И погаснут руны

Несмотря на то, что попытки утопить семью Малфоев продолжались даже спустя год после войны, Драко больше почти ничего не чувствовал. В последнее время единственной эмоцией, которая в нем еще оставалась, было раздражение. Глубокое, тяжелое, почти животное раздражение на весь мир, медленно переходящее в ненависть. Ненависть сжирала его изнутри так давно, что стала почти привычной. Смысл давно покинул его. Поэтому Драко был согласен почти с любым решением Визенгамота лишь бы они наконец убрали свои грязные лапы от его семьи. Когда в окно кабинета снова ударился филин с очередным письмом из Министерства, он даже не поднял головы сразу. Последние месяцы Министерство присылало письма по несколько раз в неделю. Проверки. Осмотры. Допросы. Новые ограничения. Обязательные сессии с колдомедиками и менталистами, которые должны были фиксировать «изменения в поведении» бывшего Пожирателя смерти во время испытательного срока. Будто человека можно разобрать по кускам, записать результаты в папку и решить  достаточно ли он исправился, чтобы остаться в живых. С их одержимостью посадить Малфоев Драко сомневался, что в этих отчетах было хоть слово в его пользу. — Тебе нужно ответить сразу. Ты же помнишь? Голос Нарциссы прозвучал тихо. Драко медленно поднял глаза на мать. За последний год она стала почти призраком самой себя. Министерство не просто сломало Нарциссу Малфой оно уничтожало ее по крупицам. Медленно. Методично. Каждый новый допрос, каждая статья в Пророке, каждый косой взгляд в Министерстве будто забирали из нее что-то живое. Теперь она двигалась тихо. Говорила тихо. Даже ела так, словно боялась занимать слишком много места.  Будто пыталась исчезнуть раньше, чем мир сделает это за нее. Единственным ее смыслом был Драко, и он это видел, он знал. Она боролась, она осталась только ради него. — Да, я помню Он вскрыл письмо, одновременно притягивая к себе чистый пергамент для ответа. Но, пробежав взглядом первые строчки, замер. «Испытательный срок». «Повторное заседание». «Отсутствие положительной динамики». «Дополнительные условия». Раздражение внутри мгновенно стало острее. Драко медленно развернул письмо полностью. ⸻ Министерство магии Британии Отдел послевоенного контроля и надзора Мистеру Драко Люциусу Малфою, По результатам наблюдения в течение установленного испытательного срока сообщаем, что комиссия Визенгамота не зафиксировала достаточных изменений в вашем поведении, мировоззрении и социальной адаптации, которые могли бы свидетельствовать о полной реабилитации после участия в деятельности Пожирателей смерти. Несмотря на отсутствие новых нарушений, Министерство выражает обеспокоенность вашей изоляцией от общества, отказом от участия в программах восстановления послевоенного магического сообщества, а также продолжающейся связью с идеологией чистокровного превосходства, зафиксированной в отчетах колдоменталистов. В связи с этим Визенгамотом назначено окончательное заседание по вашему делу, которое состоится 17 июня 2000 года в день завершения установленного испытательного срока. На данном заседании будет принято окончательное решение относительно вашей дальнейшей судьбы и необходимости перевода в Азкабан для отбывания полного наказания. Однако, учитывая вклад Нарциссы Малфой в окончание войны, Министерство готово предоставить вам последнюю возможность доказать успешную интеграцию в новый магический мир. После длительного обсуждения комиссия пришла к выводу, что наиболее объективным подтверждением вашей способности к изменениям может стать заключение официального магического брака. Наличие супруги, добровольно согласившейся разделить ваше имя, дом и жизнь, будет рассмотрено как подтверждение вашей способности к безопасному существованию в обществе и формированию стабильных социальных связей вне идеологии Пожирателей смерти. В случае заключения брачного магического контракта до даты заседания Министерство готово рассмотреть продление вашего испытательного срока. В противном случае комиссия будет вынуждена признать отсутствие оснований для дальнейшего смягчения наказания. Исход заседания в таком случае может быть крайне неблагоприятным. ⸻ В кабинете повисла тишина. А потом Драко коротко, хрипло рассмеялся. Без веселья. Просто от абсурдности происходящего. — Они совсем потеряли рассудок, — тихо произнес он, не отрывая взгляда от письма. Нарцисса ничего не ответила. И это раздражало сильнее всего. Потому что она не выглядела удивленной. Драко несколько секунд просто смотрел на мать. А потом снова перевел взгляд на письмо. Строчки будто расползались перед глазами. Магический брак. Добровольное согласие. Стабильная интеграция в общество. Ему почти хотелось рассмеяться. Не потому что было смешно. Потому что это звучало как издевательство. — Они понимают, что никто не согласится? — хрипло спросил он. Нарцисса ничего не ответила сразу. И это молчание было хуже любых слов. Конечно понимали. В этом и был смысл. Дать Малфою условие, которое невозможно выполнить, а потом с абсолютно спокойными лицами отправить его в Азкабан, заявив, что Министерство «предоставило шанс». Драко медленно опустился в кресло, продолжая смотреть в письмо. Странно, но он по-прежнему ничего не чувствовал. Только тяжелое раздражение, осевшее где-то под ребрами. — Они просто хотят закончить это красиво, — тихо произнес он. — Чтобы потом можно было сказать, что мне дали выбор. Нарцисса подошла ближе и осторожно села напротив. Она выглядела уставшей настолько, будто не спала несколько суток. — Драко… — Не надо. Он резко потер лицо ладонью. — Не начинай говорить, что мы что-нибудь придумаем. — Я не хочу Нарцисса едва заметно вздрогнула и подняла взгляд на сына —В этом нет смысла мама, они не отстанут от меня, если сделать как им удобно то ты сможешь жить спокойно Драко понимал головой даже если у министерства есть проблемы с Нарциссой они не пойдут против слова Великого Поттера спасителя их мира, а значит им нужен он — Не говори так. — Почему? Потому что тебе неприятно это слышать? —Смысл есть, пока ты жив он есть. Драко резко усмехнулся. —Жив? Нарцисса молчала. И это молчание вдруг разозлило его сильнее. — Что ты хочешь от меня? — голос Драко стал жестче. — Чтобы я начал умолять какую-нибудь чистокровную семью взять фамилию Малфой из жалости? — Драко— — Или, может, мне выйти на улицу с табличкой? «Бывший Пожиратель ищет жену для избежания Азкабана». — Хватит. Она сказала это тихо. Но в голосе впервые за долгое время появилась сталь. Драко замолчал. Нарцисса смотрела на него долго. Очень долго. — Ты думаешь, я не понимаю, что происходит? — произнесла она почти шепотом. — Думаешь, я не вижу, что они делают? Она отвела взгляд на письмо. — Но я не позволю тебе сдаться. Драко почувствовал раздражение вперемешку с чем-то тяжелым. — Я не сдаюсь, мама. Мне просто все равно. И это было хуже. Нарцисса будто постарела еще сильнее за эти несколько секунд. — Не говори так. — Это правда. Он встал слишком резко, кресло скрипнуло о пол. — Я устал. От них. От войны. От этого дома. От фамилии, которую все равно рано или поздно уничтожат. Он отвернулся к окну. — Если им так нужен Азкабан — пусть забирают. — Драко! В ее голосе впервые прозвучал настоящий страх. Он замер. Нарцисса поднялась следом. — Ты не понимаешь, о чем говоришь. — Прекрасно понимаю. — Нет. Она подошла ближе, и Драко вдруг заметил, как дрожат ее руки. Впервые. За весь год. — Азкабан убил твоего отца задолго до поцелуя дементора. —начала хрипло она Тишина ударила сильнее крика. — Я не переживу, если потеряю еще и тебя. Эти слова прозвучали совсем тихо. И именно поэтому что-то внутри Драко неприятно сжалось. Он закрыл глаза на секунду. Потому что ненавидел это чувство. Ненавидел понимать, что все еще остается единственным, ради чего мать продолжает жить. — Я не смогу просто сидеть и ждать, — тихо сказала Нарцисса за его спиной. — Ты ведь понимаешь это. Драко прикрыл глаза. Конечно понимал. Она никогда не перестанет бороться за него. Даже теперь. Даже когда сам он давно перестал видеть смысл. — Мама… — Нет. Она подошла ближе. — Послушай меня хотя бы сейчас. Он медленно повернулся. Нарцисса выглядела пугающе спокойной. Именно так она выглядела всегда, когда держалась из последних сил. — Я найду решение. Драко чуть не усмехнулся. — В этом нет смысла, — устало произнес он. — Ты потратишь силы впустую. — Возможно. Она выдержала его взгляд. — Но ты все равно пообещаешь мне. Драко нахмурился. — Что именно? — Если я найду выход… если кто-то согласится… ты не откажешься. Тишина. Драко смотрел на мать почти с болезненным раздражением. Ему хотелось сказать нет. Хотелось закончить этот разговор, эту бессмысленную надежду, которую она продолжала таскать на себе, словно раненое животное. Но он видел ее руки. Слегка дрожащие. Видел, насколько отчаянно она цепляется за него, потому что больше цепляться было не за что. И устал спорить. Просто устал. — Хорошо, — наконец тихо сказал Драко. — Если ты каким-то чудом найдешь идиотку, готовую на это… я соглашусь. Нарцисса закрыла глаза на секунду, будто только сейчас смогла вдохнуть нормально. Ради матери он был готов пойти на это, он не хотел забирать у нее надежду, которой у него самого не было.