Неушедший

В пабе заметно опустело. Грузный бармен вышел из-за свой стойки и закрыл входную дверь на железный засов. — Протокол, — бросил он нам. После чего громоздкая фигура заняла свою прежнюю позицию за стойкой и принялась безразлично протирать стаканы своим жутко грязным полотенцем. Том стоял, скрестив руки на груди, и смотрел в окно. После того как Локвуд с остальными скрылся за углом дома на противоположном конце перекрестка, на улице не происходило ничего интересного. Да и вид из окна открывался весьма заурядный: обыкновенные ряды четырехэтажных жилых домов, призрак-лампы, пустая дорога. Единственное, что выбивалось из общей картины, — высокий жилой комплекс застройки шестидесятых годов. Он напоминал уродливый бетонный гриб прямо посреди поляны. — Черт, — выругался Джордж, плюхаясь рядом со мной на пол. — Кластер призраков, работающих сообща… Это же настоящий подарок для исследователя! Нам лишь пару раз удавалось наблюдать подобное явление. Первый раз — в поместье Фейрфакса: монахи действовали как одно целое, потому что их казнили одновременно. Затем — в Лавандовом Домике, где Чейнджер подчинил своей воле духов людей, которых сам же и убил. Ну и, конечно, Двойник из Челси. Однако я не припомню, чтобы читал о каком-либо массовом убийстве в школе Элдон. В любом случае, еще один призрачный кластер стал бы прекрасным материалом для книги. — Перечисленные тобой случаи и так уже на вес золота для будущих поколений. Нечасто удается найти подробные записи о подобных явлениях, — отстраненно ответила я и потерла шею. Горло болело, меня почему-то снова одолевала жуткая злоба и чувство несправедливости. Чувства будто принадлежали не мне. — Ты ничего не понимаешь. Настоящий научный материал требует большой выборки. Необходимо сравнить уже изученные случаи хотя бы с десятком новых, но с нашими нынешними «расследованиями» сегодняшняя стычка может оказаться моим последним шансом. — Не переживай, Холли, не упустив ни единой детали, доложит тебе обо всем, когда вернется. А что тут было до школы? — спросила я без особого интереса. Я все еще наблюдала за улицей через плечо Тома. — Видимо, это я и буду изучать завтра. Вернее, сегодня, — поправил себя Джордж, посмотрев на настенные часы. — Уже за полночь. Мне надоело смотреть на темную улицу и на это дурацкое бетонное здание. Я повернулась к Джорджу. Он тоже выглядел недовольным и мягко потирал лодыжку. Я вспомнила, что, подходя, он хромал, и немного смягчилась. — А ты почему остался? Что-то с ногой? — Да ничего такого, вывернул немного. Локвуд перегнул, сказав, что я не боеспособен. Быстро двигаться, конечно, не смогу, но пару вспышек бросить бы сумел. — Зная, какой ты «меткий», лучше не стоит, — усмехнулась я. — А что случилось-то? Запнулся в темноте о камень? — Не совсем, — Джордж помедлил, потом нехотя ответил: — Я отвлекся на звук фонаря, который ты бросила, и встал вполоборота, переступив одной ногой за рельс. А потом ты так жутко закричала... Я имею в виду, голос был твой и не твой. В общем, я резко повернулся, запутался в ногах, да еще и этот дурацкий рельс. Вот и все. — Прости, Джордж, — виновато сказала я. — Просто это было так глупо — стоять там, сторожить сумки, когда мы пришли только для того, чтобы именно я проверила место гибели. Я согнула ноги и прижала их к груди, обняв себя руками. Голову я положила на колени. Скрипнули доски. Это Тому надоело смотреть в окно, и он начал нарезать круги, слоняясь по комнате. — Да, только теперь Локвуд точно ограничит деятельность нашего агентства до минимума, — буркнул Джордж. Я растопырила пальцы рук, которыми сжимала ноги, выражая непонимание. — Именно про это я и пытался сказать тебе в такси, — придвинувшись ближе ко мне, продолжил Джордж. — Когда после взрыва мы снова вернулись к работе, вас с Локвудом как будто подменили. Он стал на редкость осторожен, а ты стала, наоборот, неосмотрительной и одержимой. Я выпучила глаза. Потом указала большим пальцем на себя и одновременно вопрошающе взглянула на Джорджа. — Я знаю, что тебе не хватало черепа, но твое поведение… — Джордж замолчал, подбирая слова. — Ты пыталась выходить на контакт с каждым призраком: и с тем Воющим духом, и с утопленником в колодце, и так далее. Ты рисковала и каждый раз становилась полностью открыта для атаки. — Все было под контролем, Джордж. Вы бы увидели это сами, если бы доверяли мне! — возразила я через боль в горле. — Нет, Люси, ничего не было под контролем, в том-то и дело. — Джордж посерьезнел. Снова скрипнули половицы, и он перевел взгляд на мечущегося из угла в угол Тома. — Прошу прощения! — крикнул Джордж бармену. Тот кивнул в ответ. — Вас зовут Грэн? — спросил Джордж косясь на заляпанный жиром именной бейдж. — Грэм. — поправил Джорджа бармен, отложив наконец тряпку и все еще грязные стаканы. — Грэм, налейте агенту чая с ромашкой. Говорят, это успокаивает нервы. — Джордж перевел взгляд на Тома. — А ты, будь добр, сядь и не мельтеши Все будет нормально, а если нет — за тобой пришлют. Том был явно недоволен, но не стал спорить и только сердито прошагал к стойке, плюхнувшись на стул в ожидании чая. Однако тихо он не сидел и раздражающе постукивал ногой по полу. — Те Гости не были разумны, как наш череп, с ними нельзя было договориться, — продолжил читать мне нотации Джордж. — Мы этого не знаем, потому что вы каждый раз мешали мне! — вырвалось у меня. — Гости не нападают беспричинно, у каждого сохраняется частица мысли или некое желание. Если мы сможем понять мотивацию, быть может, мы сумеем обезвредить Гостя быстрее. Или даже узнать полезную информацию, как в случае с Аннабель. — Я это понимаю… — попытался вставить слово Джордж, но я его не слушала. — Вспомни того Гостя в мавзолее Фиттис! — не унималась я. — Он перестал нападать, когда передал мне свое сообщение. Что ты на это скажешь? — Скажу, что я согласен с тобой. — Согласен? — удивилась я. — Да, я считаю, что твою теорию стоит проверить. Только сделать это надо по-научному и всем вместе, а не соло, как пыталась ты. — Джордж поправил очки. Я только сейчас заметила, что на одном из стекол появилась паутинка трещин. Видимо, при падении Джордж повредил не только ногу. Я снова почувствовала себя полной дурой. — Именно эту мысль я и пытался внушить Локвуду, и у меня почти получилось, — продолжил Джордж. — Но потом тебя чуть не коснулась та темная фигура в торговом центре в Стейнсе. После этого Локвуд и слышать ничего не хотел. Свел всю нашу деятельность к охране антикварных ваз и статуэток в домах богачей. — Ой, — вырвалось у меня. — Вот именно, ой, — повторил за мной Джордж. — Сегодняшнее дело должно было создать почву для возобновления нашего разговора. Только представь: ты улавливаешь паранормальное эхо, мы продвигаемся в деле, Локвуда охватывает былой запал, и мы снова в игре… но… — Но все пошло не по плану, — закончила за него я. — Да, полный провал, — согласился Джордж. Я грустно улыбнулась. — Может, если мы все поговорим открыто, то переубедим его? — предложила я. — Мы и поговорили сегодня утром. Только не сказал бы, что Локвуд передумал. Он нам скорее уступил. — ответил Джордж. — Я считаю, что вам двоим надо поговорить и тебе надо воздействовать на него. — Джордж замялся. — Вернее, я так считал, пока ты не выкинула этот фортель с фонарем и не грохнулась в обморок. — Я услышала паранормальное эхо! Мы могли бы продвинуться! Но вместо этого мы сидим тут, — возмутилась я. — Да, но твои действия заставили меня усомниться в неправоте Локвуда. Теперь я тоже считаю, что дальнейшая полевая деятельность для тебя опасна, — с тяжестью в голосе ответил Джордж. Я недовольно цыкнула. Джордж молчал, а этот придурок Том так и стучал ботинком о половицы. Пусть в пабе и не было призраков, но, когда ты на задании, надо стараться держать эмоции под контролем. — Даже если бы сегодня все и сложилось удачно, не представляю, как ты хотел, чтобы я повлияла на Локвуда, — попыталась я сменить тему. — Как, как… — отозвался Джордж. — Как ты всегда на него влияешь. — Я? Влияю? — удивилась я. — Да если бы я могла повлиять на Локвуда, он бы перестал быть таким скрытным. Он бы не ел выпечку в парках с кем попало и не отменял бы свидания. Он бы не дарил мне тот кулон, думая, что дает мне какой-то ответ, хотя на самом деле это вызывает у меня еще больше вопросов! — выговорилась наконец я. — Хм, — издал Джордж. — «Хм» — и это все, что ты можешь мне сказать? — возмутилась я. — Я не специалист в этих делах, Люси, — смущенно произнес Джордж. — Но ты все равно всегда умела достучаться до Локвуда. — Ну, не знаю, — буркнула я. Мы немного помолчали. В комнате стало тихо: Том наконец-то перестал стучать ботинком. — Вы же и сегодня собирались куда-то идти? — снова заговорил Джордж. — Ага, — пыталась я скрыть досаду. — Локвуд, кажется, что-то говорил про итальянский ресторан в Ноттинг-Хилле. — Ну да. Не думаю, конечно, что ресторан в Ноттинг-Хилле сможет тягаться с той пиццей возле дома твоих родителей, но я была готова дать модному заведению шанс, — весело заявила я. Джордж улыбнулся и открыл рот, чтобы ответить, но тут его перебил сухой дребезжащий звук: ножка стула с визгом проехалась по деревянному полу. — Пицца, свидания… У вас вообще есть совесть или вам плевать на жизни прочих оперативников?! — закричал Том, встав из-за стола и замерев на месте. Еще недавно я радовалась, что его нога наконец-то перестала издавать эти раздражающие звуки. Казалось, будто кто-то оттанцовывает на моих висках. Обрадовалась я настолько, что даже не подумала: Том перестал трясти ногой не по доброте душевой, а из-за любопытства. По всей видимости, он уже давно подслушивал наш с Джорджем разговор. — Сколько жару без пожару, — произнес грузный Грэм. Видимо, не только Тома заинтересовала наша беседа. — А о чем им еще говорить, о призраках? И так на каждом углу слышишь про какую-то ночную жуть, всем уже надоело. Пусть себе чирикают. — Тут Грэм с силой отхаркнул сгусток мокроты в стакан, который ранее натирал своим жутким полотенцем. Том, не сходи с места, метнул дикий взгляд в сторону владельца. — Да вы во-о-о-бщ-щ-е понимаете, кт-т-то эти двое? — Видимо, расшатанные нервы заставляли Тома снова заикаться. — Это великий исследователь Кабинс и самый искусный Слухач после с-с-с-амой Мариссы Фиттис! Так, по крайней мере, о них пишут в газетах! — Том победоносно вскинул голову, тыча в нас с Джорджем пальцем. — Я всегда говорил, что они просто пустышки. Так оно и оказалось: сдулись в первые же минуты, а теперь сидят и болтают о всякой фигне! При последних словах изо рта у Тома вылетела слюна, его всего трясло. Я, не выдержав оскорблений, через ноющую боль в теле вскочила на ноги и, пошатываясь, решила поставить этого рыжего на место. — Первое правило агента — сохранять спокойствие! — прорычала я, копируя его же позу. — Советую тебе позаботиться о своих нервах, а не лезть в чужие разговоры. — Ха! — ухмыльнулся Том, но улыбка эта была на грани истерики. — Успокоишься тут... Мало того что инспектор заставил всю нашу группу выйти на смену после гибели Оскара, он еще и заставил нас охранять таких выскочек, как вы! Выскоч-ч-ч-чек, которые прямо пов-в-в-винны в смерти Ос-с-с-скар-р-ра, а особенно ты, Кар-р-р-рлайл! — Я? Да, давайте винить меня во всех бедах! — хрипела я, невзирая на боль в горле. — Да, Джордж, это из-за меня мы уже несколько месяцев не были на реальном задании, из-за меня погиб Оскар, а не из-за того, что его команда не уследила за товарищем! — Ты не знаешь, что несешь! — взревел Том. — Джордж читал отчет Барнса: вы были в километре от места гибели. Хочешь сказать, никто из вас не заметил пропажи или вам было просто лень отправиться на поиски? Тут, не выдержав, Том все таки сорвался с места. Он подошел ко мне и схватил за воротник куртки. Я не растерялась и тоже вцепилась в нагрудный карман его куртки. Ткань была все еще холодная, видимо, после улицы. Под пальцами я почувствовала круглый плоский предмет. У Тома тряслись губы, он уже открыл рот для новой порции обвинений, как вдруг меня переклинило. Одолевавший меня ранее злоба и чувство несправедливости вспыхнули с новой силой. — Давай, поднимайся со своей костлявой задницы и не выдумывай глупостей, придурок, — процедила я, совершенно не понимая, что несу. Слова вырывались сами собой, будто кто-то транслировал их мою голову, а я вступала в роле громкоговорителя. Том замер в смятении. Он все еще держал меня за воротник, но хватка ослабла. — Опять двадцать пять, ничему тебя жизнь не учит, а! — снова вырвалось у меня. — Ка-а-ак ты, тебя же там не было? — пискнул Том. Парень отпустил меня и начал пятиться назад, тяжело дыша. Я же сжала холодный предмет под тканью куртки еще сильнее и продолжала наступать. — Хватит прикидываться, что ты когда-то станешь как Карлайл, — шипела я. Том начал судорожно пытаться сорвать с себя темно-красную куртку агентства «Ротвелл». — Не верь всему, что пишут в газетах, — в момент мое шипение перешло в мурлыканье. — И не кричи, малыш. Я дернула Тома за куртку что есть силы. Тут Том, наконец нащупав молнию, буквально вывалился из своей одежды. Он упал на пол и заорал. Лицо его было мертвенно-бледным, он пятился к стенке, не сводя с меня глаз, полных ужаса. Я стояла в центре комнаты как во сне; казалось, я скорее наблюдаю, нежели участвую в происходящем. Я никак не могла понять, что же так пугает Тома, но заметила, что в комнате стало как будто светлее. Тут, как из-за толстого стекла, донесся голос Джорджа: — Люси, берегись! С этими словами Джордж сбил меня с ног. Я разжала пальцы, и куртка отлетела в центр комнаты. Очнувшись, я вдруг осознала и почему Том в ужасе пятился, и почему в комнате стало светло как днем, и почему Джордж налетел на меня. В центре деревянного зала уже почти материализовалась фигура огромного паука. Пол под призрачной фигурой начал покрываться коркой инея. Керосиновые лампы погасли, но Гость светился ярче самого мощного прожектора. Я проморгалась. Пелена транса окончательно рассеялась, и глаза привыкли к резкому свету. И тут я поняла, что эта тварь — вовсе не паук. Это было перевернутое, растерзанное человеческое тело, выгнутое в чудовищной позе «моста». Грудная клетка монстра была разорвана, и из нее торчали белесые вывернутые ребра. Все конечности были отделены — и от туловища, и в местах сгибов. Фрагменты парили в воздухе, удерживаемые на весу лишь тонкими, сочащимися нитями из кожи, крови и рваных связок. Эта противоестественная конструкция должна была с грохотом рухнуть на пол, но потусторонняя сила собирала все части воедино. Голова твари напоминала повисший мешок, держащийся на пучке из связок и вен. Глазницы были впалыми и пустыми, нижняя челюсть свернута под немыслимым углом, а лицо застыло в безмолвном крике. Призрачная тварь зашаталась, словно впервые знакомясь со своими заново собранными конечностями. Голова при этом задергалась, как подвешенный на ниточке маятник. Своим Внутренним Слухом я уловила глубокий, идущий из самой бездны звук. — А-а-а-а… — То ли стон, то ли вой пронесся в моих ушах. Через мгновение стоны усилились и переросли в дикий вопль, будто Гость пришел в ужас от своего нынешнего состояния. Крик стал таким громким, что я вся сжалась и закрыла уши руками. Джордж тоже напрягся и поднес ладонь к голове. По всей видимости, даже он уловил этот загробный вопль. Опираясь на свободную руку, Джордж попытался встать, но мощная волна потусторонней энергии снова сбила его с ног. Он рухнул, слегка придавив мне ладонь. Нас словно вдавливало в пол невидимым прессом. Тут фигура призрака резко дернулась и направилась к Тому. По пути чудище с треском снесло столешницу, оставив лишь обломок прикрученной к полу ножки. Стулья отбросило в разные стороны вырвавшейся волной парапсихологической энергии. Гость завис прямо над парнем; «мешок» на нитях из связок качнулся перед самым лицом парня, который уже вжался в стену. Том трясся и жалобно пищал, понимая, что бежать больше некуда. Я вцепилась ногтями в половицы, пытаясь подтянуться вперед. Вот она — темно-красная куртка, всего в паре шагов. «Сети!» — пронеслось в моем сознании. Продирающий до костей призрачный ветер обжигал кожу. Я с силой повернула голову к углу, где лежали наши сумки. «Слишком далеко, не успею!» — прохрипела я, делая новый рывок, как вдруг все закончилось.