продолжение, и если над ней смеются, то, значит, продолжение намечается, а если обижаются и дают по морде — значит, рано или не по адресу... Разве не так? В книгах такому не учат, это парное упражнение, и не вина Серёжи, что он к двадцати семи годам так и остался в этом деле полным профаном. Всю юность, пока Олег пропадал по полночи на каких-то рок-концертах, бегал на тусовки и менял девчонок как перчатки, Сережа читал, старательно учился и каждую свободную минуту посвящал своей единственной любви — компьютерным технологиям. До двадцати пяти он ощущал себя ребенком лет десяти максимум, который заигрался в симс и потерял свою обычную жизнь за жизнью персонажа, долларового миллионера, владельца набирающей обороты компании и автора первой отечественной соцсети. На четвертьвековой юбилей этот миллионер, владелец и автор под нажимом нанятого пиарщика согласился устроить большой праздник с гостями и журналистами и, слушая поздравительные речи, больше похожие на перечисление заслуг над гробом, будто очнулся. Ненадолго оторвал глаза от монитора и увидел реальность. Что там о нём плетут разнообразные СМИ? Социопат, гений, филантроп, хикки, одиночка, богатей-без-друзей (это Серёжа никогда не забывал, кто ему Олег, а общественность видела в нем только телохранителя), завидный жених и очевидный гомосексуал. Кому это было очевидно, когда даже Серёжа о своей сексуальности ничего толком не знал, было непонятно. И очень обидно. Серёжа решил заняться темой всерьез. Нашел необходимую литературу, зарегистрировался на паре сайтов, сходил на поддерживающую онлайн-встречу для лгбт-персон и на пяток романтических свиданий (три с девушками, два с парнями), освежил в памяти умение целоваться, подзабытое с тех пор, как Олег закадрил первую настоящую подружку и отказался от Сережиной помощи в тренировках, попереписывался в личках, мучительно подбирая слова, чтобы поддержать разговор и при этом ничем по случайности не обидеть… в конце концов пришел к выводу, что всё это, конечно, интересно, но катастрофически ресурсозатратно, и со вздохом сдался. А осенью в его жизни появился Игорь. Когда они смотрят друг на друга, кажется, будто под ногами не пол, а огромная карусель, и всё вокруг нее смазывается от скорости, зато глаза напротив обретают почти потустороннюю ясность. И мутит от пошлых сравнений, но что тут сделаешь, если лезет в голову: инь и ян, черный и белый, две однокрылых птицы, два безупречно подходящих друг к другу кусочка мозаики, сложились душами, совпали, цельная картинка, гармония, идеал… С Игорем Серёжа и не вспоминает про “ресурсы”, за которые так трясся во время своих социальных экспериментов каких-то полтора года назад. Время вместе пролетает скоростной электричкой и, провожая Игоря до прихожей или прощаясь с ним перед дверью такси, Серёжа только вздыхает: не хватило. Не договорили, не дорассказали друг другу о детстве, о друзьях, о картинах и кино, о мечтах и разочарованиях, о работе, о книгах, о чувствах, которые рождаются в душе при взгляде на бензиновые разводы в луже или когда из серых облаков вдруг выглядывает и падает на щеку солнечный луч. Не догуляли, держась за руки, грея пальцы друг у друга в ладонях, не показали свои любимые здания и маленькие, игрушечные будто дворики, и то самое дерево в три обхвата в Летнем саду, с вросшей в ствол старой шиной, там, наверху, в кроне. Не угостили друг друга ледяным апельсиновым кофе из кофейни-под-холмом и калёным миндалем в сахарной крошке, в кульке из коричневой бумаги, хотя только с утра об этом говорили и уверяли: ты только попробуй, сам всё поймёшь... Да мало ли вещей, которыми тянет поделиться, сделать общими, словно это срастит два разных мира и сделает две жизни единой. И вроде бы целый день провели вместе, но вот приходит пора прощаться, и взвыть хочется: ну ещё пять минуточек, а лучше десять, а лучше час, а лучше… Зато энергии после таких встреч столько, что Сережа может долго танцевать по комнате, сбрасывая излишек, а после активно работать едва не до утра, пока не явится злой Олег и не уведет в кровать за руку, как капризного малолетку. Деньги Серёжа и раньше не особо считал, а тут будто с цепи сорвался, норовя задарить Игоря целой горой ценных и не очень презентов. Несколько раз тот Серёжу тормозил, подарок возвращал, серьёзно объясняя, почему принять не может (и Серёжа после каждого такого раза рыдал полночи как по покойнику, ненавидя себя и свою социальную неловкость), пока на помощь не пришёл социально ловкий Олег. Олег обратил Серёжино внимание на тот факт, что бравый майор с куда большим энтузиазмом принимает подарки, которые имеют символическое значение или которые можно употребить совместно: кружка с общей фоткой, два билета в любимую Серёжей оперу, тихий вечер за болтовнёй и пироженками в малюсенькой кофейне, где они впервые поцеловались и “официально” стали парой… Серёжа от избытка чувств Олега обнял и продолжил ряд сам: полет на воздушном шаре, органный концерт в соборе, лекция о сицилийском вине от сомелье из Италии, конечно же, с дегустацией. Приглашал и Олега разделить впечатления, но тот упёрся: только если в составе компании, а то что я тебе, шаперон, что ли, чтобы таскаться за вами двумя, пока вы смотрите друг на друга глазами-звёздочками. Так что на средневековый фестиваль в Выборгском замке, в речной круиз на линкоре и на пейнтбольную базу ездили впятером – Серёжа, Игорь и их теперь уже общие друзья. Было замечательно. Минус вылез только один, но неприятный, как прыщ посреди лба накануне свидания: после шумного и весёлого отдыха Серёже нужно было отдыхать почти столько же — уже от людей. Так что сейчас, когда перед носом замаячили шансы на очередные выходные (уже вторые за прошедший месяц; Серёжа подзабросил работу, но почему-то совершенно об этом не переживал), в голове словно лампочка зажглась: загородный спа-отель! Домик на двоих, чтоб без соседей, скандинавские окна, личный маленький бассейн с подогревом. Погулять, держась за руки, подышать свежим лесным воздухом – и в дом, отдавать должное лёгким закускам, пить шампанское, купаться, болтать, валяясь на шезлонгах в халатах и косметических масках, а потом целоваться и гладить друг друга по мягкой после масок коже... Игорь почему-то обожал маски, особенно тканевые с принтами в виде мордочек, никогда не отказывался налепить парочку на небритые щеки, и Серёжа до сих пор не мог понять, в шутку он это делает или на полном серьёзе. Еще Игорь вроде говорил, что не отказался бы от массажа, но это тоже было сказано со смехом, после того, как они, оба уставшие после рабочего дня, уснули, обнимаясь на диване под сериал, и потом скрипели спинами, пытаясь размяться. Так что тур надо взять такой, чтобы, с одной стороны, всё было включено – и массаж, и различные обёртывания-обтирания, и маски, конечно, тоже, – а с другой, чтобы в любой момент можно было сказать персоналу: “Не надо, спасибо, мы не хотим!” – и просто тюленить у бассейна, наслаждаясь обществом исключительно друг друга. Серёжа решительно заправил мешающие волосы за уши и открыл поисковик. *** Сообщение звякнуло уведомлением в процессе напряженной бумажной работы, от которой у Игоря уже вскипели мозги – именно поэтому он щелкнул по всплывшей иконке вложения, не глядя ни на сопроводительный текст, ни на имя отправителя, тупо поморгал на картинки и буквы и сунул смартфон Димке под нос: – Это чего? – Это ты – чего? – удивился Димка. – Билеты в спа-отель?.. – Не ты, что ли, послал? – сконфуженно уточнил Игорь, хотя и так уже все стало ясно. – Я думал, это где подозреваемый… Ладно, забей. Димка поправил очки, проницательно взглядывая из-за стёкол, и нудно уточнил: – “Это где подозреваемый” я тебе на рабочую почту скинул, а не во “Вместе”. И там клуб, а не спа, я же говорил. Почисти уши. Игорь пробурчал непечатное в рифму и попытался переключиться на работу, но мысли уже улетели, только кепочкой вслед помахать. Билеты в спа-отель? Серьёзно? Но вообще-то… Заманчиво. Тут, в управлении, духота с затхлыми нотками архива и сигаретного дыма, кружка с остатками кофе на столе и скрипучий стул, от которого когда-то округлый зад уже спрессовало в натруженный каменный блин. А на рекламных фотографиях – ровная голубая гладь маленького бассейна на фоне огромных, в пол, окон. За окнами – ясный зимний день, легкий снежок, сосновые ветви, изящные фонарные столбы над выметенной мощеной дорожкой; перед окнами – пальмы в кадках, бамбуковые шезлонги и аккуратный столик между ними, уставленный всякой всячиной вроде вазы с фруктами, коробки конфет и запотевшей бутылки в окружении вытянутых бокальчиков. Очень, очень заманчиво. Игорь пробежал взглядом текст сообщения. Всего две строчки, включая “привет”: “очень очень жду ответа, но это не значит что тороплю, подумай и напиши мне ладно? =3”. Снова открыл вложение, внимательно изучил. Один сдвоенный билет, суточная путёвка (сейчас бы пошутить про “задержание на срок не более, чем 48 часов”, но не с кем, Димка и без того знает слишком много, чтобы жить и так довольно ухмыляться), ночёвка в отдельном домике с камином и бассейном, вне видимости остальных отдыхающих, безлимит на спа-процедуры, ужин и завтрак включены, любые закуски и напитки из обширного меню по дополнительному прайсу. Да и даты подходящие, как раз выходные в сложном Игоревом графике. Чего тут думать! Не скрываясь уже, что занят совсем не делом, Игорь открыл свои чаты во “Вместе”, тыцнул по верхней строчке, единственной из трёх, что никогда не меняла свое название, и быстро набрал: “Конечно, согласен”. И придирчиво выбрал довольный смайлик. Если отправить просто буквами, Серёжа может невесть что себе надумать и расстроиться. Хуже только точку в конце поставить, тогда вообще полный абзац. “Ура-ура!” – тут же пришёл ответ, а вслед за ним – картинка торчащих из полосатых шезлонгов ног, мужских и женских, на фоне голубого моря. Игорь пошевелил извилинами и припомнил, что это ноги родителей дяди Федора из мультика “Каникулы в Простоквашино”. Что ж, курорт так курорт. И кстати Игорь не удивится, если Серёжа на суточный отдых возьмет с собой два чемодана нарядных шмоток. Не платья, конечно, но вечерние плавки там наверняка найдутся. Может, даже со стразиками. Еще не удивится, если в домике окажется единственная спальня с огромной кроватью уровня “траходром” и лебедями из полотенец на покрывале, а рядом с джакузи им поставят корзиночку с розовыми лепестками. Судя по оформлению билетов и правилам поведения мелким шрифтом, Серёжа выбрал тур в духе “лакшери-романтик”. Для богатых любителей порадовать любовниц или вообще для молодоженов – не суть важно. Будет опять краснеть и доказывать персоналу, что ничего такого не имел в виду… …робкий червячок надежды немедленно выполз на свет и поморгал сонными глазками, но Игорь попытался как можно безболезненнее запихать его обратно. Серёжа даже встречаться предложил словами, будто подросток, без всяких экивоков: “Игорь, давай, пожалуйста, встречаться, если хочешь!” – так каковы шансы, что на долгожданный первый секс он будет намекать, создавая предельно романтичную атмосферу, но ни слова не скажет прямо? По нулям, скорее всего. С намеками у него беда, и он это отлично знает сам. Ещё он стремительно устает от людей, любит сидеть в теплой водичке и в курсе, как Игоря прёт от массажа и всяких там масок. А поездка в спа на двоих – отличный вариант для свидания. Тем более обоим давно пора пассивно отдохнуть. Спать, валяться в обнимку, дышать лесным воздухом и просто целоваться в бурлящем джакузи с видом на природу. Будет отлично. Хотя и жаль, что… Рядом деликатно кашлянул Дима. Игорь, согнав с лица благостную улыбку, вернулся в пресную реальность. В затхлый архивный запах от бумаг, прокуренный воздух, к кофейным кружкам, уже опять пустым, и унылому нагромождению канцелярита в описаниях и рапортах… Сейчас еще и Димка что-нибудь выдаст, вон какая морда хитрая. – Тебе кофе принести? – выдала хитрая морда, пряча в карман телефон и сгребая кружки за ручку. Игорь слегка выдохнул и кивнул, расслабляясь. Рано, как оказалось. Уже подходя к столу, Димка скорчил свою самую участливую физиономию и спросил: – Первая брачная ночь, значит? Удачи вам пожел… ай! Игорь швырнул в него ластик и очень удачно попал в лоб. Кружки, правда, расплескались. Ну да и фиг с ними.